Глава 42

Сказка есть сказка! Конец всегда хороший.

За заслуги перед отечеством и народом бояре решили увековечить меня в виде памятника из золота, кстати, за свой счет, что немаловажно. И для пущей значимости запечатлеть мой образ в былинах и песнях. Никифор Климов, ничуть не опечаленный несостоявшимся царствованием, буйствовал в обещаниях пуще всех. К счастью, данные обещания раздавались в пылу обильного застолья, которое, по традиции, длилось три дня. Надеюсь, как придут в себя и протрезвеют, многое забудется и покажется лишним.

На Бабу-ягу навалились чувство вины и угрызения совести. Она то каялась в содеянном, то оправдывала свои поступки радением и заботой о государстве. Бабуля запила эмоциональный взрыв настойкой трын-травы и решила отойти от государственных дел и заняться овощеводством и воспитанием избушат. Эти бесенята совсем от рук отбились, шныряли по городу, сбивали добропорядочных жителей с ног, портили городскую собственность.

Змей Горыныч сразу же после извлечения из оконного проема поступил на баланс Трисемнадцатого государства – трудиться на новом поприще. Предсказатели погоды счастливы неимоверно. Исполняют любые Змиевы просьбы, терпят все его капризы. Прицепили к нему корзинку с пробирками и агрегатами, летают в небе, предсказывают количество осадков и температуру воздуха. Точнее прогнозы не стали, но все довольны, кроме строителей. Возвести каменную берлогу, да еще оборудовать площадку для упражнений, и все это в кратчайшие сроки – оказалось непомерно трудной задачей. Перед Горынычем они помалкивали, но ко мне жаловаться приходили с завидной регулярностью.

Аксинья продолжала обучение у звездочета. Не скажу, что он сильно радовался внезапно появившейся ученице, но с достоинством воспринял царский указ. Я уверена, со временем он оценит рвение к учебе, способности и обаяние девочки.

Кикимора, недавно обретшая счастье в семейной жизни, цвела как кувшинка. Позеленела, помолодела, даже покрылась юношескими прыщиками от счастья. Необдуманных подарков своему благоверному Лешему больше не делала. Никаких золотых рыбок. Тритончика подарила, хорошенького, синенького. Вчера у него вылезли две подозрительные ножки. Супруг в восторге! Кики уже почувствовала что-то неладное, но пока не может отчетливо сформулировать.

Весело и широко отгуляли свадьбу Емели и Несмеяны. Моим подарком стало подвенечное платье от царского портного. В итоге буйная фантазия Андрея Парамоныча и Несмеяны сошлись на пышном белом платье, обильно украшенном рюшками и воланами. Подол и декольте обвивали гирлянды из розовых розочек. Голову украсила короткая ажурная фата, приколотая к волосам букетиком из роз в кружевах. В свадебном наряде Несмеяна походила на аппетитное пирожное со взбитыми сливками. Емеля не сводил с невесты ненасытного взгляда обжоры. Иногда мне казалось, что он вот-вот попробует ее на зуб. Но в целом пара получилась – загляденье, розовощекая и упитанная.

Митькин подарок тоже пришелся очень кстати. С легкой царской руки молодая семья Емели и Несмеяны стала первой в освоении тарелковидения.

По планам правительства новая игрушка не только станет активно и регулярно использоваться народонаселением, но будет выгодно продаваться в другие царства-государства.

Печка тоже не осталась внакладе. Баба-яга сплела ей дивный коврик красивого синего цвета с витиеватой вышивкой. Довольный самоходный отопительный агрегат украсили ленточками и колокольчиками. Именно печке доверили транспортировку молодых в дом Емели, где уже ожидали приглашенные гости и были накрыты праздничные столы.

Многие, конечно, сетовали на пасмурное и чересчур молчаливое для торжества настроение невесты, но главное, что это ни капельки не смущало жениха. К тому же мнение гостей изменилось благодаря забавному происшествию. Соседка Анна Прялкина, приглашенная на свадьбу и разряженная по этому случаю в красочное платье со множеством цветочков, случайно поскользнулась и чуть не растянулась на грядке. Упасть юной красавице не позволила свеженаписанная табличка, воткнутая в грядку. Естественно, непросохшая надпись отпечаталась на платье, больше напоминающем клумбу, нежели девичий наряд. Как только Прялкина вручила молодоженам подарок и повернулась спиной, дабы удалиться и не мешать остальным гостям, Несмеяна прочитала на ее спине надпись, гласившую: «По грядке не ходить!» – и все присутствующие смогли насладиться заливистым, заразительным смехом невесты.

В общем, у всех дела сложились хорошо, по крайней мере, на конкретный текущий момент. Благополучие Трисемнадцатого царства-государства больше не требовало моего присутствия. Пылкие прощания в мои планы не входили.

Сидя в своей спальне на широком подоконнике, я собиралась с силами и с мыслями для последних решающих действий. Оглядывала то шуршащие внизу фонтанчики и цветастые клумбы (все очень быстро привели в порядок после нашего с Горынычем приземления), то комнату. Наталья старательно обеспечивала мне уют. В моих апартаментах появились ваза с фруктами, самовар, регулярно меняющийся на только что закипевший, и кувшин с полюбившейся настойкой трын-травы. Яга лично готовила.

Все это к вечеру я хотела покинуть. Нет, не хотела – собиралась.

Немногочисленные вещи собраны. Каюсь, стырила у Бабы-яги волшебную тарелочку с наливным яблочком. Наивно рассчитываю подглядывать в этот мир из своей московской квартиры. Не с учеными приготовилась общаться, не открытия делать – не могу навсегда покинуть место, где останется мое сердце. Только бы тарелка не подвела и хотя бы изредка давала взглянуть на Аксиньины успехи в учебе, на цветущий бабкин огород, на клыкастую старушку и наглого кота, на умопомрачительные синие глаза Мити.