Глава 16

Эту звучную погремуху Арсений Балуев получил не за возраст, тем более, что сейчас ему едва исполнилось сорок два года. Стариком его начали звать в шутку, за очень серьезный характер, за то, что любил взвесить, прежде чем решаться на что-то. Авторитет его был прочным среди воров, ныне имеющих статус бизнесменов, Арсена уважали, боялись, и лишь только Душман осмелился бросить ему вызов своим неповиновением.

В городе не может быть два хозяина. Многие годы Арсений и Фархад воевали за право лидерства, но, когда этот наглый мальчишка приказал грохнуть ребят Старика, и отхапать подпольные бойцовские клубы, Старик озлобился не на шутку.

Балуев был не из тех, кто прощает врагам грехи, совершенные по отношению к нему. С Душманом он впервые столкнулся в конце далеких девяностых, тогда в столице шла ожесточенная борьба за сферы влияния, процветал криминал, и город находился под каблуком у блатных. Дерзость афганского паренька, приехавшего покорять Москву, не понравилась Старику, а на тот момент он был положенцем, смотрящим, другими словами, доверенным лицом законников и хранителем общака.

Война длилась долгие годы. Старик от неё устал, пора поставить зарвавшегося кавказца на место, то есть, окунуть мордой в такое дерьмо, от которого не отмыться…

— Девка топчется у подъезда, Старик. Брать её? — «ожил» мобильный голосом Сявы, верного охранника, и Арсений поднялся с дивана, задумчиво взглянул на двор через окно гостиной.

Удачно он намедни заглянул в банк Бахтиярова, теперь у него будет козырная карта, чтобы давить на ублюдка. Блондинка, его подружка, «погостит» у пацанов, пока Арсен разрулит проблему с этим мудаком. Правда, оставалось непонятным, кто из двух цыпочек дороже Душману, аппетитная куколка, которая была в его кабинете в день перестрелки, или та малолетка, дочь состоятельного папаши.

Впрочем, неважно. Как говорится в мудрой поговорке — погонишься за двумя зайцами, ни одного не поймаешь. Сделаем ставку на беловолосую красотку, зачастил что-то к ней Фархадик.

— Без шума там, понял, Славик? Девчонку упакуйте и доставьте в мою загородную хату. Я скоро приеду. Да без рукоприкладства, смотрите мне! Я с бабами не воюю. — велел Старик, резко задвинув плотные шторы.

Паранойя, будь она неладна… Совсем нервы ни к чёрту с этими долбанными напрягами. Ну что, господин Бахтияров, партия разыграна, ход за Вами…

***

Карина воровато огляделась, но двор был пуст. Вечер окрасил лиловыми мазками высотки, под березами в сквере притаились тени. Она передернула плечами, снова глядя на ярко освещенные окна съемной квартиры. Кристина дома, а вот какого чёрта там делал Артём? Этот олух ей всё испортит, надо браться за дело. Поехать к нему, прикинуться Криськой, слезливо напеть, мол, нужна его помощь, вот, пока торопилась, какие-то уроды напали — избили — ограбили. Видок-то у неё красноречивый, а отличить её от сестры Тёма, придурок, никогда не умел.

Ладно, не стоит сейчас заявляться к Кристине. Подозрительно что-то, тачка больно знакомая у подъезда, похожа на ту, которой Карина колеса искромсала. Уж не Душман ли в гостях у Криськи?! Её, Каринку, точно ищет.

Она развернулась, стараясь не обращать внимания на стрелявшие болью ребра, но, не успела сделать и шагу, как чья-то лапища запечатала рот. От ужаса Карину буквально парализовало, ноги стали ватными, голова закружилась. Её куда-то волокли, потом запихнули… В багажник!

Посветив фонариком на телефоне прямо в лицо испуганной девушке, незнакомец хмыкнул, и прокуренным басом выдал:

— Слышь, ты, курица, послушной будь, тогда целку не вскроем. Щас тебя отвезем к боссу, потрещать он с тобой хочет. Короче, лежи тихо, дорога не дальняя, не вздумай шуметь на посту ДПС. Ну, чё пялишься, поняла, не?

— В…Вы кто? — просипела она, с трудом сглотнув вязкий ком.

— Конь в пальто. — последовал весьма двусмысленный ответ, и Карина очутилась в кромешной тьме, провонявшей бензином.

***

— Что происходит? Ты сама не своя весь день.

Тимур подошел так неслышно, что Кристина вздрогнула, когда он забрал у неё из рук шариковую ручку. Привычку грызть канцелярские предметы у девушки не было, и она очень удивилась, увидев, что кончик ручки превратился в хлам.

— За Каринку переживаю. — честно сказала, устало потерев виски. — Тим, ты что-нибудь выяснил?

Он присел на край её рабочего стола. Время близилось к обеденному перерыву, за дверью кабинета уже раздавались торопливые шаги и оживленные голоса. Есть Кристи совершенно не хотелось, и она не собиралась покидать офис. Выпить крепкого эспрессо, можно и здесь.

— Твоя сестра не покидала Москву. Она заказала билет на самолет до Иркутска, но так и не появилась в аэропорту. — молодой человек коснулся её руки, — Кристин, только не паникуй. Может быть, она прячется у кого-то из подруг?

— Нет, я обзвонила всех, с кем она общается. — Кристина резко вытащила пальцы из-под ладони приятеля, и от неё не ускользнуло, как помрачнело его лицо. — Тим, прости, что втянула тебя в это. Наверное, ты был прав, нужно обратиться в полицию.

— Ты говорила, что этот следак, Миронов, точит зуб на Карину. Это не лучший выход, если они найдут её раньше, чем мы, упекут за решетку. — напомнил он, тщательно скрывая досаду.

Что он мог поделать со своими чувствами к Кристине? Влюбился, как какой-то школяр, сам не понимая, когда увлечение переросло в столь глубокую любовь. Он хотел быть рядом с ней, оградить от любых неприятностей, защищать. Но Кристи его отталкивала, и Тимуру оставалось молча сходить с ума от её холодной безответности.

Девушка вскочила, и начала расхаживать от стола к окну. А он жадно наблюдал за ней больными глазами, и надеялся, что она не станет очерчивать между ними четкую границу отношений. Пусть Тиму не дано стать для неё тем единственным, но он хотя бы будет ей близким другом.

— Что с ней случилось? — повернулась к нему Крис, покусывая губу. — почему не позвонит мне? Знает же, что я тут свихнусь от волнения, эгоистка!

Если бы сейчас обнять её…

— Кристин, — Тимур шагнул к ней, но не осмелился сделать то, чего страстно желал, ибо она, словно догадавшись о его намерении, быстро обхватила себя за плечи, и отступила назад. — мои ребята ищут твою сестру, они профессионалы, нужно немного подождать. Человек не может исчезнуть бесследно.

— Фархад то же самое мне сказал. — вырвалось у Кристины раньше, чем она успела понять, что ляпнула это зря.

При упоминании имени бандита лицо Тима потемнело, неуловимо изменилось, ожесточилось. Он скривил губы, и это выдало, в каком он бешенстве. Но исправлять оплошность было поздно, и потом, с какого перепугу она должна отчитываться перед ним?

— Фархад? — переспросил он, зло усмехнувшись, — это еще кто такой?

Крис метнула в него пытливый взгляд.

— Это мой… — она умолкла, и пауза лишь плеснула масла в огонь. — мой друг.

— Друг? Мы об одном человеке говорим, Кристин? О Бахтиярове, я правильно понимаю?

— Да! И не надо на меня смотреть, как на сумасшедшую! — взвилась девушка, тоже рассердившись. — что такого, Тим? Да, я общаюсь с ним. Между прочим, у него огромные возможности найти Карину.

— В отличие от меня, ты хотела добавить? — рявкнул Тимур, в сердцах саданув по столу кулаком. — Кристина, ты всерьез увлеклась этим подонком?! Да ты хоть соображаешь, кто он?!

Она мысленно досчитала до десяти, чувствуя, как накатывает слабость, а дыхание сбивается, и ей не хватает кислорода. Опять приступ удушья, так бывает каждый раз, если она чересчур волнуется или напугана. Ингалятор в сумочке, но плестись к креслу, нет сил, а дыхательная гимнастика почему-то не спешила помогать.

Медленно наклонившись к подоконнику, Крис сделала глубокие вдохи, и тихо попросила:

— Дай, пожалуйста, сумку.

Об её недуге знали всем сотрудники фирмы, поэтому лишних вопросов Тим не задавал. Метнулся к столу, вытряхнул содержимое клатча, и протянул Кристине баллончик с лекарством. После нескольких глотков ей стало гораздо легче, но продолжать спор она не желала. Утерла со лба испарину, и холодно посмотрела на приятеля.

— Прости, Кристюш… — виновато покаялся он, и она кивнула.

— Всё нормально. Тим, мне нужно работать.

Он не спешил уходить, явно хотел что-то еще сказать, и Кристи вопросительно приподняла бровь.

— У тебя с этим… Фархадом… — их взгляды схлестнулись.

— Ну, давай, произнеси это, наконец! — ехидно выпалила девушка, сев на рабочее место, и с силой ударив по столу ладошками. — сплю ли я с ним? Это тебя интересует?

Он вскинул руки, сдавая позиции, и направился к двери. Захлопнул слишком громко, от резкого звука покачнулась напольная китайская ваза с декоративной пальмой. Кристина откинулась на спинку кресла, ни о какой работе сейчас думать не было сил. Чего она взъелась на Тима-то. Он хороший парень, ненавязчивый, просто отчего-то начало бесить его настойчивое стремление взять на себя её проблемы. И неприкрытая ревность эта тоже раздражает. Какое он имеет право лезть в её личную жизнь?!

Жутко хотелось позвонить Фархаду. Она не знала, зачем, и что ему сказать, но руки уже выуживали из недр сумки телефон, а на губах появилась мимолетная улыбка. Ей бы держаться от этого негодяя подальше, а она, как мотылек, летит прямиком к красивому пламени. Звонить в банк как-то неудобно, а вот номер сотового, она у него так и не спросила. Может, это и есть решение дилеммы? Но упрямство было вторым «я» Кристины, и она решительно набрала комбинацию цифр, которую запомнила сразу, найдя реквизиты и адрес банка в интернете.

Вежливый секретарь поинтересовался, кто она и что ей надо. Кристи усмехнулась, подавив дикое желание представиться любовницей банкира, и назвала своё имя. Цель звонка? По личному делу. Да, срочно. Конечно, она подождет.

А потом был тихий щелчок, и густой, пробравший до дрожи, знакомый голос произнес без всякой издевки и насмешки:

— Бахтияров. Соскучилась, что ли, бэби?

***

— Присядем здесь.

Кристина вскинула голову. Когда Фархад сказал, что они поедут в «одно славное местечко», где можно спокойно поговорить и пообедать, девушка ожидала увидеть шикарный ресторан или, на худой конец, кафе. Но её привезли совершенно туда, где она очутиться никак не планировала — в китайский речной ресторанчик. Приветливые китайцы в фирменных униформах, говоря на приличном русском, услужливо суетились вокруг немногочисленных клиентов, сама атмосфера навевала покой и уют.

Они с Душманом заняли крайний столик, отсюда открывался захватывающий вид на площадь. Мерно покачиваясь, баржа плыла по течению, и Крис с наслаждением вдохнула теплый воздух.

— Что будем заказывать? — осведомился мужчина, бегло просмотрев меню.

— На твое усмотрение. Я умираю с голоду. — призналась она, тайком наблюдая за своим спутником.

Сегодня на нём была стильная рубашка цвета индиго, модные лимонные брюки и мокасины. Этот образ простого смертного, без всяких бандитских выкрутасов, вроде массивной серебряной цепи или перстней, или строгого костюма, которые Фархад носил в банке, нравился Кристи гораздо больше. Она не могла оторвать от него взгляда, пока он сосредоточенно перечислял официанту блюда.

Невозможно красивый, сексапильный мужчина. В каждом его движении чувствуется уверенность и сила, на холеном лице живо отображаются все эмоции — вот слегка хмурит густые брови, ткнув пальцем в название мудреного напитка; или снисходительно улыбается краешками губ, объясняя молодому китайцу, что отлично знает, из чего делается «Кунг-пао».

— Что-что? — сдавленно засмеялась Крис, посмотрев на банкира. — кунг…

— Кунг-пао. — невозмутимо отозвался он, жестом отослав официанта, и наклонился к столу, ненавязчиво накрыв руку девушки. — ни разу, что ли, не слышала об этом шедевре китайской кухни?

— Я вообще предпочитаю итальянскую. — поддразнила она, мягко вытаскивая пальцы из-под его горячей ладони.

— Ну и зря. — заявил он, поймав её ладошку в последний момент. — пунг-пао, это курица, приготовленная под нежным соусом из белого вина и кучи пряностей. Тебе придется по вкусу.

Говоря, Душман смотрел ей в глаза, и медленно склонился, чтобы прикоснуться к её руке губами. Кристина напряглась, но ничем этого не выдала. Какого чёрта ей дергаться и корчить неприступную, если Фархад уже сумел пробить броню гордости. Он волновал её, и с этим было трудно бороться.

Им принесли заказ, и некоторое время они молча поглощали угощенье. Кристи ловила на себе пристальный взгляд мужчины, и мило краснела. В какой-то момент исчезли все прочие звуки, мир сузился до их столика, и она рассмеялась, поняв, что немного опьянела. Настроение взлетело, хотелось выпить еще вкусного вина.

— Ты был прав, курица просто объедение. — охотно признала она, скомкав салфетку. — кажется, я из-за стола не встану. Давно столько не ела. Придется покупать абонемент в спортзал, а потом неделю ходить в фитнес — клуб.

— Не прибедняйся, ты сногсшибательно выглядишь. — его темные глаза прожигали насквозь, и Кристина нервно заерзала на удобном плетеном стульчике, не зная, куда деваться от смущения. — хочешь знать, чё б я щас с тобой сделал?

— Догадываюсь. Но мы тут, сам видишь, не одни. Ты же не станешь портить себе репутацию, вместо еды пробуя на вкус меня! — съязвила она, зажав кисти рук между коленями.

— Да, мы тут не одни. Кстати, к счастью или всё-таки, к сожалению? — коварно усмехнулся Душман, и, не дожидаясь её ответа, пересел ближе, подвинув свой стул вплотную к ней.

Будто ненароком перекинул руку на спинку её стула, словно они непринужденно о чем-то разговаривали, и Кристи вздрогнула, ощутив на коленке его ладонь. Близость этого человека была опасной, очень хорошо помнила девушка, чем подобные игры заканчивались. Чёрт, не собирается же он… Прямо на виду у всех…

— Расслабься ты, и получай удовольствие, бэби. Щас я тебе кое-чё покажу… — шепнул Фархад, игнорируя настойчиво вибрирующий в кармане рубашки телефон.

Она метнула взгляд по сторонам, но посетители ресторанчика не обращали на них никакого внимания. Однако, всё это было неправильным, претило её моральным устоям, и Кристина сердито выпалила, понизив голос:

— Ты что задумал?! Не смей!

Его лицо было абсолютно бесстрастным, и лишь в прищуренных глазах плясали веселые искорки. Легонько скользя по её бедру, он задрал подол платья, прошелся кончиками пальцев вдоль кружева чулок, и по краю трусиков. Крис затаила дыхание, интуитивно попытавшись свести ноги, но ей этого не позволили. Наклонившись к ней, Фархад легонько прижался ртом к её ушку, со стороны могло показаться, будто они просто тихо беседуют, а длинная скатерть надежно прятала то, что происходило под столом.

— Прекрати, слышишь! Я тебе этого не спущу! — пригрозила Кристина, ощутив прилив жара к щекам.

Еще бы! Шаловливые пальцы, оттянув трусики, уже нагло хозяйничали на её промежности, поглаживали нежные складочки, растирали липкие соки по клитору, и она часто задышала.

— Ты когда-нить была на Кавказе? — неожиданно спросил Фархад, чуть отклонившись назад, и глядя на её красное, как мак, лицо.

— Что…? — вопрос-то она расслышала, но мысли разбегались, а там, где он нахально её ласкал, всё пылало адским огнем желания.

— Сиди смирно, не своди ноги. — негромко скомандовал Душман, — на Кавказе, говорю, была?

— Нет. — убийственно взглянула на мучителя девушка, быстро сообразив, что любое сопротивление его натиску грозит ей еще большими пытками — теперь, едва она зажала его руку бедрами, он протолкнул в лоно палец и начал ритмично им двигать.

— Ти-ше, бэби, — удовлетворенно улыбнулся негодяй, почувствовав, как она задрожала, — когда у тебя отпуск?

Господи, он спятил? Делает с ней совершенно непристойные вещи чуть не публично, и о чем-то еще говорит! Глубокий вдох не спас, слишком уж завёл её этот гад, и Кристи оставалось беспомощно подыгрывать ему.

— Летом. — голос звучал прерывисто, вот же чёрт, наверное, Фархад догадался, что она возбудилась. — а что, хочешь организовать мне путевку на свою родину?

— А ты бы полетела со мной в Кабул? Мои братья живут там, я не виделся с ними много лет.

Вдоволь её помучив, он вынул палец, и провел им, мокрым, по ставшему сверхчувствительному клитору. Крис стиснула зубы, мечтая отплатить мерзавцу сполна. Он не довел её до разрядки, и она это запомнит! В следующий раз в роли жертвы будет он, а уж она постарается на славу!

Кое-как одернув подол, Кристина сверкнула глазами, и демонстративно опрокинула в рот остатки спиртного из его бокала. Вино было терпким, игристым, но выпила она сегодня больше меры, и голова приятно кружилась. Впрочем, были и другие признаки опьянения, и теперь она гадала, как сумеет сойти на берег, не рухнув при этом на шпильках с канатного мостика в реку.

— Я на минутку. — вытащив снова «оживший» мобильный, Фархад поднялся, и пытливо оглядел спутницу. — заказать тебе еще чего-нить? Десерта хочешь?

По её уничтожающей улыбке банкир понял, чего именно она хочет. Его это развеселило. Прежде, чем отойти, он склонился к плечу Крис, и поддел:

— Маленькая, развратная девочка… Не надо так на меня смотреть, обещаю, получишь ты свою порцию «десерта». Я щас вернусь, и поедем отсюда на хрен.

Она и не возражала против того, чтобы отправиться куда-нибудь в уединенный уголок. В конце концов, ей не пятнадцать лет, у неё нет мужа или жениха, так почему бы не делать то, чего хочется. Она постоянно думает о других, отодвигая собственную жизнь на задний план. А ведь верно кто-то сказал, что одинокая женщина со временем становится стервой, и вместо любви её сердце источает яд.