Глава 40. Туман в глазах

Накручивая себя, включив на посную свое воображение и, чего уж греха таить, мечтая, я благополучно выгрузилась у академии. Думая о своем, чуть не снесла своим тщедушным тельцем входную дверь, дважды споткнулась о ступени…

— Здравствуйте, Таисия Марковна, — поздоровалась с деканом нашего факультета, Олегом Сергеевичем.

— И тебе не хворать, — услышала его удивленное…

Пол пары, замечтавшись, просидела в аудитории. И только тогда, заметив веселые взгляды студентов и препода, поняла, что забрела на пару к старшекурсникам.

— Ну, я пойду? — отчаянно покраснев, я, под дружный гогот, выскочила из чужой аудитории.

Присоединившись к своим сокурсникам, не сразу заметила, что села поблизости от Марьяны и ее подружки.

Грозный окрик лектора, адресованный им, привлек и мое внимание. И опять я покраснела. С чего бы это я вдруг почувствовала себя так, словно украла у подруги парня? Тем более. Она мне и не подруга вовсе. А так, не понятно кто. И если уж быть совсем точной, то не парня, а парней.

Мой внутренний голос премерзко так засмеялся.

— Марьянка, а это точно они? — шептались мои соседки.

— Я что, слепая? Не узнаю тех, кому отсасывала?..

Фигассе…

— Я те говорю, за мной приехали…

Я пристальнее посмотрела на Марьяну, сменившую розовый окрас волос на ядовито-зеленый.

— Так зыркали на меня…

Она плотоядно облизнулась, а у меня тошнота подкатила к горлу. Как же так?

— А ты что думала, они с ней в шашки играли? — зашептал внутренний голос.

— Заткнись, — не выдержала я.

— Что вы сказали, студентка? Как фамилия? — гневно уставился на меня лектор.

От ответов на поставленные вопросы меня избавил звонок.

Низко угнув голову и спрятав лицо за волосами, я прошмыгнула к выходу, надеясь, что лектор меня не запомнит, а студенты не сдадут.

Решив в перерыве между парами выпить кофе и взбодриться, я вышла из академии и уныло побрела к кафешке, переваривая слова Марьяны.

Сама же себя накрутила, и сама себя стала успокаивать. Во-первых, с чего вдруг я взяла, что речь идет о моих парнях? А во-вторых, она просто не могла их видеть сегодня. Я ведь приехала на такси!

Окрыленная этими мыслями, я вдруг краем глаза увидела яркое зеленое пятно. Повернула в его сторону голову и застыла с открытым ртом.

По пешеходному переходу, игнорируя красный свет, неслась Марьяна. И неслась она не куда-нибудь, а к такому знакомому мне черному джипу!!!

Пипец!!!

Меня толкали спешившие мимо пешеходы. Кто-то рявкнул над самым ухом:

— Чего встала, дурра?

Кто-то тут же за меня заступился.

Ни обидные слова, ни звуки сыпавшихся совсем рядом тумаков и ругани, меня нисколько не тронули.

Словно в замедленной съемке я видела, как подходит Марьяна к джипу и дергает за ручку, пытаясь открыть заднюю дверь. Как выбирается из машины Марк и что-то ей говорит…

— Вика, ты оглохла?! — меня за плечи вдруг хватают сильные руки и разворачивают спиной к так больно ранящему спектаклю.

Мишаня. Только его сейчас мне для полного счастья и не хватает.

— Я говорю, он тебя сильно ударил?

Кто ударил? Кого? Когда?

— Миша, отвали. Не до тебя мне сейчас.

— А мне вот, как раз до тебя.

Он хватает меня за руку и тащит в ближайшее кафе.

А может, это и к лучшему. Нечего рвать себе на части сердце из-за двух придурков, решивших ворваться в мою жизнь.

Превозмогая боль, разливающуюся в груди, я смахнула слезу и улыбнулась Мишане.

— Миша, ты Сюзанну видел? С ней что-то случилось.

— Да что с ней случится? Хахаля, небось, подцепила. Я не за тем пришел, — он потянулся ко мне и пальце вытер еще одну слезу. — Что, так больно? Не переживай, я этому дебилу, что тебя толкнул, все руки повыламывал.

Какому дебилу? Какие руки? О чем он говорит?

Я несколько раз моргнула и посмотрела на Мишку.

Я все порывалась обойти его, но Миша усадил меня за столик в самом углу зала, а сам сел напротив. Меня раздражало все. И темный угол зала, и самоуверенная физиономия Мишки, и не вкусно сваренный кофе.

— Значит так, Вик. Я решил, нам с тобой нужно встречаться. Я… как это принято говорить? Люблю тебя, хочу тебя, и все такое… Ты как?

Очень вовремя. Мои парни там с Марьяной "общаются", а он мне лапшу на уши вешает.

— Миш, я — никак. Мне нужно идти.

Я уже приподнялась, отставив в сторону полную чашку с кофе. Но он, положив руки мне на плечи, усадил меня назад.

— Нет, ты не поняла. Я же серьезно. Снимем квартирку, родим ребеночка. С родителями познакомимся.

— Да нет, Миша. Это ты не понял, — я и сама не поняла, откуда нашла в себе силы и смелость так с ним разговаривать. — Мой ответ — нет. И квартирку мне снимать не нужно. И ребеночка тебе я рожать не собираюсь. А родителей у меня, кстати, нет.

— Ну, ну, детка. Я ж понимаю. Все это очень неожиданно и тебе нужно подумать. Но…

Я почувствовала, как внутри меня дрожью разливается непонятная ярость. Глаза застлала пелена, по коже побежали мурашки.

— Миша… — необычно низким и утробным голосом попыталась я урезонить противного мне кавалера.

— Но я подожду. А завтра еще раз поговорим.

Он решительно не хотел меня слышать и гнул свою линию. А вот со мной творилось нечто необычное.

В тот самый момент, когда он встал и, перегнувшись через весь стол, запечатлел на моих губах слюнявый поцелуй, дверь в кафе открылась и вошел … Алан.

Казалось, он с первого же мгновения нашел меня взглядом. Я совершенно отчетливо видела, как обеспокоенность на его лице сменилась яростью. Но встретившись со мной глазами, ярость сменилась удивлением. И вот что удивительно: несмотря на то, что на все вокруг я смотрела будто сквозь туман, его глаза я видела совершенно четко и ясно. Мне даже казалось, что мой взор пульсирует, отдавая болью в висках.

Отшвырнув в сторону паренька, попавшегося ему под ноги, Алан вмиг оказался возле нашего столика. Еще чувствуя на губах противный мне вкус поцелуя Мишани, я ожидала, что мужчины сцепятся в драке. Но не тут-то было. Алан отбросил Мишу в сторону, как пушинку. Цепко схватив меня за талию, выдернул из-за стола, забросил на плечо и, что есть сил, припустил на улицу. Это было бы похоже на бегство, если бы краем помутневшего зрения я не увидела, как без чувств сползает по стене Мишка.

С визгом затормозил рядом черный джип. Алан буквально зашвырнул меня на заднее сидение и, слегка придавив, устроился рядом со мной.

— Что случилось? — спросил хмурый Марк, глядя на нас в зеркало заднего вида.

— А ты ей в глаза посмотри.

Марк повернулся и посмотрел на меня. Его глаза я видела точно так же четко, как и глаза Алана.

— Ч-ч-ч-черт, — в сердцах сказал он и нажал на газ.