Глава 7

— То, что ты выпила, действует слишком сильно. — шепчет мне низкий голос сзади. Крепкое тело прижимается ко мне и стискивает в руках. И мне бы вырваться, но я никогда не могла сопротивляться Адаму. — Этот сопляк думал, что выпивка тебя расслабит, но что-то пошло не так… Верно?

Я стою в темном узком проходе, зажатая его телом и холодной стеной с маленьким окном, из которого просачивается небольшой луч фонарного столба.

— Зачем ты пришёл? — дрожащими губами говорю я, закатывая глаза от приятной дрожжи за ухом.

— Вернее, зачем ты пришла сюда? Ты же прекрасно понимала, что я могу тебя здесь поймать.

«Как будто тебя что-то остановило бы в зале.»

— Мне… нужно было в туалет.

— Ну конечно.

— Отпусти. Мне надо идти, — пытаюсь я вырваться из крепких рук, зажимающих мое тело.

— Зачем? Тебе надо вернуться к нему?

— Я пришла сюда с друзьями.

— Я это заметил, но общалась ты только с одним. Скажи мне, Луиза, флирт с этим пареньком приносит тебе удовольствие?

— Отпусти! — снова делаю я попытку уйти, но Адам не дает вырваться и теснее прижимает к себе. Я чувствую его крепкую спину, чувствую аромат одеколона, смешанный с его пленительным запахом. Телу моментально становится хорошо, будто я села в любимый и удобный диван.

— Ответь…

— Да! Приносит…

— Вот так? — говорит он хриплым голосом и я чувствую, как его правая рука, что придерживала меня за живот, медленно скользит вниз по бедру. Я мгновенно хватаюсь за его запястье, не давая Адаму зарыться под юбкой.

— Не смей! — грубо говорю я, двигая голову к нему.

Его горячее дыхание щекочет виски, щетина доставляет приятную боль на месте прикосновения. И, все ещё сдерживая руку Адама от наглого проникновения в свое личное пространство, я признаюсь самой себе, что желаю чувствовать эту щетину на своём теле.

— Хочу, что бы ты поняла, — говорит Адам томным голосом, наклоняясь и практически касаясь моих губ, — он не сможет дать тебе то, что даю я.

— Мне не нужно от тебя ничего.

— Ошибаешься, Луиза. Ты хочешь, но сопротивляешься. Обманываешь саму себя, но поступаешь как велит сердце. Ищешь причины, но перечеркиваешь их. Пора признаться — это лишь фальшь.

Он играет со мной. Всегда играл. Адам может одернуть мою руку, что не дает ему продвинуться дальше. Вот только это не интересно. Ему нравится играть. Нравится управлять мной.

— Мы с тобой расстались… — еле сдерживая себя от желания поцеловать его в губы, бубню я. Тихий стон вырывается из моего горла, когда я чувствую как его рука, минуя трусики, проскальзывает во внутрь.

— Расстались, — слышу я недовольный, злой голос, когда закатываю в удовольствии глаза, — но ты все еще течёшь от моих ласк. Почему? Почему?! — рычит он в губы.

— Я не знаю… — еле выговариваю я глубоко выдыхая.

— Врешь. Ты знаешь. Ты все ещё хочешь меня, хочешь так же, как раньше.

— Нет!

— Тебя не тянет ни к кому. Только ко мне. — шепчет он проскальзывая пальцами в меня.

Теперь я стону в голос, чувствуя приятную дрожь. — Да-а, детка. Вот так.

Его голос, мягкий шепот, то, как он меня называет…

— Раз не хочешь, то почему все ещё стоишь передо мной, почему даёшь мне просовывать пальцы в тебя, пока тот, с кем ты сюда пришла, сидит в ожидании тебя? Почему?! Потому что ты…

— Да… хочу! — мучительно вырывается из горла.

Адам.

Я ошибочно полагал, что потерял её. Нет! Нисколько. Луиза все еще остаётся моей.

Это в очередной раз подтвердилось, когда она заметила, как я нагло, бессовестно пялился на неё, сидя через несколько столиков. Поражённый, растерянный взгляд что уставился на меня, через минуту сменился любопытством и похотью. Луизе нравилось быть объектом любования. Она занервничала, покрылась румянцем и глубже задышала, еще больше привлекая мое внимание к своей груди под глубоким вырезом черной шелковой блузки.

Единственное что смущало, а, возможно, напрягало её — это парень, сидящий рядом.

Не знаю что было хуже: видеть её рядом с этим сопляком, или же смотреть на то, как она улыбалась ему. Думаю второе. Я готов был ослепнуть. Готов был задушить этого гаденыша голыми руками. Но, как только она заметила меня, её заигрывания и улыбки в адрес парня прекратились. Луиза мгновенно забыла про него.

Один мой взгляд сделал с ней то, что не смог этот парень за час, крутясь вокруг неё как шаман с бубнами.

Луиза это поняла. Почувствовала. И именно в тот момент я все решил. Оставалось убедить её, а это было легче простого. Затащить в какое-нибудь укромное место и немного приласкать. Вытянуть признание, услышать, между стонами, что она хочет быть только со мной. Доказать ей, что лишь со мной ей хорошо.

И все. Она моя.

Ей остается совсем немного. Сама того не замечая, Луиза начинает двигаться в такт моей руке. Чувствую как её стенки судорожно сокращаются вокруг моих пальцев и довольно улыбаюсь.

— Умница. — с наслаждением произношу ей на ушко, слыша как стонет, закатив глаза. Она заслужила это после признания.

Луиза расслабляется в моих руках и откидывается на плечо.

— Я бы взял тебя здесь же, но не стану. Я и так воспользовался твоей слабостью. — сладко шепчу ей в ушко. Уверен, она была бы не против. Я хоть и гад, но не на столько.

Высовываю руку из её трусиков и облизываю, пробуя на вкус. Её запах дурманит голову, и я еле сдерживаюсь, что бы не перечеркнуть сказанное.

Луиза напрягается, отходит в сторону, поправляя юбку. В темноте я не вижу её лица, лишь очертания, но знаю, она вряд ли теперь рада.

— Это было сверхнаглостью! Какое ты имел право?! — срывается её запыхавшийся голос.

— Имел и большое… Я могу показать как я имею. — шагаю ближе к ней, но Луиза резко отходит. — Можешь идти к своему дружку, но не забывай, о чем мы с тобой говорили.

Луиза не огрызается в ответ, лишь молча разворачивается и, громко цокая каблуками, уходит, оставляя меня одного с её запахом на пальцах.