Глава 12
Мать и дочь вошли внутрь клиники и огляделись – ничего себе! Это точно больница?!
Просторный холл, цветы в кадках и красивых горшках, несколько мягких диванчиков, столики с красочными буклетами и журналами. И полное отсутствие привычной очереди в регистратуру.
Посетители подходили к стойке, где стояли три улыбчивые девушки в белоснежных халатиках, а потом шли к одной из двух лестниц или скрывались в правом ответвлении от холла. Иногда не одни, а в сопровождении кого-то из девушек с ресепшен. А раз к посетительнице вышла врач и увела её с собой.
Марина Львовна и Адель растерянно переглянулись – и к кому тут обратиться? Дерюгин-то ждёт!
Мужики особым терпением не отличаются, а ну как ему взбредёт в голову самостоятельно поискать информацию?
Это будет катастрофой!
- Здравствуйте! Чем я могу вам помочь?
Марина Львовна стремительно повернулась и едва не столкнулась с миловидной женщиной в белом халата.
Врач?
Ох, что делать-то?!
- Вы случайно не Маргариту Сергеевну ищете? – продолжила врач.
- Нет! – отмерла Аделаида. – Мы тут... Ждём одну знакомую!
- Тогда вам лучше присесть, - дружелюбно ответила незнакомка и показала на диванчики. – Хорошего вам дня!
Врачиха отошла, и мать с дочерью дружно выдохнули.
- Видела? – шепотом произнесла Марина Львовна. – У неё на халате бейджик – Маргарита Сергеевна Новицкая. Это та самая, к которой нас твой Дерюгин отправил!
- Т-ш-ш! – зашипела на неё Аделаида. – Веди себя тише! Вон, возьми журнал, листай, будто читаешь.
И через полминуты:
- Мам, что делать-то?
- А ничего, - невозмутимо ответила Марина Львовна. – В лицо нас тут никто не знает, посидим минут двадцать и уйдём. Владимиру скажем, мол, всё в порядке, поехали домой.
- Он хочет непременно сам с доктором поговорить! Забыла? Велел мне передать врачихе, чтоб она на улицу вышла. Ведь не отстанет – с этой беременностью он вообще помешался.
- А я говорила тебе, что нужно по-настоящему беременеть! – завела ту же пластинку мать.
- Я что – могу прямо сейчас это исправить? – возмутилась дочь. – Надо решать задачи по мере их поступления. В данный момент перед нами стоит проблема – как обмануть Дерюгина. Что до беременности – мне ребёнок, тем более, от Влада, на фиг не упал. Но раз ты настаиваешь, я могу подсуетиться, но учти – рожу и оставлю его тебе.
- С ума сошла?! Мне-то он зачем? Валера будет против!
- Тогда не лезь с такими советами! – отрезала дочь.
Родственницы помолчали, переваривая непростой разговор.
И тут в дальнем конце холла показалась санитарка.
Невысокая, кругленькая женщина в белом, как все сотрудники клиники, халате, усердно натирала и так сияющий чистотой пол.
- Сиди тут! – бросила мать и встала.
Адель с интересом и лёгким недоумением смотрела, как мама подошла к уборщице, и между женщинами завязалась оживлённая беседа. А потом Марина Львовна покопалась в своей сумке и сунула в руку визави красную бумажку.
«Деньги! Неужели...», - мелькнуло в голове.
В этот момент мать обернулась и махнула ей рукой.
- Ада, иди к Володе, - вполголоса произнесла она, когда дочь приблизилась, - скажи, что доктор сейчас выйдет.
- Доктор? – Адель с сомнением посмотрела на уборщицу. – Он же расспрашивать будет – про ребёнка и всё такое. Что она расскажет-то?
- Да что хотите, - обиделась незнакомка. – Я двадцать лет в медицине, уж как-нибудь разбираюсь, кому что говорить!
- В медицине? – выгнула бровь Аделаида. – Мам, мне кажется, это плохая идея! Влад доверчив, но не идиот. Он в два счёта раскусит подставу!
- Иди к мужу! – отрезала Марина Львовна. – Скажи, что мы с доктором сейчас выйдем, и не мешай. Поняла?
Неуверенно пожав плечами, Ада удалилась, и матушка извиняющим тоном обратилась к уборщице:
- Извини, Тонечка! Моя дочь перенервничала и сама не понимает, что несёт.
- Молодёжь, - понимающе кивнула Антонина. – Зря переживает, за столько лет я всю терминологию выучила не хуже докторов! Пока пол драишь или там двери протираешь, вольно-невольно слушаешь, о чём врачи говорят. И незаметно для себя запоминаешь – когда по сотому кругу одно и то же. Не переживай, скажу всё, как надо, успокою твоего зятя!
Тихо переговариваясь, женщины вышли на крыльцо.
- Здравствуйте, - навстречу им шагнул Дерюгин. – Маргарита Сергеевна? Новицкая?
- Кха, - поперхнулась уборщица. – Кха-кха! Да... простите. Я Маргарита Сергеевна Новицкая.
- Спасибо, что согласились встретиться со мной! Первый ребёнок, сами понимаете, я беспокоюсь! – продолжил Влад. – Расскажите, как он? Как Аделаида?
- Кха! Простите... С ним всё в порядке. Беременность маточная, да. Прикрепление по передней стенке. Предлежание продольное, - затараторила Антонина. – Развитие соответствует сроку.
- А какой срок?
Уборщица на мгновение округлила глаза, и Ада поспешила ей на помощь.
- Ну как же, Владик! Неужели ты забыл? Четыре – пять недель!
- Пять акушерских недель, - уверенно произнесла Антонина. – Молодой человек, всё у ваших хорошо!
- Почему тогда вчера Аде было так плохо? Она почти потеряла сознание!
- Потому что беременная женщина особенно уязвима! Любой стресс, любая неприятность могут ухудшить её самочувствие и даже..., - уборщица многозначительно посмотрела на враз побледневшего Дерюгина, - спровоцировать выкидыш! Видимо вчера она перенервничала. Впредь таких ситуаций избегайте. Берегите жену, исполняйте все её прихоти, следите, чтобы она хорошо ела, отдыхала и получала побольше позитивных эмоций.
- Да, я понял. Спасибо!
- Не за что. Мне надо идти, у меня пациенты, - Антонина повернулась к входу.
- Подождите! Маргарита Сергеевна, а возможно ли, чтобы Адель наблюдалась у вас? Я хотел сказать, в вашей клинике? Она одна из лучших, я узнавал.
- Ну..., - на мгновение растерялась Антонина, бросила укоризненный взгляд на Марину Львовну и перевела его на Дерюгина. – Понимаете, у нас всё по записи. Я и так пошла навстречу...
- Глебу, да. И я очень вам и ему за это признателен! Если сомневаетесь, что мне по силам оплачивать услуги клиники, то я прямо сейчас ему позвоню. Глеб поручится за меня и подтвердит, что я вполне платежеспособен!
И Влад схватился за телефон.
У Адель едва не остановилось сердце, мама побледнела и сделала шаг назад.
Спасла положение Антонина.
- Молодой человек, не стоит по пустякам его дёргать! Тем более что он здесь ничего не решает – это моя клиника, и только я могу дать вам ответ. Я подумаю, что можно будет сделать и позвоню Аделаиде...
- Валерьевне, - торопливо подсказала мать.
- Сама позвоню Аделаиде Валерьевне. Срок ещё очень маленький, до двенадцати недель не надо никуда не торопиться. Балуйте свою жену, создавайте ей психологически комфортную обстановку, и всё будет хорошо! До свидания! – кивнула Дерюгину Антонина и обратилась к Марине Львовне:
- Беременную беспокоить не будем, пусть идёт в машину, а вы зайдите на пять минут – я внесу в базу данные Аделаиды Валерьевны.
Домой вернулись к обеду, и Влад сразу же умчался на работу. Предварительно десять раз спросил у Адель, как она себя чувствует и что бы ей хотелось вкусненького.
Еле отвязалась!
- Мам, ну ты даёшь! Я чуть не родила... Оказывается, эта Маргарита – хозяйка больницы! И какой-то Глеб, который устроил мне этот кошмар – её знакомый или родственник... Чуть-чуть не влипли.
- Этой ситуации можно было избежать, если бы ты интересовалась не только счётом и квартирой Володи, но и его окружением! Неужели это наш Глеб? Я только одного знаю... Надо же, какая у Дёминых богатая родня, а по ним и не скажешь... Или просто имя одно, а человек другой? Эта Тонька удачно подвернулась, но она стребовала с меня ещё пять тысяч. Мол, за риск – если Новицкая узнает, что она выдавала себя за неё, Антонина потеряет хлебное место. Пришлось отстегнуть, а денег у меня и так негусто!
- Ничего, главное выкрутились! А деньги с Ярославы стрясёшь.
Но в понедельник утром родительницу поджидал очередной сюрприз. К сожалению, неприятный.
Сначала, проводив будущего зятя на работу, а младшую дочь в институт, Марина Львовна долго маялась у подъезда, поджидая, когда выйдет Ярослава. Но когда все сроки вышли, а старшая так и не появилась, мама решила той позвонить.
Однако вызов шёл, но Слава не отвечала.
Как назло, день не задался и в плане погоды – небо хмурилось, время от времени разражаясь противным мелким дождём. Марина Львовна изрядно озябла и решила подняться к квартире.
Птица обломинго поджидала её и здесь – на звонки и стук никто не реагировал. Кроме соседки, которую потревожил поднятый матерью переполох.
- И чего трезвонить? – возмутилась пожилая женщина. – Раз не открывают – значит дома нет никого! Уехали они.
- Когда? – удивилась Марина Львовна. – Я с восьми утра караулю.
- Вчера ещё уехали – я видела, как с сумками выходили, - ответила соседка. – Звоните ей на телефон, а тут шуметь не надо. Еще раз устроите трезвон – вызову полицию!
И матери пришлось покинуть подъезд.
Уехали...
Куда?!
Телефон дочери по-прежнему не отвечал.
Марина Львовна вернулась в однушку, раз за разом продолжая набирать Ярославу. И наконец, та ответила.
- Да, мама. Что происходит?!
- Это я тебя хотела спросить – что происходит? – едва не взвилась Марина Львовна. – Три часа звоню, а ты трубку не берешь! У тебя, вообще, есть совесть?!
- Не слышала, поэтому не отвечала. Давай сразу к делу – зачем я тебе так срочно понадобилась? Что у вас случилось?
- Ты случилась! – рявкнула матушка. – Куда ты уехала? Зачем? Почему молчком? Немедленно возвращайся!
- Я в отпуске, в Сочи. Вернусь через 10 дней.
- В каком ещё отпуске?! Ты с ума сошла?! У тебя сестра едва жива, а ты по курортам разъезжаешь?
- Прости, но это не твоё дело, куда я езжу. Мне давно не десять лет, отчитываться перед тобой я не обязана. И прерывать отпуск тоже. Что у вас за проблемы?
- Нам срочно нужны деньги!
- Кто бы сомневался... Сколько?
- Двести тысяч!
- Сколько-о? Мама, что-то с Адель?
- Да, - громко всхлипнула мать. – Угроза выкидыша, положили в хорошую клинику, но там очень-очень дорого. Ты же не хочешь, чтобы Адочка потеряла малыша?
Марина Львовна выпалила это и замерла, ожидая ответа.
Ярослава всегда относилась к младшей сестре тепло, заботилась о ней, переживала и готова была последним поделиться. Не сможет она отказать – тем более речь идёт о здоровье и жизни!
- Я не желаю Аде зла, - медленно произнесла Слава. – Мне жаль, что она попала в больницу, но при чём тут я? У неё есть мужчина, отец её ребёнка, пусть он и решает возникшие проблемы! Я на вас свои проблемы не вешаю, решаю их сама. Вот и Адель пусть учится на меня больше не рассчитывать.
- Ты... Ты отказываешь?! – ахнула матушка. – Бросаешь сестру, когда она оказалась в опасности?! Ведь это из-за тебя она попала в больницу! Именно ты её расстроила, выгнала родную кровь на мороз!
- Какой мороз, что ты несёшь? Потом, всё, что случилось с Адель, произошло по её собственному желанию. Я не подбивала её лезть в трусы к моему мужчине, поэтому и последствия разгребать за неё не обязана. Денег для Аделаиды нет и не будет, - отрезала Ярослава. – Я желаю сестре и её ребёнку здоровья, но больше не хочу ничего о них слышать. Оставьте уже меня в покое!
И отключилась.
Марина Львовна с полминуты неверяще таращилась на телефон, потом отмерла и потыкала в экран пальцем.
- Вот как заговорила, паршивка? Оперилась? Ничего, я тебе сейчас крылышки-то оборву, - бормотала она, набирая номер.
Вызов пошёл, тут же прервавшись на короткие гудки.
«Сбросила?! – опешила женщина. – Мать родную сбросила?! Что же это делается?!»
Она пробовала ещё и ещё, пока не поняла – дочь не сбрасывает, нет. Она просто внесла мать в чёрный список. Звонить можно до морковкина заговенья – Янка не ответит...
Марина Львовна перестала терзать сотовый и без сил опустилась на стул – кажется, на этот раз Ярослава решила идти до конца.
«Вся в отца! - со злостью прошептала родительница. – И точно так же, как он, бросает, когда мне так нужна помощь!»
Пришлось несолоно хлебавши возвращаться в съемную однушку.
Чтобы отогреться, ей понадобилось выпить две чашки горячего чаю, и всё равно Марину Львовну ещё полчаса потряхивало в ознобе.
Ещё заболеть не хватало! А всё из-за кого? Из-за неблагодарной старшей дочери! Ишь, чего удумала – сбежать, лишь бы не помогать младшей сестрёнке!
Решив, что на кухне ей больше нечего делать, и вообще, лучше прилечь и доспать, мать перешла из кухни в зал. Оглядела разворошённую кровать, смятое бельё на диване и с тоской вспомнила, что совсем рядом – рукой подать! – пустует прекрасная четырёхкомнатная жилплощадь.
«Стерва Янка! Ведь не вчера собралась на юга, знала заранее, что скоро уедет. И всё равно выставила нас с Адочкой, будто мы чужие или прокажённые! – пронеслось в голове Марины Львовны. – Злилась бы на Дерюгина – не силком же Адель его на себя укладывала! И вообще, Аде спасибо надо сказать – благодаря ей Янка увидела истинное лицо своего жениха. Раз он так легко повёлся на другую, то всё равно рано или поздно начал бы от жены гулять!»
Турова бросила взгляд на часы и вздохнула – всего одиннадцать, а Ада раньше пяти не вернётся. Дочка говорила утром, что сегодня у неё четыре пары и факультатив.
Ждать так долго было невыносимо!
Матери хотелось поделиться с дочерью новостями, обсудить, что делать дальше. Но она опасалась звонить – а вдруг попадёт на урок?
Марина Львовна не боялась, что звонок отвлечёт студентов от занятий или помешает преподавателю, она переживала, что из-за этого Адель могут отругать. Мол, нашла время!
Поэтому кусала губы, вполголоса призывала на голову коварной Ярославы кары небесные, но телефон в руки так и не взяла.
Больше всего возмущало, что Янка сейчас прохлаждается и тратит деньги в своё удовольствие. Те самые деньги, которые она получила от Дерюгина.
Как и Адель, Турова искренне считала, что уже сейчас все финансовые средства Владимира принадлежат его невесте. Вот и получается – Яна шикует на деньги младшей сестры!
Наконец, бесконечный день свернул к вечеру.
- Сколько Славка дала? Чё есть пожрать? – выпалила Аделаида, захлопнув входную дверь. – Мам, ты чего? Пожадничала, да?
- Ничего не дала, - скорбным голосом произнесла Марина Львовна.
- Ка-ак? Ну, блин, я так и знала, что ты всё испортишь! Небось, начала сопли жевать, а надо было просто заявить – отдавай деньги за платье! Как ты могла брать полную стоимость за испорченный наряд, где твоя совесть и принципы? Она ж дура блаженная, совестливая, отстегнула б сразу!
- Ничего я не жевала! – обиделась мать. – Если хочешь знать, я два часа на улице торчала, замёрзла, как цуцик. Ещё не факт, что не заболею! А Янка нас вокруг пальца обвела – денежки прикарманила и свалила в Сочи!
- Куда-а? – Адель, которая в этот момент снимала свитер, замерла и вернула наполовину стянутую вещь обратно. – При тебе уехала? С кем, с Ленкой?
- Вчера, - поджала губы матушка. – Мне соседка сказала. Я замёрзла и решила подняться к квартире. Звоню-звоню - никто не открывает. Ну соседка и вышла. Такая хабалка, скажу тебе! Одно слово – москвичка! Облаяла меня, мол, не ходи тут, вчерась ваша Янка уехала.
- Значит, денег нет, - вычленила самое для себя важное Аделаида.
- Нет. То есть у меня есть, но немного – тридцать тысяч. Вчера было сорок, но та дрянь из клиники потребовала доплатить. Чтоб не подняла крик, пришлось дать ей вторую пятёрку.
- На нормальное платье не хватит, - скривилась дочь. – Попробую ещё у Дерюгина что-то выпросить. В Сочи, значит... Как жаль, что Славка замки поменяла – можно было вернуться к ней и пожить по-человечески, пока она курортничает. Кстати, мам, а если нам вызвать нового мастера? Дескать, потеряли все ключи, вскрой квартиру и поставь новые замки? Документы собственника у нас на руках – покажем, если начнёт кочевряжиться – мол, где владелец?
- Там не твоё имя и не моё, - напомнила Марина Львовна. – Не станет он рисковать.
Идея ей нравилась, но было опасение, что за такое самоуправство им может сильно прилететь.
- Так у меня на лбу ФИО не указаны! Скажу – я хозяйка. Вот документы. В прошлый раз за хозяйку в квартире Лосева была и ничего!
- А если паспорт попросит?
- А паспорт... паспорт на обмене. Да ну тебя, мама! Тебе всё не так, лишь бы раскритиковать! Не понимаешь, что раз ты не можешь уйти в квартиру Ярославы – меня-то она не пустит, а тебе не отказала бы! – то нам до свадьбы придётся здесь ютиться втроём? Или второй вариант - отправить Владика ночевать к другу? Мне ни тот ни то не нравится! Дерюгина надо при себе держать, под присмотром, а то он начудотворит. Вон, уже постарался с клиникой, еле вывезли...
Адель закончила переодеваться и повернула к кухне.
- Че пожрать-то? Тю... Ты чё, ничего не сварила?! А чем ты весь день занималась?!
- Сейчас макароны отварю, сосиски есть – вот тебе и еда, - отмахнулась Марина Львовна. – Я весь день думала, как выкрутиться - четыре дня до свадьбы, а ты без платья!
- Завтра пропущу институт, поедем по салонам, поищем что-нибудь подходящее по нашим деньгам. Если бы Славка нас не кинула..., - с досадой бросила Адель и вздёрнула брови. – Мам, а тебе не кажется подозрительным, что она как-то быстро свалила?
- Ну-у... Да. Кажется.
- Слушай, а могло быть такое, что она готовила Владику сюрприз – подгадала под свадьбу отпуск и заранее взяла путёвку и билеты? В Сочи за день не собираются! Хоть там и не сезон уже, но курорт есть курорт, туда без предварительной брони отеля не поедешь! Ещё и Ленка с ней... Ребёнка не потащила бы в никуда. Точно говорю – она всё заранее спланировала!
- Возможно, - уклончиво ответила мама. – Но тогда об этом бы знал Владимир, ему ведь на эти дни тоже надо было взять отпуск или отгулы. А он никуда не собирается. И раньше не собирался, ведь верно? Иначе ты бы он тебе об этом давно рассказал!
- Если сюрприз готовила, то только на свадьбе хотела открыться, поэтому Владик ничего и не знал. Эх... выяснить бы, в какой отель она отправилась, - протянула Адель.
- И что это нам даст? Четыре дня до ЗАГСа – ты не о том думаешь! Вернётся Янка, я из неё всё вытрясу, а сейчас надо найти тебе наряд, подружку невесты, проследить, чтобы в ресторане не забыли на плакатах и шариках поменять имя невесты... Господи, столько дел – не знаешь, за что хвататься!
- Мам, - Адель недобро прищурилась, - а что, если Ярослава поехала не одна?
- Думаешь, они вместе с Лосевой? Не удивлюсь – они с детства всюду вместе. Две голодранки... Спелись!
- Положим, Славка сейчас не голодранка – вон, какая у неё квартира! Да и Светка тоже не совсем нищая – двушка в Москве! Хотела бы я знать, откуда она у неё... Но я не про Лосеву, мам. А что, если Ярослава не так честна, как хочет всем показать? Что, если она в Сочи укатила не одна, а с мужчиной?
- С каким ещё мужчиной? – от удивления у Марины Львовны округлились глаза.
- Да с любым! Ты же не думаешь, что она у нас до сих пор невинна? Вон, Ленку же родила от не пойми кого, не постеснялась в подоле принести. А тут билеты и бронь отеля... Не пропадать же им?
- Так она и поехала, чтоб не пропали.
- Мам, ну – думай уже! Соображай! Билеты и номер наверняка на троих были – так?
- Ну... наверное. Если она Ленку не оставила Лосевой.
- Не оставила, она на неё не надышится. С собой потащила, чтоб море показать и всё такое. И я более чем уверена, что третий билет и место в номере достались не Лосевой.
- А кому?!
- Мужчине!
Аделаида выдержала паузу и добавила:
- Отцу Ленки!
- Марина Львовна, у вас что-то горит? – голос Влада, раздавшийся громом среди ясного неба, заставил обеих женщин подпрыгнуть.
И только тут они ощутили явственный запах гари.
- Макароны! – ахнула Турова. – Вода вся выкипела!!!