Эпилог. Кира

Кира Разина

- Как там дела на Уне? - я рассматривала проекцию отца, сидя в своем небольшом кабинете в управлении безопасности Мирана.

Уже год прошел с тех пор, как я получила здесь работу под началом майора Милана Икзона, по совместительству своего супруга, и нисколько не жалела о своем решении завершить обучение в военной Академии Мирана и начать строить карьеру именно по выбранной когда-то еще на Зитаре “неженской” специализации. Пусть поначалу это и далось мне непросто, в свете того, что среди безопасников планеты женщин было совсем немного, но я быстро доказала, что мой выбор - не блажь переселенки, точнее, теперь уже полноценной гражданки планеты, а осознанное решение, на которое никто не в силах повлиять.

Большую роль сыграла и вера в меня папы и моих миранцев, поддерживающих меня на каждом шаге на пути к этой мечте. Как и обещали когда-то отцу Милан, Фелис и Лекс, они делали все, для того чтобы я была счастлива. Пусть иногда мы спорили, пусть не все было в наших отношениях гладко и безоблачно, но никогда, НИКОГДА я не усомнилась в том, что они не на моей стороне. Моя влюблённость в моих миранских мужчин стремительно крепла и углублялась, уступив место настоящей, всепоглощающей любви, такой сильной и безусловной, что иногда я задумывалась о том, как раньше могла сосуществовать без нее, как могла сомневаться в своем желании быть с этими мужчинами рядом, как много бы я потеряла, если бы под влечением, вызванным их энергиями и своими не всегда логически обоснованными порывами, не приняла решение построить с ними отношения.

- Все спокойно - улыбнулся мне папа, расстегивая китель свой форменный китель и поудобнее устраиваясь в кресле. Я знала, что он в последнее время очень загружен, но мой родитель, даже живя теперь вдали от меня и прилетая на Миран только в гости, всегда находил время, чтобы хоть пару минут обсудить со мной новости или какие-то планы или просто поболтать.

- Как Лия?

Папа расплылся в улыбке еще сильнее. Сейчас, сняв с себя маску серьёзного Советника, он казался моложе, а следы тяжелой болезни уже давно стерлись с его лица. Отец выглядел бодрым, довольным жизнью, и... да, влюбленным.

Было интересно, порадует ли меня папа новостями именно сегодня или еще немного подержит интригу. Папина жена Лия, с которой я регулярно поддерживала связь, призналась мне по секрету, что скоро у меня появится младший брат или младшая сестра. Судя по всему, эта новость стала для папы и его женщины неожиданным, даже шокирующим открытием. Оба были уже немолоды, Лия, насколько я знала, всегда мечтала о ребенке, но из-за каких-то проблем со здоровьем просто отчаялась когда-либо стать матерью. Да и папа, думаю, планировал становиться отцом во второй раз, скорее уж дедом, о чем иногда намекал, или даже в отрытую говорил мне и моим мужьям. Не с давлением, нотациями или просьбой, а просто потому, что, как он сам говорил, любви в нашей четверке столько, что ее вполне хватит еще на нескольких детей.

Но, похоже стать папой во второй раз, Советнику Разину предстоит все же раньше. Мы с мужьями задумывались о ребенке, но пока отложили это еще на пару лет, так как знали, что нам некуда спешить. Впереди целая жизнь.

Папина Лия была той самой зитаркой, с которой он встречался во время нашего пребывания на планете-пустыне. Незадолго до описанных ранее событий они расстались, но после того как прошли суды и карательные мероприятия на Зитаре, и папино имя было полностью очищено, а мой родитель получил от Содружества предложение отправиться служить руководителем комитета по межпланетным взаимоотношениям в штаб-квартиру Содружества на первую земную колонию Уна, он решил эти отношения возобновить. Я не знала, почему папа и Лия прекратили встречаться в прошлый раз, но судя по тому, с какой готовностью зитарка решила перебраться к нему на Уну, с какой любовью и нежностью эти двое смотрели друг на друга, и с какой скоростью зарегистрировали брак, и папа, и Лия действительно жалели о своем расставании и решили дать своим отношениям еще один шанс.

Лия говорила, что никогда не верила в виновность отца и очень переживала за его судьбу, радуясь, что ему удалось улететь с Зитара и найти способ восстановить справедливость. А еще ругала меня за то, что я не обратилась к ней за помощью тогда, когда потеряла там все, что мне было дорого. Честно говоря, в тот момент про Лию я почти не думала, полагая, что она вряд ли чем-то сможет мне помочь. Если бы я знала про тот гало-носитель...

Кстати говоря, зитарку тоже вызывали на допросы, даже угрожали, но она, как и я в той ситуации, твердо стояла на своем, и получить от нее какую-либо информацию безопасникам Зитара не удалось. Милая нежная Лия, всегда тихая и доброжелательная, оказалось, была полна приятных сюрпризов и имела несгибаемый стержень, оставаясь преданной папе даже несмотря на разрыв их отношений. Не сообщила зитарка и о гало-носителе, который оставил у нее отец как раз накануне своего исчезновения, спрятав его так, что даже обыски в ее жилье ничего не дали. Именно благодаря данным на этом носителе, который шпионы Мирана получили у Лии позже, а затем и передали в независимую комиссию Содружества, папе удалось не просто восстановить свою репутацию, но и инициировать проверки на планете-пустыне, так как происходящее там выходило уже за рамки дел, которые планета может решить самостоятельно.

Не буду в деталях рассказывать о том, что последовало за этим. Всплыло так много грязи, что даже говорить об этом неприятно. Советника Коха, кстати, нашли где-то в трущобах “низа”, но он пролить свет на происходящее уже не смог ввиду своей безвременной кончины. Скорее всего, его покровители или “друзья”, личности которых раскрылись позднее, просто избавились от нежелательного свидетеля, понимая, что больше он им ничем не поможет. Что же, за что боролся, на то и напоролся, как говаривали мои предки.

Папины подозрения относительно “сиро” подтвердились. А благодаря тому, что медики и ученые Мирана не просто приготовили ему антидот, но и взяли из его организма образец токсина, обвинять отца в каких-то домыслах и фантазиях никто уже просто не посмел. Миранские службы, проводя свое расследование, в отличие от безопасников Зитара, отталкивались именно от убежденности в невиновности отца, потому что его давний друг, Заместитель главного Советника Мирана, за него поручился. И когда доказательств папиной невиновности было собрано уже достаточно, все обвинения зитарцев стали сыпаться и подвергаться сомнениям, потому что явно подгонялись под другую версию, подкрепляясь давлением от кого-то сверху и искусственно созданной шумихи в СМИ. По инициативе того же Александра Коха, скорее всего.

Имя одного из “шеров” Зитара, с подачи которого и действовал Советник Кох, всплыло после получения показаний нескольких беспечатников-отщепенцев, участвовавших в заговоре против Мирана несколько лет назад и находящихся в бегах. Их лидер получил от зитарского заказчика задание убрать отца и выкрасть меня и Ию с планеты, но беспечатники разошлись во мнениях из-за открытия Микеля, избавились от своего предводителя и сдались властям родной планеты, желая поучаствовать в следующем эксперименте ученого взамен на информацию об этом заказчике. Далее власти Мирана просто передали все эти данные Содружеству, которому пришлось вмешаться в дела Зитара и навести там порядок, так как угроза, что “сиро” распространится не только на планете-пустыне, но и на других планетах стала более чем реальной. “Шера” поймали на пути в другую систему, а уже через него добрались и до замешанной в преступной деятельности верхушке Зитара. Под чистки попала в том числе и семья Соль, так что Ия навсегда избавилась от угроз, исходящих от своей родни.

Чуть позже мы узнали, что именно “шер” инициировал погоню за папой и “Мириадой”. Именно его катер участвовал в том космическом бою, взорвав транспортник и попутно нанеся “Новому началу” непоправимый ущерб и став причиной аварии на спутнике. Тот “шер” оказался настолько крупной рыбой, что, если бы не по случайности полученная от беспечатников информация, его бы вряд ли кто-то когда-нибудь нашел. После его поимки Содружество не просто встало на папину сторону, но и сделало ему предложение, от которого амбициозный и активный отец просто не смог отказаться. Он, разумеется, не хотел покидать меня, но я убедила папу в том, что ему нужно продолжать свою деятельность, потому что быть политиком - это его призвание. На Миране он, к сожалению, построить политическую карьеру просто не мог, так как, даже будучи почетным гостем планеты, получив от нее политическую защиту и помощь, он все же не являлся миранцем-мужчиной, что было обязательным условием для Советников Мирана мужского пола.

Отец остался на Миране еще на какое-то время, восстанавливая силы и здоровье. И, разумеется, присутствовал на нашей с миранцами свадебной церемонии, которую мы организовали уже после моего поступления в военную Академию и, разумеется, после нашего “замыкания”. Наше торжество было вторым после свадьбы Полии, но также собрало под одной крышей всех наших друзей, в том числе Элину и ее семью, с которыми мы все по-настоящему сблизились и подружились. Я вообще считала и ее, и семьи всех своих подруг, которых когда-то встретила на “Новом начале”, действительно родными мне разумными. Каждая из нас прошла на Миране свой путь к счастью. Каждая нашла здесь то, что хотела, и даже больше. Я прекрасно знаю, что ни одна из женщин нисколько не жалела о решении остаться, даже как и я, уже давно простили власти планеты за тот их “ультиматум”.

Попутно во время всей этой довольно продолжительной истории и местами неприглядной истории я узнала и о судьбе Бараха. После моего побега с Зитара моего приятеля схватили тогда подручные “шера” и пытались выяснить у него о том, как много мне удалось узнать и не успел ли отец передать мне какие-то данные. Именно они искали меня в “низу” Алмала, чтобы иметь какой-то рычаг давления на папу. Но... Я, как и мой отец, смогла вовремя от них ускользнуть. Даже под “сиро” мой друг бунтарской юности не сдал меня просто потому, что и так ничего не знал. Его вовремя нашли его полутеневые знакомые, буквально с боем отбили у врагов, и даже не позволили умереть, устранив последствия действия токсина (на зитарцев "поводок" влиял более щадяще и не так фатально). Сейчас с Барахом все было хорошо, мы несколько раз общались по гало-связи, и мой друг в том числе помог решить вопрос с Иванкой Соль, которая после всей грязной истории, связанной с ее семьей, осталась на планете фактически одна. Судя по тому, что я слышала от подруги во время нашего последнего разговора, мой шустрый приятель уже растопил ее сердце окончательно и бесповоротно. Потому что белая прядь у ее лба прекрасно говорила о том, что у моих оставшихся на Зитаре друзей все точно будет хорошо. Что же, совет им да любовь, так говорится.

Что до мотивов Александра Коха и компании... Про цели Советника можно только предполагать, ведь допросить его уже никто не сможет. Думаю, в какой-то момент желание власти и сольдов победило все остальное, особенно честь и совесть (хотя сомневаюсь, что он изначально обладал этими качествами), а желание обладать мной, в любой другой ситуации просто ему недоступной, подлило масла в этот костер, заставив предать друга и наставника, который так безоговорочно ему доверял, а потом стал угрозой, начав все активнее докапываться до правды. “Шер” давно подкупил Советника Коха, возможно, подсадив его на крючок, а затем заставляя под угрозой шантажа или обещаниями богатства лоббировать в Совете нужные теневому королю Зитара вещи. Тот район, на который тогда обратил внимание отец, действительно был нужен “шеру”, так как в его недрах были обнаружены залежи ценных ценного для планеты газа. Теневой король планировал очистить район от жителей, используя “сиро”, а потом прибрать эту землю к рукам, поставив власти Зитара перед фактом и обеспечив себе таким образом вполне законный источник дохода.

Вот такая история, друзья. А началось все с того, что мой папа просто заметил, что с одним из районов “низа” что-то не так и даже не разобрался, в чем конкретно дело, но фактически подписав себе этим приговор, который, к счастью, так и был приведен в исполнение. Почему Советник Кох решил оболгать его, а не просто убрать? Чтобы ни у кого не возникло причин копаться в настоящих, а не сфабрикованных папиных делах. Возможно, со временем безопасники и сами бы что-то выяснили, но Миран оказался в этом вопросе быстрее. Ведь на Зитаре не все служащие управления безопасности и не все Советники были продажными, как теперь оказалось...

***

Что до меня и моих мужчин...

Фелис и Милан уже давно простили друг друга. Да, еще некоторое время между ними ощущалось некоторое напряжение, и тогда мне пришлось немного... спровоцировать их на сближение, в который раз убеждаясь в том, что именно через меня наша связь приобретает гармонию и законченность, “замыкается” на всех уровнях, как физическом, так и энергетическом, эмоциональном и духовном. А уж сам процесс замыкания... Это было таким удивительным, волнующим и непередаваемым простыми словами опытом, что я, пожалуй, оставлю подробности исключительно для себя и своих мужчин. Надеюсь, вы меня за это простите. Я и так постаралась быть максимально откровенной в своем рассказе, даже в интимных его аспектах от первого слова до последнего.

- Ты уже знаешь? - прищурился папа.

- Знаю - кивнула я - поздравляю вас обоих. Обязательно ждем вас в гости после того, как малышу можно будет отправиться в долгий космический полет.

Папа уже перестал скрывать свою радость. Что и говорить, он просто светился ярче сверхновой, и я полностью разделяла и его восторг, и его предвкушение оттого, что наша семья скоро станет еще на одного члена больше. И зитарские корни Разиных получат свое продолжение, ведь мои дети будут миранцами по расе, пусть даже вполне вероятно унаследовав разноцветные глаза, как у меня или Лекса.

Мы с папой еще немного поболтали, и я с чувством выполненного долга вернулась к своим рабочим обязанностям, ведь дело, за расследование которого я взялась вместе с Миланом и Романом Этелем, являвшимся по-прежнему бессменным напарником моего мужа, а теперь и моим напарником тоже, по-прежнему требовало моего внимания.

- Расправимся с делом и возьмем отпуск - сообщил мне вернувшийся с планерки у начальства майор Икзон - Лекс уже потихоньку передает дела, а Лис обсуждает с компаньонами возможность временного отсутствия. Благо и без него начальников там хватает.

Фелис, кстати, совместно с мужьями Марии открыл свое дело и теперь занимается сборкой гражданских и транспортных космических катеров, отвечая за их безопасность.

У Лекса все было без существенных изменений, он все также лечил маленьких миранцев после неудачных падений или слишком активных игр. Недавно мой супруг даже выступал на межгалактической медицинской конференции, рассказывая медикам с других планет Содружества о вживлении неотановых имплантов в детские хрупкие кости. Его выступление.... да, имело, не побоюсь этого слова, фантастический успех, так что на недостаток работы моему “светлому” улыбчивому доктору Ти-Шору жаловаться не приходилось.

- Ты уверен, что мы разберемся с этим быстро? - нахмурилась я, активируя гало-доску и рассматривая схему, которую мы успели составить.

- Я уверен в этом - кивнул муж, и пользуясь тем, что мы пока находимся здесь вдвоем, подошел ближе, посадил меня на стол и прижался губами к моим губам.