Глава 41
Люба
— Другого украшения не нашлось? — едко бросает Альбина, когда я прикрепляю к поясу привезенную Тимуром брошку. — Стоило из-за такой фигни мужика гонять…
— Это мамина, — замечаю коротко.
Вижу, как передергивает мою будущую свекровь. Она поджимает губы и, отходит в сторону. Поправляет цветы в вазах и всем своим видом показывает полную отстраненность.
Ну женится сын на какой-то… Но это так, блажь. Ненадолго.
— Все не просто, — замечает Альбина, встретившись со мной взглядом. — Но сейчас объяснять нет времени.
— Мне не интересно, — мотаю головой. Деловито подхожу к зеркалу. Поправляю диадему и смотрю, не размазалась ли тушь на глазах из-за подкативших слез.
Все нормально, но ощущение какой-то надвигающейся беды. Даже руки дрожат.
«Это всего лишь паника. Предсвадебная лихорадка», — успокаиваю саму себя. Болтаю о пустяках с Миланой. И всем своим видом не замечаю Круэллу.
Тимур вываливается из ванной в костюме и бабочке. И сразу становится рядом.
— Люблю, — шепчет тихо. Сжимает мою ладошку в своей лапище и внимательно смотрит на тетку в длинном красном платье.
А я моментально успокаиваюсь. Мой любимый рядом. Сегодня наша свадьба и нечего паниковать. Перевожу взгляд на сестру. Сосредоточенная и важная, она стоит с другой стороны. Хватает меня за вторую руку и крепко сжимает пальцы.
— Твоя мечта сбылась, — шепчет на ухо. Но Манучаров слышит каждое слово.
— Я личный Любушкин Газпром. Ее мечты всегда сбываются.
Смеются Макс и Милана с мужем. Слегка улыбается Альбина. Не знаю, как дальше сложится наша жизнь, но общаться с этой гадиной я не намерена.
— Пообещай, — ласково просит муж, как только мы остаемся в палате одни.
— Что? — смотрю изумленно. Пью лимонад из высокого бокала и закусываю черной виноградиной. От небольшого фуршета на импровизированном столе остались закуски и фрукты.
— Я хочу, чтобы в семье был мир, Люба, — чуть нахмурившись, роняет Тимур. — И ты, и мама очень дороги для меня. Но я-то еще стерплю. А нашим детям как прикажешь жить? Метаться между вами? Я предлагаю закопать топор войны.
— Я не могу. Из-за нее умерла моя мама, — всхлипнув, утыкаюсь в широкую грудь. — Да и ко мне она относилась плохо. В Ангельском по любому было лучше, чем в детском доме. Но дети не должны жить в равнодушии. Понимаешь? А я жила. И если бы не ты…
— Ну все, все перестань, — спохватываясь, встревоженно бухтит Тимур. — Это я дурак, завел больную тему. На людях сдерживайся, нашим детям давай общаться с бабкой и дедом. Этого вполне достаточно. Больше я тебя ни о чем не попрошу.
— Согласна, — киваю и тут же чувствую угрызения совести. Тимур ради нашего счастья ездил к Алимову. А я стою горой за свои старые принципы? Но и предать маму не могу. Может, со временем и стану относится к Альбине добрее. Но не сейчас…
Обвиваю руками крепкий торс. Впечатываюсь носом в ключицу. Хочу сказать, что люблю больше всех на свете. Но в этот момент в дверь стучат. И сначала на пороге появляется Суровый, а за ним неспеша входит Катя.
— Давайте отмечать, — заявляет, доставая из-за спины пакет из моего любимого ресторанчика. — Я тут заказала, — смеется, выкладывая на стол одноразовые судочки с креветками, мидиями и осьминогами. Следом идут судки побольше с шашлыками.
— Потом проветрим, — косится на меня. — Надеюсь, тебе не станет плохо, систер?
— От моей любимой еды? — весело вскидываюсь я. — Да ни за что! Обещаю попробовать все!
— Как-то я об обеде не подумал, — чешет затылок муж. — Что-то забегался из-за Маратки.
— Он в полиции? — спрашиваю, нахмурившись. Ненавижу этого человека!
— Конечно, — мрачно кивает Тимур. — Я постараюсь упечь его на долгий срок. Но провалился бы он… Давайте выпьем за Любу. Моя умная и красивая жена обвела вокруг пальца опытного наемника.
— Вы оба постарались, — улыбается Макс.
— За это и выпьем, — радостно перебивает его Катя и обращается к моему мужу. — Сделай мою сестру счастливой, Тимур! Она это заслужила…
— Тут без вопросов, — смеется Манучаров притягивая меня к себе и добавляет ворчливо. — Нужно еще тебя выдать замуж…
— Зачем это? — возмущенно фыркает Катерина. — Мне и так хорошо.
— Ты просто не представляешь, как важно иметь надежный тыл…
— А у меня яйца не отстегиваются, — отмахивается Катерина.
Мы с Тимуром смеемся, а Суровый, поперхнувшись от неожиданности, пытается побороть приступ кашля.
Удобно устроившись тепле Манучаровских рук, медленным взглядом обвожу палату. Идеальная свадьба. Самый лучший вариант из всех возможных.
А когда в кармане мужа странной трелью заходится сотовый, вздрагиваю как от набата. Тимур и Суровый обмениваются короткими взглядами.
— Да, — отвечает на звонок Манучаров. — Что случилось, госпожа Дина?
Мое сердце готово разорваться от отчаяния и ревности. Это еще кто такая? Зачем пожаловала, да еще в день нашей свадьбы.
Муж внимательно слушает возмущенный голос, вот только я не могу разобрать ни слова. Тянусь за тигровой креветкой, обмазанной соусом терияки. Ем ее будто конфетку и отчаянно делаю вид, что этот разговор меня не касается.
— Мы можем принять в педиатрию мать с ребенком? — порывисто спрашивает Тимур Катерину.
— Только люкс свободен, — пожимает она плечами.
— Отлично, — кивает Тимур и настоятельно просит ту женщину в телефоне. — Дайте трубку доктору, госпожа Дина.
И как только в динамике слышится молодой бас, весело приказывает врачу.
— Маршрут меняется, командир. Везите пациентов к нам в клинику. Записывай адрес. Да примут вас, примут. Я — собственник, тут главный врач. Сейчас ей объясните, что нужно подготовить. Давайте, ждем…
— Ты что-нибудь понимаешь? — сумрачно бросает Макс.
— Нет, — морщится Манучаров. — Но скорее всего, Дина сбежала от Алимова. Макс, увеличь охрану до предела. Катя, ребенка нужно спасти.
Раздав указания. Муж поворачивается ко мне.
— Не бойся, Любовь моя. Этой женщине мы с тобой обязаны сегодняшним днем. Это она помогла нам. Сначала сообщила о кавалерах Лейлы, а потом сдала Марата. Только благодаря ей, мне удалось выбраться из лап Алимова.
Кидаюсь к мужу. Реву, повиснув на шее.
Люди должны сами выбирать пару. Как бы мы жили, женись Тимур на Лейле. Существовали бы, как бледные тени. Все-таки, любовь делает нас людьми. Заставляет мечтать и идти вперед рука об руку с любимым человеком.
— Пойдем поддержим. Ребенка забрали в реанимацию. Дина там под дверями одна, — предлагает Тимур после короткого сообщения Макса. Берет меня за руку, ведет к лифтам.
И спустившись на этаж ниже, с любопытством разглядываю сидящую в кресле женщину. Голова опущена, глаза заплаканы. Но увидев нас, Дина подрывается навстречу. По бледному лицу пробегает слабое подобие улыбки.
А я во все глаза смотрю на изумительно красивую женщину, спешащую к нам с мужем. Хотя черная абайя, скрывающая фигуру, измялась и платок на голове сполз на сторону, но даже сейчас, после трехчасового перелета уставшая и взволнованная, госпожа Дина выглядит как модель со страницы журнала.
Муж делает шаг к прибывшей гостье. Осторожно обнимает за плечи. Учтиво наклоняет голову, выказывая глубокое уважение.
— Мы с женой рады приветствовать вас в нашей семейной клинике. Вы в надежных руках, госпожа Дина.
— Ты женился, Тимур?
— Да, пару часов назад. Это моя Люба. Знакомьтесь, — коротко представляет нас Тимур друг другу. Киваю вежливо. И чувствую себя замарашкой по сравнению с этой женщиной. Хотя я в свадебном платье, а она в простой абайе и вся на нервах.
Мужчины — удивительные существа. Почему Манучаров выбрал меня, а не такую вот неземную красавицу? Ответ очевиден. Любовь. Великая химия, природу которой никто не может разгадать…
Дина смотрит на меня с печальной улыбкой. А потом кидается на шею. Крепко сжимает в объятиях, с чувством целует в щеку.
— Ты выбрал достойную женщину, Тимур, — заявляет отстраняясь. Абайя чуть съезжает в сторону. И на короткий миг на груди Дины мелькает до боли знакомое ожерелье. Лишь маленький фрагмент, но я его ни с чем не спутаю.
— Ты видел? — тихонько спрашиваю я Тимура. — Кажется, нашлись настоящие рубины…
— Честно говоря, не заметил, Любушка, — искренне кается муж и, понимая меня с полуслова, добавляет с улыбкой. — Не переживай. У нас будет время рассмотреть Динины цацки.