Глава 10

Его голос становится резче, напряжение исходит почти осязаемо, я замираю, глядя на его лицо, но в полумраке могу вырвать только тени, которые вырубают резкие черты.

– Я хотела просто нормальных отношений, – меня хватает только на то, чтобы прошептать этот ответ, на который я получаю очередной смешок.

– Тогда тебе стоило сначала с собой разобраться. Не очень-то похоже, что ты влюбилась в Антона.

– Что ты имеешь в виду?

Я чувствую, что мы вступаем на опасную территорию, и бессознательно делаю шаг назад, словно физически пытаюсь отстраниться от следующих слова Кирилла.

– Ты знаешь, что я имею в виду, Ясь.

Несколько секунд мы смотрим друг на друга, я перестаю чувствовать задувающий через одежду ветер, пальцы рук уже трудно сгибать, но и это не имеет значения. Мир резко сужается в кольцо, внутри которого я, Кирилл и его слова. Которым я ничего не могу противопоставить. Медленно качаю головой, делая еще полшага назад. Но Кирилл не собирается приближаться, за все время нашего разговора он даже позы не изменил, так и стоит, сунув руки в карманы куртки.

– Я не знаю, что ты имеешь в виду, – ощущение, что даже голос замерз, и слова прорываются через толщу льда, с таким трудом я их выдавливаю из себя. – Меня мало волнует, что ты там себе надумал, Кирилл. Послушай, что я тебе скажу: если ты не хочешь строить с Таней отношений, то лучше расстанься. Она ведь ждет от тебя каких-то шагов. Так сделай их. Либо навстречу, либо уйди. И еще… Оставь меня в покое, ясно? Перестань вмешиваться в мою жизнь, и желательно вообще в ней появляться.

Повисает тишина, пару секунд она такая тяжелая, что хочется поежиться, а потом налетает новый порыв ветра, завывая, срывает с моей головы капюшон, треплет волосы, по телу бежит дрожь. Кирилл молчит, я делаю несколько шагов в сторону, обходя его по периметру, нетвердо дохожу до поворота на дорогу, а потом бегу.

Калитка – онемевшими пальцами с трудом закрываю замок, – несколько метров до дома, сбрасываю верхнюю одежду, и наконец оказываюсь в теплой кухне. Таня, судя по всему, еще в ванной. Я устало падаю на уголок, глядя в пол. Сердце в груди грохочет так, что закладывает в ушах. Чувствую себя погано.

Я ведь прекрасно поняла, о чем говорил Кирилл. Я вела себя омерзительно, говорила себе одно, а сама делала другое. Это я позволила ему допустить мысль о том, что меня к нему тянет. Позволила ее тогда, когда у Кирилла были отношения с моей сестрой, когда сама я была с другим мужчиной.

Пусть не было физической измены, но она и не нужна. Измена происходит сначала на уровне головы. Человек внутри себя принимает решение: пустить эту возможность в свою жизнь или нет. Я должна была заблокировать любое проявление чувств. Я не имела на них права, а теперь Кирилл считает, что я…

Слышу, как что-то падает в ванной, следом чертыхается Таня, вскочив, бегу в свою комнату, прикрываю дверь. Надеюсь, у меня еще есть время прийти в себя, оно мне необходимо. Я не готова сейчас общаться с сестрой. Опускаюсь на матрас, подтягиваю к себе одеяло и кутаюсь в него. Не знаю, от чего трясет больше: от того, что замерзла, или от осознания того, как я вела себя все это время.

Так оно и происходит: искушение приходит незаметно, маленькими шагами подкрадывается. Сначала думаешь: ну ведь ничего такого нет, это ничего не значит. Потом думаешь так снова, и снова, и снова. И не замечаешь, как оказываешься полностью порабощен этим искушением.

Ложусь на бок в позе младенца. Ситуация с Антоном отступает на второй план. Я отстраненно и безэмоционально замечаю, что она меня в общем-то даже не трогает. Неприятно как-то по-человечески, но других чувств нет. И на это тоже есть причина. Антон никогда меня не привлекал всерьез.

Я рассматривала его как хороший вариант, который нужно брать, особенно когда он сам идет в руки. Не было эмоций, только прагматизм. Но это же логично, мне тридцать четыре, я разведена, побита жизнью, мне ли выбирать? Да и не факт, что получилось бы, даже если бы Антон этого на самом деле хотел. Я разрешила себе не думать о будущем, но реальность ведь никуда не делась. Когда-нибудь мне пришлось бы сказать, что я не смогу родить ему ребенка. Теперь не придется, и слава богу.

– Ты в порядке, Ясь?

Поднимаю на сестру глаза, оставляя в покое кашу, которую уже минут пять перебираю ложкой.

– Да, все нормально, долго не могла уснуть вчера.

Я и впрямь мучилась бессонницей, бродила из угла в угол, зачем-то поглядывая на окна дома напротив. Света в них не было. И правильно, люди по ночам спят, мучаются только те, у кого не ладится с самим собой.

– Это из-за Антона?

Я снова смотрю на сестру, бессонница все же имеет последствия, чувствую легкое отупение, как будто я встала, но механизм внутри не запустился.

– С чего ты взяла?

Таня пожимает плечами, поднимаясь и проходя на кухню, наливает чай.

– Расстроилась, что он тебя продинамил?

Я вздергиваю брови в удивлении и против воли резко выдаю:

– Он меня не динамил. Я сама не хотела к нему ехать.

Сестра отставляет чайник, взяв чашку, возвращается за стол, разглядывая меня с недоумением.

– А почему? Я думала, он тебе нравится.

Нравится… Потираю глаза ладонями, тяжело выдыхая.

– Не знаю, кажется, я запуталась.

Таня громко прихлебывает и аккуратно замечает:

– Ясь, ты меня извини, конечно, но в чем тут можно путаться? Красивый богатый мужик на тебя запал, ухаживает, водит по театрам и ресторанам…

– Да, все так… Просто я не думаю, что для него это серьезно.

Таня смотрит с удивлением.

– Ну… Если тебе это важно, спроси его об этом. Объясни, что тебя тревожит. Это намного лучше, чем просто морозить мужика. Вот посмотри на Кирилла, он ходит вокруг да около, но между нами ничего не происходит. Вообще. И я, например, уже сомневаюсь, что мне это надо. Антон ведь не обязан понимать все твои заморочки, скажи ему прямым текстом, что думаешь, и все.

Я молчу, глядя в стол, а потом спрашиваю:

– А ты Кириллу говорила?

Она усмехается, закатывая глаза.

– Говорила, только, по-моему, он ничего не хочет. Не нужны ему никакие отношения, понимаешь? Я спрашивала, ну, много у него было девушек? Он сказал, много, но встречался долго только с одной. Я не удивлена, если честно. Он слишком… инфантильный, когда нужно действовать. Никуда не торопится, не чувствует меня, чего я хочу, понимаешь?

Я молча киваю, опуская голову, снова хватаюсь за ложку, ковыряюсь в остывшей загустевшей каше. Я бы могла сказать сестре, что все не так, что Кирилл вполне уверенно может действовать, и отлично знает, что делать. Только не в отношении Тани.

Почему? Вывод очевиден: она ему не интересна. Вполне вероятно, в первую встречу сестра Кириллу приглянулась, но в дальнейшем симпатия ушла. И со стороны Тани интерес тоже стал угасать, не подпитываемый действиями Кирилла. Скорее всего, они в скором времени тихо-мирно разойдутся.

Сердце подозрительно екает на этих мыслях. Я хмурюсь, запихиваю кашу в рот и рассасываю, стараясь не дышать, чтобы не чувствовать вкуса. Аппетита нет, но поесть надо.

– Короче, – возвращает Таня мое внимание. – Поговори с Антоном, ты слишком заморачиваешься, правда.

Она берет чашку и уходит наверх, я запихиваю в себя остатки каши, глядя в стену. Поговорить с Антоном… О чем? Спросить, правда ли, что после секса я стану ему неинтересна? Что ему комфортно без отношений, и нравится только процесс обольщения? И значит ли это, что в общем-то я как человек ему безразлична?

Мысль перескакивает на Кирилла. У него были серьезные отношения. Один раз, и потом только короткие интрижки. Интересно, почему он рассказал об этом Тане? Обычно мужчины избегают подобных тем. Но Кирилл в принципе не такой, как все, и предугадать, что он сделает или скажет, довольно сложно. По крайней мере, для меня.

И тем не менее, факт остается фактом: он не встречается с девушками. И Антон, если верить словам Кирилла, тоже. Любопытная тенденция, однако. Я мою тарелку, вытерев руки о домашние штаны, достаю из кармана телефон. Антон вчера писал, я не ответила, специально не открывала даже. Снова спрашивал, все ли хорошо и не обидел ли он меня. Просил ему перезвонить.

Может, Таня права, и мне действительно не стоит рубить с плеча? Можно дать понять Антону, что я не уверена в нашем будущем. Не может же он быть настолько непорядочным, чтобы после этого просто тащить меня в постель. Это уже крайняя степень какая-то. В любом случае, объясниться не помешает.

Барабаню пальцами по столу, а потом набираю Антона. Он снимает быстро, как будто и впрямь сидел возле и ждал.

– Привет, – говорю ему, – извини, вчера уснула и не видела твоих сообщений.

Вот, я вру. Это неправильно. Он врет мне, я ему – это прямо залог долго и счастливо, ага.

– Как ты? – спрашивает Антон.

– Все хорошо. Правда. Я подумала… Может, нам встретиться сегодня? Хочу поговорить.

– Я собирался заехать вечером к Пете, могу заглянуть к тебе перед ужином.

Так, говорить при Тане не очень хочется, но можно отправить ее в комнату, она поймет. Лучше не затягивать с разговором.

– Да, давай, во сколько примерно?

– Думаю, часов в шесть. Пойдет?

– Буду ждать.

– У нас все хорошо, Ясь? – спрашивает Антон неожиданно, и я теряюсь, сжимая трубку в руках. Хорошо? Нет, не похоже.

– Да, конечно, – вру снова, – ну давай, до вечера.

Кладу трубку, не оставляя ему возможности сказать что-нибудь еще. Выдыхаю, упираясь ладонями в стол. Ладно, мы поговорим, а потом я буду делать выводы и принимать решения.

– Это Таня, моя сестра, – представляю Антона и Таню друг другу, они пожимают руки с улыбками.

– Я не буду вам мешать, удаляюсь, – сестра вставляет наушники в уши, давая мне понять, что мы можем говорить, о чем угодно.

– Она красавица, – замечает Антон, когда Таня скрывается на втором этаже. – Понимаю интерес Кирилла. Вы совсем не похожи.

Я замираю спиной к Антону с чайником в руках. Мой ум прочерчивает простую параллель: она красавица, и мы совсем не похожи. Но это же не значит, что я некрасивая. Это я услышала так, вряд ли Антон имел в виду подобное. Зачем бы ему встречаться с женщиной, которая ему не нравится?

– У нас разные отцы, – напоминаю, продолжая наливать чай.

– Да, точно, – он принимает чашку и внимательно на меня смотрит, когда я сажусь рядом. – О чем хотела поговорить, Ясь?

Я веду по ободку своей чашки пальцем, подыскивая слова. В голове просто выглядело, а на деле сложно даже начать говорить.

– Я понимаю, ты удивился, что я вчера сбежала…

– Значит, мне не показалось, и ты все-таки сбежала, – усмехается он. – Все же было хорошо, что тебя так напугало? Если ты не любишь “Битлз”, могла бы так и сказать.

Я усмехаюсь на его шутку, закусывая губу. Все-таки он умеет быть милым. Когда вот так сидишь рядом с ним, меньше всего хочется верить, что все его слова обман.

– Просто… Все это как-то… Я не понимаю, что между нами, Антон, – выдаю наконец. – Я не в том возрасте, чтобы пускаться в короткие интрижки, они мне не нужны, понимаешь? И я думала… Думала, что у нас с тобой может получиться.

Антон задумчиво сверлит взглядом стол, потом поднимает на меня глаза.

– И в какой момент передумала? – задает вопрос. Он никак не комментирует мои слова, не говорит о своих мыслях о нас, о чувствах, просто слушает. И от этого я чувствую себя неловко.

– Я не передумала. Просто… Не чувствую, что ты хочешь того же. И если для тебя это короткий ни к чему не обязывающий роман, давай лучше закончим сейчас. И я, честное слово, не обижусь, если ты примешь такое решение, потому что прекрасно понимаю: мы слишком мало времени вместе.

Я замолкаю, ожидая от него ответа. Обошла острые углы настолько мягко, насколько могла. Выразила основную мысль, теперь осталось услышать мнение Антона на этот счет.

Он протяжно выдыхает, определенно я его озадачила.

– Ладно, – Антон сцепляет ладони в замок, – что ж, так далеко я не загадывал. Ты мне понравилась, я пригласил тебя на свидание… – он замолкает, подыскивая слова, и я осознаю, что ему просто нечего сказать. – Не думал, что ты так все распланировала. Это немного… Странно. Не находишь? Мы ведь не могли знать, подойдем ли друг другу, будет ли нам хорошо вместе. Я думал, пусть все идет, как идет, и если получится…

– Но у нас не получится, да? – перебиваю я. – Я тебе нравлюсь, но не настолько, чтобы думать об отношениях со мной?

Антон откидывается на спинку, снова тяжело вздыхая. Какой-то нелепый разговор получается, как ни крути.

– Просто скажи, как есть, Антон, я не обижусь.

Он бросает на меня взгляд, в котором сквозит недовольство.

– Да, я не думал, – выдает наконец. – Но это ведь не преступление, Ясь? Я не обязан был влюбиться в тебя без памяти за пару недель, так? Да и ты нацелилась на отношения со мной, исходя из прагматичных целей. Сама сказала: возраст. Что еще? Желание создать семью, родить детей? Опять же я адекватно себя оцениваю и понимаю, что отличная партия. Поправь меня, если я что-то не так сейчас сказал?

Меня топит удушливая волна стыда, щеки краснеют, а тело бросает в жар. Все, что сказал Антон, в общем-то, правда, только в моей голове звучало иначе. И осознавалось иначе, а сейчас слова грубо клеймят меня как расчетливую женщину, решившую заполучить удачный вариант.

– Это… Это не совсем так, – качаю я головой, хмурясь. – То есть я не думала об этом вот так. Ты мне понравился… Ну и да, мне показалось, что…

Мой лепет прерывается под взглядом Антона, он складывает на груди руки.

– Будем откровенны, ты красивая и интересная женщина, но да, я не планировал на тебе жениться. И не думал на много лет вперед. Если бы это случилось, что ж, хорошо, нет, значит, нет. Я просто не понимаю, что ты от меня сейчас хочешь услышать?

Так как я молчу, растеряв все слова, он продолжает:

– Ясь, по-моему, ты сама не понимаешь, чего хочешь. Ты вроде бы и идешь мне навстречу, но при этом все время отбрыкиваешься, как будто тебя силой ведут. Так что подумай, может, дело не во мне, а в тебе? И на самом деле это ты ищешь причину, чтобы закончить наши отношения, – он поднимается и аккуратно вылезает из-за стола, открывает дверь в прихожую, и добавляет:

– И знаешь, мне бы тоже было интересно узнать эту причину.

Мы встречаемся взглядами, и я позорно отвожу глаза. Мне нечего сказать. Все, что вчера играло одними красками, в новом свете заиграло другими. То, что видела и чувствовала я, через призму восприятия Антона выглядит совсем не так.

– Я не против продолжить, – замечает Антон, уже выходя. – Просто не понимаю, зачем мне вкладываться в отношения, в которых я не вижу желания с другой стороны. Так что, подумай, Ясь, если твой интерес ко мне не ограничивается только тем, что тебе пора замуж, звони, мой номер ты знаешь.