24 глава. Назар

Утро с дождём добрым не бывает. Особенно, когда встречаешься с женой возле медицинского центра. Дария выглядит хорошо, в отличие от меня. Светится, не стесняется лучезарно улыбаться, чем невероятно раздражает.

— Доброе утро! Судя по твоему выражению лица, ты сегодня встал не с той ноги.

— Зато ты, я смотрю, встала по фэн-шую.

— Ты мне все равно настроение не испортишь.

Дария направляется к входу. Не оглядывается, не тревожится по поводу того, иду я следом или нет. А я иду. Мне хочется самому лично убедиться, что беременность не выдуманная история. Смутные подозрения все еще присутствуют, так как договориться с врачом о заключении и взять чужой снимок с УЗИ — это не так уж сложно. Более того, я с утра сам лично договорился об УЗИ и осмотре в другом центре. Сразу повезу туда Дарию, как только тут мне навешают лапшу на уши. Если она будет упираться, отказываться, значит мои подозрения небезосновательные.

На ресепшене администратор в белом халате проверяет запись, просит подождать, сказав, что врач нас вызовет. Проходим по пустому коридору, возле нужного кабинета присаживаемся на удобный диванчик. Каждый сразу утыкается в свой телефон. Разговаривать нам по сути не о чем, а выяснять отношения на людях плохая идея. Только привлечем к себе ненужное внимание.

В назначенное время нас вызывают. Мое присутствие никого не удивляет. Похоже я не первый и явно не последний мужчина в этом кабинете. Дария ложится на кушетку, мне указывают на стул, который стоит напротив аппарата с экраном. Ничего волнующего и важного я на этом экране не увидел, а монотонный голос врача, диктующий параметры зародыша медсестре, усыпляет. Беременность есть. Присутствует тонус. Рекомендуется покой и меньше стресса, чтобы сохранить ребенка. Есть риск выкидыша. Я смотрю на Дарию, в ее глазах слезы. Играет или действительно так переживает из-за горошины, которая внутри нее?

Прием завершают, выдают заключение, снимок. Видя, как на губах жены появляется блаженная улыбка, я начинаю склоняться к тому, что Дария за правду беременна. Мы выходим из кабинета, она протягивает мне снимок и тычет пальцем в пятнышко.

— Через пару месяцев эта точка превратиться в полноценного человека. Примерно на пятом месяце беременности могут сказать пол ребенка. Правда, удивительно? — наши глаза пересекаются, улыбка застывает на ее губах, радость на лице сменяется отстраненностью.

— Ты мне не веришь, — в тоне звучат обвиняющие нотки. — И как мне тебя убедить в том, что не вру? Прийти через три месяца к тебе с выпирающим животом?

— Ты с этим животом приди к отцу ребенка и обрадуй его, а не меня. Я вообще не при чем.

— Если бы ты был нормальным мужем, у нас давно были дети. Но ты зациклен на своей балерине, и не факт, что она тебе родит здорового ребенка, с ее то образом жизни, — пренебрежение, ирония в голосе Дарии злит. Мне хватает выдержки не реагировать.

— Сейчас мы поедем в клинику, которую я выбрал, — сообщаю дальнейшие планы. Дария скрещивает руки на груди, усмехается.

— Думаешь, что я тут все организовала? Окей, мы поедем туда, куда ты скажешь, но ничего нового ты не услышишь. Дальше что? Побежишь к своему адвокату? Он тебе скажет, что ты на два года связан по рукам и ногам. Конечно, мы потом можем развестись, — внезапно коварно улыбается. — Но это будет долгий бракоразводный процесс, потому что я подам на раздел всего, чего можно. Ах, да, еще обвиню в неверности.

— В неверности? — начинаю хохотать, персонал медцентра косится в нашу сторону. — Лучше бы молчала. У тебя в голове из-за беременности настоящая каша. В очередной раз говорю, наша с тобой сегодняшняя ситуация похожа на абсурд без логического конца. Своим положением ты ничего не добьешься. Я с тобой, как не жил, так и не буду жить в качестве мужа.

Выдохнув, прохожу мимо молчаливой Дарии. Слышу за спиной цокот каблуков. Значит идет следом, не собирается отпираться от посещения клиники. На парковке мы расходимся в разные стороны: она к своему внедорожнику, я к своему. Сев за руль скидываю Дарии адрес, куда нужно подъехать. У меня нет сомнений в том, что она беременна. Хочется узнать, с кем переспала. Жаль, что по УЗИ этого никто не скажет. Правда, я понимаю, узнав имя и найдя этого товарища, ситуация не особо изменится. Меня вновь настигает ощущение западни. Блуждаю будто в лабиринте Кентавра, только без волшебной ниточки от возлюбленной, которая бы меня вывела.

***

— Беременна? — Наиль вскидывает брови и хватает бумажки, которые я ранее положил ему на стол. Сам в это время отворачиваюсь от него и смотрю в окно. Решение, которое никак не мог принять долгое время, моментально созрело именно сейчас.

— Чего она добивается? — слышу бормотание брата. — Я не вижу логики в ее поступках. Однажды всем станет известно, что ребенок не твой. Или все же твой? — вопрос заставляет обернуться. Наиль строго на меня смотрит.

— Ребенок не мой.

— И что ты будешь делать? Судя по действиям, ей плевать на то, что будет потом, главное результат здесь и сейчас, — швыряет подальше от себя УЗИ и заключение с тенью презрения. — Хотя… — коварное выражение лица у брата, мелькнувшее на секунду, меня заинтересовывает, и я даже догадываюсь, о чем он думает.

— Если с ней что-то случится, подумают на нас, так что оставь кровожадные идеи, — подхожу к столу, присаживаюсь в кресло. — Я уеду. Уеду с Мирой заграницу, поживем спокойно два года, а потом вернусь и разведусь. Не вижу смысла сейчас тягаться с Дарией, все факты на ее стороне.

— Меня от одной мысли колотит, — цедит Наиль так тихо, что не будь в кабинете тишины, я бы не услышал. — Как подумаю, что из-за навязчивой идеи быть с тобой, ее переклинило, хочется вправить мозги на место.

— Обычно роль плохиша доставалась мне. Я удивлен твоей реакцией, — усмехаюсь, прикрывая глаза, но успеваю заметить, как Наиль поджимает губы, напускает холодное выражение лица.

— Залечь на дно, не такая уж плохая идея. Я поддерживаю ее. Как раз у нас в планах открыть представительство в другой стране. Мне нужен свой человек на руководящей должности, — бизнес для Наиля важнее личных разборок членов семьи. Он может пару секунд проявлять эмоции, но потом берет себя в руки.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​— Хорошо, — несмотря на то, что все внутри меня противится вновь связываться с семейным бизнесом, понимаю, что мне нужна эта должность. Нужен этот заграничный филиал. С глаз долой, из сердца вон — именно эти слова мне говорила Дария. Вот я и хочу исчезнуть с поля ее зрения.

Наиль, получив согласие с моей стороны, вываливает ворох информации. Он грузит меня проектами. Разговор, который должен быть пятиминутный, растягивается на полуторачасовое совещание. Секретарь приносит нам кофе и легкие закуски. То и дело в кабинет заглядывают сотрудники из разных отделов, принося с собой еще кучу вопросов и идей. Брат меня отпускает после обеда. Я с радостью от него сбегаю, но в коридоре сразу натыкаюсь на серьезного Артура. Отец Миры собственнически хватает меня за локоть и оттаскивает в сторону.

— Нам нужно поговорить.

Тон, которым он говорит о нужности, мне не нравится. Я не сопротивляюсь. Мы заходим в первый попавшийся по дороге кабинет, это оказывается зал переговоров. Отодвигаю стул и сажусь за стол, Артур садится рядом.

— До меня дошли слухи о вас, — отец Миры недовольно поджимает губы. — Мне не нравится, что имя моей дочери не обсуждает только ленивый. Мира очень к тебе привязана, она не будет никого слушать по поводу ваших отношений, но… — возникает выразительная пауза. Я напрягаюсь, ожидаю продолжения после «но».

— Но она вымотана. Выглядит изможденной. Постоянно все держит в себе, ничем не делится, когда видно, что ей тяжело хранить молчание. Ей не с кем поделиться своими мыслями. Я переживаю, Назар. Дочь у меня одна единственная, не хочу ее потерять.

Я смотрю на мужчину и вижу в его глазах озабоченность, желание защищать свою малышку, заслонить собой от всех жизненных передряг. Я его понимаю, более того, во многом согласен. Мира действительно за последнее время стала похожа на тень, только при виде меня старается быть собой. Мне самому становится не по себе, читая комментарии пользователей в социальных сетях, статьи с громкими заголовками, что говорить о Мире. Она привыкла к другому отношению, а не к той грязи, которая летит сейчас в нее со всех сторон.

— Я хочу уехать с Мирой в Лондон. Познакомить ее с другими родственниками, окружить заботой, заполнить ее время приятными событиями, не оставлять ни на минуту для тягостных дум, — Артур укоризненно смотрит на меня. — Проект не нуждается в моем постоянном контроле, все рабочие моменты можно решить дистанционно. Если ты ее любишь, — пауза, натягивающая и без того натянутые нервы. — отпусти ее. Не хочу влезать в твои дела, но наведи в личной жизни порядок, прежде чем что-то серьезное создавать с Мирой.

Сказанная правда неприятна. Она обжигает и доставляет дискомфорт. Я опускаю глаза, рассматриваю свои ногти. Мне не хочется соглашаться с предложением Артура, несмотря на то, что головой понимаю разумность его слов. Мире нужна встряска, нужна смена обстановки. Конечно, уехать с отцом заграницу всяко лучше, чем отправить ее куда-то одну. У нее и подруг как таковых нет, с кем можно рвануть на недельку к горячему песку и океану. Одна единственная подруга — Марта, которая сейчас занята работой.

— Я вас услышал, поговорю с Мирой, — встаю, киваю Артуру и ухожу.

Мне не нужно как идиоту разжевывать одно и тое. У меня есть глаза, все прекрасно вижу. Предложение Наиля по поводу филиала очень кстати, но пока все сдвинет от слова к делу, пройдёт немало времени. Сейчас в первую очередь нужно думать о Мире, о ее состоянии. Держать ее около себя и заставлять чахнуть — эгоистично с моей стороны. Корежит от мысли, что у нее будут новые знакомства, новые встречи, новые впечатления. От понимания, что рядом будут увиваться другие мужчины все внутри кипит от возмущения. Однако, это разлука будет проверкой на прочность наших чувств. Я должен Мире доверять, как и она мне.

Вечером, вернувшись домой, обнаруживаю пустую квартиру. Накатывает паника, в голову лезут мрачные мысли. Спешно проверяю сообщения, облегченно выдыхаю, найдя СМС от Миры. Она ушла за покупками. Направляюсь в спальню, на ходу снимая галстук. Кладу вещи на кресло, мое внимание привлекает беспорядок на туалетном столике Миры. Медленно к нему подхожу, включаю настенное бра и стискиваю зубы.

Бардак не так сильно удивляет, как наличие бокала с недопитым вином, фантики от конфет, открытые коробки со сладостями. Отодвигаю ящик, тут же сажусь на стул. Непривычно начинает дрожать рука, когда достаю спрятанную внутри белую банку. Сразу чувствую невообразимую усталость, какое-то бессилие. Совсем не реагирую, заметив краем глаза появившуюся в дверях Миру.

— Ты дома? — она нервно приглаживает волосы, кусает губы, бегает глазами в разные стороны. Выглядит виноватой и немного испуганной.

— Как давно ты пьешь антидепрессанты? — трясу банкой, пытаясь на слух определить, сколько там осталось таблеток.

— Неделю где-то, — неуверенность в голосе подсказывает то, что она сама уже не помнит, когда начала пить таблетки.

— И все время вином запивала? — киваю на бокал, Мира краснеет, как пойманная школьница, опускает голову. — Почему ты молчала? — поразительно, что не ору, не возмущаюсь, хотя хочется схватить ее и хорошенько встряхнуть.

— У тебя, итак, хватает проблем, — пытается смягчить разговор улыбкой. Подходит ко мне, начинает ластиться. Сжимает мои плечи ладонями, массирует их, но в зеркале по-прежнему избегает моего взгляда.

— Я тебя разрушаю, — тихо замечаю, разглядывая ее бледное лицо, искусанные в трещинах губы, безжизненные волосы. — Со мной у тебя вечно какие-то неприятности.

— Не говори чепухи, — улыбка ее не такая яркая, как раньше, и от этого понимания мне становится тошно. Хватаю Миру за руку, тяну, усаживаю к себе на колени.

— Но это правда. Если сравнивать чего больше, хороших моментов или плохих, окажется, что о многом лучше не вспоминать, — обхватываю лицо девушки, заставляя посмотреть в глаза. — Ты рядом со мной превратишься в наркоманку. А самое паршивое то, что я не сразу этого замечу, а когда увижу, будет поздно. Не хочу этого.

— Ты нагнетаешь, Назар, — передергивает плечами. — Таблетки я пью из-за того, что плохо сплю. Мне врач выписал, не сама себе я их назначила.

— Мне не нравится сам факт, что их пришлось тебе пить, — поглаживаю пальцами щеки девушки, чмокаю сначала одну сторону, потом другую. — Думаю, что тебе стоит на какое-то время уехать с отцом.

— Что? — Мира широко распахивает глаза, вырывается из моих рук. Я позволяю ей встать. — Это папа к тебе приходил? Я просила его не лезть в мои дела!

— Мира, он переживает. И имеет на это право.

— Я имею право жить так, как хочу. И я выбираю быть с тобой. С таблетками или без них — это уже не важно, — опять начинает кусать губы, отворачивается. Ее нервные метания по комнате утомляют. Я сжимаю переносицу.

— Назар, — Мира оказывается около меня, присаживается на корточки, берет мою руку. Смотрит снизу-вверх ласковым взглядом. — Мы справимся. Я справлюсь. У каждого человека бывают такие моменты, когда нужен врач и таблетки, но это не зависимость.

— Мир, послушай меня, — нагибаюсь к лицу Миры, обхватываю пальцами ее подборок. Смотрим друг на друга. — Я хочу, чтобы ты с Артуром поехала в Лондон. Погуляла, развеялась, познакомилась с новой родней. У тебя подруга там. Встреться с ней, займитесь девчачьими делами.

— А ты? — в глазах мелькает паника, потом хмурится. — Ты останешься с Дарией? Опять какой-то выгодный контракт для семейного бизнеса, который мешает тебе с ней разойтись? — злится, накручивается себя мыслями все сильнее и сильнее. Этот пожар нужно тушить в зародыше, иначе потом останутся только последствия.

— Дария беременна, — с тяжелым вздохом признаюсь и замираю, ожидая от Миры реакции. Она смотрит на меня непонимающе, ждет чего-то. Объясняю:

— Ребенок не от меня, — усмехаюсь. — Но из-за беременности по закону нас не могут развести прям сейчас. Конечно, можно напрячь адвокатов и начать бракоразводный процесс, но это будет громкий скандал. Дария не упустит возможность еще больше вылит на меня ушат грязи. Наиль предложил мне занять должность в филиале, который будет открыт в ближайшее время за границей. Я буду очень много работать, Мира, чтобы мы могли с тобой жить в другой стране, где нас никто не знает. Но… — смотрю сначала в золотистые глаза, потом медленно перевожу взгляд на бокал, обертки. Мира шумно вздыхает.

— Я полечу с папой в Лондон. Буду с нетерпением ждать открытия филиала.

— Ты моя умничка, — шепчу с облегчением, обнимая Миру. — Я буду изо всех сил стараться, чтобы наша с тобой разлука не была слишком долгой. Обещаю.