38. Полёт

Ранс отпустил мои руки и отошёл на несколько шагов. Я смотрела на него, не понимая, а потом...

Зажмурилась от яркой вспышки. А когда открыла глаза, на месте Ранса стоял дракон.

Огромный. Нереально красивый. Такой, как я его запомнила по первому разу.

Чешуя переливалась в утренних лучах насыщеным перламутром, багряные крылья, сложенные за спиной, доставали почти до земли, и глаза… знакомые, родные глаза с огненной каймой вокруг радужки смотрели на меня с той же ласковой непреклонной нежностью, что и минуту назад.

Я замерла, боясь пошевелиться. Дракон…

В тот первый раз я была на адреналине, когда так смело повела себя. Сейчас, от созерцания этого огромного опасного существа сердце на мгновение сбилось с ритма. Первым уколол в грудь страх, но потом меня охватил знакомый восторг и трепет.

Это ведь все еще мой Ранс, мой любимый, мой муж, мой дракон…

А могучий зверь медленно опустил голову, приблизив свою огромную морду к моему лицу. Теперь я могла рассмотреть каждую чешуйку, каждый блик в его глазах. От него исходил приятный жар, как от нагретого солнцем камня, и знакомый запах — дым, травы, горный ветер.

Совсем осмелев, я подняла руку и осторожно коснулась его морды.

Чешуя была тёплой и удивительно гладкой на ощупь. Дракон прикрыл глаза и тихо, довольно выдохнул, обдавая меня горячим воздухом.

— Какой же ты красивый, — прошептала я, проводя ладонью по его чешуе. — Такой огромный и такой красивый.

Дракон снова фыркнул, кажется, довольно и опустил голову еще ниже, подставляя шею моим рукам.

Кто-то тут требует женской ласки…

Я с удовольствием почесала еще и шею. Внутри дракона что-то гулко затарахтело. Он довольно щурил глаза и стоял так, замерев, передо мной еще какое-то время, пока я дала волю своим осмелевшим рукам.

Теперь, уверенна, у местных будет еще больше поводов для сплетен.

Наконец, дракон осторожно повернулся, и я увидела, как он укладывает хвост, словно ступеньки, чтобы мне было легче забраться.

И тут только до меня дошло.

— Мы... полетим? На тебе? — мой голос дрогнул.

Страх кольнул где-то под ложечкой. Лошади — это одно. Земля, твёрдая, привычная. А тут небо. Высота. Пустота под ногами. Да и… чешуя скользкая. Я ведь не удержусь на нем. Точно!

И вдруг в моей голове раздался низкий, спокойный мужской голос. Голос Ранса! Хотя губы дракона не шевелились.

— Не бойся, Саша. Я никогда не уроню тебя. Никогда. Ты моя пара. Моя жизнь. Дракон не может причинить вред тому, кто дороже ему, чем собственная жизнь.

Я замерла, вслушиваясь в этот необычный, внутренний голос. Он звучал прямо в моих мыслях, обволакивая, успокаивая.

— Ты... ты говоришь у меня в голове? — одними губами прошептала я, не зная как теперь общаться.

— Мы связаны, — так же спокойно пояснил Ранс. — Я всегда мог говорить с тобой так, но боялся напугать. А сейчас просто доверься. Забирайся. Моя магия не даст тебе упасть. Я буду очень бережно тебя нести. Мы полетим невысоко.

Ох, ох…

Я глубоко вздохнула, прогоняя остатки страха. Подошла к драконьему хвосту, который он предусмотрительно опустил почти до самой земли. На боках и спине Чешуя была чуть шероховатой, и за неё оказалось удобно цепляться.

Я полезла вверх, чувствуя, как дракон замер, стараясь не шелохнуться, чтобы не скинуть меня неловким движением. А потом я почувствовала его магию, что бережно обволакивала и поддерживала меня, помогая забираться все выше.

Это было странно — карабкаться по живому существу. Но я старалась об этом не думать. Тем более, что эти мысли уже вытеснял знакомый восторг первооткрывателя.

Я полечу на драконе! Я! На драконе!

Главное теперь не опозориться и не сильно визжать, когда я окажусь в воздухе.

Наконец я устроилась у основания шеи, между двумя костяными наростами, что шли вдоль всего хребта и длинного хвоста. Там и чешуя была мельче и мягче. А передо мной простиралась драконья спина, широкая, надёжная, впереди — огромная голова, чуть повёрнутая, чтобы видеть меня одним глазом.

— Я готова, — сказала я вслух, ухватившись руками за гребень. — Только не быстро, ладно? Я первый раз, — с волнением прорвалось у меня.

В мыслях раздался тихий рокочущий смех.

— Держись, Саша. И смотри по сторонам, сверху открывается самый красивый вид.

Дракон аккуратно расправил крылья. Они взметнулись вверх, заслонив небо, и я ахнула от их алой мощи и красоты. Где-то далеко мне послышалось ахание прислуги. А потом мощный толчок, и двор, замок резко оказались внизу.

Я зажмурилась от ветра, от резкого подъёма, от ощущения полёта, разрывающего грудь. Но через мгновение дракон выровнялся, ветер стал мягче. Я почувствовала, как он огибает теперь невидимую защиту, которую Ранс создал вокруг меня. Эта же защита будто примагнитила меня к его спине.

С некоторой опаской я открыла глаза.

Замок внизу стал совсем игрушечным. Люди, высыпавшие во двор — точками. А вокруг, насколько хватало глаз, простирались горы, между которыми ютились зеленые лоскуты долин и узкая лента горной реки, блестящая в лучах восходящего солнца.

— Ух... — только и выдохнула я.

—Красиво? — голос Ранса в мыслях был довольным, с нотками гордости.

— Очень. Это... невероятно.

Мы летели над нашими землями, и я чувствовала, как моя сила, та самая, земная, откликается на эту высоту, на эту свободу. Она тоже радовалась красоте просыпающейся природы.

Впереди довольно быстро показался знакомый утёс и крошечная хижина Матраны. Дракон пошёл на снижение, и я снова почувствовала лёгкий укол страха перед посадкой. Но Ранс был предельно собран и осторожен. Он мягко коснулся лапами земли возле хижины, почти без толчка, и бережно опустил хвост, помогая мне спуститься.

Я стояла на твёрдой земле, всё ещё ощущая в теле восхитительную вибрацию полёта, и смотрела на дракона. На своего мужа. На чудо, которое мне досталось.

— Спасибо, — прошептала я.

Огромная шипастая голова склонилась ко мне, и я снова погладила его тёплую чешую. Короткий порыв горячего воздуха отвлек меня на мгновение.

— Иди, — раздался голос Ранса теперь уже вслух, и я вздрогнула от неожиданности.

Муж снова стоял передо мной в человеческом обличии, чуть растрёпанный, улыбающийся.

— Я подожду здесь. Не буду вам мешать.

Я кивнула, поправила плащ и направилась к хижине. Там меня ждала Матрана и мой первый урок в магии.

Страха не было. После такого бодрящего полета внутри царило азартное предвкушение.

Дверь хижины отворилась прежде, чем я успела постучать. Матрана уже стояла на пороге, и её тёмные, молодые глаза смотрели на меня с выражением, которого я не могла прочесть — то ли одобрение, то ли насмешка.

— Ждала тебя, — проскрипела она, отступая в полумрак. — Заходи. Чай остывает.

Я перешагнула порог, и знакомая атмосфера трав, сухих кореньев и древней тишины окутала меня с гловой. В хижине ничего не изменилось. Те же пучки растений под потолком, те же обереги на стенах, тот же едва тлеющий очаг в углу.

— Огнедышащий-то осмелел, — заметила ведунья, разливая по чашкам тёмный ароматный настой. — Раньше дракона своего только в самые крайние случаи выпускал. Боялся, видать, что не совладает со зверем. А тут… привез тебя на себе, не побоялся.

Я взяла тёплую чашку, грея ладони.

— Он сказал, верховая езда может быть опасна для ребёнка.

Матрана хрипло усмехнулась, усаживаясь на свой низкий табурет.

— Это он тебе сказал. А я тебе скажу другое: почувствовал контроль. Зверя его усмирила ты, сама того не ведая, — она прищурилась, глядя на меня поверх чашки. — Раньше в нём две сути жили. Человек и дракон. Врозь. А теперь… они одно. Ты их связала. Хорошо связала, крепко.

Я опустила глаза, обдумывая её слова. Неужели это правда? Неужели я, сама того не понимая, помогла Рансу обрести гармонию с его собственной природой? Я ведь даже не замечала, что есть какие-то проблемы.

— Я не делала ничего особенного, — тихо сказала я.

— То-то и оно, — кивнула Матрана. — Не делала. А просто рядом была. Просто сердце ему свое открыла. Иногда это сильнее любых чар, — она допила свой чай и поднялась. — Ладно, про дракона потом думать будешь. Сейчас про себя думай. Пойдём-ка во двор.