Глава 30
Морская прогулка понравилась всем без исключения!
Во-первых, погода в этот день выдалась великолепная, во-вторых, глаз радовало изумительное лазурное море. И сама яхта оказалась просто потрясающей – ослепительно белой, с красивым силуэтом, быстроходной и очень комфортной. Ну и плюсом к этому шли гостеприимный владелец со своей обаятельной дочерью и вышколенная команда.
Славе с Леной и Свете выделили по каюте, и подруга только успевала ахать:
- Слав, ты видела? Даже туалет свой, собственный! И обстановка – просто номер в пятизвёздочном отеле!
К счастью, ни у кого из гостей не оказалось морской болезни, и ничто не помешало им наслаждаться прогулкой и видами побережья.
А еда? Как в лучших ресторанах - что меню, что сервировка и подача!
- Не понимаю, - шепнула Света Ярославе, - зачем Виктор поселился в гостинице, если на собственной яхте в несколько раз удобнее, да ещё и бесплатно? Кстати, ты обратила на него внимание?
- Обратила, - повела плечом Слава.
- И-и-и?
- Красивый мужик. Породистый такой. Внимательный, располагающий, но есть в нём что-то этакое... Опасное, что ли? В общем, шутить с ним чревато. Но насколько он дочь обожает – это невооружённым глазом видно. Кстати, ты заметила, какая Варя воспитанная и доброжелательная? Удивительно даже, я всегда думала, что у богатых дети избалованные капризули. Одно слово – мажоры.
- Дочка у него славная, это да. И любит отец её без памяти. Но я про другое – не замечала, как он на тебя смотрит? Этот мужик явно запал на тебя, как на женщину, чтоб мне никогда больше не есть мороженое! А ты к нему что-нибудь чувствуешь?
- Признательность за отличную прогулку и хорошую компанию. И, - Шанская вдруг порозовела, - Свет, ты, наверное, станешь меня презирать, потому что я, кажется, ничем не лучше Дерюгина...
- В смысле?
- Поймала себя на мысли, что мне... нравится Глеб, - розовый оттенок щёк Ярославы заметно набирал цвет. – Сама не понимаю, как это случилось, почему так быстро и что мне с этим делать. Я ужасно ветреная, да?
- Угу. Кошмар просто! Пятнадцать лет хранила верность одному чудаку на букву «м», а когда – наконец-то! – избавилась от больной зависимости и заметила по-настоящему достойного мужчину, то ты, конечно же, сразу стала ветреной. Значит, Жаров у нас идёт лесом. Ну и бог с ним! Ещё неизвестно, с какой целью он тебя глазами ест и галсы вокруг нарезает. Может быть, он хочет просто заполучить тебя в любовницы, а нам нужны исключительно серьёзные отношения!
- Свет, я серьёзно!
- Я тоже. Тебе нравится Глеб?
- Угу...
- Отличная новость! Ты ему тоже.
- Так заметно? – щёки Славы стали пунцовыми. – Я это знаю, он же много лет назад мне в любви признавался, а после нашего разрыва с Владом стал за мной ухаживать.
- Да уж тут не ошибёшься – от него едва искры не летят. Особенно когда ты Глебу улыбаешься или когда Виктор перед тобой хвост пушит. И я бы назвала то, что Дёмин к тебе испытывает другим словом – влюблён по уши, но пусть будет – ты ему нравишься. Слав, перестань краснеть, как выпускница Смольного! От твоих щёк прикуривать можно, не ровён час капитан увидит – побежит за огнетушителем. Я очень рада, что ты не потеряла способность чувствовать, что твоё сердце не очерствело и по-прежнему способно любить.
- Свет...
- В общем, заканчивай маяться дурью и мучить себя и Дёмина. Посмотри, как он относится к Лене – далеко не каждый родной отец уделяет ребёнку столько внимания! Причём Глеб так ведёт себя с самого её рождения. И вспомни Влада – он же к Лене прикоснуться боялся, будто брезговал! Хотя нет, не вспоминай! Плохое нужно вычёркивать из памяти и из жизни. Не думай о времени – нет графика, когда можно быть счастливой, а когда ещё рано. И вообще, хватит философии и самокопания. Надевай купальник и пошли на верхнюю палубу – позагораем, поплещемся в бассейне. Виктор сказал, что вода в нём морская и её подогревают, чтобы детям было комфортно.
Это был чудесный день! Они всласть накупались, позагорали, отведали необыкновенно вкусные блюда. А сколько отличных фото наснимала Светлана на свой телефон!
- Гляди, какая красота! – Света подсунула Славе под нос экран. – Листай, там много. Смотри, какие вы здесь смешные. А Лена-то, Лена! О, вот чудесный кадр – ты и девочки. А здесь Виктор протягивает тебе фужер, ты ему улыбаешься. Теперь посмотри на задний план.
- Глеб.
- Ага, ест тебя взглядом. Ревнует! – рассмеялась Светлана. – Ничего, конкуренция стимулирует быстрее соображать и активнее шевелиться. Славка, какая ты хорошенькая! Нет, ты всегда красива, но на этих фото просто светишься. Что значит, рядом правильный мужчина!
Продолжая болтать, Света поводила пальцем по экрану телефона и удовлетворённо прищёлкнула языком:
- Сделала альбом «Отдых в Сочи» и кинула в него самые удачные кадры. Посмотрим, как отреагирует народ. О! Да он уже реагирует!
Телефон разразился целой серией звуковых сигналов.
- Слав, лайки так и летят! А теперь и комментарии посыпались! И почему ты насупилась? Мы ничего ни у кого не украли! Законный отпуск, почему бы и не да?
- Ты зачем их опубликовала? Я сомневаюсь, что господину Жарову понравится, если случайные гостьи на весь мир будут хвалиться знакомством и постить его фотографии.
- Ты считаешь, что я идиотка? – обиделась Лосева. – Я только себя поставила, тебя и Леночку. Виктора целиком нет ни на одном снимке, так, кое-где фрагменты попали, но по руке или там спине его не идентифицируют.
- А вот это что?
- Там Жарова нет.
- Зато есть его дочь!
- И вы с Леной рядом. Этот снимок мне разрешили опубликовать, если захочу. Да не смотри так – когда я вас троих снимала, Виктор рядом стоял и всё видел. Он посмотрел, что вышло, и попросил скинуть это фото ему. Я, естественно, тут же скинула – у меня, прикинь! – теперь есть личный номер Жарова! А потом поинтересовалась, не будет ли он против, если я несколько снимков с яхты поставлю на свою страницу ВК? Он ответил, что не против, только без него самого.
Они ещё поболтали, вспоминая приятные сюрпризы морской прогулки, а потом разошлись по спальням.
А следующий день начался с визита курьера.
- Ярослава, это тебя! – позвала к двери подруга.
И растерянная Слава приняла корзину с цветочной композицией.
- Смотри, там открытка! – Света показала на торчащий уголок. – Читай уже, не томи!
«Благодарю за чудесно проведённое время! Виктор», - прочитала Ярослава и вздохнула.
- Свет, и что мне с ним делать?
- Поблагодарить за потрясающие цветы и тактично, но твёрдо дать понять, что ты не заинтересована в продолжении. Если, конечно, ты не заинтересована.
- Конечно, я не заинтересована..., - начала Шанская, но договорить не успела.
В дверь снова постучали.
Подруги переглянулись, Светлана распахнула створку, и в дверном проёме появилась охапка цветов.
А через секунду из-за букетов выглянул весёлый Дёмин:
- Я пришёл к тебе с приветом, рассказать, что солнце встало! – процитировал он Фета и тут же протянул женщинам по букету. – Это тебе, Света, от Игоря. Считай меня его курьером. А это тебе, Слава, от меня.
- Глеб, спасибо! – Светлана схватила цветы и погрузила в них лицо. – Как пахнут! Я сейчас!
И умчалась, как Ярослава подозревала – звонить Панову.
- С добрым утром, красавица! – Дёмин улыбнулся Славе и перехватил небольшую корзинку, которую продолжал держать в руке. – А где наше солнышко? О! Привет, егоза! Бери скорее!
- Дядя Глеб! – вылетела девочка. – Это мне?
- Тебе.
- Спасибо! – Лена вцепилась в корзину и потащила её в спальню.
- Спасибо, Глеб, - опомнилась Ярослава. – Цветы прекрасные.
- Я рад, - просиял Дёмин и посмотрел на часы. – Так, собираемся, через полчаса у нас завтрак, а потом...
И это был ещё один чудесный день.
Она не помнила, когда так хорошо проводила время. Не нужно было переживать, контролировать, готовить – Глеб волшебным образом умудрялся всё предусмотреть и устроить наилучшим образом.
Это так приятно, когда о тебе заботятся, когда предугадывают желания! И не за что-то, а чтобы просто порадовать.
Что особенно трогало – Лена Глебу совершенно не мешала! Он не только с удовольствием с ней общался, но и внимательно следил, чтобы ребёнку с ними было интересно и безопасно. У него всегда было на неё время, он терпеливо отвечал на бесконечные детские «почему» и похоже, сам от этого испытывал удовольствие.
Вечером Светлана забрала Леночку в номер, и они с Глебом поужинали вдвоём.
Узнавая его ближе, она поражалась, насколько у них много общего. Мистическим образом совпадали вкусы, предпочтения, интересы и даже антипатии.
Они чудесно посидели, потом Глеб проводил её в отель и ушёл, на прощание поцеловав ей руку.
Слава вошла в коридорчик номера, прикрыла дверь и прислонилась спиной к стене, мечтательно прикрыв глаза.
«Неужели так бывает? Господи, какая я была глупая и... слепая!»
- Вернулась? – выглянула из спальни Света. – Могли бы ещё погулять. И не только погулять – учти, я не возражаю, если ты пожелаешь провести ночь в другом месте. Да что там – не возражаю? Я даю тебе на это своё благословление.
- Да ну тебя! Рано нам ещё...
- Ничего не рано, - отрезала Светлана. – Если себя не жаль – подумай о мужике. Вам не по восемнадцать, чтобы пируэты с политесами разводить. Тянет же к нему?
Слава порозовела, но промолчала.
- Тянет! И нечего этого стыдиться! В общем, чтоб завтра я тебя здесь ночью не видела.
- Свет, но...
- Никаких «но»! Вы и так столько лет потеряли. Чаю хочешь? Нет? Тогда шагом марш спать и настраиваться на счастье!
Но уснуть Ярослава не успела.
Сначала приняла душ и переоделась, потом проведала сладко сопящую Лену. И только устроилась в своей кровати, как зазвонил телефон.
У Славы замерло сердце – обычно поздние звонки не к добру. Сглотнув, она взяла в руку сотовый, посмотрела на дисплей.
«Глеб? Что-то случилось?!»
И торопливо приняла вызов.
Жизненный опыт учил, что поздние звонки часто являются вестниками беды. И первые же слова Дёмина на несколько секунд выбили Славу из равновесия.
-Я соскучился, - донеслось из трубки, стоило ей поднести ту к уху.
От облегчения – ничего страшного не произошло, он просто соскучился! – у женщины едва ноги не подкосились.
Захотелось одновременно Глеба стукнуть, чтоб больше так не пугал. И обнять.
Представив в картинках, как она осуществляет второе желание, Ярослава смутилась и произнесла совсем не то, что хотела.
- Уже? – пробормотала она. – Ещё и часа не прошло, как мы расстались.
-Да, уже, - ответил Дёмин, и ей почему-то показалось, что он улыбается. – Спроси, пожалуйста, у Светы – она может посидеть с Леночкой?
- Зачем? – растерянно переспросила Шанская. – Дочка спит. И я... собиралась.
- Слав, а я собираюсь тебя украсть. Прямо сейчас.
- До утра? – хмыкнула Ярослава. – Боюсь, я ещё не...
- Нет, не на всю ночь, - вздохнул Глеб. – Я бы хотел, конечно, но решать тебе.
- Что-то случилось? – против воли голос Шанской дрогнул.
- Ничего страшного не случилось, просто нам надо поговорить. Прости, что так спонтанно, но это очень важно для меня. И ждать до завтра я не в состоянии.
- Ладно, я сейчас оденусь и выйду. Ты где?
- Спасибо! Я внизу, в фойе отеля!
После странного диалога она целую минуту пыталась собраться с мыслями, но собрание так и не состоялось – в голове прыгали обрывки слов и картинки недавних событий, не позволяя сосредоточиться.
- Слав, – в дверь просунулась голова Светланы, – я слышала, ты с кем-то разговаривала...
- Позвонил Глеб, - отрешённо ответила Шанская. – Попросил спуститься, он внизу ждёт. А, ещё тебя надо спросить – присмотришь за Леной?
- Вопрос риторический – естественно, присмотрю! Так, это то, что я думаю или?
- Догадываюсь, что ты там себе навоображала, но нет – это просто разговор. Глеб попросил его выслушать. Говорит, для него это очень важно. И ещё – что он забирает меня не на всю ночь.
- Угу, - многозначительно отреагировала Светлана и раскрыла дверцы шкафа. – Прикинем, что тебе лучше надеть для этого... разговора.
- Свет, ты опять бежишь впереди паровоза!
- Если кто-то за вас не поторопится, то вы ещё пятнадцать лет будете круги нарезать. А потом вам станет не до любви – привет, склероз, Альцгеймер, пенсия! Так, вот этот комплектик наденешь, как чувствовала, что он пригодится!
Она показала на красивое бельё, которое Слава планировала надеть для Влада в первую брачную ночь. И которое, увы! – не пригодилось. Она про него забыла, но когда собиралась в отпуск, глазастая подруга углядела комплект, восхитилась им и собственноручно положила к Славе в чемодан. Устав спорить, Ярослава смирилась, твёрдо уверенная, что это бельё ей точно не пригодится.
Видимо, ошиблась.
- Давай-давай, пошевеливайся! – торопила Светлана, перебирая плечики. – Где же оно. А, вот!
И с видом факира извлекла платье, но тут Слава сдаваться не собиралась. Ладно, бельё – его Дёмин всё равно не увидит, но надевать для важного разговора вечерний наряд?!
- Ни за что! – отрезала она и оттеснила Светлану. – Брючный костюм надену.
- Без блузки, - оживилась Лосева. – Пиджачок прямо на голое тело, это так модно! Да не сверкай глазами, он застёгивается, ничего лишнего не видно. О тебе забочусь – тепло же, запаришься...
И в сторону:
- И время сэкономите... Чем меньше шмоток, тем быстрее можно от них избавиться.
- Светка, я сейчас тебя стукну! – пригрозила Слава, но та лишь рассмеялась.
Наконец, не прошло и получаса, Ярослава была готова.
- Дверь я запру изнутри и сразу лягу. Стука не услышу! – предупредила Лосева. – До девяти утра... А, нет – до двенадцати дня мы тебя не ждём. И если что, в двенадцать можешь не появляться, мне достаточно будет звонка.
- Света, ты опять? – устало вздохнула Шанская. – Я же объясняла – это просто разговор! В фойе отеля.
- Я что – против, что ли? Разговаривайте на здоровье – до полудня завтрашнего дня времени предостаточно. Успеете все вопросы обсудить, все проблемы порешать, - пожала плечами подруга. – А где – в фойе или в каком другом месте, это вы сами определите. Иди уже, я на ходу засыпаю!
И буквально вытолкала Славу за дверь, демонстративно заперев за ней все замки.
Ярослава только головой покачала – ну Светка! Ну сводница!
И направилась к лифту.
Глеб поднялся ей навстречу – без привычных уже цветов и какой-то взъерошенный, словно над чем-то долго думал и переживал.
- Слава! Идём.
- Куда?
- Ну не здесь же нам разговаривать! Никогда не любил всякие шоу типа «за стеклом» и меньше всего желаю стать одним из его участников. Я приглашаю тебя к себе.
Ярослава вскинулась, но Дёмин остановил её порыв:
- Обещаю, без глупостей и прочего! Только разговор. Просто на улице уже не так тепло, чтобы долго сидеть на скамейке, а в номере и нам комфортнее, и никто не будет глазеть и подслушивать. Я бы предложил пройти к вам, но наши голоса потревожат Лену и Свету.
- Ну хорошо. Веди.
Идти оказалось недалеко, и Слава толком опомниться не успела, как очутилась в комнате.
Огляделась – довольно мило, но скромно. Их номер намного комфортнее. Интересно, почему Глеб выбрал именно этот отель? С его возможностями он мог себе позволить лучшую гостиницу Сочи, а не скромный апарт-отель.
- Располагайся, где тебе удобнее, - Дёмин заметно волновался. – Заказать что-нибудь?
- Ничего не надо, я не голодна и от жажды не умираю, - остановила его метания Ярослава. – Глеб, что происходит?
- Присядь, - попросил тот. – Я собирался сделать иначе. Этот разговор и вообще... Но жизнь внесла свои коррективы. В общем, - он взъерошил пятернёй волосы, и Слава ощутила, как внутри неё в тугую спираль скручивается нехорошее предчувствие, – А... чёрт! Слава, нам нужно пожениться!
- Что?!
Она ожидала чего угодно – от известия о чьей-то неизлечимой болезни до сообщения, что Дёмин встретил другую и сворачивает ухаживания. Но только не предложения руки и сердца. Если, конечно, эту фразу Глеба можно было так понять.
- Ты... с ума сошёл? То есть, я хотела сказать...
- Сошёл, - кивнул мужчина. – Давно, Слав, я по тебе сошёл с ума. По вам с Леной, если точнее. Но пока ты в своём сердце не была свободна, отошёл в сторону. А сейчас всё изменилось! Понимаешь, я ждал долго и ждал бы ещё – сколько потребуется, но теперь речь идёт о благополучии Леночки.
- Лены? Что с моей дочерью?! – Слава вскочила и схватила Глеба за руку. – Что ты узнал?
- С ней всё в порядке. Пока. Но я кое-что сделал, вернее, кое-кому кое-что сказал, и теперь нам необходимо срочно расписаться, чтобы оградить дочку от ненужных вопросов.
- Боже, Глеб, да говори уже! Или ты решил меня добить?!
- Сегодня, когда я возвращался в отель, меня подкараулили Валерий Васильевич и Марина Львовна.
- Мама?! Валера... Здесь, в Сочи?!
- Да. Мы поговорили... Не очень хорошо. Видит бог, я долго держался, но когда твоя мать принялась склонять Лену, моё терпение лопнуло. Слав, она назвала её байстрючкой и предположила у девочки гнилую наследственность! Прости, но слов назад не вернуть – я сказал, что Лена – моя дочь!
- Ты... О...
- А накануне я то же самое сказал Дерюгину. Вчера, после того, как мы с Виктором проводили вас в отель, мы решили на полчаса заглянуть в кафе. Видимо, Влад нас увидел, дождался, когда Жаров уйдёт, и выскочил передо мной, как чёрт из табакерки. Слово за слово, он начал сыпать гадостями, обвинять, что мы за его спиной давно встречаемся. Прошёлся по Лене, мол, не от меня ли ты её родила? И я подтвердил – да, она – моя дочка. И знаешь, я ни капли в этом не раскаиваюсь! Более того, я мечтаю получить официальное право называть Леночку своей. В моём сердце она с самого рождения родная, но для людей важны бумажки. Поэтому, - Глеб сглотнул и бросил на Ярославу нечитаемый взгляд, - мы должны срочно пожениться. Я удочерю нашу девочку, и больше ни одна... стерлядь не посмеет бросить в ваш адрес ни одного грязного слова.
- Глеб...
- Слава, я люблю тебя! Вас обеих. Дороже тебя и Леночки у меня в жизни никого нет. Прости, я не должен был без твоего разрешения сочинять, что у нас есть общая дочка. Так предложения руки и сердца не делают, я, правда, собирался сделать это красиво и незабываемо, но... Я всё испортил, да?
- Уверена, что хочешь об этом поговорить? – после непродолжительного молчания спросил Дёмин. – Ты же знаешь, как я отношусь к Лене? Никогда не воспринимал её чужой, наоборот, мне всегда хотелось дать ей своё отчество и фамилию. Я люблю Леночку, как свою, потому что нянчил её на руках, потому что она твоя дочь и потому что это самая замечательная девочка на свете. Мне всё равно, кто стал её биологическим отцом, лично я собираюсь стать для неё отцом настоящим.
- Может быть, когда ты всё узнаешь, - еле слышно произнесла Ярослава, - то посмотришь на неё и меня совсем другими глазами? Я не просто так столько лет хранила эту тайну. И... мне надо, наконец, высказаться. Понимаешь? Я хочу, чтобы ты узнал правду, мне это важно.
- Боже, Слава, ну что такого страшного ты можешь мне сообщить, о чём я и сам бы не догадался? Давай для начала выслушаем мою версию, а потом твою?
- Зачем?
- Боишься довериться моей интуиции?
- Нет. Хорошо, говори первый.
- Лена у тебя от Влада...
Ярослава резко вскинулась, но Дёмин жестом попросил не перебивать.
- Спросишь – почему я так в этом уверен? Отвечу просто – ты очень правильная и порядочная, к тому же, много лет болела Дерюгиным, кроме него никого не замечала. Ты просто не могла лечь с другим, даже ему в отместку за очередную любовницу. Я не сомневаюсь – именно Влад сделал тебе ребёнка. Но тут возникает вопрос – почему сам он понятия не имеет о дочери и более того, относится к ней с предубеждением? Почему Владимир считает, что ты родила её от кого-то другого? Ответ у меня один – когда вы были вместе, Вовка лыка не вязал. И наутро позабыл, с кем переспал, а ты постеснялась напомнить. Из этого следует третий вопрос – почему ты так и не призналась ему, что Лена его дочь? И наиболее вероятная причина меня совсем не радует – Влад сказал или сделал что-то такое, что побудило тебя молчать и дальше. Когда я об этом думаю, то мне хочется оторвать ему язык и яй... кое-то лишнее. Ведь ты не только ему не сообщила, ты даже Светлане ничего не рассказала.
- Лена совсем не похожа на Влада, - прошелестела Ярослава. – Ни у кого и мысли не возникло, что они... что он... А ты догадался, единственный из всех!
- Потому что я хорошо знаю тебя, Слава. Повторю – ты даже в опьянении не легла бы с другим. Что же тебе сделал этот урод, почему ты так долго всё скрывала?
- Потому что, - она опустила голову и прикусила губу, пытаясь болью прогнать злые слёзы. – Я была такая дура! Наивная, восторженная, по уши влюблённая идиотка, которая, как ты правильно заметил, никого, кроме него не замечала. Это случилось во Владимире, где тогда жил Дерюгин. У него был день рождения, я случайно узнала, что он собирает народ на даче. Не помню, чья дача – он её снял, что ли?
- Вовка праздновал юбилей – тридцать лет, - добавил Глеб. –Я тоже получил приглашение, но не смог вырваться – уж тогда работал в Москве, у Новицкого.
- А меня он не пригласил, - вздохнула Ярослава. – И я решила, что всё равно его поздравлю – явлюсь без приглашения, сделаю сюрприз. Но дорога до дачи оказалась слишком мудрёной, таксист заблудился в трёх СНТ, и на место я попала ближе к полуночи. Все уже перепились, орала музыка, мелькали всполохи разноцветных фонарей, по самой даче и прилегающему участку хаотично перемещались гости. Долгое время на меня никто не обращал внимания. Я ходила по первому этажу, отбиваясь от желающих выпить на брудершафт или потанцевать, и никак не могла найти именинника. Пока, наконец, кто-то не подсказал, что видел его поднимающимся на второй этаж.
- И ты...
- Да, я пошла наверх. И сразу наткнулась на парочку, которая сопела и пыхтела, пристроившись на подоконнике. Я попятилась, намереваясь скорее уйти, и нечаянно задела одну из дверей. Та открылась, я ввалилась в небольшую комнату, где на кровати, распространяя запах перегара, храпел Дерюгин. Стало понятно, что поздравлять его сейчас не имеет смысла. Такси уехало, автобусы уже не ходят, в город добираться не на чем, а внизу полно упившихся парней. И я решила остаться в этой комнате.
Сначала просто сидела на полу – ни одного стула не нашла, выходить же из комнаты побоялась. А потом устала и прилегла на краешек кровати. Что было дальше, думаю, понятно, - снова вздохнула Шанская.
- В общих чертах, - кивнул Глеб. – Дерюгин ночью проснулся и обнаружил в своей постели девушку. А ты...
- Сначала растерялась, но Влад буквально набросился на меня с поцелуями и нежностями. Мне стыдно – сейчас. А тогда я вообразила, что Володя наконец-то меня разглядел и оценил. Он шептал комплименты, называл своей девочкой, говорил, какая я сладкая и как долго он ждал этого! И я... да, я позволила ему всё! А потом..., - Слава с трудом сглотнула, - когда уже всё случилось, Влад назвал меня чужим именем. Это было, как ведро снега за шиворот в жаркий полдень! Я-то думала, что все нежности, ласковые слова и заверения в любви адресовались мне, а оказалось – Дерюгин думал, что рядом с ним некая Инга. Если бы он тут же не уснул, я бы, наверное, со стыда сгорела! Но Влад выключился, а я, глотая слёзы, быстро оделась и выскользнула наружу. К этому моменту все гости уже угомонились, небо серело, предсказывая грядущий восход. Мне пришлось пройти километр или полтора, прежде чем я набрела на автобусную остановку. В общем, в город я попала только к девяти утра и сразу уехала домой, в Петушки.
- То есть Влад не понял, с кем переспал?
- Выходит, да.
- Но почему ты ничего ему не сказала, когда поняла, что беременна?
- Потому что Влад приехал домой не один, а в компании девушки. Он представил её всем, как невесту.
- Инга Рощина, - пробормотал под нос Глеб. – Точно, они год или около этого встречались.
- Мне было так стыдно признаться, что я беременна, не будучи замужем! И что отец ребёнка никогда его не признает, потому что уверен – в ту ночь он был с другой. Я решила, что не стану позориться и навязываться, не буду разрушать их с Ингой отношения. А малыша, конечно же, оставлю, но выращу и воспитаю его сама. Дальше ты знаешь.
- Знаю – мать выгнала тебя из дома, ты переехала в Москву, к бабушке, - кивнул Дёмин. – В принципе, что-то такое я и предполагал. Вовка так и не женился на Рощиной, а после неё у него больше не было постоянной девушки. Но потом вы с ним сошлись и даже подали заявление. Почему тогда ты не сообщила, что Лена – его дочь?
- Я хотела, чтобы Влад выбрал меня ради меня! Потому что хочет быть именно со мной, потому что я ему не безразлична, понимаешь? Скажи я про Лену, он женился бы из-за чувства долга и все вокруг тоже подумали бы, что я его поймала на пузо. А ещё я мечтала, что он увидит, какая умница моя девочка, и полюбит её, даже не зная, что она его кровинка.
- Ты вообще не собиралась ему рассказать про ту ночь и её последствия?
- Я приготовила Владу подарок, - грустно ответила Ярослава. – Хотела вручить ему после свадьбы – конверт из лаборатории с результатами исследования ДНК. Но... В общем, эти результаты не пригодились, и я решила, что Дерюгин не достоин такой дочери, как моя Леночка.
- Что ж, теперь картина стала полной, - Глеб улыбнулся, - но я так и не понял – почему ты решила, что я передумаю или начну к вам с Леной относиться как-то иначе?
- Потому что я вела себя неправильно, наделала много ошибок и мне стыдно в них признаваться...
- Глупенькая моя, - с нежностью произнёс Дёмин, подхватил Славу на руки и посадил к себе на колени. – Уже говорил – повторю ещё раз – для меня не имеет значения, что произошло восемь лет назад! Дерюгин прохлопал своё счастье, туда ему и дорога! Я так тебя... вас люблю! Хочу просыпаться рядом с тобой, целовать, сонную и такую родную, слышать, как шлёпают по полу босые ножки нашей дочери и ловить её в охапку, когда она придёт пожелать нам доброго утра.
Хочу делать с ней уроки и возить вас на отдых, хочу выбирать с тобой шторы для нашего дома и исполнять желания моих самых любимых. Все эти годы, когда мы врозь, я живу, словно бы наполовину. Хожу, работаю, разговариваю – но не ощущаю себя целым. Слав, ты позволишь мне стать отцом для Лены и мужем для тебя?
Ярослава всхлипнула.
- Понимаю, что всё слишком быстро, - добавил Глеб. – Если ты не готова к браку, то позволь мне хотя бы удочерить Леночку. Я не хочу, чтобы у твоей матери, у Влада или кого-то другого был повод косо на неё смотреть. Пока Лена мала, но скоро она узнает, что значит «байстрючка», я не хочу, чтобы ей было больно.
- Глеб, я...
- Больше не могу, - простонал Дёмин и осторожно прикоснулся к губам Ярославы. – Моя нежная... моя необыкновенная... моя!
В одном Слава не ошиблась – полупрозрачный кружевной комплект Глеб не увидел. Вернее, не успел рассмотреть, а потом, когда они перевели дыхание, рассматривать было нечего – кружевное великолепие в самом начале урагана улетело в неизвестном направлении.
И Свете она позвонила не в двенадцать, а в половину первого... Что поделать, если уснули они только утром?