Глава 39. Фен и подтяжки

Я категорически отказалась ехать в их джипе в академию. Вернее, дело было не совсем так…

Проснувшись рано утром в своей новой комнате, я убедилась, что нашу договоренность они выполняют. Хоть я и не помнила, как добралась до постели, я спала в ней одна. Одетая. Еще никогда более нескольких часов в одной и той же одежде я не ходила. Поэтому первое, что мне захотелось сделать, это забраться под горячий душ и смыть с себя все-все-все. Жаль, что вода не может и проблемы все мои смыть.

Помнится, в прошлый раз я пользовалась ванной одного из мужчин. Но ведь не может быть, чтобы в таком шикарном доме для меня не предусмотрели ванной и туалета? И я оказалась права. Дверь была закамуфлирована под дверцу шкафа, и мне было совсем не просто ее найти. В шкафу с одеждой я уже ориентировалась достаточно свободно, так что, взяв смену одежды, я отправилась в душ. Но стоило мне раздеться и закрыть за собой дверцу душевой кабинки, как дверь в ванную открылась, и в нее бесцеремонно вошел Алан. Я только и успела, взвизгнув, присесть в уголке, прикрыв руками все свои прелести. Алан был почти голым. Почти — это потому, что на шее у него висело скрученное в жгут полотенце, а изо рта торчала зубная щетка.

— Оу, малАя, ты уже встала? Прости, я быстренько. У меня зубная паста закончилась.

Вынув щетку изо рта, выдавил на нее зубную пасту и подмигнув мне, ушел. А я так и сидела, зажавшись в углу и переваривала увиденное. Я вам скажу, у греческих аполлонов на картинках их прчинные места были гораздо меньше. И не так возбуждены. Точно, во всем виновата зубная паста, — хмыкнула я и включила горячую воду.

С опаской поглядывая на дверь, я налила на мочалку пахнущего цветами геля для душа и стала нещадно себя тереть.

Но тут опять открылась дверь. Абсолютно голый, со стояком наперевес, в мою ванную комнату зашел Марк.

— Доброе утро, детка. Что-то мой фен бунтует. Я воспользуюсь твоим?

Затем бросил на меня довольный взгляд и прокомментировал увиденное:

— Ты прямо как зефирка в пене. Спинку не потереть?

Поигрывая мышцами и ничуть не стесняясь, он сушил моим феном свой куцый ежик и демонстрировал свои чресла. А может, это просто я не могла взгляда от них отвести, то и дело бросая его из-под ресниц.

Дальше — больше.

Стоило мне выйти из ванной, и начать одеваться, как опять заявился Алан.

В носках и обтягивающих боксерах он искал в моей комнате подтяжки.

Восторженно оценив мои кружевные трусики, которые я не успела спрятать, так как прикрывала руками грудь, как ни в чем не бывало, ушел в свою комнату.

Но не успела я застегнуть бюстгальтер, как за моей спиной оказался Марк.

— Давай, помогу, — он вынул из моих рук застежку и ловко ее застегнул.

Поцеловав в плечо, сказал:

— Утюга лишнего нет?

— Не-а. Алан уже забрал.

— А-а-а, ну ладно. Ты давай, вниз спускайся. Завтрак уже готов.

Уже у самого выхода его догнал мой тихий вопрос:

— А че, завтрак тут не в постель подают?

Вот вроде бы и тихо спросила, но он все равно услышал.

— Понял, исправимся.

Этот засранец даже боксеры не удосужился одеть.

Кажется, они решили меня смутить? Им это удалось. К завтраку я спускалась на ватных ногах и пунцовая, как рак.

За столом они также не оставляли меня в покое. То по волосам потреплют. То чей-то палец пробежится вдоль позвоночника. То мимолетный поцелуй в уголок рта. То крошку от бутерброда с губ языком слизнут.

Не знаю, этого они добивались или нет, но к концу завтрака я уже настолько привыкла к их прикосновениям, что даже на похлопывание ниже талии особо внимания не обратила.

Забрасывая рюкзачок на плечо, я направилась к выходу. Решение оказать сопротивление пришло в мою голову внезапно.

Смакуя каждое слово, я бросила через плечо, дергая ручку входной двери:

— А адрес тут у вас какой? Куда такси-то вызывать?

Мужчины оказались рядом со мной молниеносно.

— Какое еще такси? — насупился Марк.

— Мы тебя отвезем, — продолжил Алан.

— Простите, мальчики. Но вы еще не одеты, — я демонстративно скосила взгляд на их труселя, — а я уже и так опаздываю.

Марк стремглав бросился вверх по лестнице, проорав:

— Виктория, это не обсуждается!

— И мои штаны захвати, — крикнул ему вслед Алан, но дверную ручку из рук не выпустил. — Вика, это не серьезно. Наша девушка на такси ездить не будет.

— Тогда вам придется купить мне велосипед. Потому что с вами я в академии не появлюсь.

— Это почему еще?

— Вы мне репутацию испортите. — я уже не на шутку завелась, — я же у вас не пленница? Кажется, вы меня гостьей называли…

Наши препирательства продолжились и во дворе, и у машины. Более наглый Марк все норовил у меня айфон из рук вытащить и в свой джип меня запихнуть. Алан же уговаривал меня, как маленькую. И к машине подталкивал более мягко.

Я уже совсем отчаялась и была готова сдаться, как Марк меня удивил.

— Ну, хорошо, — вдруг удивительно спокойно заявил он. — Поедешь сама. Но только…

— Что только? — хриплым от спора голосом спросила его я.

— Поедешь одна, но взамен должна нам поцелуй.

Да ладно! Я сегодня уже несколько раз вас голыми видела. Тело горело от их прикосновений, а голова гудела… Вот просто гудела, и все тут. Так что легкий поцелуй я перенесу.

— О-кей. Но сначала вызывай такси, — велела я.

Судя по тому, как они довольно улыбались, мое согласие пришлось им по душе.

Скрипнули тормоза подъехавшего такси. Передо мною вежливо открыли заднюю дверь. Алан тихо давал указания воителю и протягивал ему шелестящую купюру.

А я, только когда села в машину и взялась за дверцу, готовая ее в любой момент захлопнуть, вытянула губы дудочкой, подставляя их для поцелуя.

— Не-ет, детка. Так не пойдет, — Марк склонился к моему лицу так близко, что я видела каждую золотую щетинку на его щеках. — Поцелуй будет вечером.

И довольно хмыкнул, глядя в мои ошарашенные глаза.

Так что я ехала в академию одна, упиваясь своей маленькой победой. А в голове, наконец-то, отозвался мой внутренний голос, молчавший так долго:

— Ну, да. Победа-то ма-а-аленькая. Как бы поражение не было сокрушительным…

В животе моем от предвкушения стала закручиваться тугая пружинка.