Глава 6

– Тебе понадобится теплый плащ, – лорд Дарготт ворвался в мою гостиную как раз в тот момент, когда я крутила в руках накидку Ронды.

Жуткая вещица всем своим жалким видом словно отговаривала надевать ее. Помимо очевидно дешевого сукна, способного промокнуть не то что от серьезного дождя, а от любого мало-мальски меткого плевка, свалянный мех, зачем-то пришитый по краю несуразно огромного капюшона, вызывал вполне леденящий душу ужас. Единственным плюсом данного одеяния можно было смело считать то, что ни один бандит или разбойник, в каком бы невменяемом состоянии ни пребывал, не покусится на человека в подобном наряде. Разве медяшку подкинет – исключительно из жалости и человеколюбия.

– Не вздумай натянуть на себя этот кошмар, – темный брезгливо поморщился. Запамятовал, наверное, как сам же потребовал исключительно немодные наряды. – Ему место только в камине, а еще лучше – в костре в лесу, чтобы густой копотью гнус отравлять.

– Другого у меня нет, – я пожала плечами, стараясь выглядеть равнодушной.

– Наденешь мой. Плащ из запасов Гвендолин не подойдет, проще будет сразу на нас ярлык повесить «болваны и толстосумы, нападай кто хочешь» и трубить на всю округу. А нам следует быть неприметными, не выделяться и не привлекать к себе внимания.

– Но я же в нем утону…

– Томма подошьет длину, а рукава подвернешь, – отрезал Дарготт и, приказав служанке отправляться следом, вышел.

Я же осталась гадать: рада тому факту, что кошмарный плащ Ронды не придется натягивать на себя, или все-таки нет. Потому что вещь незадачливой гувернантки всего лишь вызывала некоторое отвращение из-за дешевизны и потасканности, одежда же темного ощущалась как минимум ядовитой змеей, и только что я добровольно согласилась накинуть ее себе на шею.

Но если я полагала, что злосчастный плащ является главной проблемой вечера, то я глубоко заблуждалась. Ибо Дарготт ни разу не уточнил, что наше дежурство будет проходить верхом, и мне придется практически всю ночь восседать с ним на одной лошади. Тесно прижавшись друг к другу.

– А ты думала, мы за ручку под луной гулять будем? – прищурился темный, сидя на монструозного вида скакуне и протягивая мне руку, чтобы помочь взобраться.

Огромный смолянисто-черный зверь нетерпеливо переступал копытами и раздувал бархатистые ноздри. Он был раза в полтора больше тех, к которым я привыкла, и добровольно сесть на эту махину означало практически передать свои жизнь и здоровье на усмотрение страшному животному. Хотя нельзя было не признать, что гигант как нельзя лучше подходил своему владельцу.

– А может вы все-таки без меня? – я опасливо отступила на шаг. – Обещаю, больше не буду жаловаться на неинтересную беседу за обедом.

– Не испытывай мое терпение, Вивьен, – рыкнул маг. – Твои возможности, как проводника, пока еще ограничены, а это значит, что за один сеанс ты выведешь не так много энергии, как мне того хотелось бы. Поэтому, чтобы по нескольку раз не возвращаться домой, будет логичнее всегда держать тебя при себе. Давай сюда руку, или, клянусь, я затащу тебя наверх магией, и это сильно не понравится твоей нежной коже!

Мерзавец просто не оставил мне выбора! Надо же, удобно ему держать меня при себе! А то, что в такое время всем приличным леди полагается сидеть дома и готовиться ко сну, темного конечно же мало волнует! Хотя, когда таких, как он, заботили чужие трудности? Для темных магов существует лишь высшая цель, а любые препятствия на пути к ее достижению в расчет не берутся.

Я протянула обе ладони и в тот же миг взлетела в воздух. Дарготт ловко крутанул меня и усадил боком прямо перед собой. Мои ноги свисали со спины лошади и досадно тесно прижимались к мужскому бедру. Руки мага заключили в ловушку, а затылком я чувствовала его размеренное дыхание – не помогал даже накинутый капюшон. Как и боялась, я оказалась в полной власти темного и его жуткого коня. Надеюсь, лорд ловко им управляет, а характер животинки, несмотря на устрашающую внешность, покладистый. Ведь может же так быть, отчего нет? Вон, насколько привлекателен его светлость снаружи, настолько отталкивающий изнутри. Отчего бы его питомцу не последовать тому же принципу…

Лорд Дарготт медленно пустил коня вперед, рядом шагал Виттор на скакуне немногим меньших размеров. Я заерзала, стараясь устроиться как можно удобнее и как можно меньше касаться темного. Не помогло. К сожалению, стало лишь хуже. Я каким-то образом скатилась еще ближе к магу, впечатавшись спиной и боком в мужскую грудь.

– Вивьен! – рыкнул Дарготт. – Лучше настройся на меня, чтобы в случае чего сразу же выводить темную энергию. Тебя нужно для этого взять за руку? Или, может, предпочтешь какой-нибудь другой контакт?

– Нет! – я нервно воскликнула, краем глаза отметив, как поморщился от слишком громкого звука темный. – Не надо никаких контактов, – понизила голос. – Я справлюсь.

– Не подведи меня, Ви, – непривычно серьезно отозвался маг. И тут же скомандовал ученику: – Начнем, пожалуй, с окраинных районов, обычно преступники предпочитают их центральным улицам. Карту города помнишь?

Мистер Грей уверенно кивнул, Дарготт продолжил наставлять его, я же сосредоточилась на собственном деле. Будучи прижатой к темному, находясь в коконе его рук и ног, окутанной облаком чужого запаха, оказалось удивительно просто почувствовать тонкую, пока еще практически пустую, струйку энергии. Она была чистой и прозрачной, как горный ручей, хотя и присутствовали кое-где чуть темные вкрапления, словно кто-то горстку камней кинул в воду – вот они и виднелись сквозь хрустальный поток. Пока что прикасаться к ручейку смысла не было, но я знала, что теперь смогу сделать это в любой момент.

Мы неспешно продвигались по спящим улочкам к районам, где я ни разу в жизни не бывала. Редкие прохожие спешили скрыться с глаз, уйдя в тень, пару раз нам встретились лихие экипажи с развеселыми криками и требованием к извозчику пришпорить лошадей. Оттуда доносились бранные слова и разбитной хохот. И если бы кто-то поинтересовался моим мнением, то я бы с уверенностью заявила, что только что мимо нас пронеслись самые отпетые разбойники из всех возможных, но Дарготт на весельчаков никак не отреагировал, лишь проводил хмурым взглядом. Да и циркулирующий внутри мага поток никак не изменился, не появилось в нем новых пятен, уж за этим я следила внимательно.

Стоило нам отъехать чуть дальше от приличных районов, как весь город погрузился в непроглядную тьму. Не рассеивали свет уличные фонари, не горели на стенах домов факелы, а в окошках не подпрыгивали веселые огоньки свечи или хотя бы лучины. Но последнее и понятно – рабочий люд давно спит: те, кому рано вставать на работу, предпочитают ложиться вместе с заходом солнца.

Особо поразил меня трактир – пожалуй, единственное место, где наша троица застала бурлящую жизнь. Кособокое деревянное строение, из трубы которого до сих пор валил дым. Недалеко от входа то тут, то там валялись бездыханные тела в грязной, рваной одежде, изнутри доносился шум, как будто с базара. Четверо мужиков, едва способных устоять на ногах, вяло дрались чуть сбоку. Кислый запах дешевого пойла перебивался смрадом давно немытых тел, рыбы и протухших остатков пищи. Но что удивило больше всего – я краем уха различила заливистый женский хохот, доносившийся изнутри заведения. В голове билась единственная мысль: кто вообще в своем уме и по доброй воле пойдет в место, подобное этому!

Дарготта и его ученика, похоже, подобные мысли вовсе не занимали.

– Шулеры, чувствуешь? – темный остановил лошадь под густой кроной дерева в нескольких десятках метров от трактира. Виттор чуть помедлив кивнул, а я заметила, как расцвело прямо посередине прозрачного ручейка грязно-бурое пятно. – Скупщики краденого, – продолжил перечисление маг одновременно с появлением двух светло-коричневых разводов. – Шлюхи. Двое убийц, – блекло-желтое пятно и два бордовых. – И так, по мелочи.

– Весь цвет города собрался, я посмотрю, – криво ухмыльнулся Грей.

Я затаилась в руках темного, тайно желая стать невидимкой. Если все эти люди заметят нас и накинутся скопом, Дарготт с учеником скорее всего отобьются, а вот насчет себя я так уверенна не была. Вполне возможно, маги решат пожертвовать незадачливым проводником, чтобы выиграть для себя лишнее время.

– И все равно это не то, – покачал головой темный. – Слишком мало, чтобы привлечь сумеречных тварей. Ради такого они не станут пробивать барьер. Нужно искать еще.

– В нашем городе появились сумеречные твари? – зашептала я, находясь уже практически в стадии обморока.

Так вот почему сильнейшего темного мага королевства отправили именно к нам! Я-то думала, это что-то навроде ссылки из-за его характера и крайней, излишней надменности, а оказывается, родной город в буквальном смысле погряз во зле. Сумеречные пятна хаотично разбросаны по миру и ограждены магическими барьерами, чтобы защитить людей от живущих там тварей. Страшные, вечно голодные, злые как тысяча волков, варятся они внутри сумеречных зон, уничтожая практически все живое, что еще там остается.

Специальный барьер не дает им проникнуть вовне, и лишь одна вещь придает тварям сил и ярости, сметающей все на своем пути – особая концентрация человеческого зла. В тех местах, где зашкаливает уровень преступлений, где творится насилие, несправедливость и беззаконие, чудовища каким-то образом прорывают барьер и несут смерть людям.

– Всего несколько, – отозвался Дарготт. – Первую практически сразу же уничтожили – вызвали темного мага, и тот почти мгновенно перенесся порталом. От второй помог избавиться уже я. Но те, кто поспособствовал появлению твари, остались. И наше дело найти их. Так что старательно исполняй свои обязанности, Ви, а не то могут пострадать все твои близкие.

Поверить не могу! Лэстброк – скучнейший окраинный городишко, у нас из всех происшествий за последние годы: скисшие сливки, которыми приторговывал молочник под видом свежих, да кража стрелок с башенных часов на площади. Откуда у нас взяться сумрачным монстрам, питающимся самым гадким, самым черным и отпетым злом на свете? Даже Дарготт подтвердил, что в основном злачном месте городка – трактире, где обычно собираются те, кому путь в приличные заведения закрыт, не найдется достаточного количества темной энергии. Да сумрачные твари у нас просто издохнут от голода! Уверена, тут закралась какая-то ошибка, о чем и поспешила сообщить магу.

– Может, они вообще из соседней Корснии к нам пожаловали! – убежденно закончила я.

Ведь самым главным злодеем мне виделся сам темный, но такого, как он, даже жуткие монстры не станут жрать – побоятся отравления.

– Поэтому мы здесь, – кивнул капюшоном Дарготт. Я не могла видеть его лица, а оттого распознать, издевается лорд надо мной или говорит предельно серьезно, не удалось. – Чтобы разобраться с этим, а заодно не дать тварям пожрать невинных людей.

«Ну прямо рыцарь на черном коне!» – подивилась я про себя. Да вот только не дай небо кому повстречать такого, а также оказаться в ситуации, когда помощь «темного рыцаря» понадобится.

– Едем, тут нам делать больше нечего, – скомандовал он и тронулся с места.

Я подавленно молчала, Грей водил носом из стороны в сторону на манер почуявшей добычу собаки, а Дарготт словно затаился, настроившись на одному ему ведомую волну. Мы петляли по узким улочкам, делали крюки там, где пройти верхом не представлялось возможным, но неизменно возвращались на путь, избранный темным магом. Время застыло. Ожидание чего-то доселе невиданного, страшного и слишком мощного охватило меня. Так же, как Дарготт знал, куда идет, уверена была я, что нас ждет нечто жуткое. Словно знамение разлилось в воздухе. Да и поток темного, прямо на моих глазах делавшийся грязным и полноводным, подсказывал.

Мы резко остановились возле реки. С противоположной стороны ее прикрывал густой лес, с этой же стояли домишки городских жителей. Луна озорно поблескивала в рябой водной глади, неподвижно стоял камыш, тянуло сыростью и тиной, но ощущение неправильности происходящего поднимало дыбом волоски на руках и не давало насладиться в полной мере безмятежной красотой замершей в ночи природы.

Мужчины молчали, напряженно вглядываясь в темноту, пытались уловить хоть какие-то звуки в стоявшей тишине. Как вдруг я заметила, что в единый миг река внутри Дарготта обратилась диким, безудержным потоком, сметающим все на своем пути. Непроглядно черные воды угрожающе бурлили, неслись вперед и ширились, ширились, ширились. Лорд яростно зарычал, стиснув зубы и вытянув шею вперед так, что укрывавший голову капюшон спал и оголил натянувшиеся жилы возле горла.

Громкий звук пронзил зыбкую ночную тишину, заставив вспорхнуть стайку прибрежных птиц и напугав лошадей. Те прижали уши и пригнули головы к земле, но с места не сдвинулись. Мне же не понадобилась команда, чтобы убрать щиты и пустить внутрь себя ядовитый поток. Внутренности ожидаемо обдало жалящим холодом. Я, кажется, накренилась и непременно упала бы, если бы крепкие руки темного не подхватили и не прижали к показавшемуся огненным телу. Воздух застыл в легких, тоже замороженный под натиском чужой темной магии. И все, что я могла, это распахнуть рот в беззвучном крике и беспомощно наблюдать за происходящим, выхватывая особо яркие моменты.

– Ритуальное убийство, – прохрипел Дарготт, все еще тесно прижимая меня к себе. Его глаза заполнила тьма, превратив те в два обсидиановых кристалла, а кожа сделалась неестественно бледной.

– Я чувствую, – едва слышно выдохнул Вит, обнимая шею лошади и укладываясь в бессилии на нее.

– Щиты! – рявкнул темный маг, словно стегая этим приказом ученика. Дарготт выругался и собственноручно накинул на Грея защиту. – Умница, – погладил меня по щеке. – Все так, девочка, продолжай, – будто я могла в любой момент освободиться!

Будто это не я была ледяной статуей, способной разбиться на тысячи осколков от любого удара. Будто это не меня вымораживала его магия изнутри. Одно радовало – постепенно, хоть и очень медленно поток поглощенного зла светлел. А значит, конец моих мучений обещал рано или поздно наступить.

Так мы и стояли на берегу реки, обездвиженные обстоятельствами, пока два красных, горящих адским голодным огнем глаза не уставились прямо на нас.

– Сумеречная тварь… – прошептал пришедший в сознание Виттор, и беспощадный поток темного показался мне практически безобидным детским лепетом.

Животный ужас сковал по рукам и ногам. Казалось, в моем обездвиженном положении невозможно было оцепенеть сильнее, но у монстра получилось заставить меня это сделать.

Через несколько мгновений два глаза превратились в уродскую оскаленную рожу с шестью глазами, раззявленной пастью, истекающей слюной, и приплюснутым носом. От клочковатого туловища исходил туман, капая серыми дымчатыми кляксами на землю, оставляя на ней пятна выжженной травы. Монстр собирался напасть и даже не считал нужным скрывать это.

Меня изнутри хлестнуло сильнейшей волной, расшибая органы, раздирая сосуды, останавливая сердце. Холод ушел, но сделать вдох все равно не получилось – слишком перемешано все было внутри, слишком сумбурно. Я перестала чувствовать магический поток Дарготта – связь оборвалась, видимо волею темного.

– Забирай Вивьен и уходите порталом, – приказал он, перекидывая меня, словно тряпичную куклу, на лошадь Грея.

– А вы?

– Слушаться приказа, ученик! – проревел темный и с силой впечатал в грудь Виттора амулет – индивидуальный портал, ведущий в назначенное место.

Нас закружило, в ушах поселился гул, мир замигал всеми цветами радуги – а может то взрывались фейерверки у меня в голове. Я полностью потерялась в пространстве, и только руки Грея, крепко удерживавшие меня рядом, доказывали, что меня не выкинуло куда-нибудь в межмирье. Свистопляска закончилась так же внезапно, как и началась. Я обнаружила себя, стоящей на четвереньках, на бордового цвета ковре с золотой окантовкой – ровно такой же, если после всего мне не изменяла память, лежал в холле арендованного Дарготтом особняка. Я подняла взгляд выше и наткнулась на невозмутимое лицо дворецкого – сомнений не осталось, артефакт вернул нас с Виттором домой.

– Доброй ночи, леди, – Картман почтительно склонил голову. – Мистер Грей, – кивок ученику, который уже стоял на ногах и дергаными движениями отряхивал брюки. – Могу я чем-нибудь быть вам полезен?

– Нет, благодарю, – дернул шеей Грей и сверкнул ошалелыми глазами – похоже, как и я, ученик еще не пришел в себя после встречи с монстром и стремительного перемещения в безопасность.

– Воды! – натужно просипела я. Горло словно кошки ободрали, про то, что творилось внутри, вообще молчу.

Спустя минуту, за которую я успела кое-как собраться и принять вертикальное положение, дворецкий вернулся с серебряным подносом, на котором одиноко и гордо возвышался хрустальный бокал. Прозрачная жидкость напомнила о Дарготте.

– Где его светлость? – я повернулась к Виту, который для надежности поддерживал меня за локоток. Грей поморщился.

– Очевидно борется с порождением сумрака.

– Он ведь победит? – ужас перед жуткой тварью вернулся с новой силой. Перед глазами вставали жуткие картины того, как монстр рвет на части темного, сыто урчит, а потом отправляется на поиски новых жертв. Я опрокинула в себя воду и даже не заметила вкуса.

– До этого ни разу не проигрывал, – Грей дернул уголком губ. – Идемте, я провожу вас в покои, вам следует отдохнуть, пока есть такая возможность. Силы вам еще понадобятся, когда его светлость вернется, – он потянул меня к лестнице.

– А долго его ждать? – почему-то уходить и уж тем более оставаться одной в комнате не хотелось. Да и вода что-то сделала с желудком. Его резко скрутило, и на весь холл раздался звук утробного рычания. – Мистер Картман, скажите, а ужин еще остался? – стараясь звучать аристократично, поинтересовалась я. Все равно плачевное состояние моего желудка не осталось секретом для окружающих.

Я прикажу подать вам в комнату, – в тон мне отозвался мажордом.

Я же сделала шаг, почувствовала, как подогнулись колени, и непременно бы рухнула обратно в объятия ковра, не подхвати меня Виттор.

– Похоже, я переоценила свои возможности, – улыбнулась смущенно, закатила глаза и, кажется,потеряла сознание.

Потому что в следующий раз, когда я открыла глаза, Грея уже нигде не было, как и моего плаща, а прямо перед собой я увидела сервировочный столик, забитый разномастными блюдами. Все они были наполнены различной едой, источавшей просто умопомрачительные ароматы. В тот самый момент, пожалуй, единственный раз в жизни, я позабыла о собственном происхождении, воспитании и приличиях. Как голодная волчица бросилась я вперед и принялась без разбору запихивать в рот все, что под руку попадалось. Буженина, сыр, маленькие помидорки, канапе, румяные кусочки картофеля – я сметала все и никак не могла насытиться.

– Что вам положить, леди? – Томма обнаружилась совсем рядом. С лопаткой в руках и до того потерянным видом, что кусок только что откушенного яблока застрял у меня в горле.

– Кхе-кхе-кхе! – закашлялась я.

Откинулась на спинку кресла, в котором себя обнаружила, и жестом приказала горничной наполнить тарелку. Еле дождалась, пока Томма чинно и обстоятельно исполнит свои обязанности и отпустила девушку, чтобы не мозолила глаза. На манеры, присущие истинной леди, меня уже не хватало.

Но стоило только мне потянуться к еде, когда за служанкой закрылась дверь, как прямо на столик, ломившийся от деликатесов, рухнул лорд Дарготт, погребя под собой все мои надежды на сытный ужин. Вскочил на ноги и прошипел, склонив голову набок:

– Ви-и-ивьен, моя леди Недотрога, – глаза мага заполнила тьма, клыки удлинились, а на пальцах вместо ногтей выросли когти. На человека Дарготт совсем перестал походить, скорее передо мной стоял полумонстр-полузверь, ведомый лишь животными инстинктами. – Иди-и-и ко мне, – протянул он руки. – Ты сладко пахнешь, девочка.

– Райд… Райн… Райдэн… – От охватившего страха я начала заикаться. Мы с ним наедине в комнате, и никто не поспешит мне на помощь. Да даже если бы и нашелся такой отважный человек, что смог бы он противопоставить темному чудовищу? – Не. Надо, – только и вымолвила в итоге, со всей силы вжавшись в спинку кресла.

– Надо, моя Недотрога, надо. Ты слишком нужна мне сейчас, – хищно оскалился темный, а после последовал стремительный бросок.

– А-а-а, – так истошно закричала я, что зазвенел хрусталь на люстре. Но мой рот тут же зажала огненно-горячая ладонь.

– Тише, недотрога, – губы темного вплотную приблизились к моему уху и, задевая кожу, шептали: – Ты же мой проводник, сейчас мы с тобой сделаем все, как надо, – язык лорда оставил влажный след на тонкой, чувствительной коже за ушком. Меня затрясло. Я хоть и не была замужем, прекрасно понимала, к чему ведет Дарготт. Не понимала только, что случилось с всегда высокомерным, отстраненным темным.