Глава 3

Дедушка молчал ровно столько, чтобы я успела почувствовать себя виноватой, неразумной и лет на десять младше настоящего возраста. У Арчибальда Кроу имелся редкий талант воспитывать одним взглядом, поэтому я тоже молчала, старательно изображая человека, который вовсе не убегал от него через половину Академии и не воспользовался тайным проходом исключительно ради того, чтобы избежать разговора.

Люми благоразумно устроилась у меня в волосах и притворилась заколкой.

Предательница.

— Набегалась? — наконец спросил дедушка.

— Я бы назвала это прогулкой в повышенном темпе, — со всем видимым достоинством бессовестно солгала я.

— Эмилия, — с лёгким, но до глубины души пробирающим оттенком укора произнёс дедушка.

По этому тону сразу стало понятно, что запас семейной иронии исчерпан. Пришлось признаваться:

— Я получила письмо, — промямлила уныло.

— Тогда ты знаешь, что Кассиан приезжает завтра и на этот раз намерен сам передать тебе кольцо, — кивнул самый старший из Кроу.

— Именно поэтому я и решила немного прогуляться, — вынужденно признала я.

Дедушка тяжело вздохнул и кивнул на скамью возле окна. Отступать было некуда, поэтому я послушно села рядом.

— Я не понимаю, почему ты так упорно сопротивляешься, — завёл он разговор, который я столь старательно избегала на протяжении последних месяцев. — Кассиан умён, прекрасно образован, происходит из достойной семьи, сделал блестящую карьеру и в двадцать семь лет командует королевским корпусом боевых заклинателей. У него безупречная репутация.

— Я знаю, — не менее вынужденно признала и это.

— Тогда в чём проблема? — вскинул бровь дедушка.

— Не в том, какой он человек, — поджала губы. — Проблема в том, какой должна стать рядом с ним я сама.

Дедушка вопросительно нахмурился.

— После свадьбы я буду обязана переехать в Риверт-холл, закончить Академию досрочно или оставить совсем, отказаться от экспедиций и работы, потому что всё это Кассиан считает небезопасным. А я хочу сама решить, чем заниматься после выпуска. Я хочу исследовать руны, ездить в экспедиции, возможно, преподавать. Но на любое моё «я хочу» у него находится очень разумное «это небезопасно», — поделилась всем наболевшим.

— Ты говорила с ним об этом? — помрачнел дедушка.

— Конечно, — усмехнулась с горечью. — Он меня выслушал, всё обдумал и объяснил, почему я ошибаюсь.

Дедушка тоже невольно усмехнулся.

— Очень в духе лорда-командора.

— Вот видишь. А мне с этим жить.

Дедушка повторно вздохнул и накрыл мою руку своей.

— Я понимаю тебя, Эмилия. Но твой отец дал Ривертам слово.

При упоминании родителя внутри всё привычно сжалось. Его давно не было, а обещание всё ещё распоряжалось моей жизнью.

— Он. Но не я, — отвернулась к ближайшему окну. — Я его не давала.

— Знаю. Но обязательство связывает наши семьи, и просто отказаться, не поставив под удар имя отца и честь всего рода Кроу, ты не можешь. Этот брак в любом случае состоится.

В один момент так жалко себя стало…

— И что, совсем-совсем без вариантов? — на мгновение крепко зажмурилась, чтобы совладать с переполняющими эмоциями.

А то ещё чуть, и слёзы обиды уже не остановить.

— Этот брак не состоится только в одном-единственном случае. Если Кассиан сам откажется от тебя. Но решение должно исходить от него. Сама понимаешь, это маловероятно. Я бы даже сказал, невозможно.

Может, дедушка и считал такой отказ невозможным и соответственно не подлежащим дальнейшему обсуждению, но ещё он сказал «маловероятно».

А маловероятно — намного лучше, чем невозможно!

Я замерла, обеими руками ухватившись за этот мизерный, но шанс. Поняла, что всё это время я жестоко ошибалась, пытаясь придумать, как не принять кольцо и избежать встречи или хотя бы снова отсрочить неизбежное. Нужно было решать совсем другую задачу: не убегать от жениха, но сделать так, чтобы жених сам захотел убежать от меня.

Это же кардинально меняло ситуацию!

Когда дедушка ушёл, я ещё некоторое время сидела на скамье. Всё было бы гораздо проще, окажись Кассиан мерзавцем, а дедушка — семейным тираном. Но один искренне желал мне добра, а второй обладал множеством достоинств и всего одним существенным недостатком, совершенно не собираясь учитывать мои представления о собственной жизни.

По дороге к выходу из библиотеки мне прямо под ноги спикировал бумажный самолётик. Я машинально отступила, но тот, словно исключительно этого и добивался, развернулся в воздухе, ткнулся мне в юбку и упал на пол.

Я сразу узнала «Сплетник» — местное печатное издание, с завидной регулярностью собиравшее слухи, скандалы и чужие романтические тайны. Никто толком не знал, кто именно его выпускал, зато магические бумажные самолётики исправно разносили свежие номера по всей Академии, сами находили читателей, залетали в аудитории, библиотеку и столовую, а временами буквально врезались в студентов на ходу. Достоверность сведений в «Сплетнике» порой вызывала вопросы, но о личной жизни обитателей Академии из него действительно можно было узнать значительно больше, чем хотелось самим обитателям.

Я подняла самолётик и развернула лист.

Крупный заголовок немедленно привлёк внимание: «Тысяча золотых за одну недотрогу! Наследник Андрахарского герцогства поставил тысячу золотых на то, что до окончания конференции окажется в постели с собственной сокурсницей. Сплетник искренне надеется, что девушка пока не знает, насколько дорого оценили её неприступность».

Я перечитала сумму ещё раз.

— Тысяча золотых, — пробормотала я.

Люми в моих волосах возмущённо шевельнула крылышками.

— Вот и я о том же. На фоне некоторых мужчин Кассиан сейчас начал выглядеть почти безупречно.

Правда, замуж за него мне от этого всё равно не захотелось.

К тому же…

— Люми, кажется, у нас появился план, — заключила уже вслух.

Для дальнейших размышлений я выбрала старую беседку в дальней части академического сада. Здесь почти не чувствовалась суета перед конференцией, а главное, поблизости не наблюдалось тёмных магов, обсуждающих запрещённые формулы.

Я достала блокнот и написала: «Причины, по которым Кассиан Риверт не захочет жениться на Эмилии Кроу».

— Итак. Нужно стать женщиной, на которой он совершенно не захочет жениться, — задумалась над собственными достижениями.

Первой мыслью было притвориться глупой, но её я отвергла сразу. Кассиан знал о моей абсолютной памяти и учёбе. Если завтра я внезапно забуду всё, чему меня учили три года, он скорее вызовет целителей.

Ради моей же безопасности, разумеется.

Отвратительный характер тоже не подходил. Он знал меня почти всю жизнь и слишком быстро поймёт, что я притворяюсь. Внешностью его тем более было не напугать, потому что в двенадцать лет Кассиан видел меня после падения в пруд, с тиной на платье, водорослями в волосах и огромной шишкой на лбу, но помолвку это почему-то не отменило.

Я задумчиво постучала пером по блокноту.

Значит, не нужно было изображать другого человека. Следовало взять мои настоящие качества и сделать их настолько невыносимыми, чтобы Кассиан сам ужаснулся перспективе прожить с ними всю жизнь.

Например, он любил порядок, дисциплину, контроль и разумность. А я умела спорить. Причём аргументированно. Со ссылками на источники.

— Люми, кажется, я поняла, — улыбнулась я, внутренне торжествуя от собственной гениальности, и внесла соответствующие пометки. — Мне не нужно притворяться глупой. Наоборот. Я буду невыносимо умной.

Бабочка заинтересованно замерла. А я продолжила:

— Представь: Кассиан говорит, что после свадьбы мы переедем в Риверт-холл. Я спрашиваю почему. Он объясняет. Я нахожу слабое место в аргументации и снова спрашиваю. И так до тех пор, пока даже лорд-командор не начнёт сперва нервничать, а затем знатно психовать.

Люми оживлённо шевельнула крылышками, и я перевернула страницу.

— Хотя нет. Можно ещё лучше. Я соглашусь выйти за него.

Бабочка застыла.

— Не по-настоящему! — поспешила её заверить. — Я соглашусь при условии, что мы заранее обсудим нашу семейную жизнь.

Перо быстро заскользило по бумаге.

— Я заканчиваю Академию. После выпуска работаю. Езжу минимум в две экспедиции в год. В Риверт-холле получаю лабораторию и личную библиотеку. Он не вмешивается в мои исследования. Вопрос наследников обсуждается только после моей первой самостоятельной научной работы.

Люми энергично замахала крылышками.

— Именно, — согласилась я с ней. — А если Кассиан начнёт возражать, список будет расти. Запретит две экспедиции — потребую три. Сочтёт лабораторию опасной — потребую две, чтобы одна была запасной, — заранее представляла, как с каждым новым пунктом лицо будущего жениха становится всё менее невозмутимым. — А если и это не поможет, каждый вечер буду подробно пересказывать ему всё, что прочитала за день. С комментариями и сравнительным анализом источников.

Люми резко взлетела.

— И не смотри так. Он сам хочет на мне жениться.

Я захлопнула блокнот, вполне довольная направлением своего нового плана по избежанию замужества. До завтра оставалось достаточно времени, чтобы составить подробный список требований и на всякий случай освежить историю развития древнеэльтарской глагольной системы. Полностью. С первого периода. Чтоб уж наверняка.

— Думаю, долго Кассиан не выдержит. Главное — не дать ему ни одной спокойной минуты, пока однажды он не поймёт, что гораздо проще остаться холостяком, — со всем настигшим меня вдохновением заключила я.

И аж на месте чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда ответом стало:

— А вот этот вариант мне нравится.

Мужской голос, заставший меня врасплох, доносился откуда-то из-за спины. Люми мигом взлетела над моим плечом. А я медленно обернулась, всё ещё прижимая блокнот к груди, и обнаружила Дамиана Вальтера.

Тёмный маг стоял у входа в беседку, небрежно прислонившись плечом к колонне. Судя по насмешливому блеску синих глаз, пришёл он далеко не секунду назад. В последнее время мужчины вокруг меня в принципе приобрели отвратительную привычку появляться именно там, где я меньше всего хотела их видеть. Сначала дедушка обнаружил тайный выход из библиотеки раньше меня, теперь Дамиан каким-то образом нашёл дальнюю беседку и, судя по довольному выражению лица, успел услышать достаточно.

— Давно ты здесь стоишь? — прищурилась, сильнее сжав пальцы на обложке блокнота.

— Достаточно, — подтвердил все мои худшие опасения он.

— Это не единица измерения времени, — заметила встречно.

— Зато очень точный ответ, — усмехнулся в ответ тёмный маг.

Люми перелетела на моё плечо и сложила золотые крылышки с лиловым отливом. В отличие от меня, скрывать отношение к незваному гостю она даже не пыталась.

— Значит, план заключается в том, чтобы довести Риверта до нервного тика? — скользнул взглядом по моему фамильяру и вновь посмотрел на меня.

— Уже нет, — медленно опустила блокнот. — После твоего появления я подумываю потренироваться сначала на ком-нибудь другом.

— Могу предложить Роуэна, — великодушно заявил Дамиан.

Я едва не улыбнулась, но вовремя вспомнила, что меньше часа назад эти люди заперли меня в библиотеке после разговора о запрещённой формуле.

— Ты подслушивал, — хмуро напомнила и ему, и себе.

— Я шёл мимо, — фальшиво невинно развёл руками Дамиан. — А ты очень увлечённо рассказывала своему фамильяру, как собираешься свести с ума лорд-командора. Как не услышать?

Я сунула блокнот в сумку и поднялась с перил.

— Тебя это не касается, — задрала подбородок.

— Кстати, план неплохой, — отозвался Вальтер. — Но провальный.

Я в этот момент аккурат сделала шаг к выходу, но тут же остановилась.

— Какой именно? Я рассмотрела несколько.

— Все, — невозмутимо сообщил он.

— А подробнее? — зачем-то спросила.

Дамиан оттолкнулся от колонны и выпрямился.

— Риверт командует королевским корпусом с двадцати семи, постоянно ведёт переговоры, а также допросы с пристрастием, и регулярно имеет дело с людьми, которые пытаются его обмануть. А тебя знает сколько?

— Лет десять, наверное, — ответила я уже менее уверенно.

— Тогда тем более заметит, если ты внезапно начнёшь вести себя не так, как обычно. — Дамиан чуть склонил голову, разглядывая меня с неприятной внимательностью. — Ты вообще плохо притворяешься.

— Откуда тебе знать? — возмущённо вскинула брови.

— Сегодня ты уверяла четверых тёмных магов, что ничего не слышала, а через минуту дословно пересказала наш разговор, — усмехнулся Вальтер.

Я открыла рот, собираясь возразить, но подходящего аргумента почему-то не нашлось. Пример оказался неприятно убедительным.

— Это была другая ситуация, — всё-таки пробормотала я.

— Конечно, — демонстративно понимающе кивнул Дамиан. — Уверен, завтра всё получится гораздо лучше.

Уверена, он считал с точностью наоборот!

— И что именно в моём плане не так? — скрестила руки на груди.

— Ты собираешься сообщить человеку, от которого пять раз сбегала, что готова обсуждать условия совместной жизни, — тёмный маг шагнул ближе и кивнул на сумку, куда я спрятала блокнот. — Он решит, что вопрос уже не в том, состоится ли свадьба, а в том, сколько экспедиций и лабораторий тебе разрешат после неё.

— Мне не требуется его разрешение, — произнесла уже угрюмо.

— Вот это ты ему непременно и скажешь, — деланно серьёзно согласился Дамиан. — После чего начнёте обсуждать третью лабораторию.

Люми шевельнула крылышками возле моего уха, и мне показалось, что она смеётся. Я покосилась на предательницу, но та мгновенно замерла.

А самое неприятное заключалось в том, что Дамиан говорил спокойно и… кажется, был прав.

— Спасибо, — процедила я. — Теперь, когда ты уничтожил все мои надежды на лучшую жизнь, объясни, зачем ты вообще меня искал. Ты ведь пришёл не ради того, чтобы обсудить мои брачные перспективы, не так ли?

Насмешка в глазах тёмного мага исчезла почти сразу, стоило мне задать вопрос, и эта перемена заставила меня насторожиться.

— Я уже говорил. Ты нам нужна.

— И я уже ответила всё, что думаю по этому поводу.

— Так и не дослушав, — парировал тёмный.

Дамиан вошёл под крышу беседки и остановился напротив. Между нами оставалось несколько шагов, но отчего-то пространство сразу стало казаться теснее. Люми тоже это почувствовала и перебралась с моего плеча ближе к виску.

— Формула настолько старая, что в современных сборниках её нет даже среди запрещённых разделов, — продолжил он уже серьёзнее. — Мы нашли ссылки на более ранний источник, который должен храниться в Академии. Скорее всего, в старых или закрытых фондах.

— Тогда ищите, — пожала плечами я, хотя каюсь, любопытство уже начало осторожно поднимать голову.

— Источник предположительно на древнеэльтарском. Возможно, в переходной форме и со старой рунной вязью.

— Очень много «предположительно», — нахмурилась.

— Поэтому я и пришёл к тебе. Ты знаешь язык, — начал загибать пальцы Дамиан, — разбираешь старую вязь, ориентируешься в библиотеке и её каталогах. А главное, тебе не придётся выносить источник, что создало бы ещё одну трудно решаемую проблему в случае таковой необходимости.

Последняя фраза заставила меня напрячься.

Я сразу поняла, к чему он ведёт.

— Нет! — категорично и решительно заявила.

— Ты ещё не услышала само предложение, — укорил тёмный.

— Зато представила прекрасно, — съязвила в сердцах. — Ты предлагаешь мне помочь вам проникнуть в закрытые фонды, найти запрещённую формулу и воспроизвести её по памяти. Разве я не права?

Дамиан чуть качнул головой, склонив ту набок.

— В общих чертах, — неохотно, но признал.

— Тогда в общих чертах мой ответ — нет.

Я решительно направилась к выходу из беседки и уже почти поравнялась с ним, когда он заговорил снова:

— Даже если я помогу тебе с Ривертом?

Моя правая нога сама остановилась на полушаге. Несколько секунд я смотрела перед собой, прекрасно понимая, что оборачиваться к тёмному магу мне ни в коем случае не следует. Потом всё-таки повернулась.

— Каким образом?

— Я могу сделать так, чтобы он отказался от брака.

— Ты только что объяснил, что мой план не сработает, — недоверчиво прищурилась я в ответ.

— Твой — нет, — подтвердил Дамиан.

— А твой, значит, сработает? — округлила глаза. — И что же ты, интересно знать, сделаешь? По-мужски попросишь его? Выставишь меня в дурном свете? А может и вовсе просто заставишь, как любой истинный тёмный, воспользовавшись силой? Например, вызовешь Кассиана на дуэль?

На губах четверокурсника появилась совершенно нехорошая улыбка, от которой у меня внутри шевельнулось нехорошее предчувствие.

— Что-то типа того, — подтвердил без малейшего промедления Дамиан. — В любом случае, не переживай, Кроу. Это я возьму на себя.

— Что значит «что-то типа того»? — уставилась на него непонимающе.

— Тебе нужен результат или подробный план? — выгнул бровь Вальтер.

— И то и другое, — помрачнела.

— Придётся выбрать, — только и сказал он.

Я помедлила, всё ещё надеясь перехитрить его.

— Тогда я слушаю твой план.

— Нет.

— Ты предлагаешь мне ввязаться в историю с запрещённой магией, а сам даже не собираешься объяснить, что сделаешь взамен? — шумно выдохнула, не веря собственным ушам.

Не мог же он меня счесть настолько наивной?..

— Объясню, когда понадобится, — по-своему согласился со мной маг.

— Мне понадобится сейчас, — проворчала я встречно.

— А мне сейчас понадобится твой ответ, — ничуть не проникся и он.

Мы замолчали, глядя друг на друга. Люми вспорхнула с моего плеча и зависла между нами, переводя внимание с меня на Дамиана так, словно следила за поединком и пока не решила, на кого ставить.

— Хорошо, — первой нарушила молчание я. — Допустим, чисто теоретически я сошла с ума и согласилась. Что именно ты обещаешь?

Дамиан больше не улыбался. Он посмотрел мне прямо в глаза и ответил совершенно серьёзно:

— Кассиан Риверт сам откажется от брака с тобой. Всё, как ты хочешь.

Мои пальцы невольно крепче сжали ремешок сумки, а сердце сделало один особенно ощутимый удар. Если Кассиан действительно откажется от меня сам, обязательство моей семьи будет снято.

— Сам? — переспросила я тише.

— Сам, — подтвердил он, не отводя взгляда.

Я медленно выдохнула. Обдумала.

— И без скандала, который уничтожит репутацию моей семьи, — внесла немаловажным уточнением.

Дамиан склонил голову чуть ниже.

— Это уже второе условие, — произнёс.

— Обязательное, — непреклонно приподняла подбородок, давая понять, что торговаться здесь не намерена.

Несколько мгновений он изучал моё лицо, после чего коротко кивнул:

— Тогда учтём.

Я смотрела на него и чувствовала, как совершенно абсурдное ещё несколько минут назад предложение становилось опасно привлекательным. С одной стороны была запрещённая формула, с другой — свобода от Кассиана, а между ними стоял Дамиан Вальтер и смотрел на меня с таким коварным хладнокровием, словно уже заранее знал, какой выбор я сделаю.

А я… А что я? Неужели я настолько в отчаянии?..