19 глава Мира

— Мира —

Просыпаюсь и чувствую себя так, словно проспала несколько дней подряд. Ощущаю себя отдохнувшей. Открыв глаза, оглядываюсь по сторонам и задерживаю дыхание, увидев мужчину возле окна.

Назар.

Он стоит ко мне спиной, мне вполне хватает этого, чтобы любоваться им. Широкие плечи обтянуты белоснежной рубашкой. Люблю класть свои руки ему на плечи, запрокидывать голову и смотреть в его темные глаза, которые могут превратиться в черную мглу.

Опускаю взгляд ниже на упругую задницу. На ней отлично сейчас сидят черные брюки. Красавчик. И от мысли, что я люблю этого умопомрачительного человека, в груди становится щекотно будто выпустили газики из газировки.

— Проснулась? — Назар оборачивается и мягко мне улыбается. Он выглядит таким спокойным, непоколебимым, будто принял какое-то важное решение.

— Я долго спала? — приподнимаюсь на локтях, ко мне тут же спешат и помогают сесть. Когда я удобно устраиваюсь, Назар не отпускает моей руки. Сжимает ладонь и садится на стул около кровати.

— Почти сутки.

— Сутки? — я шокировано округляю глаза, панически соображаю, как оправдаться перед руководителем за то, что подвела его и труппу.

— Не переживай, — словно подслушивает мои мысли, успокаивает Назар. — Обо всем договорились.

— Правда? — с надеждой смотрю в карие глаза, он кивает. Протягивает руку и дотрагивается до моей щеки, а потом скользит костяшками к подбородку и приподнимает его слегка.

— Немного бледная, но в целом выглядишь лучше, чем когда я тебя сюда привез. Если наш семейные врач даст добро, я тебя к вечеру заберу отсюда.

У меня путаются мысли от информации. Я пытаюсь вспомнить прошедший день, но кроме концерта в голове ничего не от отложилось. Назар меня привез в больницу? В частную больницу? К семейному врачу, который лечит их семью? Это значит, что когда я упала в обморок, он был где-то поблизости, а с ним была его мама и… невеста.

Перестаю улыбаться и внимательно смотрю на Назара, пытаясь самостоятельно догадаться о последствия его поступка. Если рассчитывала увидеть какие-то следы на его лице или увечья — безрезультатно. В глазах тоже ничего не прочитаешь даже при большом желании. Остается только догадываться и фантазировать, но можно, конечно, спросить напрямую. Однако, я не задаю вопросов.

— Спасибо тебе, — я тянусь к Назару, он приподнимается и обнимает, позволяя мне уткнуться ему в грудь и вдохнуть запах его парфюма.

Прикрыв глаза, я наслаждаюсь этим мгновением. Кто знает, когда мне еще удастся обнять его, прижаться к его груди. Кто знает, возможно, это наш последний день рядом друг с другом. Я не испытываю иллюзий. Назару придется сделать выбор. И он будет не в мою пользу.

— Что-то хочешь вкусненькое? Я могу сходить к автомату и купить тебе.

Забота и желание мне угодить заставляют болезненно сжаться мое сердце. Он убивает меня без орудия убийства. Я судорожно тяну губы в улыбке, качаю головой. Теперь я протягиваю руку и дотрагиваюсь до лба Назара, разглаживаю пальцам продольные морщинки. Очерчиваю изгиб его бровей, смело прикасаюсь к его колючей щеке, и пальцы застывают на его губах. Медленно поднимаю глаза, чтобы тут же с головой нырнуть в персональный омут. Утонуть. И не всплыть.

— Я люблю тебя.

Мои слова причиняют ему боль. Эта боль мелькает в его глазах и прячется в уголках. Я горько улыбаюсь, но продолжаю смело на него смотреть, не тая, не скрывая свою нежность к нему. Да, она обжигает, доставляет неприятное жжение, а порой болезненные ожоги. Но ничего не могу с собой поделать. Я люблю этого мужчину. С головы до пят. Люблю его достоинства и недостатки. Люблю его сдержанность на людях, пылкость наедине. Люблю. Без причины. Без объяснений.

— Пойду найду врача и уговорю его выписать тебя сегодня. Хочу побыть с тобой, прежде чем тебя начнут осаждать поклонники твоего таланта.

Мы улыбаемся друг другу, но все как-то натянуто, немного неловко. Назар оставляет меня, сразу же в палате спадает градус напряжения. Я подтягиваю ноги к груди, обнимаю колени и смотрю перед собой. Пытаюсь справиться с нарастающим комом боли в груди. С этим придется учится жить. Нужно будет заполнять пустоту в себе после его ухода. Чем? У меня ничего кроме балета нет, значит им и буду жить, дышать, мечтать.

Доктор, пообщавшись с Назаром, выписывает меня, взяв обещание отдохнуть по максимум. Это, конечно, нереально, но я обещаю.

Оказавшись в машине с Назаром, не спрашиваю куда едем, совсем не интересуюсь, чем будем заниматься и не позволяю мыслям о том, когда он меня оставит, себя расстраивать. Наслаждаюсь моментом. Тем самым моментом, когда мы едем по вечернему городу вдвоем в неизвестном мне направлении, а его рука сжимает мою руку. Разве можно о большем мечтать? Нет, конечно.

Мы приезжаем в жилой комплекс, ранее в котором никогда не была. Я вопросительно смотрю на Назара. Он ничего не объясняет. Позволяю себе полностью ему довериться.

Держась за руки, как влюбленные, ни от кого не таясь и не боясь быть кем-то замеченными, мы подходим ко второму подъезду. В свободной руке у Назара оказывается ключ, прикладывает ключ-карту, входная дверь открывается. Все еще не отпуская мою руку, пропускает меня первой, а вот в лифт, дверки при нажатии кнопки сразу раздвинулись, заходит первым. Я следом. В принципе я за ним пойду и на край света, если позовет, потянет за собой.

Улыбаюсь, разглядывая серьезный профиль. Жмурюсь на мгновение и прижимаюсь к Назару. Чувствую, как он на меня смотрит, а я еще сильнее жмусь к нему и разглядываю сменяющиеся цифры этажей. Мы останавливаемся на двадцать пятом. В голове сразу же звучат слова одной популярной в свое время группы: “ А моя любовь живет на двадцать пятом этажеее…”.

— Ты купил себе новую квартиру? — с интересом разглядываю темную дверь, к которой мы подошли. Назар ничего не говорит, смахивает вверх панель и быстро вводит пароль на электронном замке. Я даже не успеваю его запомнить.

— Прошу! — с легкой улыбкой и приглашающим жестом Назар заманивает меня в квартиру. Я с какой-то неожиданной робостью и настороженностью переступаю порог. Замираю и не верю своим глазам.

— Это… — поворачиваюсь к Назару.

Он закрывает за нами дверь и приподнимает брови, как бы говоря ими: “Что не так?”

Что не так? Просто дизайн квартиры с порога сбивает с ног, перехватывает дыхание. Потому что все картинки, которые я сохраняла в телефоне, визуализируя интерьер своей будущей квартиры, сейчас воплощен в жизнь. Я осторожно делаю шаг и не верю своим глазам. Все действительно так, как мне бы хотелось. У меня даже слов не находится, чтобы описать все то, что я вижу, просто каждая деталь в интерьере попадает прямо в сердечко. И мне ужасно тяжело осознавать, что мои мечты исполнилось у кого-то, а не у меня. Несправедливо.

Прикусываю щеку изнутри перехожу из комнаты в комнату, а их три: большая спальня, имеющая личную ванную комнату и большую гардеробную, гостевая спальня, позволяющая принять с ночевкой близких людей, кабинет, в котором работать будет одно удовольствие. Кухня, совмещенная с гостиной, имеет выход на застекленную панорамными окнами лоджию. Еще одна ванная комната, а рядом что-то вроде кладовки, но стоящая там стиральная машинка, а на ней сушильная, намекают на то, что это постирочная. Вся квартира обставлена идеально подобранной мебелью. Ничего лишнего и добавлять ничего не хочется. Все для комфортной жизни есть. Я искренне завидую тому человеку, который будет жить в этой квартире.

— Нравится? — тихо спрашивает Назар за моей спиной. Я не оборачиваюсь. Пытаюсь проморгаться, чтобы он не увидел моих слез.

— Очень красиво, как с картинки, — голос меня выдает с потрохами. Меня трогают за локоть и заставляют повернуться. Назар приподнимает мой подбородок, заставляет на него смотреть.

— Тебе не нравится квартира? — в его глазах появляется недоумение. — Мне казалось, что планировка и дизайн именно такие, как ты хотела.

— Я? А при чем тут я? — противно шмыгаю носом.

— Это твоя квартира.

— Моя? Я сюда переезжаю? Зачем? Меня вполне устраивала та квартира, хоть она и подходит больше мужчине, — вымученно улыбаюсь, вытираю мокрые щеки.

— Ты не поняла, — Назар отшагивает от меня, извлекает из внутреннего кармана пиджака какие-то бумаги и протягивает их мне. Я перестаю понимать происходящее.

— Что это?

Первое что бросается в глаза, моя фамилия, мои паспортные данные. Я читаю договор купли-продажи и не верю прочитанному. Однако, все черно по белому написано, где говорится, что я каким-то чудесным образом оказываюсь владелицей этой шикарной квартиры.

— Не поняла, — поднимаю на Назара глаза. — Ты купил на меня квартиру? Отмываешь деньги? Прячешься от налогов? Я не против, если будешь использовать мои данные, только прошу без уголовной ответственности. Все же танцевать мне хочется долго и счастливо.

— Дурашка, — Назар приближается ко мне, забирает бумаги и целует в кончик носа. — Это твоя квартира. Только твоя. Никто не имеет на нее прав, кроме тебя. И налог за нее тоже уплачен. Тебе остается тут только обжиться.

— Моя? — недоверчиво смотрю в карие глаза. — Как это возможно?

— Я тебе ее купил и ремонт сделали тут так, как ты и мечтала, чтобы было в твоей квартире.

Любая бы девушка на моем месте возмутила сначала из-за того, что кто-то лазил в ее телефоне, изучал ее вкусы, читал ее заметки список заветных мечт. В идеале я тоже должна рассердиться из-за того, что нарушили мое личное пространство. Потом через часик показательной обиды порадоваться подарку. Ведь не каждая восемнадцатилетняя девушка может похвастаться собственной жилплощадью в новом жилом комплексе с крутым ремонтом. Только вот у меня этот широкий жест со стороны Назара вызывает грусть. Я не могу искренне радоваться происходящему, понимая к чему все идет. Он красиво уходит.

— Мне не нужна эта квартира, — я опускаю глаза на прозрачные пуговицы рубашки. — Не заработала я на нее еще, — в голове пошлый голос заметил “не насосала”.

Назар обхватывает мое лицо ладонями, приподнимает голову. Долго смотрит в мои, наполненные слезами, глаза. Нет смысла скрывать эти слезы и строить из себя сильную, когда так хочется быть слабой, чтобы защитил, чтобы оберегал, чтобы не уходил.

— Это самое малое, Мира, что я могу для тебя сделать, — шепчет, утыкаясь лбом в моей лоб. Я прерывисто дышу, шумно сглатывая от расползающейся горечи во рту.

Назар о многом молчит. Его молчание порой намного красноречивее всяких фраз. То, что он не произнес, я услышала между строк. Прикрываю глаза, пытаясь сдержать соленый поток.

Почему жизнь так не справедлива?

Назар осторожно касается своими губами моих губ. Я внутренне замираю от предвкушения. Трепетное волнение в груди распространяется по всему телу как легкий вирус. Голова кружится, а сердце учащенно стучит, нарушая привычный свой сердечный ритм. Отвечаю на поцелуй, раскрываясь перед Назаром полностью. Я сейчас подобна пустому сосуду, который нужно чем-то наполнить. И мне хочется, чтобы меня до краев переполняла его нежность.

Назар убирает руки с моего лица, берет мою ладонь и тянет в сторону спальни. Я послушно следую за ним, как путник за путеводной звездой. На мгновение он оглядывается на меня через плечо, словно убеждается, что рядом, что я все еще с ним.

Каждая наша близость — это как каждая найденная на дне океана морская жемчужина. Бесценна. И невозможно назначить цену, потому что цены нет у отношений, которые давно перешли грань договоренностей. А мы перешли эту грань пару минут назад.

Я замираю в пару шагов от кровати. Назар выпускает мою ладонь и поворачивается ко мне. Под моим пристальным взглядом спешно скидывает пиджак на пол, принимается за мелкие пуговицы на рубашке. Я завороженно наблюдаю как эти перламутровые пуговки поддаются его пальцам. Задерживаю дыхание и заставляю себя не двигаться с места, когда Назар распахивает рубашку. В ладонях появляется нестерпимый зуд от желания прикоснуться к нему, ощутить жар его кожи, охладить его своей прохладой.

— Мира…

Его тихий голос вызывает табун мурашек. Я как перед прыжком в воду делаю вдох и шагаю к Назару. Еще шаг и мои руки ложатся ему на грудь, привстаю на цыпочки, чтобы прижаться губами к его сомкнутым губам. Назар тут же одной рукой обхватывает мой затылок, сжимает его, второй рукой обнимает за талию и теснее прижимает к себе.

Поцелуй уже не такой томный, как первый, не такой нежный и не такой сладкий. Мы целуем жадно, неистово, будто поджигаем за собой все мосты, которые только что вместе прошли.

Мне побыстрее хочется снять с себя одежду, чтобы уже полностью обнаженной прижаться к Назару, кожа к коже. Я первая прекращаю целоваться и под затуманенным взглядом темных глаз спешно через голову стягиваю с себя сначала блузку, потом ловко завожу руки за спину и расстегиваю бюстгальтер. Замечаю, как Назар сглатывает и дергается его кадык. Не спуская с него призывного взгляда, подцепляю резинку трикотажных брюк и медленно их спускаю вниз. Перешагиваю. Снимаю трусы. Выпрямляюсь и дерзко улыбаюсь. Поднимаю руки и стягиваю с волос резинку, кручу головой, зная, что со стороны это выглядит красиво.

Назар, наблюдающий за мной, отшагивает назад, натыкается на кровать и опускается на нее. Его темный взгляд жадно скользит по моему телу, задерживаясь то там. то сям, заставляя меня дрожать от возбуждения.

Облизываю губы, жду, когда он поманит меня к себе. Жду, когда власть налюбуется мной, запомнит меня до мельчайших подробностей, чтобы потом глубокой ночью вспоминать.

— Я красивая? — кокетливо спрашиваю, накручивая на палец прядь волос. Назар усмехается, качнув головой. Он ничего не делает, но я понимаю, ощущаю на ментальном уровне, что теперь могу подойти к нему.

Встаю между его ног, смело кладу ладони ему на голову, зарываясь пальцами в его волосы. Назар обхватывает руками мою талию и прижимается губами к моему животу. Втягиваю его. Вздрагиваю, когда его язык начинает на коже рисовать невидимые узоры. Тянет меня на себя, я усаживаюсь к нему на колени. Его руки поддерживают меня за спину. Смотрим друг другу в глаза. Он мой омут, мой водоворот.

— Ты самая красива девушка в моей жизни, — глухо произносит и нагибается к моей шее, целует, потом слегка прикусывает зубами. Я вздрагиваю.

Он целует мое лицо, целует шею, целует ключицу, целует груди. Я подрагиваю в его руках как пойманная бабочка, ожидающая, когда ее насадят на иглу, чтобы потом поместят под стекло.

Обнимает меня и тут же ловко укладывает на кровать, нависая надо мной. Горящий взгляд опаляет мое лицо. Тело напрягается, развожу шире ноги в разные стороны. Умоляюще на него смотрю, прошу глазами его не медлить, не продлевать сладкую пытку, а наполнить меня собой до предела.

Назар сдается моим молчаливым уговорам. Ему требуется немного времени, чтобы снять с себя оставшуюся одежду и вновь оказаться рядом со мной. Я начинаю задыхаться, когда его пальцы дотрагиваются до чувственных точек. Ерзаю на кровати, стараюсь усилить трение, нажим, но тут мне не уступают. Его пальцы творят нечто невообразимое, в голове происходит какой-то хаос, не поддающийся контролю.

— Хочешь быть ведущей? — внезапно интересуется Назар, разглядывая мое лицо.

Я облизываю губы и ошалевшим от эмоций взглядом смотрю на него. От такого предложения не стоит отказываться. Ведь неизвестно, когда мне еще выпадет и выпадет ли шанс побыть в отношениях с Назаром доминантом.

— Да.

Он кивает и тут же ложится на спину, тянет меня на себя. Я все еще не верю до конца, что буду главной, усаживаюсь на него. Мне протягивают с насмешливой улыбкой фольгированную упаковку. Беру ее дрожащей рукой, разрываю и неловким движением раскатываю по твердому члену. От усердия высовываю язык. Слышу смешок. Хмурюсь и вопросительно смотрю на Назара, он мотает головой, глазами призывает меня не медлить. Я слушаюсь.

Осторожно сажусь на него и, смотря в карие глаза, ставшие моментально серьезными, помогаю себе руками, направляю в себя член. Ахаю от новых эмоций. Замираю. Так вот каково это быть хозяином положения. Судя по тому как Назар стискивает зубы и закидывает руки за голову, ему стоит больших усилий не отобрать у меня ведущую роль. Не спуская с него довольного взгляда, медленно опускаюсь до конца, замечая, как под моими ладонями напрягается пресс, как шумно он втягивает в себя воздух, прикрывая глаза. Так же медленно приподнимаюсь, чувствуя собой внутреннее напряжение наших тел.

Мне кайфово наблюдать, как Назар подчиняется моему выбранному темпу, как он смиряет себя. Это похоже на усмирение дикого коня, который постепенно сдается на милость своего наездника. И когда в итоге победа оказывается в руках, появляется желание побороться коня в различных аллюрах. Я меняют темп на более быстрый, постепенно ускоряюсь. Назар чутко улавливает мое желание, подстраивается под меня. Он не мешает, придерживает меня за талию, но когда я мотаю головой, убирает руки опять за голову. Я откидываюсь назад, опираюсь на его колени и запрокидываю голову назад. Каждый толчок подбрасывает меня выше, подбрасывает в какую-то неизведанную мной еще сферу. Низ живота начинает приятно тянуть, спираль напряжения сжимается в тугую пружину. Еще чуть-чуть и меня разорвет на части. Я разлечусь на множество частиц, а может молекул. Меня просто не будет. От этой мысли из уголков глаз стекают слезы. Я их не замечаю. И не сразу понимаю, что происходит. Я внезапно перестаю понимать, где реальность, а где другая параллельная реальность, невесомость. Я просто неожиданно оказываюсь в кольце рук Назара, его губы касаются моего виска, наши тела одновременно застывают. Тяжело дыша, закрываю глаза и утыкаюсь в шею Назара, облизывая языком солоноватую его кожу. Он гладит меня по спине влажными руками. Хотя может ладони у него сухие, а это у меня спина вся мокрая. Отстраняюсь и с улыбкой смотрю на потное лицо любимого, дотрагиваюсь кончиками пальцев до его колючей щеки. Он смотрит на меня немигающим взглядом, от которого у кого-то могут возникнуть неприятные мурашки, но только не у меня. Неожиданно тихо произносит:

— Я люблю тебя.

Пальцы замираю напротив его губ. Я сначала пугаюсь его признания. Одно дело люблю я, с меня спроса никакого, обязательств ни перед кем нет, а вот его любовь… Ее остается просто принять и ничего не требовать.

— Я знаю.