Глава 17. Антон

Мчусь на предельных скоростях, выбирая маршруты с минимумом пробок. Даже по дворам всяким еду узким, потому что там посвободнее в этом плане. Гоночное прошлое было не зря — знаю, как и где объезжать, легко управляюсь со скоростью.

Хотя на этот раз гораздо более взвинчен, чем так бывало даже на самых важных гонках с крупнейшими ставками. Более того, те разы такой хернёй кажутся незначительной. Меркнут враз перед фактом, что Юлька сейчас в какой-то жопе Вселенной. Это даже толком не Москва, ближе к Подмосковью.

И район не самый благополучный. Чёрт… Вот почему у тачек есть предел по скорости? Хоть нитруху покупай. Я бы и купил, да только и машины у меня пока нет. Ту свою гоночную продал, чтобы свободнее себя чувствовать при учёбе и поиске новой работы. А потом и приоритеты по тратам сменились.

В общем, да, сейчас я на машине из каршеринга. Самой скоростной причём, влетевшей мне в нехилую копеечку. И при всём этом я тачку ничуть не берегу, выдавливая из неё всё возможное. Наплевать. Потом разберусь, если что.

У меня там Юля уже полчаса одна в темноте и с разряженным телефоном. Небось от страха дрожит уже. Или от холода… В такое время суток температура неизбежно падает вниз.

Надеюсь, девчонка меня послушалась в плане безопасного здания. Там не так далеко от парковки торговый центр есть, ещё открыт. Лучший вариант.

Нервы конкретно так шалить начинают, стоит только представить растерянную Юлю в темноте. У неё ещё и ноги ноют…

Не свихнуться бы в пути.

******************

Я бы мог позвонить девчонке и уточнить, где она сейчас — может, зарядка ещё оставалась. Специально не дёргал Юлю в пути на этот случай. Да и не до того было уж точно, хотя порывался несколько раз для хоть какого-то успокоения её набрать.

Но в итоге не звоню и сейчас. Какое-то чутьё толкает меня сразу на заправку. Зная девчонку, та скоро испугается уйти куда-то в сторону, запаникует, что телефон разрядится, и я её не найду. Дурочка просто, не подозревает даже, что я скорее наизнанку вывернусь, обшарю каждый угол и Землю переверну, но найду, где бы ни была.

И да, я Юлю действительно знаю — оказываюсь прав. Она сидит на бетонном выступе парковки возле въезда. Беззащитная такая, растерянно смотрящая по сторонам и всё-таки дрожащая. Вижу это даже не выходя из машины. Торможу неосторожно, наплевав на правила — всё равно тут камер нет. Да и толком никого. И хорошо, а то девчонка ещё больше страху натерпелась, если бы тут шастали всякие…

В секунды преодолеваю расстояние между нами. Юля уже замечает меня, с места поднимается, но навстречу не идёт. Мнётся, взглядом бегает.

Офигеть какая красивая. Ей чертовски идёт это белое платье, подчёркивающее стройную фигуру с округлостями в нужных местах. А ещё оно оголяет ножки, которые какого-то хрена не забинтованы. И более того, на небольших, но каблуках. И куда так вырядилась?..

Меня разрывает кучей эмоций вперемешку, среди которых преобладает облегчение, что я успел, что с ней всё в порядке и что вот она, передо мной. Дыхание как-то само собой тяжелее становится, а в башку лезут явно лишние мысли, что могло бы произойти с этой хрупкой красивой девчонкой в таком виде и в сомнительном месте в темноте. А ещё штормит от понимания, что просто так Юля тут оказаться не могла. С кем-то, значит, приехала…

Дем видел её с Игорем.

Останавливаюсь совсем рядом, и в груди непривычно щемит от того, какая напуганная и уязвимая она сейчас. Хочется одновременно противоположных вещей —утешить её  как следует встряхнуть, чтобы мозги на место встали и перестала фигнёй заниматься.

Но вместо этого всего просто снимаю с себя куртку и надеваю на подрагивающие хрупкие плечи. Юля сразу улавливает моё намерение и поддаётся, просовывает руки в рукава, не отстраняется даже при том, что я ближе, чем того требуют действия.

Холодная кожа… Касаюсь скорее мельком, случайно. Небось руки у Юли вообще ледяные уже.

— Пошли в машину, — почему-то хриплю, но пофигу.

Разворачиваюсь и иду, подмечая, что девчонка плетётся следом. Расстояние небольшое совсем, ни к чему будет её на руки брать… И без того чувствую себя тем ещё лошарой с этой никому не нужной дурацкой речью на вручении. Кажется, её ещё и снимали.

Мы молчим. Теперь, когда Юля рядом и в безопасности, волнение за неё отступает на задний план. Бурлящее беспокойство затихает, но до спокойствия всё равно далеко. Теперь меня штормит другим — никак не могу перестать думать, какого хрена она в таком наряде оказалась тут. С Игорем приехала? Почему назад не отвёз? И нафига вообще на парковке останавливались?..

Хочу расквасить ему морду. Бить, пока она не станет кровавым месивом. Сам от себя не ожидал такой ярости, но этот мудак бесит. Не приходилось никого избивать — даже при том, что в детдоме было всякое — но Игорь нарвётся.

А если я ещё раз увижу Юлю с ним…

Она, кстати, украдкой посматривает на меня. Осторожно так, будто боится задержаться взглядом. Я, наверное, одним своим видом источаю гнев, который чуть ли не разрывает внутри. Не удивлюсь, если девчонке рядом со мной не по себе. И без того не то чтобы доверяет.

Но наплевать. Дем прав — биться о закрытую дверь бесполезно. Строить из себя правильного мальчика или прилизанного мажорчика типа Игоря я не собираюсь. Да, зол. И таким бываю. Не идеален ни разу. Пафосных жестов тоже больше не собираюсь делать — и без того хватит, что теперь в универе долго болтать будут о моей первой и единственной попытке построить из себя романтика.

До Юли, конечно, тоже дойдёт. Скорее всего, ей будет неловко. Захочется поскорее отделаться от всего этого, типа не о ней вообще речь.

Не хочу видеть её лицо в момент, когда ей покажут видео. А ей покажут — и так понятно.

Ухмыляюсь, вспоминая свои утренние представления, что Юлю хотя бы тронет то, что я ей всё посвятил. Что отреагирует нормально, хотя бы пару слов скажет или примет букет. Да, я даже насчёт цветов договорился, как идиот. Валяются там на стадионе, наверное, до сих пор.

Увеличиваю скорость. Чувствую, что Юля смотрит на меня уже чуть дольше. Не короткими беглыми взглядами, а почти пристально. Даже не пытаюсь понять, зачем. В ответ тоже не смотрю — только на дорогу.

— Прости меня…

Слишком тихо, на выдохе, надломано. Но в то же время отчётливо, что аж вздрагиваю от неожиданности. Внезапно как-то Юля это сказала.

Слегка сбавляю скорость. Отвечаю не сразу:

— За что?

На этот раз с ответом медлит Юля. А я совсем замедляю скорость, почти до минимума, благо, дорога позволяет и за нами никто не едет. Не выдержав, всё-таки бросаю взгляд на девчонку — вид и вправду неожиданно виноватый.

— За то, что ушла и не посмотрела концовку, — ловит мой взгляд Юля. Такое ощущение, что подбирает слова… Смущённо так, типа ей не пофиг, что я там вообще думаю. — И сейчас дёрнула так поздно.

Поздно? Детское время вообще-то. Я в такое уж точно не ложусь. Да и даже если бы лёг…

Не понимает ничего Юля. Я бы за ней в любое время суток и куда угодно попёрся бы. И позвонить мне в этой ситуации — самое её разумное решение за весь долбанный день. Чего бы уж точно не простил, так это если бы не позвонила и выкарабкивалась тут сама.

Даже думать о такой возможности стрёмно.

— С победой тебя, — шелестит девчонка, когда молчание затягивается.

Вот как она это делает? Ничего такого вроде бы не говорила, а желание отделать Игоря на задний план отступает… Слегка, конечно, но всё же. На переднем теперь Юля. И её внезапная мягкость ко мне, подозрительно на тепло смахивающая. Как минимум.

Обрываю ход мыслей — задолбал уже каждоё её слово по-особенному воспринимать, цепляться в надежде дурацкой и жалкой. И так понятно, что перепугалась девчонка и благодарна.

— Ты уже поздравляла, —напоминаю, чтобы пауза не затягивалась.

А ведь Юля нервничает. И дышит сбито, и ёрзает слегка. Кивает моим словам, кусает свои соблазнительные губы. И вправду так парится из-за того, что речь мою пропустила? Ну так это к лучшему, наверное. Сомневаюсь, что ей бы вся эта хрень понравилась. Скорее в неловкое положение бы поставила.

Зачем-то всё равно не прибавляю скорость, ещё и боковым зрением за девчонкой смотрю. Она вздыхает, укутывает себя в мою куртку сильнее и смотрит вперёд как-то непривычно серьёзно.

А потом перехватывает мой взгляд. Почему-то первым отвожу. Сам не знаю, что за херня. Хотя всегда можно объяснить дорогой — хоть мы сейчас далеко не на автостраде, следить всё равно надо.

— Спасибо тебе, — снова нарушает молчание Юля. И опять так мягко, что аж ласково почти. — Тепло в твоей куртке, — улыбается робко. — А тебе как?

Она спрашивает взволнованно, будто это я там сидел мёрз на стоянке без верхней одежды нормальной… Совсем перепугалась, походу.

Включаю печку и подогрев её сидения, досадуя, что не догадался сразу. Совсем из башки вылетело.

— Я же из машины почти не выходил. Нормально, — всё-таки отвечаю, подавив порыв саркастично поблагодарить за заботу.

Юля кивает, и мы опять некоторое время молчим. Вожу осторожно, не гоню — теперь не один тут. И успеваем всюду. Пугать девчонку скоростью ни к чему.

Да и когда плавно еду, могу параллельно обращать на неё внимание. Чувствую лучше… Юля время от времени посматривает на меня со смущённой благодарностью. И это не радует ни разу, скорее, дербанит сильнее. Особенно меня бесит собственное отношение к любым намёкам на её оттаивание ко мне.

А ещё бесит, что красивая такая. Сейчас особенно. И с Игорем тусовалась, для него наряжалась.

А сейчас несколько раз ещё порывается явно мне что-то сказать, но не говорит в итоге. И хорошо. Хватит с меня уже обнадёживающих ситуаций. Послала бы окончательно и на моих глазах засосалась бы с тем же Игорем — может, хоть так в башке бы у меня на место бы всё встало, а то совсем безнадёжен. Вот уже начинаю думать, что раз она в итоге одна осталась, то явно что-то не так у них пошло…

Бросаю короткий взгляд на Юлю — она смотрит на свои ноги.

— Сейчас к врачу едем, — сразу же решаю.

Что-то мне подсказывает, что девчонка ни разу не позаботилась о том, чтобы сначала укол поставить, а потом сваливать с Игорем непонятно куда. Ей ещё повезло, что ноги у неё просто ноют.

— Да, спасибо… — тихо проговаривает Юля. — Он ещё работает?

Спохватилась, блин.

— До десяти вечера. Успеем с запасом, — и вот почему я знаю время работы её врача, а она не в курсе? — Могла бы и узнать его расписание, прежде чем сваливать надолго, — не выдержав, добавляю.

Юля издаёт бессвязный звук, похожий на всхлип отчаяния или сожаления. Хмурюсь тому, что у меня по-прежнему от неё сердце херачит как ненормальное. Приходится приложить адские усилия, чтобы не остановить машину где-нибудь посреди дороги. Невыносимо хочется обнять девчонку, прижать к себе, дать понять, что под защитой. И что худшее позади.

Кажется, самое время всё-таки увеличить скорость… Хотя бы слегка.

— К врачу успеваем, — только и бросаю отчуждённо.

И вправду ускоряюсь — как можно незаметнее, проверяя реакцию. Судя по всему, Юлю скорость пугать не будет. Можно и посильнее разогнаться.

Но это как-нибудь потом.