Глава 52
Девушка ела, а ему кусок в горло не лез.
Ну и ситуация! Удружила им всем Даниэль, ничего не скажешь…
И сам себя одёрнул — положим, её прегрешение несравнимо с безобразными поступками Этьенна. И вина Дани в произошедшем куда меньше, чем его собственная. Видел же, что брат вне себя от злости и обиды — надо было сразу отозвать у него допуск! Понадеялся на Релле и разум наследника.
А теперь вместо аккуратного и постепенного просвещения тьеры придётся вывалить на неё всё сразу! Один Молчаливый знает, как она отреагирует.
Дополнительная головная боль — решение короля отойти от управления государством. Положим не полностью, но, тем не менее, основную работу после ритуала передачи власти придётся выполнять ему, Ренарду. Такое впечатление, что дядя обрадовался превращению сына в младенца и с облегчением скинул на племянника заботы о королевстве! А чужие планы и надежды величество даже во внимание не принимает.
Мало у него, Инквизитора, своих проблем, теперь ещё и регентство навалится… И не откажешься — совесть не позволит, да и магия тоже не даст отвертеться.
Релле туда же — просто светится от счастья, можно вместо светового шара под потолок отправлять. Уж не с его ли подачи дядя вознамерился самолично заняться воспитанием обновлённого Лайонела?
А ведь королевские артефакты без Релле, прародителя Лотара Первого, вернее, без его магии, всего лишь древние короны, не больше! Вот и думай, почему Дух настолько уверен, что атрибуты власти не примут Лайонела, зато положительно отреагируют на регента Алана…
Неужели предок запланировал устроить смену правящей семьи?! Только этого ему, Ренарду, и не хватало! Ну, дед!!! Настоящий манипулятор! Жалко, что Даниэль не удержала дар, и призрак получил не только почти жизнь, но и свободу. Сидел бы себе энергетическим сгустком, привязанным к замку, ещё триста или больше лет, и насколько спокойнее было бы всем!
Наверное…
А что теперь будет с институтом инквизиции? Нет, само учреждение, как и его служащие никуда не денутся, но кто теперь их возглавит? Новоявленный хранитель королевства, определённо, не сможет разорваться на три части, но в государстве больше нет ни одного мага с нужной для управления этим департаментом силой.
Регент и Инквизитор в одном кувшине — не перебор? Жить-то когда, ведь ещё предстоит соблазнить и влюбить в себя Даниэль!?
Ренард покосился на девушку и украдкой вздохнул: вот же, напасть на его голову и остальные части тела!
Его проклятье.
Его благословение.
Его почти всё.
Не сразу понял. Даже какое-то время грешил на приворот…
Инквизитор криво улыбнулся, и тьера на мгновение замерла.
Ага, выходит, она всё-таки не настолько равнодушна! Следит, вернее, исподтишка наблюдает за ним. Потому что опасается или потому что он её интересует?
Хотелось бы последнее, но он давно уже не верит в сказки. Потом, интерес тоже бывает разный и не всегда положительный. В глазах тьеры он почти старик — четырнадцать лет разницы! Для него ерунда, которая с годами будет всё больше и больше стираться, но для восемнадцатилетней девушки это много. Почти целая жизнь.
Да и должность у него пугающая, а то, что он исполнял роль её тюремщика и едва не стал палачом, только добавляет к образу тёмных красок.
Легко и просто не будет, увы!
Мужчина вздохнул и опустил взгляд в тарелку.
Когда первенцу герцога де Тракай исполнилось одиннадцать лет, и его Стихии уже полностью раскрылись, отец объяснил сыну, в чём благословление и проклятье родового дара рода.
— Тебе не придётся переживать, что у тебя не получится выбрать достойную жену, — говорил родитель, — или что ты не привяжешься к ней, не полюбишь. Наш дар не допустит, чтобы мужчина испытывал притяжение к неподходящей ему женщине. Зато к подходящей представитель нашего рода прикипает всем сердцем. Минус — над всей сильной половиной семьи довлеет страх, что предназначенная судьбой девушка может оказаться занятой. Но ты и здесь в выигрышном положении — очень удачно, что у тебя проявился подарок твоего деда, моего отца, дар Инквизиторов. Благодаря Праву, ты всегда сможешь забрать свою женщину, даже если опекун, отец или жених не пожелают её отдавать.
— А если она не захочет? — юный Алан спросил больше из вежливости — показать отцу, что сын внимательно его слушает.
Самому-то тогда вопрос мифической жены был совершенно не интересен. Но разговор запомнил, да.
— Заявишь Право Инквизитора, заберёшь, а потом ухаживай, сколько понадобится, — усмехнулся родитель, — пока она не влюбится по уши! Главное, помни — только счастливая женщина, супруга, которая любит и любима, подарит сильное потомство и наполнит жизнь смыслом. От тебя зависит, сможет ли она принять и полюбить мужа, будет ли ваша с ней жизнь похожа на противостояние или твой дом станет самой надёжной крепостью.
Как же сейчас он, Ренард, жалел, что слушал отца вполуха, мечтая поскорее перейти от скучных разговоров о будущей жене к увлекательным тренировкам по магии! А теперь накрыло, да спросить больше не у кого!!!
К слову — вот и ответ, почему дар семьи Тракай — не только благословение, но и проклятье: отец ушёл через два дня вслед за матерью.
Не пережил её гибель, слишком врос в любимую женщину.
И это ещё одна причина, почему он не терпит Ассорбиторов: остаться в четырнадцать лет сиротой из-за несдержанности одного из них — серьёзный повод для ненависти.
Точнее, не терпел.
Теперь, когда он разобрался в природе поглотителей и по уши… гм… в одну из них, всё изменилось. И хотя ему до сих пор сложно принять гибель родителей, но теперь он понимает, что в его несчастье Ассорбитор виноват только опосредованно. А настоящие преступники те, кто зачем-то скрыл от одарённых правду и превратил полимагов в изгоев.
Но ему, Ренарду, кажется, и тут повезло — его паре не страшны поглотители, она сама одна из них. К тому же Даниэль носитель Жизни, и может любого вернуть из-за грани.
Осталась небольшая «мелочь» — добиться взаимности… Пустяк, если бы речь шла об обычной тьере, и почти неразрешимая задача применительно к его девочке.
С самой первой встречи Ренард наблюдал за девушкой, постепенно теряя голову от её необычности и уникальности. Начиная с золота волос, и заканчивая удивительным, настоящим, таким естественным поведением. Дани не прятала эмоции, искренне радуясь или негодуя, била наотмашь ненаигранной женственностью и поразительной крепостью духа. Несгибаемой силой воли и нежной слабостью, дробящей камни.
В воспоминаниях графа де Верлари, его сестры и других фигурантов, знакомых с тьерой до совершения ею преступления, девушка с ними вела себя иначе, и это необъяснимым образом его раздражало. Только с Инквизитором она держалась отстранённо и насторожённо, будто бы всё время ждала от него подвоха.
Ну и что, что Ренард является карающей дланью королевства? Разве он давал ей повод ему не доверять?!
Мужчину злила отчуждённость тьеры, бесило, что она смотрит на него, как на врага. Он внутренне леденел от её холодности, мечтая, чтобы девушка шла на контакт с ним не вынужденно, а по велению души и сердца.
Герцог на мгновение прикрыл глаза.
И…
— Благодарю, я сыта! — Даниэль отложила приборы и выжидательно посмотрела на его светлость. — Вы хотели со мной поговорить, милорд?
— Ты хотел со мной поговорить, Алан, — Инквизитор повторил её слова, немного их переиначив. — Пожалуйста, обращайся ко мне по имени и на ты. Перейдём в диванную или останемся здесь?
— Лучше здесь, — Дани стиснула салфетку, но глаз не отвела. — Мне сложно говорить вам… тебе — ты. И по имени. Ведь мы не родственники!
Ей страшно, но она держится. Храбрая маленькая девочка!
Его! Почти…
— Мы муж и жена, а обращаться к супругу на вы не совсем уместно, — ну вот, он это сказал!
Глаза Даниэль расширились, и пару мгновений Ренарду казалось, что сейчас последует взрыв эмоций.
Но тьера снова его удивила.
— Вот как? Наверное, у меня частичная потеря памяти, потому что как ни стараюсь, не могу припомнить ни вашего предложения руки и сердца, ни своего согласия, ни сам обряд. Про праздничное торжество и упоминать нечего — потеря памяти не передаётся, как поветрие. Если бы свадьба состоялась, о ней обязательно помнили и говорили слуги! Ведь времени прошло всего ничего, и перекрыть такое событие, затмить его ещё нечем!
Даниэль подняла брови и слегка наклонила голову, выражая недоумение, но он мог поклясться, что по губам девушки скользнула тень грустной улыбки. Словно она догадывалась, что ничего из вышеперечисленного у неё не было.
Но ведь всегда можно исправить упущение? Он и собирался!
Потом. Когда у них с Дани всё наладится, и когда королевство успокоится после сногсшибающих новшеств.
— И ещё — допустим, я и все слуги со мной заодно, действительно утратили часть воспоминаний, но куда подевалось моё брачное платье? Обычай велит бережно хранить его всю жизнь, чтобы надеть ещё раз — на помолвку дочери. Но в моём гардеробе только повседневные наряды, — продолжила Даниэль.
Проницательная у него жена. И здравомыслящая.
Грыл его знает, хорошо это или плохо…
— Потому что я не просил твоей руки у графа, не предлагал тебе свою защиту и дом, да и обряд провёл без твоего участия, — сказал правду и замер, ожидая реакции тьеры.
— Даже так?!
Ни истерики, ни обвинений. Поразительная девочка!
— На тот момент это было единственной возможностью надёжно защитить тебя от его величества. Дар рода де Маритт весьма ценен, а тебе его досталось за троих. Как все знают, король у нас увлекается разведением особой породы охотничьих лошадей. Я опасался, что он может пожелать провести эксперимент по выведению магов с нужными для государства характеристиками.
«И ведь не зря: дядя нечто такое как раз и придумал — позволить Даниэль родить детей сначала мне, а потом подложить её под Лайонела. До сих пор дыхание перехватывает, стоит лишь вспомнить про королевские планы! Но от этой информации девочку лучше оградить».
Вы… ты провёл брачный обряд чтобы спасти меня от участи стать племенной… ммм… лошадью? Полагаю, его высочество сказал правду о пяти годах, то есть это временный брак, и когда срок выйдет, ничто не помешает выдать меня замуж ещё раз, уже за другого мужчину.
— Не так грубо, но в общих чертах верно.
— И что дальше?
Хотел бы он и сам это знать — что дальше!
Герцог сглотнул и постарался выровнять дыхание — ни к чему показывать Даниэль, что он от волнения сам не свой.
— А дальше мы займёмся твоими каналами и резервами. В процессе будем узнавать друг друга, и, я надеюсь, ты научишься мне доверять.
— Нет, что будет дальше с нашим временным… ммм… состоянием? Я неопытна, но не глупа, ваша светлость.
От официального обращения супруги Инквизитор поморщился, однако комментарии сдержал, решив дождаться, когда Дани договорит.
Что-то подсказывало, что концентрация и выдержка ему ещё понадобятся.
Даниэль не подвела…
— Брак не консуммирован, — тьера слегка порозовела, но глаз не отвела, — и пока не может считаться свершённым. Если, конечно, вы… ты и это не провернул за моей спиной. Правда, не очень представляю, как такое возможно, но…
— Брак не консуммирован, — поспешил успокоить жену Ренард.
— Вот! А это означает, что как только его величество обнаружит… незавершённость, он получит возможность меня забрать? Я правильно понимаю, у нас должны появиться какие-нибудь отметки, татуировки или что-то в этом роде, чтобы все вокруг знали — мы муж и жена, пусть и временные?
— Да, отметки на аурах. Брачная вязь возникает после обряда в Храме, а наш брак заключён…
— Тайно и без моего участия, я помню, — кивнула девушка и на мгновение прикусила нижнюю губу.
Ренард ощутил, как по его телу прошёлся разряд молнии — что она творит, а?
И сам же ответил — ничего такого. Откуда молоденькой девушке знать, как на такое простое действие реагирует мужской организм?
— И… что вы… ты планируешь с этим делать?
— У нас есть четыре… Уже три седмицы, чтобы завершить обряд, — он постарался произнести это как можно спокойнее. — За это время ты, я надеюсь, свыкнешься с мыслью о консуммации и в конце периода позволишь мне скрепить наш брак.
— Нет уж!
Ну вот, он так и знал, что впереди одни проблемы! Неужели глупышка не понимает, что без завершения обряда он скоро лишится на неё прав?! Можно подумать, ему нравится, когда женщина едва его терпит!!! Но что поделать, если без этого будет ещё хуже?!
— Это не жизнь будет, а мука! — Даниэль возмущённо сверкала глазами. — Да я ни о чём другом думать не смогу! Три недели мучиться неизвестностью, каждый день ожидая… Повязку с раны лучше снимать рывком, а не постепенно — так меньше боли и страха. Вернее, боль та же, но длиться она будет одно мгновение, а не полчаса или час. Поэтому лучше с завершением обряда не тянуть.
Выпалила и снова прикусила губу, глядя на потрясённого Ренарда круглыми от страха глазами.
Вот так вот… Не ожидал — это ещё мягко сказано!? Дыши, герцог, если сможешь!
— Ты хочешь, чтобы я…? — мужчина не мог подобрать слова, чтобы озвучить предложение Даниэль.
— Раз нам всё равно придётся это сделать, то я хотела бы завершить начатое как можно скорее, — подтвердила невероятная девица. — Чтобы не бояться короля и… каждую минуту не думать о неизбежном. Милорд?
— А-а-а… Э-э-э… Хорошо, если ты согласна, то сегодня у тебя и так было достаточно потрясений, один Лайонел чего стоит! А вот следующей ночью я приду к тебе в спальню, — хрипло, словно он несколько дней провёл в пустыне без еды и воды, проскрипел Ренард. — К слову, слуги вовсю готовят смежные покои, и к завтрашней ночи ты туда переедешь.
— Хорошо, — Дани опустила голову.
— Даниэль, — мягко произнёс Ренард, — посмотри на меня. Да, вот так, молодец, девочка! Если ты сомневаешься… Если… То я напоминаю — у нас есть три седмицы.
— Нет, — качнула головой девушка, — сегодня!
— Дани, я рад, что ты настолько разумна и ценю твоё доверие! Была бы моя воля, всё сделал бы иначе, как и планировал изначально, но кузен не оставил нам выбора. Ты права — оттягивать не имеет смысла, — мужчина смущённо кашлянул. — Матушка тебе что-нибудь рассказывала о семейной жизни?
— Нет. Но я росла среди слуг. А ещё в поместье был скотный двор, куда я иногда убегала. И птичник, — снова порозовев, ответила Даниэль. — Поэтому примерно представляю, что происходит между мужем и женой. Простите, милорд, я очень волнуюсь, но обещаю — со мной у вас не будет проблем! Ведь это и в моих собственных интересах.
— Алан, — подсказал герцог. — И на ты.
— Алан, я знаю, на что иду и обещаю, что не создам тебе проблем, — повторила Дани.
— Обещаю, что буду осторожен, и ты не пострадаешь больше необходимого, — эхом отреагировал Ренард. — Что ж, раз мы обо всём договорились, то предлагаю до вечера отставить этот вопрос в сторону. И перейти к решению другой, не менее неотложной проблемы — я имею в виду твою магию. Как вижу, Воздух почти раскрылся самостоятельно. Вернее, под влиянием Контролёра и… Пока меня не было, ты активно кастовала, правильно?
Даниэль кивнула.
— Умница! Надеюсь, под присмотром Релле?
Девушка повторила движение.
— Отлично! Это всё вместе послужило толчком к самоинициации твоей второй Стихии. Сейчас ей требуется минимальная помощь, и резерв заработает в полную силу. А вот третья Стихия пока крепко скована. К счастью, очень крепко, иначе, боюсь, мой брат и замок так легко не отделались бы.
— И… какая у меня третья Стихия? — Даниэль отбросила смущение и страх, снова превратившись в живую и любознательную тьеру. — Это Земля или Огонь? Я ничего не ощущаю, это так странно! Вы… Ты покажешь мне новые плетения? А Релле научил меня особенно прочному кокону, хочешь, я его прямо сейчас поставлю? Надо же обезопасить окружающих, а то вдруг выброс?
Какое поразительное самообладание и насколько крепкие у тьеры нервы! Девочке нравится постигать новое, учиться и применять полученные знания на практике! Разве бывают в мире настолько идеальные женщины?! Молчаливый, благодарю!!!
У него даже пальцы зачесались — так захотелось сгрести Даниэль в охапку и… По губам прошла волна зуда, но Ренард усилием воли отогнал неуместные мысли и желания.
Потом! Не испугать, не отвратить, не испортить зарождающийся интерес и доверие!!!
— Огонь, — выдохнул он. — Третья Стихия у тебя — Огонь. И да, ещё один кокон не помешает — эта Стихия шуток не любит! Но сначала расправим воздушный резерв. Ложись спать, а наутро, после завтрака, я перенесу нас в зал для тренировок!