Глава 17

Женевьева          

Вернулась к себе и без сил завалилась на кровать.

На книги я даже не взглянула.

После произошедшего с драконом, потом с единорогами, мой мозг не был готов к получению новой, и я уверена шокирующей информации. Это я сейчас говорю о книге «Правила поведения истинной пары». Ну точно в этом сборнике нет ничего прекрасного и воодушевляющего.

Ещё и на душе кошки начали скрести.

Разочарование и гнев дракона после ситуации с единорогами меня опустошили.

Хотя, может быть, мой организм всего на всего отходит от пережитого страха за ребёнка и себя. Если бы не Ан'Рэнхард, кто знает, как закончился бы сегодняшний день для меня и Кары…

Закрыла глаза и как бы не сдерживлась, всё равно потекли слёзы.

Мне захотелось прижаться к кому-то сейчас, чтобы ощутить опору, почувствовать живое тепло рядом и чтобы этот кто-то сказал пару утешительных слов: всё хорошо, так бывает, всё обошлось. Живи дальше и улыбайся каждому новому дню.

Но рядом был только Аид. Да и то, кот предпочитал свободу моему обществу.

Кота с утра до позднего вечера днём с огнём не сыщешь. Где-то носится и живёт своей кошачьей жизнью. Ну может хоть у него всё сладко да гладко.

Потом я села на кровати, вытерла слёзы и тряхнула головой. Рефлексия ещё никому не приносила пользы. Нечего впадать в хандру и жалеть себя. Лучше всё же почитать книги и отвлечься от дурных мыслей.

Все живы и здоровы. Рэну мега мерси за спасение. На этом всё.

Сходила и умылась холодной водой.

Потом взяла первую попавшуюся книгу, но точно не правила поведения, залезла с ней на кровать и… бессовестно уснула до самого вечера.

Ужинала я в гордом одиночестве, потому что нормальный ужин я, как и обед проспала.

Дети ко мне не заходили. Дракон тоже не явился, хотя обещал. Даже Аид оставил меня одну.

На такой печальной ноте я заела свою обиду на весь несправедливый драконий мир, не оставив ни крошки из того, что мне принесли, и снова завалилась спать. Как вы понимаете, книги снова решила открыть завтра.

Утро следующего дня началось весьма эпично.

Не успела я спуститься к завтраку, поприветствовать улыбающихся детей и хмурого дракона, как вдруг, в столовую влетела Милдред со словами:

— Несс, ваша сестра приехала! Она уже идёт сюда…

Дети повели себя, как истинные дети.

Сначала они повскакивали со своих мест с криками:

— Ур-р-р-а-а-а-а! Наша мама приехала-а-а!

И тут же поникли.          

— Дядя, мы не хотим домой! — топнула ножкой Кара.

— Надо было вчера думать, — проворчал Эн'Тай.

Рэн лишь снисходительно улыбнулся своим племянникам и спросил:

— Так вы будете встречать маму?

— Да-а-а!.. — закричали дети и бешеным вихрем понеслись на выход.

Потом дракон обратился к Милдред.

— Комната нессы готова?

— Да, несс, — кивнула женщина.

— Хорошо. Распорядись, пусть принесут её вещи в дом, и поставь дополнительные приборы и тарелки.

Потом его внимания удостоилась и моя особа.

— Женевьева, моя сестра ещё не знает, что я встретил свою пару. Для неё это будет неприятный сюрприз. Поэтому, будь молчалива. Просто сиди и молчи, договорились?

— Мне кажется, это наоборот, неправильно, — ответила ему. — Дети расскажут своей матери обо мне, и моё поведение будет расходиться со словами ваших племянников.

— Прошу, Женевьева, не суй свой любопытный нос в отношения моей семьи.

И столько льда прозвучало в его голосе, что я невольно вздрогнула. И почему у меня создалось ощущения, будто только что получила звонкую пощёчину? Хотя я ничего не сделала, просто высказала своё мнение.

Дракон невозмутимо промокнул губы тканевой салфеткой и вышел из-за стола, встречать свою сестру.

А я тяжело плюхнулась на мягкий стул и подпёрла подбородок ладошкой.

Мда. «Прекрасное» начало дня.

А потом как ужаленная вскочила и тоже отправилась встречать почти уже свояченицу.

* * *

Шаэна Винсель, в девичестве Нерваль, была очень красивой женщиной.

Сегодня дул сухой и скрипящий на зубах ветер, а драконица после долгой дороги выглядела свежей, будто только что вышла из салона красоты. Маленькая, изящная, с бледно-кремовой нежной кожей; с чёрными, как ночь и аккуратной волной уложенными густыми волосами чуть ниже плеч. Утончённая, элегантная. Истинная аристократка.

Мне сразу стало не по себе от того, каким властным и холодным был её взгляд.

Кстати, несса Шаэна Винсель прибыла не одна, а со своим супругом – Эс'Гардэлом Винселем.

У мужчины был добрый и мягкий взгляд. Он был не сильно высок, но спортивного телосложения.

Тоже элегантно одет, модно пострижен и причёсан. Аккуратная бородка и усы добавляли харизмы и брутальности его внешности. Тёмные волосы серебром тронула благородная седина, хотя мужчина выглядел достаточно молодо.

Отец обнимал своих детей, а вот мама командовала прислугой, приказывая тот и другой её чемодан нести с особой осторожностью.

— Мама, мама! Здорово, что ты приехала! — прыгала вокруг родительницы Кара. — У дяди очень-очень интересно! Ты знала, что козы по деревьям скачут? И что рога у единорогов трогать нельзя!

— Кара, помолчи лучше… — проворчал Эн'Тай.

— Рэн, я вообще не понимаю тебя. Я отправила к тебе детей, надеясь, что хоть ты усмиришь их нрав и неуёмное любопытство! Вместо этого ты чуть не загубил мне дочь! И вообще, какого проклятого неба ты пригнал сюда единорогов? Ими же Тасселы всю жизнь занимались…

— Шаэна… Я тоже рад тебя видеть, — как-то уж обречённо вздохнул Ан'Рэнхард и обнял сестру. — Гард, давно тебя не видел.

Мужчины обменялись рукопожатиями.

— И я рад приехать к тебе, Рэн. Хоть здесь можно насладиться тишиной и покоем. Устал я от суеты столицы…

— Молчал бы лучше, — заворчала Шаэна. — Ты хорошо проводил время, играя в лунки со своими партнёрами. Меня же оставил в обществе их жён…

— Она пытается сказать, что рада была ухватиться за любой повод, чтобы сбежать с этого тоскливого отдыха, — рассмеялся мужчина.

— Я рад принимать вас. Шаэна, Гард, ваша спальня готова. Мы как раз ещё не завтракали, — с улыбкой произнёс Рэн.

И тут я вышла из тени. Солнечные лучи упали на меня, словно прожектора. Красное платье, которое я снова надела, вспыхнуло алой розой. Золотой ошейник приковал внимание родственников дракона.

Миниатюрная сумочка выпала из рук Шаэны. Брюнетка изменилась в лице: побледнела; пухлые губы раскрылись в удивлении; зелёные глаза сверкнули неверием, и тут же в них возникла самая настоящая ярость.

Её муж, Эс'Гардэл, переводил изумлённый взгляд с Рэна на меня и обратно.

— Шаэна, Гард, познакомьтесь, это Женевьева. Она моя пара, — произнёс Рэн абсолютно ровно и невозмутимо.

— Здравствуйте. Приятно познакомиться. У вас чудесный брат. И дети тоже замечательные, — просияла я улыбкой во все тридцать два зуба. Ещё чуть-чуть и от улыбки у меня треснет лицо. 

— Мама, дяде повезло! Женевьева лечит зверей! Она много всего знает и обещала научить меня и Эн'Тая тоже их лечить. Но я не сильно хочу, а Эн'Тай захотел, — тут же доложила Кара.

Женщину как будто ударило. Её тряхануло так, что мне показалось, будто у неё начался припадок. Но нет, у неё частично проявилась трансформация в виде золотой чешуи на руках, шее и лице. Но она быстро взяла себя в руки и посмотрела на брата таким взглядом, каким обычно смотрят на смертельно больных, и проговорила деревянным голосом:

— Рэн, этого не может быть. Я не могу потерять ещё одного брата.

— Шаэна, всё в порядке… — улыбнулся ей Рэн.

— В порядке?! — взвизгнула она, тут же изменив себе в выдержке. — Она свободна! СВОБОДНА, Рэн! Стоит тут, будто она не твоя пара, а просто жена! Почему она не заперта?! Почему она общается с моими детьми?! Как ты мог допустить встречу с истинной?!

Она схватилась за виски и заходила вокруг транспорта, приговаривая:

— Это какой-то кошмар. Просто кошмар.

Подошла к брату, схватила его за руку и прошептала со слезами на глазах:

— Рэн, родной мой, скажи, что это просто шутка. Пожалуйста…

— Это не шутка, Шаэна. Женевьева – моя пара.

— Дорогая, не волнуйся, — Гард обнял за плечи супругу. — Истинная пара – это не приговор. Произошедшее с Тэном – это единичный случай. Да и Рэн не допустит чего-то подобного.

Она повела плечами, сбрасывая руки супруга и зашипела:

— Откуда ты знаешь, Гард?! Откуда?!

Потом она посмотрела на меня с ненавистью и зло процедила:

— Ты даже представить не можешь, как я сейчас тебя ненавижу! Змея!

Дети жались к дяде и не очень комфортно себя чувствовали, наблюдая истерику своей матери.

— Простите, несса, — произнесла я, не собираясь больше терпеть, — но ни я, ни ваш брат не заслужили подобного негативного отношения. Не от нас зависело произошедшее. Никто из нас не виноват, что мы встретились.

Она впилась в меня взглядом и прорычала:

— Молчи! Молчи и помни своё место!

— Шаэна! — рявкнул на неё Рэн. — Не смей повышать голос на мою пару и приказывать ей. Только я ответственен за свою жизнь, ясно!

— Нет, не ясно! — вскинулась эта бешеная. — Ты подвергаешь себя опасности! Ты мой брат! Я же теперь ночами спать не буду, покой потеряю! Дети мои даже общались с ней! Ты вообще, чем думал?! И не из-за неё ли моя Кара чуть не была убита единорогом?

— Мама, мы просто ходили на них смотреть! — попыталась защитить меня малышка.

Шаэна округлила глаза и ткнула в меня пальцем.

— Ты слышал?! Рэн! Она ведь опасна! Запри её! И на цепь посади! Слышишь меня?!

— Шаэна, ещё одно слово и ты не зайдёшь в этот дом, — угрожающе произнёс дракон.

— Дорогая, ты и правда, перегибаешь палку. Успокойся, — попросил её супруг.

— Ну уж нет! Дети, немедленно собирайтесь! Милдред, прикажи слугам сложить вещи моих детей. Я не войду в дом, где поселилась скорая погибель моего брата. Гард, не смотри на меня так! Лучше садись в транспорт, мы едем домой.

— Шаэна, — вздохнул Гард.           

— Я ВСЁ СКАЗАЛА! — рявкнула она, добавив звериное рычание.

Дети икнули.

Кара тут же заплакала и затопала ножками.

— Мама! Я никуда не поеду! Мне тут нравится!

— Я тоже остаюсь, — твёрдо сказал Эн'Тай. — Женевьева хорошая, мама. И если я встречу когда-то свою пару, хочу, чтобы она была такой, как она.

— Нет, это невозможно, — убитым голосом произнесла женщина. — Она уже моих детей отравила своим влиянием.

— Несса, может, уже хватит изображать трагедию, — проговорила я, едва сдерживая и своё недовольство тоже. — Лучше пойдёмте в дом и позавтракаем, наконец.

— Хорошая мысль, — улыбнулся Гард.

Женщина по-королевски задрала подбородок и, сверкая льдинками в своих зелёных глазах, произнесла:

 — Не смей со мной разговаривать, бет'ла[1]

* * *

Женевьева  

— Шаэна, может мы и драконы, но мы не животные, — выговорил Рэн чуть ли не по слогам.

В его глазах сверкала боль.

— Ты моя сестра, ты несса, воспитанная благородной семьёй Нерваль. Ты всегда была безупречна и тактична. Но сейчас твоё поведение оскорбляет меня. Если ты всё ещё моя сестра, то ты сейчас же извинишься перед моей парой и с улыбкой войдёшь в этот дом. Это наш дом, Шаэна. Дом, в котором мы росли и были любимы.

Женщина изменилась в лице.

Её словно окатили ледяной водой.

Исчезла её ярость, надменность и озлобленность.

Осталась маленькая девочка, сбитая с толку и, наверное, вспомнившая, кто она.

— Рэн… — прошептала она со слезами на глазах. — В наших жилах течёт одна кровь и один огонь. Я всегда буду любить тебя… Прости… Но я не смогу принять её… Она тебя погубит.

— Дорогая, если бы существовал способ освободиться от этих уз, твой брат бы использовал его, — произнёс мягко Гард. — Не разбивай сердце своему брату. Будь терпимее.

Дети жались к дяде, и по их лица было ясно, что они намерены отстаивать своё желание остаться здесь с самым твёрдым упрямством.

— Нет, — заявила эта упрямица и мотнула головой. — Прости, Рэн. Мы уезжаем. И где Милдред с вещами Кары и Эн'Тая?

А дальше произошло нечто подозрительно странное.

Кара вдруг закричала, словно её ударили, картинно схватилась за сердце, выпучив при этом глаза и открыв широко рот, а потом её глаза закрылись, и она бы упала, но Рэн подхватил ребёнка.

Шаэна спала с лица, Гард побледнел, и оба родителя в ужасе вскрикнули:

— Кара!!!                    

— Сестрёнка!!! — испугался Эн'Тай. — Женевьева, ты же лечить умеешь! Помоги!

Рэн быстро внёс девочку в дом и поднялся в её комнату.

Осторожно уложил на застеленную кровать и позволил мне проверить малышку.

Но я даже не успела прикоснуться к ней, как мою руку вдруг перехватила женская, но сильная рука Шаэны. Драконица с ненавистью смотрела на меня и прошипела:

— Не смей касаться моей дочери.

— Гард, уведи её, — в приказном тоне распорядился Рэн.

Мужчина оказался адекватнее своей супруги и увёл сопротивляющуюся и возмущающуюся Шаэну.

— Она моя дочь! Она и твоя дочь тоже! Гард, пусти меня немедленно! Как ты смеешь!

Коснулась лба девочки – тёплый.

Проверила пульс. Кто-то волновался.

И тут, малышка приоткрыла один глаз и хитро мне улыбнулась, пока никто не увидел эту манипуляторшу.

Подошли Рэн и Эн'Тай.

— Что с моей сестрой? — взволнованно спросил ребёнок, стараясь держаться подобно мужчине, хотя у него дрожала нижняя губа, и глаза были преисполнены страха.

— Женевьева, не молчи, — прошептал дракон.

— Эмоциональное потрясение и переутомление, — бессовестно соврала я.

И, кажется, дракон ощутил моё враньё.

Он сузил глаза, и открыл было рот, чтобы сказать мне об этом, но я не позволила.

—  Эн'Тай, ты самый быстрый в этом доме. Принеси с кухни графин с водой, пожалуйста, — попросила я.

Мальчишка тут же умчался, оставив нас наедине.

— Ты соврала, — процедил дракон.

— Конечно, — пожала плечами и хмыкнула: — Кто-то же должен подыграть маленькой хитрюге.

Тронула девочку за ладошку.

— Кара, тут только мы втроём, — сказала я.

Девочка открыла глазки и капризно надув губы, сказала:

— Дядя Рэн, я не хочу уезжать. Пожалуйста, не выдавай меня родителям.

— Твоя мать творила те же самые фокусы, — усмехнулся дракон. — Странно, что она не вспомнила себя.

— Потому что она мать, несс, — сказала я. — Инстинкты сильнее разума.

— Хорошо, — сдался Рэн. — Я скажу, что ты переволновалась и тебе требуется отдых. Женевьева, посидишь с Карой, пока я поговорю с сестрой более обстоятельно?

— С удовольствием, — согласилась я.

Мужчина ушёл.            

— Мама хорошая, — тут же вступилась за родительницу малышка. — Она просто испугалась за дядю. Но я хочу, чтобы вы подружились.

Сомневаюсь, что это возможно.

— Конечно твоя мама хорошая, детка, — улыбнулась ей. — И я так же понимаю её страх.