38

Я застыла, поражённая ужасом и красотой столь величественного создания перед собой.

Фэнира действительно была огромной, опасной, яркой...

Её красная чешуя переливалась в лучах солнечного света, создавая завораживающее зрелище. Острые, изящно изогнутые рога на голове смотрелись устрашающе, из приоткрытой пасти вырывались яркие искры, а узкие хищные глаза были сосредоточены на мне.

Смертоносная, но всё же прекрасная…

Каждая мышца её могучего тела источала силу. Жар, идущий от неё, ощущался даже на расстоянии. Хвост с острыми шипами нервно качался, оставляя глубокие борозды в земле, а длинные клыки сверкали в оскале.

Она идеальна!

Не знаю, как объяснить, но между нами сразу же вспыхнула невидимая искра – нечто, похожее на связь родственных душ.

По крайней мере, мне так показалось...

– Фэнира, – я невольно протянула к ней руку, полностью очарованная её величественной красотой.

Но она внезапно отпрянула, угрожающе взмахнула огромными крыльями и издала в мою сторону такой яростный рёв, что у меня заложило уши, а внутри всё оборвалось.

Все студенты испуганно отшатнулись, а тренер настороженно сжал в руках хлыст.

– Фэнира, пожалуйста… – произнесла я, пытаясь её успокоить, но она разозлилась ещё сильнее.

Снова взмахнув мощными крыльями, она подняла в воздух густое облако пыли. Затем приподнялась над землёй, и её смертоносный хвост, усыпанный множеством шипов, пронёсся в нескольких сантиметрах от меня.

Я не удержала равновесие и рухнула на землю, а драгон, казалось, готов был атаковать снова.

Нет...

Ужас затмил глаза, паника сковала тело. Я смотрела на разъярённое существо перед собой и не могла пошевелиться.

– Голд, немедленно усмири своего драгона! Живо! – взревел Ром, но я не могла.

Я лежала, бессильно вжавшись в землю, а в ярко-жёлтых глазах напротив читалась лютая ярость, злоба и... страх.

Кажется, я уже видела этот взгляд – у животных, которых бросили.

– Я знаю, что ты чувствуешь... – прошептала я, внезапно осознав всю её боль, отчаяние и обиду. – Я понимаю.

Но она резко повернулась к остальным и издала еще один громкий рёв, выдохнув раскаленные искры. Все студенты тут же бросились врассыпную.

Все, кроме Клариссы…

Девушка замешкалась, а после споткнулась и упала прямо перед разъярённым драгоном.

Только не это!

Фэнира тут же обратила на нее внимание, издав угрожающий рокочущий звук.

А дальше все произошло за считанные секунды...

Она разинула свою клыкастую пасть, и я увидела, как в её горле зарождается пламя, искры которого разлетаются в разные стороны.

– Нет! – закричала я и сорвалась с места.

Я действовала инстинктивно. И прежде, чем Фэнира выдохнула огонь, я подбежала и закрыла Клариссу собой, выставив руки вперёд.

Пламя окутало меня со всех сторон, поглотило целиком, проникло в лёгкие, не позволяя сделать вдох, но...

Не причинило вреда.

Я изумленно открыла глаза, видя только пламя – такое теплое, родное. Оно не причиняло боли, не обжигало, лишь приятно касалось кожи, отзываясь трепетной дрожью.

Как это возможно?

Огонь мгновенно исчез, а Фэнира, словно от бессилия, издала яростный рёв прямо мне в лицо.

Но я не сдвинулась с места, продолжая выдерживать её натиск...

Я чувствовала её, понимала её ярость и боль, словно мы были связаны невидимой нитью.

Она вновь взмахнула мощными крыльями, пытаясь взлететь и унестись прочь. Но в этот момент в воздухе раздался свист хлыста, и Фэнира с диким рёвом рухнула на землю. Когда пыль осела, я увидела, как кнут Филиуса Рома сковывает её шею, пульсируя алым светом, а моя драгоница яростно бьется на земле, взвиваясь головой к небу.

– Нет… – прошептала я, чувствуя, как сжимается горло. – Не надо. Ей больно!

– Тогда отзови её! – рявкнул Ром.

Я тут же взмахнула дрожащей рукой, и Фэнира исчезла, оставив после себя лишь огненные искры.

Боже…

Я стояла посреди выжженной травы и тяжело дышала, растерянно глядя перед собой.

Меня трясло. Слезы наворачивались на глаза.

– Ты закрыла меня собою… – внезапно раздался ошеломлённый голос Клариссы. Я обернулась и увидела её полные ужаса глаза. – Зачем?

Я не смогла ответить.

Все смотрели на меня, не отрывая глаз – даже Лэнс потерял дар речи. Ром хмурился, сверля меня тяжёлым взглядом, а Териякс... тот по-прежнему скучающе лежал на земле, словно всё это происходило не здесь.

– Фрида... – снова прошептала Кларисса, будто хотела сказать что-то ещё.

Но я не собиралась слушать.

Эмоции накатили волной. Я сорвалась с места и побежала прочь, пока слёзы и страх душили меня, подобно хлысту Рома.

Я пробежала через всё поле, влетела в женскую раздевалку и рухнула на колени, пытаясь отдышаться.

Вот только одной побыть мне так и не дали...

Дверь в купальню резко открылась, и внутрь ворвался Грей Хорн, впиваясь в меня взволнованным, мрачным взглядом.