Глава 5

Норд ушел, оставив меня наедине с Искоркой и весьма туманными инструкциями. «Замок прибери, да ужин приготовь!» Да еще и таким тоном сказано! Распоряжается мной, как служанкой… А я ему, между прочим, не служанка, а… Кстати, кто?

Самое время об этом задуматься.

Гостья?

Пленница?

Откровенно говоря, больше похоже на второе. Даже в этой его волшебной книге написано: «Через три дня отпустить». А гостей вообще-то не отпускают, они сами могут уйти, когда им вздумается.

С другой стороны, этот Морозко, или как его — Норд, спас меня от верной смерти. Тут уж сомнений никаких: не подоспел бы он вовремя, лежала бы сейчас моя замороженная тушка под деревом. Так что он, вроде бы, хороший.

И в книге в этой его написано: «Через три дня отпустить с приданым». Зимнецвет вон обещал, говорит, не жалко…

Только кто сказал, что он не обманывает?

И книгу эту я только со стороны видела, внутрь не заглядывала. А там, вполне возможно, написано совсем не то, что он сказал. Например, такое: «Если попадется в лесу девица, забери ее в свой замок, три дня делай с ней что хочешь, а потом обязательно убей».

Тогда, получается, мне еще благодарить судьбу надо, что в это «что хочешь» входит только уборка. Могло быть кое-что похуже.

Бежать отсюда надо, бежать!

Только вот как убежишь, если кругом — студеный лес, и шансов добраться до Академии никаких. Единственный шанс: вдруг он в этом огромной ледяном замке держит огромный гербарий, а в том гербарии — парочка зимнецветов.

Я вздохнула. По всему выходило, хороший этот Морозко или не очень, а единственное, что я могу сейчас сделать, — это заняться уборкой. И внимательно смотреть, не попадется ли в этом хозяйстве зимнецвет.

— Ну что, малыш, — я погладила Искорку на плече, — давай посмотрим, что тут у нас.

Сперва я проверила свой рюкзак в углу. Все вещи были на месте. Мое пальто висело на спинке кресла — сухое, будто его специально высушили. Сапоги стояли рядом. Заботливо… Хотя, скорее всего, Норд просто не хотел лишних хлопот с простуженной гостьей.

В углу обнаружилась кладовочка, из которой я взяла мягкую тряпку, веник с прозрачными прутьями, совок и мешок для мусора. Я обулась и решительно направилась исследовать — то есть, конечно, убирать — ледяной замок.

За дверью зала начинался почти бесконечный коридор. Широкий, со сводчатым потолком, весь покрытый удивительными ледяными узорами. Я шла медленно, не в силах оторвать взгляд от стен. Справа был вырезан целый замерзший сад — розы изо льда, лилии, гроздья винограда, какие-то диковинные цветы с причудливо изогнутыми лепестками. Слева — сцены охоты: олени, волки, медведи, все такие детальные, что казалось, животные вот-вот сорвутся с места и помчатся по коридору.

Искорка настороженно поглядывал по сторонам, прижимая перепончатые ушки.

Первая дверь привела меня в библиотеку. Да какую! Для того, кто любит читать, это целое святилище. Высокие стеллажи уходили под самый потолок — метров на восемь, не меньше. Ажурная лестница, вырезанная изо льда, вела на второй ярус, где располагалась галерея с еще большим количеством полок. В центре зала стоял массивный стол с удобными креслами, а у дальней стены — диван, заваленный подушками. Для долгого чтения, наверное.

Все книги были в белых или бледно-голубых переплетах, будто специально подобранные под интерьер. Я подошла к ближайшему стеллажу и начала читать надписи на корешках.

«Погодные наблюдения за период 1823–1824».

«Каталог снежинок. Том третий».

«О правильном кормлении зайцев в зимний период».

«Инструкция по предотвращению обморожений у путников».

«Реестр снегопадов. Северный регион».

Рабочая библиотека хранителя леса. Все очень практично и совершенно скучно.

Но на нижней полке я заметила книги с потрепанными корешками, явно перечитанные много раз. Я присела на корточки и улыбнулась: «Приключения капитана Вихря», «Сага о драконьих всадниках», «Легенды Южных морей», «Пиратская вольница», «Хроники странника». Ага, значит, суровый Норд в свободное время читает приключенческие романы. Интересно…

Я вытащила «Драконьих всадников» и полистала.

— Искорка, смотри, — я показала ему книжку, — тут про твоих родственников пишут неправду.

Он с любопытством уставился на иллюстрацию огромного красного дракона и тихо заворчал. Вряд ли он чувствовал родство с этим исполином.

Положив книгу на место, я отыскала в углу мягкую тряпку. Ну, за работу!

На полках лежала тонкая ледяная пыль — или что-то похожее на пыль. Она исчезала при прикосновении, будто растворялась в воздухе. Удобно! Я прошлась по всем бесчисленным полкам, протерла стол, смахнула пыль с подоконников. Подушки на диване взбила, расправила складки на покрывале. Потом подмела пол. Хвоинки, которые Норд, видимо, принес на одежде, послушно собрались в кучку.

— Готово! — объявила я Искорке, оглядывая чистую библиотеку.

Он одобрительно пискнул.

* * *

За следующей дверью оказалась оранжерея. Самая настоящая оранжерея! Посреди ледяного замка. У меня перехватило дыхание…

Высокий стеклянный купол пропускал серый зимний свет. Вдоль стен тянулись грядки — не ледяные, а самые обычные, земляные! — на которых росли травы. Я узнала мяту, мелиссу, розмарин, тимьян и еще массу полезных растений. В углу стояло маленькое деревце, усыпанное белыми цветами, источавшими сладковатый аромат.

— Как это вообще возможно? — прошептала я, подходя и осторожно трогая листик мяты.

Он был живой, настоящий, пронзительно зеленый. Земля в грядках была суховатой и теплой. Теплой! Я провела рукой над грядкой — от нее шел жар, словно под землей были спрятаны горячие камни.

Магия. Конечно же, магия. Но какая мощная! Поддерживать жизнь растений посреди зимы, в ледяном замке — это требовало невероятного количества энергии и контроля.

Так, а есть ли в оранжерее зимнецвет? Желательно два! Один — для зелья и зачета, другой — чтобы добраться отсюда до Академии. Впрочем, из имеющихся в оранжерее растений я запросто сварю согревающее зелье.

Но, увы, зимнецвета нигде не было. Что угодно было, а его — нет. Так что мысли о побеге пришлось пока отбросить.

Искорка слетел с моего плеча и начал обнюхивать цветущее деревце. Пара белых лепестков упали прямо ему на нос, и он чихнул, выпустив облачко искр.

— Осторожнее! — Я подхватила его. — Не хватало еще поджечь оранжерею.

Естественно, здесь тоже требовалась уборка. Я все протерла, смела опавшие лепестки под деревцем и высыпала в компостный ящик. Протерла подоконники, на которых стояли маленькие горшочки с рассадой. Затем взяла со столика лейку, наполнила водой из рукомойника и полила грядки. Земля жадно впитала воду. Я аккуратно оборвала сухие листья с растений, выдернула несколько сорняков, которые пробились между рядами. Разрыхлила землю деревянной палочкой, что нашлась рядом.

Оранжерея ожила, задышала. Растения будто распрямились, довольные уходом.

— Вот теперь хорошо! — Я с гордостью оглядела свою работу.

И вышла, бережно прикрыв за собой дверь.