Глава 35

Вероника

– Диана сказала тебе, что она беременна? – лепечет Максим.

– А тебе она разве не сообщила? – спрашивает мама.

– Она врет! – заявляет мой муж. – Этого не может быть.

– Почему же не может. Ты с ней спал…

– Ничего не было!

– Ты сказал, что у тебя отшибло память, – напоминает мама.

– Я… – растерянно бормочет Максим.

Таким растерянным я его не видела, наверное, никогда.

Даже жалко его немного…

Максим не пьет водку. Я это знаю. При мне он всегда избегал крепких напитков и ни разу не напивался. Пил только пиво и, изредка – вино.

Он мне рассказывал, как по молодости, еще не изучив эту свою особенность, выпивал сорокаградусный алкоголь и вытворял всякое. А наутро не мог вспомнить большую часть случившегося…

И сейчас он хочет представить все так, как будто у него с бывшей была только одна ночь. Которую он забыл.

Я не знаю, сколько там у них было ночей. Да это и неважно.

У них будет ребенок.

Мы с Максимом так долго об этом мечтали… А он осуществил эту мечту с другой женщиной.

Я чувствую, как к глазам подступают слезы. Но я не хочу реветь при нем! Не хочу, чтобы он видел меня слабой и сломленной.

Не знаю, почему мне это кажется таким важным… Сохранить достоинство. Не унижаться. Не показывать, как сильно  он меня ранил.

– Тебе пора, – говорю я.

И поднимаюсь.

Обхожу Максима, он вскакивает. И неожиданно вопит…

Опрокинул на себя тарелку супа. Или я ее рукой задела… Нечаянно, конечно. Надеюсь, суп был горячий и ошпарил его подлые причиндалы.

* * *

– Так и ушел с жирным пятном на причинном месте, – говорит мама, входя в мою комнату.

Я пытаюсь улыбнуться.

– Слабое утешение, конечно. Надо было ему туда перца насыпать. Или медом намазать и пчел запустить.

Мама старается меня рассмешить. Я улыбаюсь. Почему это так трудно? Губы складываются скорее в гримасу, чем в улыбку.

– А ведь он реально не знал о ее беременности, – задумчиво произносит мама. -Так сыграть удивление он бы не смог. Да и зачем?

– Он не знал, – киваю я.

Это был настоящий шок.

Я видела всю гамму эмоций на лице своего мужа. От непонимания и удивления до отрицания и неверия. До него еще по-настоящему не дошло, что он скоро станет отцом…

– Он, конечно, козел, – рассуждает мама. – Но все это довольно странно.

– Ничего странного. Многие мужья изменяют своим женам.

Я почему-то вспоминаю разговоры в парикмахерской. Я была уверена, что меня эта грязь никогда не коснется… И вот я в ней по самую шею.

– И, кстати, кто такая Анька? – спрашивает мама с каким-то возмущенным раздражением. – Похоже, она сыграла не последнюю роль в этой мутной истории.

Максим

Нет. Я не верю. Диана врет.

Какая она все-таки стерва! Приперлась к Нике, заявила ей, что беременна… Теперь понятно, что она там плела сегодня утром про гормоны.

Она врет. Точно.

А что, если…

Вдруг я все же что-то мог в том свинском состоянии?

Тупая безмозглая башка! Почему я ничего не помню? Вообще ничего.

Мое последнее воспоминание: я говорю Диане, что хочу оказаться дома. И мечтаю о Никиных прохладных ладошках на своем разгоряченном лбу.

У меня в голове это была длинная осмысленная фраза. А на самом деле я, возможно, мычал, как дебил.

И, может быть, решил, что я уже дома с Никой. Я же вообще ничего не соображал!

Блин.

Почему я не уехал? Побоялся, что это будет выглядеть как слабость. Беспокоился о мнении друзей. Ну и где были все эти друзья, когда я в невменяемом состоянии совершал самую чудовищную ошибку в своей жизни?

Опять я ищу виноватых…

Никто не обязан был вытирать мне сопли. Никто не понял, что я в неадеквате.

А я знал, что с Дианой возможно все.

Знал, но остался.

И вот теперь… Ребенок.

Она беременна.

Да нет! Врет. Как обычно.

Я подъезжаю к городу. В штанах, облитых жирным супом. Они мерзко липнут. Но мне пофиг. Мне надо срочно побеседовать по душам с этой больной интриганкой.

Она говорила, что живет с мамой. Я помню, где это. Столько лет прошло… Я ни разу за эти годы не был в этом микрорайоне на окраине.

Здесь ничего не изменилось. Те же панельные девятиэтажки, та же площадка с покосившейся горкой. Те же фонари с мутным желтым светом.

Помнится, когда мы только познакомились, я провожал Диану домой, и мы подолгу торчали под этими фонарями. Занимались активным петтингом.

Я был таким юным! Таким глупым и наивным.

Диана казалась мне невероятной загадочной штучкой. Теперь я знаю ответ на эту загадку.

Она просто психованная истеричка. Ей нравится находиться в эпицентре интриг и скандалов. Она любит манипулировать людьми – кайфует от этого. Ей кажется, что это и есть интересная и насыщенная жизнь. Страсти кипят, что-то происходит. Не скучно…

А я хочу спокойствия, уверенности и скуки! Я перерос этот подростковый бред.

А она…

Надо было бежать от нее еще тогда!

Я звоню в домофон. Прекрасно помню номер квартиры.

– Здравствуйте. Это Максим.

Мне открывает мама Дианы. А она постарела…

Радостно улыбается при виде меня.

– Максим! Какой ты стал… настоящий мужчина.

– Диана дома?

– Уже поздно. Она собиралась спать…

– Привет, – слышу я голос Дианы.

И она сама вплывает в прихожую. В каком-то шелковом коротком халатике. И выглядывающей из-под него прозрачной ночнушке.

К моему визиту подготовилась, что ли?

Ее мама деликатно уходит, оставляя нас одних.

Диана удивленно таращится на пятно на моих штанах.

– А это что… с тобой случилось?

– Обоссался от счастья при виде тебя, блин!

Она растерянно хлопает глазами.

– Что за чушь про беременность? –  рявкаю я.

– Пойдем. Поговорим.

Диана ведет меня в свою комнату.

Спальня Дианы. Расправленная постель. Она сама в легком халатике, как бы невзначай распахивающемся при каждом движении.

А я почему-то смотрю на эту картину глазами Ники…

Что бы она подумала, если бы увидела, где я сейчас и с кем?

Блин.

Диана садится на краешек кровати. Я плюхаюсь на стул.

– Извини, что твоя жена узнала раньше тебя, – произносит она виновато. – Я вчера была не в себе. Поняла, что у меня задержка, а у меня же обычно цикл как часы, ты помнишь…

– Не помню!

– Так вот. Я испугалась, сделала тест… Две полоски. Перепроверила три раза. Я беременна.

– А я при чем?

– У меня ни с кем, кроме тебя, ничего не было!

– У тебя ничего не было со мной.

Диана неестественно долго молчит. А потом произносит усталым и каким-то надтреснутым голосом.

– Я этого не планировала. Это сейчас вообще некстати! Я ушла от мужа, живу с мамой, зарабатываю немного. И я не представляю, что делать дальше…

– Не верю ни одному твоему слову! – убежденно твержу я.

Диана лишь пожимает плечами.

Как будто ей все равно.

Я теряюсь. Я думал, она будет меня убеждать. А я буду возражать и доказывать, что это невозможно.

Но она просто сидит и молчит. Смотрит в пол.

– Я никогда не буду с тобой, – говорю я. – И никакие уловки не помогут. Я люблю жену.

Диана поднимает на меня глаза, полные слез.

– Чего ты хочешь? Чтобы я сделала аборт? Избавилась от твоего ребенка?