Глава 24 Глафира

Я поворачиваюсь на бок и укладываю голову на твердое мужское плечо. Ощущение близости и полного доверия – новое, рождающее трепет внутри. Касаюсь плотной кожи губами.

Джасим обнимает и прижимает к себе во сне. И я, осмелев, закидываю на него ногу. Хочется целовать его и по-кошачьи тереться, но лежу неподвижно. Прислушиваюсь к его спокойному дыханию. Оно постепенно учащается. Чувствую спиной нежное поглаживание сквозь ткань простыней. Приятно и очень волнительно.

Проснулся.

Приподнимаюсь, чтобы заглянуть в его лицо. А он тянется ко мне, целует. Не задумываясь, отвечаю. Открываю рот и впускаю его язык. Позволяю ласкать так, как он хочет, отдаюсь невероятным ощущениям. Они настолько сильные, что начинаю задыхаться. Кровь шумит в висках.

Джасим одним сильным движением устраивает меня сверху. Теперь я распластана на нём.

Запускаю пальцы в его густые жёсткие волосы, стягиваю их на затылке, торопливо перебираю. Мне безумно нравится вот так целоваться, обнимать, чувствовать его всего, такого большого и горячего. И я готова в его пламени сгореть.

Мужские руки яростнее шарят по моему телу, разводят полы халата, стягивают его с плеч и отбрасывают куда-то на пол.

Я абсолютно голая. Джасим – в тонких домашних брюках. Теперь мы еще ближе, чувства еще острее. По спине проносится волна мурашек от шеи до самого копчика. Вздрагиваю.

– Холодно? – спрашивает шёпотом.

Мне холодно и жарко одновременно. Прижимаюсь к нему теснее и прошу:

– Не отпускай…

Он и не собирается. Рывком переворачивает меня на спину и наваливается сверху.

Восторгом, любовью затапливает, пьянит. Я чувствую его каждым миллиметром обнажённой кожи. А хочется еще ближе, еще теснее.

Пара минут обжигающих, глубоких поцелуев, и Джасим оставляет мои губы. Спускается ниже, лаская шею, ключицы. Я дышать перестаю, понимая, что будет дальше. Замираю в предвкушении.

В следующее мгновение влажные поцелуи касаются груди. Выдыхаю со стоном, настолько приятно!

– Я в больнице перекинулся парой слов с твоим отцом, – вдруг произносит Джасим, приподнимаясь. – И женихом. Бывшим.

Замираю снова. Зачем он про них сейчас?

Он продолжает, поймав мой взгляд:

– Если хочешь продолжать общение с Вадимом, можешь видеться с ним, когда захочешь. В присутствии охраны. И больше никаких игр в обручённых, естественно.

Интересно, он моему отцу об этом тоже сообщил? Байтман не против, что правила теперь устанавливает Шейх?

– Это спектакль для наших с Вадиком родителей, Джасим. Это им нужен наш брак.

– В спектакле надобность теперь отпала, – он коротко целует меня в губы. – Проблему с Бисаровым я решу. Его больше не бойся.

Лежу и ошарашенно молчу.

Джасим разговаривал обо мне с отцом? И тот пошёл на уступки? Мне узнать бы точно.

Горячие губы смыкаются на соске. Ладони сжимают бёдра. Мамочки… это уже по-взрослому!

Проблему с Бисаровым, он сказал, решит. А взамен что? Просто спать с ним? Можно подумать, ему больше не с кем. Полно вокруг красоток, у которых вообще никаких проблем нет. Не понимаю. Не влюбился же он в меня, в самом деле? Мне нужна ясность в наших отношениях, если они вообще есть. Хоть какая-то определенность в будущем, раз уж меня лишают права выбора.

– Джасим!

Он сильно возбужден. Даже моего маленького опыта хватает, чтобы не сомневаться в этом. Упираюсь ладонями в его плечи. Толкаю. А он, словно скала, совсем не замечает моих тычков. Спускается поцелуями по животу, оставляя влажную дорожку. Разводит мои бёдра и садится между ними.

Нет! Сперва я хочу знать, кто я здесь? И кто он теперь для меня!

– Джасим! Что ты хочешь взамен на свою защиту?

– Ничего сверхъестественного, – он кладёт ладони мне на живот и гладит круговыми движениями. – Будь со мной. Не перечь мне и слушайся во всём.

Ох, ничего себе!

Байтман вот тоже хотел полного послушания и очень быстро перешел к угрозам и шантажу. Но если отец использовал меня из меркантильных соображений, чтобы породниться со Сташевскими. То какие мотивы у Джасима? Получается, просто секс. Но справиться с живодёром Бисаровым в одиночку у меня шансов нет.

– Расслабься. Я никому не позволю тебе навредить.

А что я, собственно, теряю сейчас? Мужчина, в которого втрескалась по уши, обещает заботу. Нужно только не спорить с ним и позволить всё решать за себя.

И в этом ничего странного нет, на востоке так принято. Меня же никто не заставляет переезжать в Эмираты и надевать паранджу? Так чего я тогда переживаю заранее?

Приняв решение, полностью отдаюсь чувствам. Накрываю его ладони своими, поощряя и разрешая делать всё, что он захочет.

А Шейх, видимо, хочет рассматривать свою новую наложницу. Неуютно лежать перед ним голой, тогда как он ещё в штанах. Протягиваю руку, касаюсь его живота кончиками пальцев.

Смотрим в глаза друг другу. Пульс разгоняется снова. Стыд смешивается с желанием его поторопить.

Джасим подсовывает ладони под мои ягодицы, приподнимает их. Склоняется и опаляет низ живота горячим дыханием, касаясь подбородком промежности. Целует сверхчувствительную кожу под пупком, рождая внутри пламя. Хочу свести бёдра, но не получается – его плечи мешают. Какой стыд!

– Джасим!

Но он будто не слышит! Удерживает, ведёт губами вниз, касается самой чувствительной точки… нежно, но меня будто током прошивает! Спина изгибается дугой, из горла вырывается полустон-полувскрик. Мечусь, пытаясь освободиться.

– Тихо, тихо… – шепчет, ослабив хватку. – Я дам тебе время привыкнуть.

Приподнимает меня и усаживает к себе на колени верхом. Вцепляюсь в его плечи, как в спасательный круг. Мне и правда воздуха не хватает. Делаю глубокие частые вдохи, голова кружится.

Джасим вжимает мои бедра в свой пах, впивается в шею яростно, будто хочет искусать. У меня между ног уже пожар. И каждое наше движение – будто впрыск топлива, усиливает его стократно. Хочу, чтобы исчезли все преграды, немедленно!

Опускаю руку к резинке его брюк, просовываю под нее пальцы, тяну вниз. Ладонь ложится на вздыбленный ствол и замирает. На секунду любопытство взяло верх, но на большее решимости не хватает.

На мои ласки Джасим отвечает судорожными вздохами. Окрылённая, смелею и запускаю руку глубже, обхватываю, касаюсь шелковистой головки и глажу осторожно… Дикое возбуждение концентрируется в одной точке, желание ощутить его в себе сводит с ума. Чувство нереальности происходящего усиливается. Наверное, это – сон.

Джасим отрывается от моей шеи и смотрит в глаза.

– Ты такая отважная из-за лекарств, Глафира. В первый раз я хочу, чтобы ты осознавала, что делаешь.

Что? Опять какие-то причины остановиться на пол пути, как в прошлый раз?!

– Я понимаю, что делаю, – произношу как можно увереннее.

Но выходит жалко, обида в голосе сквозит. Какой кошмар! Он снова включил заднюю, а я упрашиваю его не останавливаться… Докатилась.

– Не уверен, – отвечает Джасим, и меня обидой захлёстывает.

Ему опытная любовница нужна. Причина, видимо, в этом. Мои реакции такого мужчину не впечатляют.

– Но я тебя всему научу, – он кладёт свою ладонь поверх моей, сжимает, делает несколько скользящих движений. – Покажу, как сделать мне приятно.

Я задыхаюсь от порочности происходящего. Ёрзаю у него на коленях, жмусь теснее.

– Хочу тебя. Очень.

Он отпускает мою руку и опрокидывает меня на спину. Просовывает ладонь между нашими телами. Раздвигает пальцами складки и без предупреждения вторгается в моё тело.

От неожиданности вскрикиваю, меня трясти начинает.

– Мне нравится, как ты дрожишь. Как сжимаешь меня…

Чувствую прикосновение внутри и снаружи. Он давит ритмично, побуждая извиваться и стонать. Ощущения невероятно сильные. Не подозревала, что способна такое испытывать.

На пике ощущений вцепляюсь в его руку, вскрикиваю. Пытаюсь сжать колени, но Джасим не позволяет. Придавливает своим тяжёлым телом к постели и шепчет:

– Какая чувственная, отзывчивая. Когда станешь моей женой, я тебя из спальни несколько суток не выпущу. Столько всего с тобой сделаю! Хочу смотреть, как ты стонешь, кричишь, бьёшься подо мной.

Шейх ложится сверху, утыкаясь своим колом мне между ног. Давит, подтверждая каждое своё обещание. Берет моё лицо в ладони и целует глубоко и возбуждающе.

«Когда станешь моей женой». Так он сказал?

Выворачиваюсь, толкаю его в каменную грудь.

– Джасим! Что это значит?

– Я говорил тебе еще в Белоярске. Хочу лишить тебя девственности в первую брачную ночь. Поэтому, я в душ. А ты – засыпай.

Теряю дар речи и способность здраво соображать. Это всё нереально, так просто не бывает.

Джасим целует меня в последний раз, поднимается и идёт в ванную. Но на пороге оборачивается. Любуюсь им. Низко сидящие на бёдрах брюки и внушительных размеров бугор на них будоражат. Неужели, это я вызвала такой отклик?

Сердце норовит пробить рёбра от урагана чувств, который этот мужчина будит внутри.

– Выйдешь за меня?