66

За последние две недели удача несколько раз мне улыбнулась.

Первый раз, когда, приехав в родительскую квартиру, и пятнадцать минут потратив на попытки дозвониться в дверь и им на мобильные, я узнала, что мама с папой уехали на месяц в круиз.

Не поставив меня в известность.

Впрочем, мы с ними почти и не общались… если не считать звонки по праздникам и натянутые поздравления.

Хорошо, что запасные ключи от квартиры были у консьержки, и счастье, что она меня помнила и с радостью их вручила, проводив до квартиры, по пути рассуждая о шумящих жильцах, грязнолапых собаках и женщины из тридцать восьмой квартиры, что, кажется, изменяет мужу с холостяком из сорок пятой…

На этом лимит моей удачи был исчерпан. Колесо фортуны расщедрилось лишь на крышу над головой и избавление от расспросов родителей, с придумыванием ответов на неудобные вопросы. Хотя один неловкий разговор мне пережить всё же пришлось. Когда мама мне перезвонила.

Не могу сказать, что мне было приятно выслушивать её: «А я говорила!» и «Всё к этому и шло!», на мою сухую фразу о разводе с Валерой и просьбой разрешить пожить немного у них.

Положив трубку, я чувствовала себя как никогда разбитой. Возможно потому, что закончила она наш разговор фразой не трогать её огуречный чай. И разумеется, первое, что я сделала, разобрав вещи, это заварила себе именно его.

На этом всё.

Люська оставалась просто Люськой. И сколько бы я не просила, сколько бы не пыталась с ней говорить… эффекта не было.

Как и от всех моих попыток докричаться до Многоликой. В прямом смысле.

Я настолько отчаялась, что перерыла весь интернет в поисках способа попасть в другой мир. И с каждым новым сайтом и форумом поражалась наличию неадекватных людей, живущих среди нас.

Честное слово, каких только советов от «очевидцев», побывавших в других мирах, здесь не было! Начиная от заговоров и сомнительных обрядов, и заканчивая посещениями мест, где пропадают люди. Впрочем, сейчас я была готова и голой танцевать вокруг костра, лишь бы снова увидеть его…

Наверное, именно поэтому выжала всё, что было на моих картах и кредитках, оплачивая сомнительный тур по злачным местам, откуда не все туристы возвращались. Верила ли я в успех? Нет. Но попытаться стоило. И я хотела использовать все возможные варианты. Даже письмо родителям предварительно написала, оставив его на журнальном столе.

Каким бы не было наше общение в последние годы, но я их единственный ребёнок. Не думаю, что они безразлично отнесутся к моему исчезновению… поэтому, я не придумала ничего лучше, чем уйти в монастырь. Так я и написала, что нашла себя в вере и буду лишь там по-настоящему счастлива. В окружении келий и молитв.

Бред, конечно, но… пусть они лучше закатывают глаза и считают меня окончательно сбрендившей, чем гадают, где я и жива ли вообще.

Сделав себе ещё одну кружку зелёного чая с лёгким огуречным послевкусием, к которому умудрилась пристраститься, я вышла на балкон. Тоскливо смотря на кипящую на улице жизнь, мыслями я была далеко отсюда. Так далеко, что и представить нельзя.

Кажется, только сейчас я в полной мере осознала, что значит одиночество. Это не когда у тебя нет знакомых, друзей или просто никого нет рядом. Настоящее одиночество, это когда ты не можешь увидеться и поговорить с тем, кто действительно необходим тебе как воздух. Когда в списке контактов множество номеров, но нет того самого.

— Дрыхнешь, Люська? — вернувшись в комнату, я нашла взглядом дремлющую на диване кошку. — Спи, завтра большой день. Вечером самолёт.

Да, её я решила взять с собой. Кошку и минимум вещей, в которые утрамбовала мамин огуречный чай, дав себе обещание напоить им Авиралана.

— Просто ради интереса, а чем тебе помогут каменные лабиринты на Соловецких островах?

— В интернете пишут, что там находится портал… — начала я отвечать, но выпустила из рук опустевшую кружку, резко разворачиваясь. — Ты!

— Я, — подтвердила Люська, демонстративно потягиваясь. — Значит, не передумала.

— Нет, не передумала! — игнорируя осколки на полу, я подбежала к дивану. — Верни меня обратно!

— Ты действительно этого хочешь? — совершенно спокойно продолжила она говорить, не обращая никакого внимания на моё состояние.

Я дышала так, словно пробежала марафон! Руки подрагивали, а сердце словно с ума сошло, позволив себе надежду.

— Да! — не раздумывая ответила я, молясь всем известным богам во главе с Многоликой, чтобы её Длань не исчезла. Чтобы вернула меня к Нему.

К Авиралану, к Элле с её снисходительным взглядом. К Айе и её отцу.

К тем людям, что стали мне по-настоящему дороги… хоть они и не люди вовсе. Но что это меняет?!

— А как же твоя семья? — продолжила сомневаться Люська. — Сериалы? Подружки?

— За эти две недели я даже телевизор ни разу не включила, — сухо произнесла я. — Родителям я написала письмо, чтобы не переживали. А друзей у меня и нет, кажется.

К этому выводу я пришла, поняв, что в моём окружении нет человека, с кем я могла бы поделиться переживаниями о том, что со мной произошло. У всех были свои заботы. Семьи, дети, работа… и даже если бы я решилась рассказать о другом мире, то… в лучшем случае в ответ они покрутили бы у виска пальцем. В худшем – вызвали бы неотложку.

— Я не могу тебя вернуть, — этой фразой Люська убила что-то внутри меня. — Прости, но это действительно так.

— Тогда зачем ты пришла? — безжизненно спросила, присаживаясь с ней рядом.

— Убедиться, что твоё желание остаться там, — она взмахнула лапой, подразумевая тот мир, — было осознанным, а не продиктованным эмоциональным порывом и гормонами. Король хорош, этого не отнять. Но думать нужно головой, а не… другими местами тела. Но, теперь я вижу, что здесь ты и правда стала чужой.

— Убедилась? — сухо обратилась я к кошке. — И пришла окончательно добить?

— Пьяненькая ты мне нравилась больше, — фыркнула Люська. — Почему здесь так пахнет огурцами?

— Я всё равно вернусь к нему, — едва заметно улыбнулась я на её вопрос, вспомнив данное себе обещание напоить своего ушастого мужа этим чаем. — Я объеду все места, что уже нашла. Поеду за границу. Ночевать у Стоунхенджа буду. Не поможет, поплыву в Бермудский треугольник и там…

— На чём поплывёшь? У тебя не то, что лодки, даже матраса надувного нет, — напомнила Люська.

— Круг надую, — уверенно заявила я ей. — Он у меня есть.

Смахнув скатившуюся по щеке слезу, я повернула голову в сторону Хранительницы:

— Я всё равно вернусь к нему.

— Даже и не сомневаюсь, — важно кивнула Люська. — Но есть вариант в разы проще твоего десятилетнего маршрута.

— Ты сказала, что не можешь вернуть…

— Вернуть не могу, — не дала она мне договорить. — Могу поменять вас с Мирандой местами. Сама понимаешь, нельзя нарушать законы Мироздания. Если где-то убыло, значит где-то прибыло и прочее… ты даже представить не можешь, сколько сил было вложено в этот мир, чтобы замедлить время, пока ты прохлаждалась в том! — пожаловалась мне кошка.

— Да ты издеваешься! — закричала я, вскакивая на ноги. — Ты вернёшь меня или нет?! Ты…

— Есть разница, между «вернуть» и «поменять», — проигнорировала мой эмоциональный выкрик Люська.

— Меняй! — рыкнула я, но тут же спохватилась: — Стой! — быстро сбегав в другую комнату и подхватив небольшую дорожную сумку с вещами, я вернулась к кошке. — Всё. Теперь меняй.

— Какая ты предусмотрительная, — усмехнулась она. — Вот только вещи тебе не понадобятся.

— Почему? — спросила, с ужасом понимая, что комната пропала.

Как и Люська. И сумка, что была в моих руках.

— Ой, — выдохнула я, поняв, что не могу пошевелиться. Цепи мешали, которыми я была прикована в стене. — Помогите? — неуверенно выкрикнула я, звякнув сдерживающими путами. — Пожалуйста?

Минуты две ничего не происходило, а затем с протяжным раздражающим скрипом открылась единственная в этом каменном мешке дверь.

— Что нужно? — хмуро обратился ко мне стражник, вынуждая широко улыбнуться.

И плевать, что моя улыбка напугала эльфа. Светловолосого эльфа, в так радующей сейчас мой взгляд синей форме стражников королевства!

— Позовите Авиралана, — попросила я, продолжая улыбаться. — Пожалуйста.