Эпилог

Милана

Огромный загородный ресторан у озера, где почти два года назад праздновали мою свадьбу, сегодня кажется пустым. На двери болтается табличка «спецобслуживание». Кроме нашей семьи других гостей тут нет.

В небольшом уютном зале с камином и хрустальными люстрами накрыт круглый стол, уставленный деликатесами.

В окно бьются лапы старой ели. Добавляя холодному прозрачному дню немного волшебства.

Все очень камерно и по-семейному спокойно. Вот только обилие охраны портит атмосферу и пейзаж.

Мой брат и тут постарался. Теперь, став примерным семьянином, он просто свихнулся на безопасности.

Оно и понятно, Люба и Мишутка — его главное богатство.

За широким круглым столом разместилась вся наша немногочисленная семья.

Мама с папой, Тимур со своими, мы с Егором и Катя.

Все-таки я устроилась отлично. Тимур мне брат, и Люба сестричка. И наши дети будут расти вместе.

Катю я тоже считаю своей сестрой. Много родственников не бывает. Особенно таких классных, как Катерина. Месяц назад без лишних разговоров она рванула к отцу в Берлин вместо мамы. А нашей Альбине Георгиевне Евросоюз аннулировал визу.

Хулиганок в Европу не пускают. Особенно тех, что с битами.

— Когда объявим? — шепчет Егор. — Сегодня отличный повод.

— После поздравлений, — отвечаю еле слышно. Хотя прекрасно знаю, что в нашей большой семье нет секретов. Маме и Любе я сказала сразу. Естественно, отец и Тимур в курсе. А Катя сама проводила УЗИ и устанавливала срок. Пять недель!

Ой, мамочки дорогие! Еще ждать и ждать.

Перевожу взгляд на Любу, поздравляющую Тимура. Избитые слова о здоровье, любви и счастье, в которых мне впервые слышится глубокий смысл. Может, потому они и избитые, что люди не устают их повторять и надеяться на лучшее.

Сестра протягивает мужу небольшую бархатную коробочку.

Что там, я прослушала. Или Люба сказала тихо. Но взгляд Тимура вспыхивает моментально. Мой расслабленно-довольный брат собирается в один миг. Осторожно и недоверчиво смотрит на жену. Аккуратно берет в руки коробочку, будто там бомба. Открывает с опаской и, достав оттуда часы, с изумлением их рассматривает.

— Как ты их раскопала? — восхищенно бросает жене. И сграбастав ее в охапку, целует крепко.

— Похожи на твои, правда? — радостно лепечет Любаша. — Я в интернете столько аукционных домов облазила. Еле нашла.

— Похожи, не то слово, — мотает головой Тимур, оглаживая хрустальный циферблат. Проводит пальцами по корпусу и замирает, нащупав небольшую вмятину. — Кажется, это мои часы, Люба! — восклицает обалдело.

И нажав на замок, открывает тайник.

— О господи! Смотрите все! — кричит мой ошалевший от радости брат.

— Что ты видишь? — показывает часы жене.

— Два бриллианта. Наверное, по три карата каждый.

— А ты? — поворачивается к маме.

— Люба тебе уже все сказала, — весело фыркает маман.

— Андрей, — не унимается брат. А потом подходит с подарком ко мне.

Два безупречных камня перекатываются по золотому дну тайника.

— Я что-то не пойму, — вздыхает мама. — Люба, ты ему еще бриллианты подарила? У нас вроде этого добра хватает, — улыбается она, будто речь идет о булыжниках с мостовой.

— Жена преподнесла мне мои собственные часы, — объясняет Тимур, но в подробности не вдается. — Почти два года назад их у меня украли. А Любушка умудрилась найти. Настоящий Шерлок Холмс! — добавляет восхищенно. И по лицу брата скользит радостная мальчишечья улыбка.

— Выходит, грабители не подозревали о тайнике? — изумленно тянет мой муж.

— Один знал, — цедит Тимур, недовольно морщась. — Но он очень торопился, поэтому вытащил оттуда самое ценное и захлопнул крышку. А другие даже не догадались.

— Ценное? — вскрикиваю я, ничего не понимая. Меня просто распирает от любопытства. Человек не взял уникальные камни, стоящие баснословных денег. А забрал нечто маленькое и более дорогое. Что же это?

Никак не могу догадаться!

— Одна из этих сережек, — брат легонько задевает мочку уха жены. И тоненькая золотая цепочка, украшенная стразиками, приходит в движение. Мерно качается из стороны в сторону.

— Мои талисманы, — гордо заявляет Люба, крутя головой. Тянется к мужу с поцелуем.

— Это ты — мой ходячий талисман и вечная любовь, — в сердцах шумно роняет он и, взяв бокал, серьезно провозглашает.

— Я женат на этой женщине ровно двадцать месяцев. И каждый день настолько идеален, что я молю бога лишь об одном. Пусть они повторяются снова и снова. Лет так пятьдесят или семьдесят!

Конец