Глава 30

Есения

Вскакиваем с Варей с подлокотников, отец довольно смеётся, поднимаясь за нами следом:

– Что, котятки? Уж замуж невтерпёж? Дайте хоть посмотрю на вас как следует.

Отец берёт Варю за плечи и качает головой:

– Ох, доча, от кого не ожидал такой финт ушами, так это от тебя, – в глазах отца столько любви, – но я доволен, что так вышло. Чувствую вину в том, что вы с Лукой так долго шли друг к другу. Но если Господь посылает тебе человека, он обязательно тебя найдёт. Рад, что вы будете жить под боком. С детками поможем! Будь счастлива, кроха моя.

У Вари в глазах слёзы:

– Папа, я… Я так тебя люблю…

Отец обнимает её, похлопывает по спине:

– И я тебя люблю. У вас всё будет хорошо! – отпускает Варю и берёт меня за плечи. – А вот к твоим кренделям, огневушка-поскакушка, я не зря готовился. Помни, малышка! Семья – это крепость, а душа – христианка. Ты чуть не потеряла и то, и другое. Гончаров – правильный парень. Вы – две половинки одного целого. Счастья и любви вам на долгие годы! – отец подмигивает. – С вас продолжатель футбольной династии.

Обнимаемся с отцом. У меня глаза на мокром месте. Где бы я сейчас была, если бы не моя семья. Страсть и любовь оказывается не одно и то же. Андрей вытеснил из моего сердца Мухаммеда. Нам с Гончаровым ещё, конечно, предстоит узнать друг друга, но я смело иду замуж. За месяц знакомства Андрей мне не дал ни одного повода усомниться в правильности выбора. Сегодня я впервые переступлю порог спальни, и мы станем супругами по-настоящему.

Из коридора слышатся мамины шаги и её мелодичный голос:

– Девочки, на выход!

Отец смеётся и добавляет:

– Не забываем вещи при выходе из вагона, – одёргивает пиджак. – Да, благодарю за поддержку.

– Тебе правда костюм очень к лицу, – улыбается Варя.

– Тогда вперёд! Вручу ваши руки женихам – и гора с плеч, – отец выбирает из вазы на трюмо две конфеты и показывает притихшим малышам. – А кто вместе с дедом пойдёт, тот получит сладкую конфету!

За месяц дети уже привыкли к нам. Неуклюже сползают с кровати и бегут к Фролу. Они совершенно не похожи на Соню. Оба светленькие и с небесно-голубыми глазами, маленькие копии Луки. Мне всегда казалось, что Соню это задевало. Сегодня они разодеты, как куклята. Кристина в розовой тунике с серебряным пояском и с бантом на полголовы, Архип в костюме-тройке – сшили такого же песчаного цвета, как у Луки.

Выходим вслед за отцом в коридор. Мама, Мэл, Маруся, Таша – стоят по стеночке. Из гостиной доносится гул голосов и смех. Сегодня снова футбольная команда в сборе. Здесь же семья моего жениха. К ресторану подтянутся коллеги, партнёры отца и наши друзья.

– Варюш, я так волнуюсь, – шепчу сестре.

– Не дрейфь, Есь! – подмигивает наша скромница. – Сейчас Гончаров тебя, как обычно, сгребёт в свои крепкие объятия. Успокоишься.

Мама поправляет на мне платье:

– Всё хорошо, солнышко, – треплет по волосам Кристину. – Какая ты красавица у нас! – тут же выпрямляется и хлопает в ладоши: – Маруся, мы берём детишек на руки. Девочки построились. Первыми выходят Ксюша и Наташа…

– Мам, да мы помним, – смеётся Маруся. – Мы с Меланьей следом, потом папа раздаст невест и утрёт скупую мужскую слезу.

– Где платки? – папа хлопает себя по карманам.

– В смокинге, – ехидствует мама. – Могу предложить оторванный рукав.

– Маргош, ну серьёзно, – отец склоняет голову набок, пуская в ход чары.

– Держи! – Маруся протягивает отцу упаковку бумажных платков. – Я для Руслана две взяла.

– Вот! – радуется отец. – Современная женщина! А то мама мне всё с вензелями подсовывает.

Мама вздыхает:

– Король, такой король.

Отец обнимает её:

– Люблю тебя, моя королева.

В коридор из гостиной выглядывает Руслан:

– Ну вы идёте?

Папа быстро прячет платки:

– Погнали, котятки!

Пропускаем вперёд мать и сестёр и идём за отцом. Не чую ног под собой. В гостиной толпа, а я вижу только Андрея. На лице его сияет улыбка. Никогда не видела его в светлом костюме. Как он втискивает свои плечи во все эти пиджаки. Небеса, в висках стучит, а уши заложило так, что с трудом разбираю слова. Утопаю в зелёных глазах Андрея.

Отец задвигает речь, и я радостно выдыхаю, когда он тихо заканчивает:

– Держите, пацаны! С Богом!

Ныряю в крепкие мужские объятия жениха, не в силах вымолвить ни слова.

– Зефирка моя, ты бесподобна, – шепчет он, пересчитывая пальцами мои позвонки. – Так и съел бы тебя.

Успокаиваюсь в его руках. Дар речи возвращается:

– Не ешь меня, медвежонок. Я тебе ещё пригожусь.

– Люблю тебя. Люблю, люблю, люблю.

Отец командует:

– По машинам!

Первыми выходят гости. В прихожей рядами стоят вешалки. Пока все оденутся и выйдут, приду в себя.

– Ты чего вся дрожишь, зефирка? Всё в порядке?

– Свадебная лихорадка. Ничего не соображаю.

– Расслабься. Всё под контролем. Я рядом, – Андрей целует меня в лоб и похлопывает по спине. – А вместе мы сила.

Его младшие брат и сестра разговаривают с Мэл. Сева машет мне рукой, а Лара оценивающе поднимает большие пальцы вверх. Родители Андрея шепчутся с моими. Андрей несколько раз меня возил к ним в гости, а они приезжали к нам. Две семьи быстро спелись, и теперь споры только из-за того, кто будет сидеть с внуками. Андрей заканчивает их быстро – жена и дети всегда будут рядом с ним.

К нам подходит Капитоша – так в семье Андрея ласково называют мать. Она миниатюрная, как Дюймовочка. Не представляю, как она родила троих детей. Даже сестра-баскетболистка, в огромного, как бурый медведь, отца.

– Есения, нет слов. Платье – обалдеть! – Капитоша достаёт из кармана увесистую бархатную шкатулку и оборачивается к мужу. – Масюсь, ты где?

Макс, в прошлом чемпион по вольной борьбе, переваливаясь идёт к нам.

– Капитош, ну мы же договаривались, – оглядывается он. – Никаких Масюсей при гостях.

– Да кто тут чего слышит? – Капитоша обводит руками пустеющую на глазах гостиную. – Не мороси. Давай вручай.

Макс берёт из рук жены шкатулку и открывает её. На красном бархате лежат серьги, кольцо и ожерелье. Синие сапфиры в золоте.

– Какая красота! – Всплёскиваю руками. Драгоценности моя слабость.

Капитоша польщённо улыбается.

– Эта красота передаётся у нас в роду по женской линии. Береги их.

– Спасибо! А можно я сейчас всё это надену? – Беру шкатулку, не в силах отвести глаз.

– Какой ты ещё ребёнок, зефирка, – Андрей от смеха утыкается носом мне в макушку.

– Я вижу, драгоценности в надёжных руках и не будут пылиться в шкафу, – Макс подмигивает сыну. – Девушка знает толк в дорогих украшениях.

– Помоги надеть! – протягиваю шкатулку Андрею.

– Есь, мы опоздаем.

– Андрюш, – вздыхаю, доставая перстень. – Сегодня наше первое семейное торжество. Я просто обязана это надеть.

– Ладно, только быстро!

Быстро снимаю серьги, Андрей неумело тычет мне в ухо серьгу из шкатулки. Капитоша отодвигает сына:

– Есь, у него же лапы-косолапы. Давай помогу.

Андрей уже копошиться у меня за спиной, меняя бусики на ожерелье.

– Спокойно, девочки!

Общими усилиями справляемся на ура.

Мама хлопает в ладоши и спешит к нам.

– Молодые, на выход! Оу, какая красотень. Никогда не разбиралась в драгоценностях, но эти шедевральные.

Родители Андрея довольно переглядываются. Отец входит в гостиную с моей шубой:

– Что за сцена у камина! Андрюх, всех в охапку и на переднюю линию!

– Есть, командир!

Улица уже опустела, остался последний лимузин. Едем на другую сторону реки в храм. Он построен на деньги отца, здесь венчались мои старшие сёстры. Мэл с Егором поженились со скоростью космической ракеты, а с этим делом затянули. Обвенчались только через год, когда переехали из Сочи.

В туфлях ступаю на обледеневшую дорожку, но Андрей тут же подхватывает меня на руки и доносит до порога. После трескучего мороза в церкви тепло, аромат ладана успокаивает. Нахожу глазами Варю и Луку. Рядом с ними его мать, сестра Руслана. Она только что прилетела из Владивостока и прижимает к груди внучку. Лука держит сына на руках. Улыбается, но я слишком хорошо его знаю, чтобы не понять – что-то случилось.

– Есения! – от толпы гостей отделяется Дмитрий, папин финансист. Загорелый и вечно молодой. За ним спешит с букетом нежных лилий жена, юная китаянка. Я уже давно сбилась со счёта официальных браков Дмитрия. Как честный человек, он женится с завидной регулярностью. Отец с Русланом давно махнули рукой на ветреность партнёра, но в наш дом он не особо вхож после истории с Марусей и Мэл. – Андрей, поздравляю с красавицей невестой.

Позволяю Диме поцеловать себя и лечу к сестре.

– Мальчики, поговорите. – Утаскиваю Варю в сторону. – Что случилось?

– Соня задолбала. То фотками Луку забрасывала, сегодня с утра проклятья шлёт. Неймётся ей там от скуки. Хоть бы ей падишах по шее надавал.

– А ты перешли ему фотки, – усмехаюсь я, вспомнив как Мухаммед был страшен в гневе.

– Что ты! – машет руками Варя. – Он Соньку выгонит, она сюда притащиться. Пусть у неё всё будет хорошо. Я за неё молюсь.

– Ладно, Варюш, всё будет хорошо. Лука – крепкий орешек. Я вот боялась, что Адамур свои кости притащит или Муха что-нибудь выкинет. Помнишь, как он позвонил?

– Ага, Андрюха тогда его добил. Век не забуду, как стянул футболку и вместо тебя перед экраном сел.

– Потому и боялась. Наверняка наши сети пасёт до сих пор.

– А ты поменьше выкладывай.

– Да я и так уже не пощу ничего. Андрей у нас медийная личность. Ты отцу скажи. Да ладно. Сами разберёмся.

– Я уже разобралась. Просто в курс его введи. Или Светлейшего. Они что-нибудь сгенерят оригинальное. Ладно, пойдём.

– Красивые камушки.

Поглаживаю ожерелье.

– Унаследовала от Капитоши.

Знакомые руки хватают меня за талию:

– Мы жениться сегодня будем?

Поворачиваюсь к жениху и, сложив запястья, протягиваю руки:

– Ведите, сударь!

– Наручники не прихватил, – Андрей поочерёдно целует мои руки. – Пойдём, ледяные лапки. Мы первые.

– Родителям два раза плакать. – Позволяю себя увести.

Перед аналоем вновь теряюсь от волнения. Прижимаюсь к Андрею плечом. Его тепло передаётся мне. С ним рядом ничего не страшно. Даже не думала раньше о детях, а сейчас мечтаю, чтобы частица его поселилась во мне. Он старше меня на семь лет, а по уму так на все двадцать.

Батюшка подаёт мне чашу, и я чуть не выпиваю всё залпом. Останавливает смеющийся взгляд Андрея.

– По глоточку, зефирка, – шепчет он.

Пение хора звучно разносится по храму, на нас устремлены несколько десятков глаз, а меня сейчас на плаву держат одни – зелёные. Долгожданный поцелуй как глоток свежего воздуха.

– Скажи, что любишь, – мурлычет Андрей.

– Люблю.

Варино венчание проходит для меня более осознанно. Сестра с Лукой так же стоят плечом к плечу. Лица их наполнены неземным светом. Заговорщики. Как и отец, не могла себе представить, что Варя, нарушив все законы, сойдётся с женатым мужчиной. Но это Лука. Он всегда был на нашей с Варей стороне, дарил подарки, подсказывал, как лучше поступить, прикрывал грешочки. Никогда не забуду, как он вытащил нас, одурманенных наркотой, из клуба Адамура, а потом с яхты. Как я, дурочка, в день его свадьбы, полезла к нему с поцелуями. Он наш от макушки до кончиков пальцев. Вернее, теперь Варин. Лично Соньке патлы повыдираю, если сунется к моим любимкам. Сжимаю кулаки и перехватываю взгляд Мэл. Она, положив голову на плечо Егора, улыбается. Куда делась её извечная воинственность? Егор с лёгкостью управляется с нравом моей сестры. Надеюсь, беременность окончательно вытеснит из Мэл мальчишеские замашки.

В загсе нас регистрируют одновременно. И наконец мы приезжаем в ресторан. Один президиум на четверых. И мы с Варюшей сидим рядом. Рука Андрея покоится на моём плече.

– Хочу сбежать скорее домой, – шепчет он.

– Я тоже, – губы пылают от бесконечных «горько».

Дом Андрея на другой стороне залива от моей вотчины. Наступает черёд подарков, и отец вручает нам документы на участок в нашем посёлке.

– Будем строиться, – жмёт отцу руку Андрей. – Спасибо, командир.

Порадовав гостей танцем и тортом, мы наконец-то уезжаем. Целуемся взахлёб в машине, и я понимаю, как долго сдерживался Андрей. Он готов стянуть с меня платье прямо в салоне. Горячие ладони жарко скользят по моему телу, впервые знакомя со взрослыми ласками.

– Зефирка… Моя вкусная девочка.

В дом Андрей вбегает, неся меня на руках. Оставляет разгрузку цветов и подарков на своих помощников. Путаясь в застёжках, снимает с меня платье, и сам раздевается со скоростью дембеля. И вот мы стоим друг перед другом, как в первый день мироздания.

– Люблю, – шепчет Андрей, держа моё лицо в ладонях. – Не могу наглядеться на тебя.

Ощущаю его желание, и кровь приливает к щекам, когда он впервые касается естеством моего живота. Это так горячо, что кровь мигом вскипает в венах.

– Андрюш, может, в душ? – пытаюсь шутить и не узнаю свой голос.

Андрей опускается на колени и покрывает поцелуями мои бёдра и живот. Зарываюсь пальцами в его волосы.

– Пожалуйста, – шепчу я.

– Идём, только вместе.

Он увлекает меня за собой в просторную ванную и пускает струю воды в стоящее на постаменте круглое джакузи. Садится на край ванны, пожирая меня глазами. Он красив как Аполлон и, в отличие от меня, не стесняется наготы. Отворачиваюсь к зеркалу и дрожащими руками ищу шпильки в волосах. Мягкие шаги за спиной, и я ощущаю дыхание Андрея на своей шее.

– Не бойся, моя любимая. Позволь я сделаю всё сам. Волосы распустишь чуть позже.

Прижимаюсь к нему спиной, прикрываю ладонями грудь. Но Андрей убирает мои руки. Позволяю ему рассмотреть себя в отражении. Его пальцы проходят по моему телу и опускаются в самое чувствительное место. Вскрикиваю от первого же прикосновения.

– Тише, родная, тише, – Андрей обнимает меня одной рукой. – Смотри, какая ты лапа.

Тону в новых ощущениях. Кажется, я сейчас потеряю сознание, но вдруг оно окрашивается яркими красками.

– Что это? – хватаю воздух ртом от пульсации внизу живота, только что согнувшей меня пополам.

– Твоё первое удовольствие, – Андрей относит меня в ванну и, усадив, забирается следом. Вытягивается на дне и хрипло зовёт: – Иди ко мне.

Ложусь сверху и снова отдаюсь на волю его ласковых рук.

– Извини, Зефирка. Я так долго не вытерплю. Идём в спальню.

Завернув моё пылающее огнём тело в полотенце, Андрей уносит меня в кровать. Лежу ни жива ни мертва. Но его ласки снова разгоняют мой страх. Андрей нависает надо мной.

– Дыши, моя сладкая. И смотри мне в глаза.

Тело пронзает острая боль, но я тут же тону в поцелуе Андрея. Сердце колотится, это самый лучший момент в моей жизни. Мы только что стали одним целым. Андрей улыбается:

– Моя жена. Ты в порядке?

– Давай на переднюю линию. Пора забить первый гол.

Андрей смеётся и утыкается лбом в мой лоб.

– Сейчас будет.

Он, дрожа всем телом, отпускает себя и со стоном выгибается.

Ночь любви. Полная признаний и открытий. Андрей подарил мне крылья и научил летать. Не помню, как заснула. Встречаю утро на плече мужа. Это самое уютное место на земле.

– Привет, зефирка!