Глава 66

Ника

– Двойня? – растерянно лепечу я.

– То есть… сразу двое детей? – слышу ошалевший голос Максима.

– Именно это я и говорю.

– Правда? – вырывается у меня.

– А смысл мне вас обманывать? – улыбается врач. – Поздравляю. Вас ждет веселая жизнь. Не по наслышке знаю, что это такое. У моей сестры двойняшки. Так это вообще… туши свет!

– Ну мы даем, – радостно выпаливает Максим. – Одним выстрелом – и сразу двое!

Он сияет. Просто весь светится. Чувствует себя героем. Супер мужиком! За время долгого ожидания мой муж почти потерял веру в себя. Думал, что неполноценный.

А тут внезапно выяснилось, что он переплюнул всех!

– У них… У нас… все в порядке? – спрашиваю я.

– В полном! Развитие соответствует сроку, все показатели отличные. Все. Можете одеваться.

Я путаюсь в одежде. Надеваю брюки, внезапно вспоминаю, что забыла трусики, снова расстегиваю молнию. Ноги подкашиваются, и я опускаюсь на табуретку.

В таком состоянии я легко могла бы надеть трусы на голову и не заметить этого!

Ладно, хоть Максим рядом. Пока я вожусь за ширмой, он что-то обсуждает с врачом. По-моему, размеры наших детишек. Я слышу какие-то показатели в миллиметрах. А по тону разговора кажется, что они обсуждают параметры гоночных автомобилей…

– Котенок, тебе помочь?

Максим заглядывает за ширму, где я все еще путаюсь в собственных трусах.

– Да зачем их надевать? – раздраженно восклицаю я. – Все равно сейчас снимать у гинеколога!

– И то правда. Давай их сюда.

Максим сует мои трусики в карман. А я настолько не в себе, что позволяю ему это. Он помогает мне вернуть штаны на место и ведет к Любови Викторовне, чей кабинет находится этажом выше.

– У нас двойня! – радостно заявляет Максим и кладет на стол заключение УЗИ.

– Поздравляю! А я что говорила! Надо было просто расслабиться и подождать.

– Какие будут инструкции? Что нам делать? Всего в два раза больше? Еды, сна, витаминов? Сколько гулять? Что есть? Может, какие-то обследования пройти? – тараторит Максим.

Любовь Викторовна внимательно смотрит на него. Потом на меня. И говорит:

– Записывайте.

Максим с готовностью достает телефон и открывает заметки.

– Все будет хорошо, – произносит мой гинеколог. – Так и запишите.

Мой муж удивленно на нее таращится. И утирает пот со лба.

Да, он тоже не в себе. Как и я. Но пытается быть решительным и активным.

– Не волнуйтесь так, папаша, – произносит Любовь Викторовна. – Лучше держите будущую мамочку, а то она сейчас в обморок грохнется.

Ах, вот в чем дело! Вот почему у меня перед глазами темно…

Максим подхватывает меня.

Я вижу его до ужаса испуганные глаза. Куда-то проваливаюсь… И в то же мгновение возвращаюсь обратно – от резкого запаха нашатыря.

– Ох уж эти мне впечатлительные молодые родители, – ворчит Любовь Викторовна. – Нашатыря на них не напасешься. Папочка, вам тоже дать понюхать нашатырки?

– Ни в коем случае! Ника, держись!

Он обнимает меня.

Мы оба выдыхаем. И начинается конструктивный разговор об анализах, диетах и ограничениях.

Кое-что я уже сдала – общий анализ крови и еще какие-то тесты, стандартные для беременных. Сходила заранее, чтобы прийти на консультацию не с пустыми руками.

Любовь Викторовна их изучает:

– Ну вот! Стоило поднять гемоглобин и все получилось! Он у вас теперь даже выше нормы. А это нередко становится решающим фактором при зачатии. Особенно у таких хрупких астеничных девушек, как вы.

– Так все дело было в гемоглобине?

– Вполне возможно. По моему опыту, анемия сильно мешает зачатию.

Я смотрю на Максима, который не выпускает меня из объятий.

Ведь это он настоял, чтобы я тогда прокапала весь курс препаратов железа! Нанял мне медсестру, следил, чтобы я не пропускала процедуры…

А я была готова на все забить! Не верила в успех.

– Спасибо, – шепчу я ему на ухо.

– Мне-то за что? – удивляется он.

– За всё… За двойное всё!

– Кстати, противопоказаний к интимной жизни нет,  – произносит Любовь Викторовна в ходе разговора.

– Я про это не спрашивала…

– Я на всякий случай говорю. А то в интернете распускают ни на чем не основанные слухи, что двойня – это полный запрет на супружеские радости. Так вот, это не так.

– Понятно, – мне неловко и хочется свернуть разговор.

Но Любовь Викторовна, под ободряющим взглядом Максима, продолжает:

– Я бы даже сказала, что это полезно в вашем состоянии. Будущая мамочка должна быть счастливой, расслабленной и удовлетворенной.

Тут, естественно, вклинивается Максим:

– То есть вы прописываете нам активно заниматься супружескими радостями?

– Я не говорю: активно, – улыбается Любовь Викторовна. – Аккуратно. Без чрезмерного энтузиазма.

Мы выходим на улицу.

Падаем на ту самую скамейку. По моим щекам текут слезы. Кажется, уже давно. Они еще на узи начали течь, потом у гинеколога я плакала, а теперь…

Я вдруг начинаю рыдать.

От радости!

Но рыдать. Плачу, и не могу остановиться. Хотя понимаю, что это очень глупо.

И тут звонит мой телефон. Мама.

Я нажимаю, подношу трубку к уху, но не могу говорить.

– Никуся, доченька, что случилось?

– Я… У меня…У нас… – пытаюсь я произнести сквозь всхлипы.

– Что такое? Ты была на УЗИ? Боже, у меня сейчас сердечный приступ будет. Ника, в чем дело?

Максим забирает у меня телефон.

– Не надо приступов. Руфина Ефремовна, вы сидите или стоите?

– Я бегаю по потолку! – бурчит моя мама. – Что случилось?

– Лучше сядьте, – произносит Максим.

– Села.

– Руфина Ефремовна, у нас будет двойня!

Вздох. Тишина.

Даже я перестаю реветь.

– Мам! С тобой все в порядке?

Тишина. Мне уже страшно…

– Мама!!!

– Тихо, тихо. Я коньяк доставала.

– Достали? – спрашивает Максим.

– Достала.

– Наливайте. И пейте двойную дозу за наше двойное счастье!