Глава 5

Через тридцать минут мы сворачиваем в лес. В густой и тёмный. И ещё около десяти минут трясёмся по бездорожью. И это не грунтовка, дороги здесь просто нет.

Каким-то чудом хищник лавирует между деревьями. Он точно знает, куда едет.

А я никакая. Вот правда. Сижу, стискиваю пальцы и, прикусив губу, сверлю ночь за окном бездумным взглядом.

А что ещё остаётся.

Но вот машина последний раз вздрагивает на кочке и останавливается. Смотрю на мужчину за рулём, но он просто выходит в ночь и пропадает.

Открываю окно, но вокруг только шорохи ночного леса и ничего больше. Словно я осталась совсем одна. И это даже хуже, чем быть похищенной.

— Эй! — зову почему-то шёпотом. — Вы где?

Ответа нет.

Внутри набирает обороты волнительная дрожь. Я осторожно, очень медленно касаюсь ручки двери.

Открыто!

Горло перехватывает.

Открыто, а толку. Куда я сбегу посреди леса?

Щелчок замка в этой тишине кажется оглушительным.

Морщусь, распахиваю дверь. Нашариваю ногой порог и вслепую спрыгиваю.

Вскрикиваю, когда что-то касается ног, прижимаю руку к груди.

Трава! Это всего лишь тонкая влажная трава.

Прикрыв глаза какое-то время жду, пока сердце перестанет колотиться как бешеное.

Я никогда не была в лесу. Нет, была, конечно, но не так. Не в самой глуши и не ночью, практически одна.

Мы с папой ездили на пикники, раньше, когда я была маленькой. Брали с собой плед, много всякой еды и болтали, смотрели на облака, запускали воздушного змея.

Но всё это происходило днём, в хорошую погоду, где-нибудь на красивой поляне.

С другой стороны, сожаления о прошлом мне точно не помогут.

Вздыхаю. И высоко поднимая ногу, иду.

Куда? Понятия не имею. Глаза хоть и привыкли к темноте, но ночь настолько облачная, что вокруг как в тёмной комнате без окон.

Неуютно.

Ёжусь. А потом запинаюсь за что-то и лечу в неизвестность. Выставляю вперёд руки.

И падаю гораздо раньше. Прямо ему в руки.

Мурашки. Меня окунает в них, словно в морскую волну. Руки, спина, ноги — я вся в них.

А в следующую секунду над нами загорается простая лампочка накаливания.

Его тёмный взгляд скользит по моему лицу, а я краснею. Никогда такого не чувствовала. Он держит меня за локоть, а ощущение, будто раздевает. Животный, дикий магнетизм, от которого воздух в лёгких заканчивается весь и разом.

Отшатываюсь, разрываю прикосновение.

Чтобы скрыть неловкость, оглядываюсь.

Неожиданно. Мы оказываемся на веранде, дачной, времён Советского союза. Она полностью из дерева, в дальней части к потолку подвешана качель, рядом стоит кресло и стол.

А перед нами двустворчатая дверь с большими стёклами.

— Где мы?

— В безопасном месте.

Он распахивает двери, заходит и включает свет.

Изнутри дача тоже обита деревом. По стенам стоят несколько книжных шкафов, у противоположной стены круглый стол под скатертью с бахромой, посередине комнаты диван, два кресла и журнальный стол.

Я будто попадаю в картинку из интернета. Не хватает только граммофона, женщин в старомодных платьях и мужчин с брюками на подтяжках.

Вздыхаю.

Пока я рассматриваю комнату, он похоже, прошёлся по всей даче.

— Я не могу называть вас Бурым. Это… странно.

— Зови Михаилом, — усмехается. — Так не странно?

— Почему вы так себя ведёте? Увезли меня.

Взмахиваю рукой, обводя комнату.

— Почему не вернуться домой, к папе?

— Моё дело, чтобы ты осталась живой и по возможности невредимой. А рядом с твоим отцом предатель.

— Наши люди ему преданы, — качаю головой. — Никаких предателей…

Он не дослушивает. Молча выходит, чтобы вернуться через несколько минут с двумя огромными пакетами.

— Вы считаете меня идиоткой, да.

Не вопрос.

Видимо поэтому он не отвечает. Выходит ещё раз, и в этот раз у него в руках три дорожные сумки.

— Почему три?

Да он издевается! Молча ставит одну из сумок у моих ног и снова растворяется в ночи. На этот раз надолго.

Я жду его пять минут, десять, на двадцатой мне надоедает. Подхватив сумку, прохожу вглубь дома.

Лестница. Тоже из дерева, с высокими пролётами. Приходится пригнуться, чтобы не удариться головой о пол.

Ужас! Куда я попала? И, главное, с кем!

Пусть он трижды мой телохранитель, но больше пугает и раздражает, чем дарит чувство безопасности. Хотя…

Вспомнив, как хищник вырубил типа из клуба, захожу в первую попавшуюся спальню и оседаю на кровать.

Мы не подружимся. Надо как-то перетерпеть это время. Постараться не пересекаться с ним.

И найти телефон, чтобы позвонить Марку и сказать…

Что? Что странный телохранитель увёз меня в лес, а свадьба откладывается?

Спрятав лицо в ладонях, с громким стоном падаю спиной на кровать.

Свадьба!