10. Спасение

— Не успела, ничего не успела, — сквозь пелену сна до меня доносился отчаянно хрипящие вопли.

Я сделала над собой усилие и постаралась разлепить веки. Это далось мне с большим трудом. Спать хотелось очень сильно, но в то же время эти крики-хрипы выбивали меня из состояния дрёмы и сильно нервировали.

Обнаружила я себя сидящей на старом стуле с деревянными подлокотниками в каком-то ужасном тёмном помещении с насыщенным запахом серы и плесени. В носу защекотало, и я, не в силах сдержаться, громко чихнула. Инстинктивно мои руки приблизились ко рту, прикрывая его от чихания, и я ощутила на своих пальцах, кистях и предплечьях что-то густое, липкое и ужасно мерзкое.

Часто моргая, чтобы максимально сфокусировать зрение я осмотрела себя, насколько это мне позволяло освещение от единственного маленького окошка в стене слева. Луна была полная, и её света хватило, чтобы увидеть то, отчего я в ужасе закричала.

— Живая? Ну, слава драконам, — проговорил знакомый мужской голос с той же стороны, откуда раздавались сиплые хрипы. — Как себя чувствуешь?

Он явно спрашивал меня, в голосе ощущались нотки беспокойства, значит, у меня здесь есть защита. От этих мыслей я немного успокоилась и стараясь отряхнуть себя от густой слизи, ответила:

— Вроде нормально?

— Я же говорю, не успела ещё ничего, — жалобный скулёж стал увереннее.

— Тебе слова не давали!

В том углу, откуда доносились мужской и хрипящий голоса, было так темно, что я никак не могла рассмотреть, что там происходит. Встав со стула, я сделала несколько шагов в сторону двери, которую было хорошо видно по проникающим сквозь щели лучам. Голова кружилась, но находиться в этом дурно пахнущем и тёмном как подвал помещении совсем не хотелось. Толкнув дверь, я вышла на крыльцо.

Кривые ступени из досок, которым, наверное, уже тысячу лет. Заросший бурьяном и крапивой двор, густой тёмный лес поодаль. Обернувшись на строение, из которого я вышла, я просто ужаснулась, какой древней и страшной была эта лачуга. Как я сюда попала?

Отчаянно оглядываясь по сторонам, я искала то, чем можно себя отмыть или хотя бы вытереть. В лунном свете я увидела, что покрыты слизью не только мои руки, но и всё тело, включая одежду. От тяжести и липкости зеленоватой субстанции, именно от неё шёл густой запах серы, было трудно двигаться.

Вслед за мной из лачуги вышел Мейсон и с весьма разъярённым видом сразу же накинулся с обвинениями.

— Ты была в своём уме, когда сюда пришла?

— Я вообще не знаю, как я здесь оказалась? — пролепетала я в ответ.

— Магия на двери явно хранит добровольный вход, и у ведьмы есть эхо твоего согласия. Твоё счастье, что этот кучер оказался таким сознательным, и по возвращению в город забил тревогу.

— Стэн? — переспросила я, уставившись на крышу ветхого домика.

Точно, эта она, та странная, непропорционально большая и чёрная крыша, которая у меня так не вязалась с белёными стенами и резными наличниками. Неужели всё, что я видела, было наваждением?

— Да, он. Приехал напрямую к твоим родителям, а там уж и до меня дошли новости. За что мне всё это? Послали же мне боги истинную без мозгов, — Мейсон злобно сверкнул на меня глазами. — Куда теперь тебя в таком виде?

— Никуда, — огрызнулась я. — Сама дойду!

Это я конечно погорячилась, потому что в таком виде не то чтобы до города дойти, несколько шагов ступить было тяжело и противно. Дико хотелось смыть с себя эту отраву и одеться в чистое.

— Куда ты дойдёшь, наивное создание? В этом лесу ведьм больше чем грибов. А ты сейчас для них, как самый желанный цветочек, источающий изумительное благоухание, — на этих словах Мейсон громко и обидно расхохотался. — Понесу тебя в лапах, отвернись.

— Что? — не поняла я.

— Отвернись, сказал, и не поворачивайся пока сам тебя не возьму!

Я послушно отвернулась в сторону леса и стояла так, прислушиваясь к странным шуршащим и щёлкающим звукам, пока сзади меня не раздалось протяжное рычание:

— Готова?

Я обернулась и увидела огромного серебристого дракона с шипастой мордой и перепончатыми крыльями, сложенными на боках. По хребту от самой головы до хвоста располагались большие костяные наросты, похожие на пластины. Неужели это Мейсон?

Я бредила драконами в детстве, изучала историю их родов, умения и классификацию чешуйчатых. Я знала их стихии и отчаянно мечтала тоже быть драконом, но в нашем мире это стезя только мужской части населения, и то не всей, а только совсем небольшой её части избранных. Так что, поняв, что летать в обличье зверя мне не суждено, я полностью подалась в магию зелий. Это было мне доступно. Кто бы знал, что судьба сведёт меня с настоящим крылатым.

Пока я восхищёнными глазами пожирала вид ящера, Мейсон взмахнул крыльями и резко взмыл в небо. О, как хорош! Я раньше часами могла разглядывать книгу о драконах с цветными картинками. А тут настоящий, живой!

Тем временем Мейсон, сделав вираж над заросшей крапивой поляной, спикировал прямо на меня и, схватив своими лапами за талию, снова взмыл в небо. От резкого набора высоты и огромной скорости у меня перехватило дыхание, и сердце заколотилось в груди, как сумасшедшее. К моему удивлению держал он меня очень бережно, стараясь не передавливать и не ослаблять захват, чтобы я не выскользнула из его лап. Ветер обвивал моё лицо и ноги, всё остальное было защищено когтистыми пальцами дракона.

Полёт длился не долго, пролетая над озером, Мейсон разжал свои когти, и я шлёпнулась в воду. Тяжелое платье сразу же потянуло меня на дно, но дракон не дал утонуть, он хватал меня, приподнимал над водой и снова разжимал свои лапы. Это купание казалось длилось бесконечно, я нахлебалась воды, потеряла свои туфли и поясную сумку с зельями, моё платье и волосы были насквозь мокрыми, но тем не менее стали чистыми, полностью отмывшись от ведьминской слизи.

— Пожалуйста, хватит, — взмолилась я, обессиленным голосом, Мейсон всё понял, и уже буквально через несколько минут он осторожно приземлил меня на крыше своего замка.