Глава 28

Не знаю почему, но у меня была абсолютно детская реакция: я мгновенно прикрыла веки, притворяясь спящей. Глупо, да, знаю.

Видимо, потому, что он застал меня врасплох в том самый момент, когда я думала о том, какой он… кхм… приятный человек. А может быть, потому что мои мысли были в таком беспорядке, что я попросту струсила встретиться с ним взглядом.

– Скарлетт? – повторил он низким и хриплым ото сна голосом, и чуть сжал руку на моей талии. Моё сердце снова сделала переворот в груди. – Всё нормально? Ты чего притворяешься спящей? Я же слышу, как твоё сердце колотится, словно у загнанного в угол котёнка. Будешь шипеть, прижав уши, или жалобно мяукать?

Я шумно фыркнула и не смогла сдержать улыбку. Притворство стало бессмысленным. Медленно открыв глаза, я встретилась с мужчиной взглядом.

Синева его радужки в утреннем свете казалась лазурной и мягкой, но с озорным огоньком внутри. А учитывая, что мы всё ещё лежали в той же позе: я на спине, он, приобняв меня, на боку рядом, было немного неловко. Да что там немного – много! Но торопливо выкручиваться сейчас из его объятий было бы ещё бо́льшим ребячеством.

– Доброе утро, – пробормотала я.

– Доброе, – внимательно вглядываясь в моё лицо посерьёзневшим взглядом, спросил мужчина. – Как ты? Как спалось?

Одновременно с этим он снова легонько сжал мою талию своей крепкой ладонью, и я почувствовала, как по щекам начал расплываться жар. Почему-то только в этот момент я ощутила тяжесть его руки. Приятную тяжесть, будем честны.

– Всё хорошо, – выпалила и тут же перевела взгляд на потолок. – Просто спала. И всё. Спасибо тебе за заботу. Шипеть не буду, уши прижимать не умею.

Я понятия не имею, почему ляпнула это. Вот честно.

Я мысленно застонала? Ну вот какие ещё уши, Скарлетт?! Тебе что, пять лет?!

Хотела как-то ответить ему колкостью и показать, что у меня всё в порядке, но почему-то я решила ответить невпопад про это его сравнение меня с котёнком.

И почему я решила сострить? Юмор никогда не был моей сильной стороной! Что со мной вообще происходит?!

Скорей всего это его взгляд на меня так гипнотизирующее действует, я мне будто разум внезапно затуманило, и я эту чушь ляпнула. И зачем?!

Рука эта его ещё тёплая на талии лежит. И ведь не убирает её! Ещё бы ногу закинул!

Пока я мирилась со своими эмоциями, Дэмиан тихо, почти нежно, рассмеялся. Не усмехнулся, а именно рассмеялся – тёплым, гортанным звуком, от которого по моей спине пробежали мурашки, а внизу живота внезапно затеплился жар.

– Ну, раз всё хорошо… – хрипло протянул мужчина и, наконец, зашевелился.

Если я зажалась как котёнок, то Дэмиан потянулся как тот самый большой, ленивый и абсолютно уверенный в себе кот. Его рука, скользнув по моему животу, внезапно на половине движения замерла и двинулась обратно к моей талии. Он снова положил свою большую и горячую ладонь на мою талию, нежно сжал и притянул к себе. А следом внезапно наклонился ко мне и коснулся губами моего виска.

Кожу будто огнём обожгло.

В этом поцелуе не таилась жгучая страсть и начало флирта, нет. Он сделал это так, будто мы уже пять лет женаты, и это наше обычное утро, а через минуту в комнату ворвутся дети. Очень по-хозяйски уверенно, что ему МОЖНО так делать.

И самое странное, я даже не дёрнулась. А совершенно спокойно приняла его поцелуй. Будто это действительно между нами было нормальным. И откуда у меня взялась эти мысли про детей?!

–...Тогда пора вставать, милая моя, – прошептал мужчина.

И почти сразу нежно, словно я была хрупкой или болезной, отпустил меня и отодвинулся, а затем резко откатился назад и сел на кровати, спиной ко мне. Но не успел он сесть, как тут же обернулся через плечо и, лукаво подмигнув мне, спросил:

– Что, Скарлетт? Уже скучаешь по мне? Нежишься в постели, ощущая на ней следы тепла моего тела?

Вот теперь я вспыхнула. Вот же зараза! Что он о себе возомнил?

– Как можно скучать по тому, что наконец поперёк твоего живота не лежит многотонный камень в виде твоей руки! – попыталась возмутиться я. – Мне кажется, у меня все органы там расплющились.

– Могу посмотреть, – тут же с ехидной улыбкой предложил Дэмиан. – Только, наверное, лучше рубашку снять…

– Вот ещё, – фыркнула я и тоже перевернулась набок и встала с кровати, и тут мне пришла в голову гениальная идея. – Это чтобы тебе было лучше видно нанесённый мне ущерб! Надеюсь, не ослепит.

Последнюю фразу я проговорила с нескрываемым сарказмом и, шагнув к окну, резко дёрнула за шнур, открывающий шторы. Яркий солнечный свет хлынул в комнату, но на это и был расчёт: хотелось, чтобы этого шутника ослепило.

Я ожидала, что он что-то колкое скажет в ответ, но Дэмиан почему-то замешкался и промолчал. Я, довольная собой и своей маленькой победой, обернулась с торжествующим видом и поняла, что не могу подобрать название для выражения лица Дэмиана.

– Ослепила, – хрипло выдохнул мужчина.

Было в голосе и восхищение, и игривость, и страсть… Точно так же он и смотрел на меня. Я с недоумением перевела взгляд на себя, и тогда до меня дошло.

Моя ночная рубашка была сделана из тончайшего батиста. А солнце, падающее сзади, наверняка подчёркивало все изгибы… Да, ткань явно просвечивала, и я красовалась перед ним в этом свете.

Я запоздало рванула шнур обратно, погрузив комнату в полумрак. Сердце, кажется, пыталось через горло выпрыгнуть наружу. Боже, ну и стыдоба!!!

– Отвернись! – прошипела я. – Сию же секунду!