Глава 52. Связь

Я замерла.

– Ты… что? – переспросила я.

Голос дрожал, но не от страха, а от потрясения. Я не знала, что ответить, как реагировать. Это было так… неожиданно.

Хотя Кайлас, конечно, не раз намекал на то, что я стану его женой. И говорил это так словно он всё давно уже решил.

Но разве не за мной оставалось последнее слово?

Кайлас смотрел на меня спокойно, уверенно, как будто его слова не требовали никаких пояснений. В его глазах читалась твёрдость, и это притягивало меня ещё сильнее.

– Я женюсь на тебе, – просто ответил он.

Меня будто током ударило.

– Это… предложение или констатация факта? – не сводя с него глаз, наконец выдавила я.

Он нахмурился, будто не понял, в чём проблема.

– А что тебе не нравится? – спросил он.

– У нас на Земле мужчины делают предложение. Просят руки и сердца, даря кольцо и цветы. Это… важный момент для девушки, – объяснила я, чувствуя, как мои щёки вспыхнули. – А ты просто говоришь, что женишься на мне, как будто всё уже решено.

Кайлас на мгновение задумался.

Он явно пытался понять, что именно во мне сейчас происходит, как этот момент по-настоящему важен для меня.

– А разве это не так? – Он склонил голову, изучая мою реакцию. – Ты же моя. И я никому не позволю забрать тебя у меня.

У меня пересохло в горле. Его голос был спокоен, но в нём неизменно звучала сталь. Он действительно не шутил. Для него это было очевидным, неизбежным. И правильным.

– Но ты даже не спросил, хочу ли я… – пробормотала я.

– А ты разве не хочешь? – его глаза сузились.

Мой разум метался. Если бы кто-то сказал мне год назад, что я окажусь в космосе, в плену, а потом влюблюсь в императора галактики, я бы рассмеялась ему в лицо.

Но теперь всё было иначе.

Кайлас спас меня. Защищал. Он рисковал ради меня жизнью, и я знала, что готов сделать это снова. Он не был идеальным, но в его руках я чувствовала себя в безопасности.

Я не могла не чувствовать это. Ощущение, что он станет не только моим защитником, но и самой важной частью моей жизни.

Стоило ли мне переживать из-за того, что традиции целест и землян не совпадали?

Я глубоко вдохнула.

– Хочу, – тихо ответила я, ощущая, как сердце бешено колотится в груди.

Кайлас улыбнулся, его улыбка была такой теплой, такой искренней, что я невольно почувствовала, как внутреннее напряжение растворяется. Он притянул меня к себе с такой нежностью, что я закрыла глаза, поглощенная этим моментом.

– Хорошо. Тогда сегодня мы поженимся, а завтра объявим о нашем браке.

– Сегодня?! – Я ахнула, расширяя глаза. – Подожди, но у нас нет…

– Нет чего? – перебил с улыбкой он. – Поверь, Марго, у нас есть всё, что нужно. Как император, я могу устроить церемонию в любой момент. А если тебе нужны традиции Земли, то просто скажи мне, и я обеспечу их.

Его серьёзность ошеломляла.

– Это… это так быстро…

Кайлас склонился ко мне ближе, его горячее дыхание коснулось моей щеки.

– Я не хочу ждать, – прошептал он, и по моему телу пробежала дрожь. – Я слишком долго медлил. И я больше не собираюсь рисковать тобой.

– Рисковать мной? – не поняла я. – Почему?

– Если бы я взял тебя в жёны сразу, то псионы оставили бы тебя в покое, – ответил он серьёзно.

Я видела, как ему было неприятно признавать свою ошибку. Как он жалел, что не сделал этого раньше. Даже ценой…

А ценой чего?

– А почему ты не взял? – тихо спросила я.

Кайлас задержал дыхание, и в его глазах мелькнула тень сожаления. Но не страх, не неуверенность – лишь тяжесть решения, которое он принял когда-то.

– Ты стала моей ещё тогда, на Зирге, – принялся мягко объяснять он. – По нашим правилам, близость с женой должна быть только после брака. Но наши отношения в самом начале стали нетрадиционными.

– Потому что целест не может иметь анору? – грустно спросила я.

– Да, – ответил Кайлас. – Но наше слияние после близости показало мне, что это не так. Мы тоже можем быть счастливы вместе. Тоже можем иметь свою анору. Просто это стало кому-то невыгодно, и этот кто-то сформировал наши устои и традиции. Кодекс императора запрещает вступать в брак во время военного конфликта или при наличии угрозы для будущей жены. Я не мог связать тебя со мной, пока псионы могли добраться до тебя. Пока была хоть малейшая вероятность, что брак поставит тебя в ещё большую опасность.

Я открыла было рот, но осознала, насколько это правильно. Кайлас всегда действовал стратегически, и теперь я видела, что он пытался уберечь меня.

Он ведь император! А значит, что в его мироощущении было очень важны те самые традиции, от которых ему пришлось отказаться рядом со мной.

Целест женится на аноре… Готова поспорить, скандал будет страшный!

Кайлас планировал всё это давно. Подготавливал почву. Просчитывал все возможные варианты развития событий.

Это дорогого стоило.

– Теперь всё изменилось, – продолжил он. – Я уничтожил их главную базу, извлёк чип из твоего тела. Теперь никто не сможет использовать тебя против меня. А наш брак лишь закрепит это законом.

Он протянул мне руку, его взгляд стал мягче. Я ощутила, как любовь наполнила его слова.

Он был готов на всё ради меня.

– Пойдём, – позвал он.

Я последовала за ним, не задавая вопросов.

Кайлас вывел меня из своего корабля, который, как оказалось, всё это время стоял на месте.

– Где мы? – оглядевшись, спросила я.

Место оказалось незнакомым для меня, но мы явно всё ещё находились на планете целест – Лаэтэрисе.

– Пришлось отогнать корабль подальше от дома, – сказал он, сжимая мою руку. – В целях безопасности.

Рядом стоял небольшой космолёт, больше напоминающий летающий автомобиль.

Кайлас посадил меня внутрь, пристегнул и сел рядом, а затем завёл двигатель – и мы полетели.

За окнами всё мелькало с поразительной скоростью. Я даже разглядеть ничего не успевала!

А спустя всего минут пять наш космолёт приземлился у какого-то необычного здания, находившегося вдали от города в громадной каменной скале.

– Это семейный храм, – произнёс Кайлас. – Здесь браки заключаются навечно.

Двери открылись бесшумно, впуская нас в полумрак. В воздухе витал странный аромат – смесь чего-то пряного и металлического. Светлые кристаллы на стенах мягко светились, освещая длинный проход, ведущий к высокому алтарю.

– Если ты вступишь в брак со мной здесь, – продолжил он, – псионы больше не смогут посягать на тебя. Их власть держится на неопределённости, на возможности манипулировать судьбами. Но жена императора священна. Закон защищает тебя.

Я кивнула, но ощутила, что это не вся правда.

– И это единственная причина? – я прищурилась.

Кайлас усмехнулся.

– Нет, – признал он. – Я просто не хочу ждать. Я хочу, чтобы ты была моей. Здесь и сейчас.

Меня окутало странное чувство. Какой-то холодок пробежал по коже, когда я осознала, что это навсегда.

Назад пути не будет.

Кайлас сжал мою руку, и в тот же миг пространство вокруг нас изменилось. Свет кристаллов вспыхнул ярче, воздух стал тяжелее, насыщеннее. Я ощутила невидимую силу, скользящую по коже. Древняя энергия, которой подчинялись целесты.

Кайлас взял небольшой кинжал, лежащий на пьедестале перед нами.

Моё сердце тут же стало биться чуть чаще.

– Будет немного больно, – чуть виновато сообщил он.

Я покорно протянула ему руку, доверяясь.

Кайлас не стал бы подвергать мою жизнь опасности. А значит, что я должна верить ему. Всегда.

Он сделал на своей ладони маленький надрез, а затем повторил всё то же самое с моей рукой.

Боль была резкой, но терпимой. И недолгой.

Повторяя за Кайласом, я протянула руку к постаменту ладонью вниз.

Капли крови соединились на древнем камне, и свечение алтаря стало ослепительным.

А затем Кайлас достал откуда-то из нагрудного кармана небольшой золотой браслетик с белыми камнями и склонился передо мной, чтобы надеть его мне на ногу.

– Этот браслет показывает твою принадлежность к моей семье, – сказал он с придыханием. – Это символ нашего союза.

Я видела, что всё происходящее для него было очень значимым и сокровенным. А потому и сама прониклась этой незнакомой для меня атмосферой церемонии брака.

– Теперь ты моя анора, – поднявшись, произнёс он. – И теперь наша связь нерушима.

Он наклонился, запечатлев на моих губах поцелуй. Глубокий, чувственный, скрепляющий наш тайный союз.

Его руки крепко сжимали моё дрожащее от волнения тело.

Я – его. А он – мой.

Теперь мы были вместе. Навсегда.