ЭПИЛОГ

На бал в Торговой Гильдии Прей-Экрила по случаю победы Рантар явился в форме и при орденах.

…С момента уничтожения последних алтарей – и завершения Третьей Наземной – прошло чуть больше месяца. Рантар был занят, виделись мы не так уж и часто. Только урывками, когда он прилетал на Прей-Экрил в короткие увольнительные. К тому же в Облаке начался новый учебный год, и я с головой погрузилась в мир учебников и каждодневных напряженных занятий.

Затем в Альянсе объявили три праздничных дня – после продолжительного траура по погибшим. Заодно по Академии прошел слух о бале в Торговой Гильдии, приглашение на который на этот раз пришло… всей нашей честной компании.

Сборы на прием заняли почти весь день, и Хейди во второй раз вырядила нас с Брун, как королев, потому что ни у меня, ни у подруги так и не нашлось времени, чтобы вплотную заняться своим гардеробом. Повседневной одеждой мы с Брун успели обзавестись, а до бальной все не доходили руки.

Вернее, ничем таким Брун не интересовалась, а я все свободное от учебы время проводила либо с Рантаром – когда он прилетал в увольнительные на Прей-Экрил, – либо с мамой – мы пытались наверстать упущенное.

К тому же примерно через две недели после битвы за алтарь мы выкроили свободный день и с друзьями отправились на Лорейру.

У нас для этого был прекрасный повод – именно там отец сделал маме предложение. Винсент Росманн тоже решил ничего не откладывать и всеми силами наверстывал упущенное. Заявил, что всегда любил только ее, а все остальное в его жизни было… гм… ошибками молодости, которые и остались в той самой молодости.

Может, немного привирал на поворотах, но речь звучала искренне, и он выглядел по-настоящему влюбленным.

Мама, конечно же, согласилась, сказав, что тоже всегда любила только его и все годы плена ее поддерживала мечта обнять свою дочь и наконец-таки увидеть Винсента.

Отец после подобного признания порядком смутился, заявив, что он не заслуживает… Но потом расцвел и окончательно перестал предаваться унынию.

По крайней мере, со стаканом и графином я больше ни разу его не видела.

Обвенчались родители в маленьком храме неподалеку от «Сторожевой Башни». Мы с девочками стали подружками невесты, а парни – жениха. Немного всплакнули – правда, плакали только мы с Хейди, и то от умиления, – когда мои родители обменялись брачными клятвами и браслетами.

Стоило завершиться обряду, как Брун сразу же выбежала наружу, никому и ничего не объяснив. Вскоре мы вышли следом и увидели, как на просторный храмовый двор опускалась черная драконица.

Брун смотрела на нее во все глаза.

Мы с Хейди очень этому обрадовались – наконец-таки свершилось! – а Гордон с отеческим видом принялся наставлять подругу, как именно себя вести при первой встрече со своей драконицей.

Затем прилетел его Грумм, и… что-то изменилось.

Гордон внезапно посмотрел на Брун с таким выражением на лице, что я, признаюсь, посочувствовала его фан-клубу. Судя по всему, в скором времени тем придется подыскивать новую жертву своего обожания, потому что тут все сложилось само по себе.

Правда, Брун еще ничего об этом не знала.

– Ему будет непросто, – улыбнулась Хейди. – Придется за ней побегать! Брун у нас крепкий орешек.

Затем, все еще улыбаясь, принцесса повернула голову и посмотрела на близнецов.

Пусть братья с трудом дождались окончания церемонии, ерзая на скамьях во время венчания, но храм выстоял, одеяние священника не задымилось в самое неподходящее время, а под ногами гостей не разбегались во все стороны гигантские разноцветные тараканы.

В общем, Вьерсоны с честью вышли и из этого испытания. Быть может, потому что они стали настоящими героями Третьей Наземной?

Альянс выдал всем участникам боя за последний алтарь и даже нашему Крестовому Походу по медали за храбрость, а близнецами вручили каждому по две.

За особые заслуги перед Альянсом – братья повоевали на славу, – хотя Брун утверждала, что вторая награда – за особое отсутствие мозгов.

– А ты? – спросила я у Хейди, поглядывавшей в сторону близнецов, тоже принявшихся давать Брун советы. – Думаю, тебе будет непросто. Когда-то же придется выбирать.

– Мне? – удивилась Хейди. – У меня все просто и понятно, потому что я не стану ни из кого выбирать. Идрис тоже этого не хочет, а у нас в Артании приняты и такие браки.

– Втроем? – шепотом переспросила я, но тут же поняла, что сморозила глупость. Конечно же, втроем, по-другому в их случае и быть не могло. – Я очень рада за вас, Хейди! Отлично все разрешилось.

Она пожала плечами, а потом улыбнулась – широко-широко.

– А уж мои родители как обрадуются, – заявила мне, – когда я представлю им героев Третьей Наземной Войны.

Я так и не поняла, шутила ли подруга или говорила серьезно, но затем решила, что они как-нибудь разберутся и сами. Давно уже не дети!

После чего еще раз обняла маму и отца, вовсе не планировавших отправляться ни в какое свадебное путешествие. Вместо этого родители заявили, что собираются жить в «Сторожевой Башне» и наверстывать упущенное.

И еще если я не возражаю, то они будут прилетать на Прей-Экрил и меня навещать. Например, в Торговой Гильдии через пару недель будет бал, они могут прибыть как раз на него.

Я, конечно же, согласилась, потому что чувствовала себя бесконечно счастливой.

Мне не хватало только лишь Рантара.

***

Он опустился передо мной на одно колено. Хейди позади меня всхлипнула от умиления, а Брун шикнула на близнецов, заявив, чтобы те смотрели и учились – у них все это еще впереди.

Мы стояли на террасе с видом на сад и уходящее за Край Прей-Экрила золотисто-красное закатное солнце. Конечно же, мои друзья были рядом и родители тоже – как и обещали, они прибыли на бал в честь победы в Третьей Наземной.

На этот самый прием также был приглашен принц Вестии, но он так и не объявился, хотя прислал мне очередное пространное письмо с намеками, что хотел бы увидеть мою Риашш.

Я собиралась ему отказать, но потом решила, что скажу ему об этом лично. Объясню, что он опоздал и мою Риашш давно уже присмотрел для себя кое-кто другой.

Как и меня.

Но даже это сделать я не смогла, потому что Густав Вестийский так и не объявился – то ли его задержали дела в мэрии, то ли приглашение на чей-то частный прием.

Впрочем, меня это нисколько не волновало.

Куда больше меня занимало то, что самый красивый и желанный в двух ставших для меня родными мирах мужчина во всеуслышание заявил, что любит меня, и попросил стать его женой.

Опустившись на одно колено, он протянул мне обручальный золотой браслет. И я, нисколько не раздумывая, конечно же, ответила ему «да».

Иначе и быть не могло.

Это был правильный ответ – Рантар, поднявшись, надел на мое запястье свой браслет, после чего поцеловал под аплодисменты друзей и гостей Гильдии. И тут же небо взорвалось магическими фейерверками – кажется, постарались друзья Рантара.

Или же его младший брат, который за последний месяц пережил много неприятных моментов, объясняясь с Гласом Неба из-за своей любовной связи с Беатрис Корсон, предавшей Альянс еще девятнадцать лет назад.

Я знала эту историю от начала до конца, мама мне рассказала.

…Они потерпели полное поражение, пытаясь уничтожить первый алтарь. Из всего отряда осталось чуть больше десяти человек – несколько Всадников, чьи драконы не уцелели, и Боевые Маги без резервов.

Остальные погибли, когда они угодили в засаду. Их окружили норфолы, и Викки в любую секунду ждала смертельного удара. Но вместо этого Беатрис заявила, что давно уже перешла на сторону врагов и именно она привела отряд Альянса в засаду.

Затем попросила и остальных присоединиться к норфолам, сказав, что те очень скоро победят в этой войне. В этом не может быть никаких сомнений – у Суши есть четыре Алтаря Проклятых, с помощью которых в небе очень скоро не останется ни одного Летающего Острова.

Поэтому стоит думать головой, загодя выбрав сторону победителей.

Пятеро из их отряда, которые давно путались с Беатрис, согласились, но Викки заявила, что она не предательница и лучше умрет, чем перейдет на сторону врага.

И тогда Беатрис сделала то, чего от нее никто не ожидал.

Приказав убить остальных, она пощадила Викторию Аллен. Оставила той жизнь, но при этом обрекла на вечное заточение рядом с Алтарем Проклятых. Или же это была изощренная месть за то, что Викки тоже ходила в любовницах у Винсента Росманна?

Лишенная магии, мама жила в маленькой сторожке возле алтаря, ограниченная куполом, который накрывал адское оружие норфолов. Ей надлежало присматривать за монолитом и резервуарами, что она и делала все эти годы.

Иначе ей грозила смерть.

С браслетами, подавляющими магию, у нее не было никакой возможности сбежать или же уничтожить алтарь. Именно так думали ее враги – и самым главным из них была Беатрис Корсон, которая, сама того не подозревая, спасла жизнь не только Викки, но и ее ребенку.

Потому что магия у мамы была – но такая, о которой не подозревали норфолы. И не та, над которой были властны их браслеты. Отец Виктории, архимаг Аллен, успел кое-чему ее обучить, когда она помогала ему в лаборатории.

Именно там, в сторожке рядом с Алтарем Проклятых, я и появилась на свет. Как только мама пришла в себя, она сразу же ушла со мной через Грань, в другой мир, зачерпнув магии из накопителя.

Знала, что норфолы могут это обнаружить, поэтому спешила. К тому же слишком долго пребывать в другом мире мама не могла: Мир Летающих Островов тянул ее обратно.

У новорожденного ребенка не было подобной привязки, и я могла оставаться в другом мире до совершеннолетия – так работали Магия и Законы Граней, – поэтому маме удалось… отдать меня хорошему человеку.

Первому человеку, кто попался ей на пути, – но она посчитала, что для меня это лучше, чем жизнь в плену. К тому же мама понятия не имела, что сделает со мной Беатрис, узнав, что она родила ребенка от Винсента Росманна.

Но подозревала худшее. Боялась, что та не оставит меня в живых.

Тут мне повезло во второй раз – не только в том, что я вообще появилась на свет, но и в том, что мой отец из другого мира не сдал меня в детдом, решив воспитать сам.

Викки же вернулась в Мир Летающих Островов, мечтая, чтобы о ребенке и ее путешествии за Грань никто не узнал. Пока ее считали беспомощной, она по странной прихоти Беатрис оставалась в живых. Но если враги начали бы что-то подозревать, ей не сносить головы.

Она дожидалась долгих восемнадцать лет, пока я не вырасту и не вернусь в родной мир, который должен был притянуть меня ровно на мое совершеннолетие. Или же пока Альянс не обнаружит и не уничтожит Алтарь, который норфолы прятали как тайный козырь в своем рукаве.

Но я вернулась в родной мир первой, и маме удалось со мной связаться с помощью Магии Снов. Потом началась Третья Наземная, закончившаяся очередной, но на этот раз окончательной победой Альянса.

Все Алтари Проклятых были уничтожены, а Летающие Острова парили на недоступной для норфолов высоте. Те могли лишь ненавидеть нас с Суши, от чего Альянсу было ни тепло, ни холодно.

Нам было абсолютно все равно.

…Мы стояли на ведущих в сад ступенях – мой будущий муж, хотя свадьбу мы решили отложить до момента, когда я закончу Академию; мои родители и верные друзья.

В небе кружили драконы – много, много драконов. Они праздновали свадьбу Риашш и Ондора, которые, в отличие от нас, не стали ничего откладывать.

Еще одна головоломка, над которой мне не мешало поломать голову, но я решила, что сделаю это попозже. Разберусь во всем потом, потому что сейчас я, прижавшись к плечу своего жениха, смотрела, как взлетали над Прей-Экрилом магические фейерверки.

Мы отмечали нашу помолвку, победу в Третьей Наземной и еще то, что впереди у нас целая жизнь, полная любви и счастья.

Тут Рантар меня поцеловал, и я поняла, что ни в чем не ошиблась.

КОНЕЦ