Глава 28

Есения

Укрылась в своей комнате и лежу, уткнувшись носом в подушку. Слёз больше нет, мысли проносятся на сверхзвуке. В висках стучит, в груди печёт. Что это было? Какая же я дура. Помчалась в ночи, теряя тапки.

Входит отец – узнаю по шагам. Сильнее вжимаюсь в подушку. Садится на постель, гладит меня по спине. Рука его дрожит.

– Куда же ты рванула, глупышка?

– Поговорить хотела, – поворачиваюсь на спину, беру руку отца и прижимаюсь к ней губами. – Я люблю тебя, папочка, очень люблю. Прости меня.

– Прощаю. Но впредь, думай, что делаешь.

– Ты подменил паспорт?

– Да, сунул твой старый в шкатулку, – отец гладит меня по щеке.

– Ты всегда всё знаешь на шаг вперёд.

Фрол грустно улыбается:

– Бери выше. Я просчитываю игру с самого начала. Это уже в крови.

– Мама очень сердится?

– Скорее на себя. Раз в жизни поиграла в демократию. Но хватило её ненадолго.

– Это я виновата. Выдавала желаемое за действительное, и ей наплела про Мухаммеда того, чего не было.

– Всё уляжется. Андрей за тебя очень переживает.

– Мне так неудобно перед ним. Он поцеловал меня на конюшне… – кровь приливает к щекам. Нашла, что отцу рассказывать.

– Понравилось? – подмигивает он, уголки его губ подрагивают.

– Да, – теряюсь от неожиданности.

– Он очень переживает. Хотел сразу за тобой рвануть и лично накостылять этому недоноску. Я не пустил.

– Что ты сделал с Мухаммедом?

– Отшлёпал.

– Это как?

– Ремнём по голому заду. Думаю, он навсегда забудет сюда дорогу.

– Это точно. Пусть уматывает. – Поговорила с отцом, и камень с души упал. Закидываю руки за голову, вздыхаю. – Андрей меня теперь и видеть не захочет.

– Да ладно. Он за дверью стоит. – Отец поднимается с кровати и кричит, поправляя чуть задравшийся подол моего платья: – Гончаров!

Входит Андрей с коробкой под мышкой. Он, как и отец, в чёрной майке. Мама дорогая, от кого я бежала? После случившегося, Андрей кажется таким родным. Отец проходит мимо него. Они стукаются кулаками и плечами. Мы с Андреем остаёмся наедине. Не нахожу нужным сесть, мне с этим парнем спокойно. Он тоже не церемонится, садится ко мне на кровать и, точь-в-точь как отец, гладит меня по лицу.

– Ты в порядке?

Прижимаю его тёплую руку к щеке. Смотрим друг на друга и никаких слов не нужно.

– Ты можешь пригласить меня на свидание.

– У нас свидание. Цветы я уже дарил, теперь пришёл с шоколадкой. Маленькие любят сладкое, – он кладёт мне на живот подарок в голубой бумаге с принтом из серых медвежат. Развязываю ленту и достаю целую коробку плиток шоколада с марципаном.

Невольно улыбаюсь, разглядывая любимое лакомство.

– Он же только за границей есть. Где разжился?

– Привёз специально с чемпионата. Так торопился тебя увидеть, что в машине забыл.

Мне нравится простота Андрея.

– Отец про лакомство рассказал? – Вот ведь сводня мой папочка. Но я не сержусь.

– Скорее это я допросил его с пристрастием.

– Спасибо, – откладываю коробку.

– Рад, что тебе понравился мой поцелуй, – Андрей улыбается, и ямочки проступают на его щеках.

– Не вгоняй меня в краску.

– Румянец тебе к лицу.

– Для первого свидания – это было слишком, – сажусь на кровати и оказываюсь слишком близко к Андрею.

– Я тебя не тороплю, – он обволакивает меня взглядом. – У тебя есть время подумать.

– О чём?

– Я просил у отца твоей руки.

– Не зная меня?

– Ты очень активно ведёшь свои соцсети. Куда дела фотки с купальниками? Хорошо, успел скачать.

– Ты скачал себе мои фотки?

Андрей достаёт телефон и показывает заставку на экране:

– Эта моя любимая.

– Скинешь мне? А то я поудаляла сдуру.

– Не вопрос, поделюсь…

– А что сказал папенька?

– Папенька не возражает, – Андрей заправляет мне за ухо прядку, упавшую на лицо.

– Кто бы сомневался, – распечатываю коробку и натыкаюсь на красный бархатный мешочек. – Это то, что я думаю?

– Да.

– А как же время на размышления? – Достаю кольцо с бриллиантом и не могу устоять – примеряю его на палец. – Папа уже и размер мой подсказал.

– Да, свой человек. Я не тороплю с ответом.

– Я вижу.

– Ну дня два можешь подумать.

– А потом? – рассматриваю как грани камня переливаются в свете бра.

– А потом подадим заявление, – смеётся Андрей.

– То есть пришёл, увидел, победил? Как папа, просчитываешь игру с самого начала?

– Горжусь тем, что я его лучший ученик.

– Вы похожи. Но мне нужно больше времени. А то я тут уже чуть не напорола сгоряча.

– Гости разъехались. Хочешь, пойдём прогуляемся ещё?

– Дай мне привести себя в порядок.

Андрей помогает мне подняться. Сажусь к трюмо и тянусь за блистером с таблетками. Мухаммед так встряхнул меня, что я крепко приложилась затылком о стену.

– Так и не прошла голова?

– Побаливает, – неловко признаться, что я вечером обманула Андрея.

– Сядь ровно и расслабься.

Послушно закрываю глаза. Андрей ощупывает мою голову и натыкается на шишку.

– А это что?

– Стукнулась.

– Или стукнули?

– Или стукнули, – соглашаюсь, мне не хочется врать ему.

– Вот мудак! Надо холодное приложить.

Поправляю причёску.

– Не надо, само пройдёт.

– Надо! Пойдём на кухню.

Пробираемся с Андреем на кухню. Он открывает морозилку.

– Вот курица. Давай приложим. Посидишь минут пять.

– Может, включим машину для льда? – спрашиваю робко.

– Идеальный вариант. Но курица уже готова тебя полечить.

– Ты, наверное, кушать хочешь? – улыбаюсь я.

– Хочу.

– Давай стейк по-быстрому сделаю, – повязываю передник и открываю холодильник. —Так, что тут у нас.

Андрей копошится возле машины для льда.

– Тут уже есть лёд. Нужен пакет.

– Держи! – выдёргиваю пакет из ящика и ставлю сковороду на плиту.

Вскоре Андрей с аппетитом уплетает мясо, а я сижу, приложив пакет к затылку. В доме тихо. Слышно, как стрелка настенных часов отсчитывает секунды. То ли семья попряталась по комнатам и замерла в ожидании, то ли продолжает кутёж у Руслана.

– Очень вкусно, спасибо! Поел, и сразу в сон потянуло. Но на воздух выйдем, и пройдёт.

– Ты действительно хочешь гулять?

– Нет, – Андрей промакивает рот салфеткой. – Просто хочу хоть немного ещё побыть с тобой.

– Для этого необязательно топтаться вокруг дома. Давай я тебе постелю в гостевой? А утром погуляем.

– Ты устала?

– Я тоже не прочь побыть с тобой, – убираю тарелку Андрея в посудомойку. – Идём, покажу тебе комнату. Веду Андрея в единственную оставшуюся в доме свободной комнату на первом этаже. Остальные переделаны под детские. Открываю дверь и включаю свет.

– Здесь останавливаются только наши самые близкие друзья. Другие идут в баню.

– В каком смысле? – тихо смеётся за моей спиной Андрей.

Поворачиваюсь к нему, чуть не врезавшись носом в широкую грудь.

– Баня – одно название. У нас там…

Андрей обнимает меня и приникает к моим губам. Обнимаю его за шею и растворяюсь в поцелуе.

– Душ там…

Ноги не слушаются. Андрей помогает дойти до кресла. Опускается на пол и утыкается головой в мои колени. Пальцем веду по его шее, повторяя узор татуировки.

– Можно я у твоих ног проведу эту ночь?

– Так и быть. Посижу с тобой.

Разговор затягивается до четырёх утра. Мы не можем наговориться. Андрей провожает меня до комнаты и снова целует. Засыпая, целую подаренное им кольцо.

В девять втискиваюсь в обтягивающее розовое платье, верчусь перед зеркалом и, мазнув губы блеском, бегу будить Андрея на завтрак.

Сталкиваюсь с Варей и Лукой. Его детки висят на них с двух сторон. Они вчетвером обосновались в комнате сестры. Обнимаю её, мне не терпится поделиться с ней новостью. Лука берёт мою руку и рассматривает кольцо.

– О, респект Андрюхе. И тебе тоже. Три кольца за две недели – сильно.

Варя целует меня:

– Уже вчера поняла, что вы споётесь. Поздравляю, сестрёнка.

– Я ещё не сказала «да»…

– Так скажи, – прижимается Варя к плечу Луки. – Две свадьбы сразу сыграем.

Лука обнимает Варю и смеётся:

– За папкой повторяешь?

– Да, – признаётся она.

– То есть вы за меня уже всё решили?

– Таможня дала добро.

– Скажите родителям, что Андрей остался ночевать у нас.

– А то они не знают! – из комнаты, зевая, выходит Егор, за ним – Мэл.

– Поздравляю, Есь! Хороший парень.

В коридор выглядывает Ксюха:

– Всем здрасьте. А где Андрей?

– Ну семейка! Люблю вас! – Чуть не вприпрыжку бегу в комнату к Андрею.

– Иди ко мне, – сонно мурлычет он.

– Доброе утро, – сажусь на кровать и тут же оказываюсь в крепких объятиях.

– Я соскучился.

После непродолжительной борьбы и сладких поцелуев, мне удаётся донести до Андрея, что нас уже ждут к завтраку.

Выходим раскрасневшиеся и немного всклоченные. Всё семейство уже за столом. два стула пустуют лишь. Андрею уже и место определили.

Отец хитро поглядывает на нас, мама улыбается, а Анна с Егор Ивановичем сияют, словно в лотерею выиграли. Фрол поднимается из-за стола:

– Как спалось? – жмёт руку Андрею.

– Спасибо, Фрол Матвеевич.

– Ну что, плутовка? – треплет меня по волосам отец. – Всю ночь парню спать не давала?

– Мы просто болтали, – цепляюсь за руку Андрея, наши пальцы сплетаются.

– Это я понял! До чего договорились-то?

– Ну раз вы все в курсе… Чего тянуть-то? – поднимаю взгляд на Андрея.

Он кивает:

– Жги!

– Чего жечь?

Отец закатывает глаза:

– Мосты! Не томи, доча.

Собираюсь с духом и поднимаю руку с кольцом:

– Андрей сделал мне предложение. Я согласна.

– Гол! – ударяет отец в ладоши, оглядывается на нашу королеву. – Мать, ты как?

– Не возражаю! – мать выбирается из-за стола.

– Вот это по-нашему, – Егор Иванович подрывается и, подвинув стул к стене, снимает икону. Несётся с ней к нам. – Держи, Матвеич.

Нам с Андреем остаётся лишь склонить голову перед родителями. Слышу голос Таши:

– Ну ничего такой. Красивый!

Матвей возмущённо ворчит:

– Красивый! Это лучший нападающий. После папы.

Рассаживаемся за столом. Когда восторги по поводу моего замужества стихают, Егор переглядывается с Мэл, сестра краснеет:

– У нас для вас ещё новость. Мы ждём малыша!