Глава 20

Эми – Всё, я больше не могу! – пытаюсь отдышаться, выскальзывая из объятий Павла. А часах – два ночи. Пора спать. – Что не можешь? – спрашивает он с хитрецой. – Заниматься этим. У меня живого места не осталось там. – Иди сюда. Пожалею, – тянет ко мне руки. – Ой, слышишь, телефон? Это мама, наверное, звонит! Мы же не разговариваем, и я ее не предупреждала, что сегодня не буду ночевать дома. – Ладно, ответь, конечно. А то в ментовку заявит еще, людей среди ночи побеспокоит. Накинув на себя рубашку Павла, выбираюсь из теплой постели и иду искать сумочку. Где я ее оставила? А вот же она… Достаю жужжащий телефон и прикладываю его к уху: – Да, мам? – Эми, ты где? – нервно спрашивает она – Время видела? – Я у Вали. – Что вы там делаете? – Ничего, просто болтаем. – Дай ей трубку. – Ч-что? – неловко хихикаю, – ты мне не веришь, что ли? – Просто дай ей трубку, – повторяет она железным голосом. Шубин подходит ко мне со спины и забирает у меня из рук телефон: – Она у меня, – говорит он моей маме, и я показываю ему кулак. Ну вот зачем ее драконить? Я бы и сама… Что? Продолжила бы врать? Все равно она все поняла. А у меня смелости не хватило сказать матери, что я с мужчиной. Мне кажется, она сразу бы поняла, чем мы тут занимаемся. Стыдно. – Паша, верни мне дочь! – и громкой связи не нужно, я и так прекрасно слышу крик мамы. – Марина, успокойся. Мы ничего плохого не делаем. – Думаешь, я в это поверю?! Привез девочку к себе домой и уложил в постель. Думаешь, я не понимаю, зачем она тебе? Имей совесть, Паша. Оставь мою дочь в покое. Не морочь ей голову, не разбивай сердце. Она же не влюблялась еще ни в кого. Ты хоть представляешь…? – возмущенно выдыхает мама. – Представляю, – холодно отвечает Шубин. – Я люблю твою дочь, Марина. – Любишь – докажи. – И как? – Отпусти ее. Просто отпусти. Она не для тебя. – А кто для меня? Ты? – интересуется Павел с усмешкой. – Почему я? Работа. Служба в полиции для тебя, Паш. Не ломай моей дочери жизнь, по-человечески тебя прошу! Умоляю! Она же не выдержит с тобой. Это сейчас влюблена без памяти, ну а потом что? – У нас все будет хорошо. А ты ложись спать. Твою дочь верну в воскресенье. Не дождавшись маминого ответа, Шубин отключается и передает телефон мне. Меня слегка потряхивает. Я всегда доверяла мнению мамы, ведь она желает мне только лучшего. – Паш, ты правда любишь меня? – заглядываю ему в глаза. – Ну, конечно, – притягивает к себе и убирает волосы с моего лица. – Тогда почему ты сказал это ей, а не мне? – Я не знаю. Так вышло, прости. Честно сказать, в вопросе отношений я полный профан. Постоянно тебя расстраиваю. – Ну что ты… Всё нормально. – Ты ждешь романтики и прочего, а я как тиран собрался запереть тебя здесь и заставить готовить для меня борщи. По крайней мере, это выглядит именно так. – Да мне же не сложно накормить тебя. – Это сейчас… А потом ты взвоешь. – Давай тогда просто встречаться? Не будем торопиться, да? – посылаю ему обезоруживающую улыбку. Между нами действительно все сложно, но я стараюсь с оптимизмом смотреть в будущее. Ведь всё зависит от нас. – Не жалеешь, что отдалась мне? – Вообще ни капли. Паш, я тоже люблю тебя. – Эми… – нежно касается моих губ своими. – Сладкая Эми. Пойдем в постель. Тебе нужно поспать… *** Утро воскресенья. Готовлю для Павла завтрак – макароны с сыром и собираюсь на работу. – Может, выходной возьмёшь? – просит Шубин, наворачивая макарошки. – Не могу, сегодня будет поставка. А я за нее отвечаю. – Вот и делегировала бы обязанность матери. – Она рассеянная. – А ты значит, внимательная? – Да, – показываю ему язык. – Тогда смотри на посетителей внимательно. Бандиты могут объявиться. – Хорошо, буду смотреть в оба. – И мне сразу звонить, – в который раз напоминает. Завтракаем. Это самые лучшие выходные в моей жизни. Мы занимались любовью и смотрели фильмы. Спали, обнявшись. Мама не звонила. Обиделась, должно быть, что я поступаю по-своему. Но разве я могу иначе? Пашка, он ведь такой потрясающий. И любовник отличный. Теперь я понимаю, почему Валя так обожает секс. – Я тебя отвезу в кафе. – Спасибо. – Прекрасные выходные, – говорит Паша уже в машине. – Давно я так не отдыхал. Отвезу тебя и съезжу на работу, разберу старые дела, пока настроение есть. Если хочешь – вечером снова увидимся. – Я должна поговорить с мамой. Чувствую, что будет скандал. – Если будет наседать, собирай вещи и переезжай ко мне. Я все понимаю, что рано и всё такое. Но если спокойствия в доме нет, то нафиг такой дом? Верно? – Посмотрим, Паш. Не торопи меня. – Ни в коем случае. Квартира у Шубина хорошая, но я хотела бы войти в нее его законной женой, а не девушкой, сбежавшей от матери. Мамы в «Римских каникулах» пока нет. Иду в кабинет, где переодеваюсь в джинсы с футболкой. Потом посещаю кухню и беседую с нашими замечательными поварами. Мама появляется на работе только к обеду. Она владелица, и может себе это позволить. – Пришла? – спрашивает она, едва на меня взглянув. – Как видишь. – Отдохнула? – Да. Там продукты привезли, я всё приняла. – Хорошо. Мама разворачивается и уходит, а я подвисаю. Это и всё, что ли? А воспитывать не будет? Мозг промывать? Иду за ней. – Мам, ты обиделась на меня? Извини, что Паша брал трубку. – Эми, это твоя жизнь. А я чувствую себя человеком, который кричит об опасности в пустоту. Ты меня совершенно не слышишь. Так поступай, как знаешь. – Ты серьезно? – Более чем. Раз уж у вас любовь-морковь, ради бога. Только потом, когда случится то, о чем я тебя предупреждала, мне не жалуйся. Иначе я выскажусь злорадно: я же говорила! Не доставляй мне такого удовольствия. – Хорошо, мам. Не доставлю. Значит, ты не будешь нам мешать? – Мешать? Я тебя умоляю! Чем больше я пытаюсь тебя отговорить от отношений с Павлом, тем сильнее ты за него цепляешься. Сама все скоро поймешь. – Тогда мир? – А мы и не ссорились. Ну да, ну да, конечно. – Мам, я люблю тебя. И хочу, чтобы ты тоже была счастлива. – Тогда не расстраивай меня, детка. – Я постараюсь. – И не вздумай залететь от Павла. Это будет твоя самая большая ошибка в жизни…