56

Прошло три дня с того момента, как вся Академия стала свидетелем моего позора.

От ран не осталось и следа, будто ничего и не было. Но моя гордость изрядно пострадала.

И пусть никто не позволял себе насмешек или пошлых шуточек в мой адрес, я всё равно ощущала на себе тень того унижения.

К слову, Лэнс больше не задирал меня, разве что изредка бросал уничтожающие взгляды, в которых плескалась затаённая злость. А вот Рэдж… с ним всё было иначе. Я по-прежнему ощущала его присутствие рядом и боялась, что он снова проникнет в мою комнату, несмотря на восстановленный защитный барьер.

Другими словами, легче не стало.

Наши отношения с Греем Хорном становились всё сложнее и запутаннее. Днём мы делали вид, что не знакомы, а ночью...

Мы возвращались в запретную секцию библиотеки и изучали древние записи в поисках ответов. И каждый раз всё заканчивалось одинаково.

Стоило нам остаться наедине, как притяжение становилось непреодолимым. Эмоции зашкаливали, возбуждение достигало предела... и остановиться уже было невозможно.

Я терялась в объятиях Грея, растворяясь в его обволакивающей тьме. Его поцелуи и прикосновения с каждым днем становились всё более порывистыми, страстными, карающими. Он будто злился, наказывал меня за что-то, едва сдерживая себя, а я не сопротивлялась, принимая его волю как приговор и спасение одновременно.

Трепетные мурашки пробежали вдоль позвоночника, и я до боли прикусила губу, пытаясь избавиться от навязчивых мыслей. Я стояла у окна и задумчиво смотрела на кроны деревьев, сжимая в руке вырванный листок с заклинанием для возвращения глубинных воспоминаний.

Да, я нашла его несколько дней назад, но ничего не сказала Грею...

Я решила дать себе ещё немного времени. Мне это было нужно.

Его тьма странным образом притягивала меня: она будто проникала в самую душу, успокаивала, унимала жар и вместе с тем пробуждала во мне дикое желание, от которого подкашивались колени.

Я должна была признаться ему, отдать заклинание и сказать правду. Сказать, что я не Фрида...

Но каждый раз, когда смотрела в его глаза, у меня перехватывало дыхание, и слова застревали в горле.

Я ещё не была готова.

Внезапно в дверь постучали, и я резко обернулась.

– Фрида, это я... – раздался знакомый женский голос.

Я поспешно сунула листок в карман и открыла дверь. Кларисса вошла почти неслышно, но я сразу заметила её обеспокоенный взгляд и нервно сжатые пальцы.

В последнее время она выглядела подавленной. Я видела это, но не решалась спрашивать: у меня никогда не было подруг, и я не знала, как правильно вести себя в подобной ситуации.

Но сейчас Кларисса казалась мне куда более встревоженной, чем прежде.

– Что-то случилось? – осторожно поинтересовалась я, и девушка подняла на меня глаза, полные слёз.

О, нет. Кажется, я сделала только хуже!

– Кларисса...

– Дело в Грее Хорне, – вдруг выпалила она, и у меня все сжалось внутри. – В последние дни он ведёт себя странно: избегает меня, всем грубит, нарывается на неприятности. Говорят, ему вынесли последнее предупреждение, то есть ещё одно – и его отчислят.

Я замерла. Об этом я не знала.

Кларисса торопливо смахнула слезу, а я неловко переступила с ноги на ногу.

– Послушай, я уверена, всё не так плохо, как кажется. Грей... – я запнулась, пытаясь подобрать слова, но в голове вспыхнуло совсем другое: его полуобнажённое тело, горячее дыхание на губах, глаза, затянутые тьмой. – Он один из лучших студентов на курсе. Уверена, с ним всё будет хорошо.

Мне было не по себе. Я видела, как сильно Кларисса переживает за него... и от этого стыд, как и чувство вины только усиливались.

Ох, если бы она знала, чем я занималась с Греем прошлой ночью...

Не стояла бы сейчас напротив меня.

– Да, но... – ответила Кларисса, обняв себя за плечи. – На этот раз всё серьезно. Он влез в крупные неприятности, и я боюсь, что это станет для него последним.

– О чем ты говоришь? – напряглась я.

– Его вызвали на магическую дуэль за территорию Академии.

– Что? – воскликнула я, едва веря своим ушам. – И он... согласился?!

Кларисса молча кивнула, а я тут же развернулась и бросилась к выходу.

– Ты куда? Что хочешь сделать?! – крикнула Кларисса, следуя за мной.

– Остановить их, – отрезала я, почти не слыша себя.

Сердце стучало как ненормальное, пульс рвался из висков.

У Грея нет стихийной магии – только тьма. И он собирается сражаться ею на глазах у всех?!

Этого нельзя допустить!

Мы выбежали из Академии, завернули за угол и помчались в сторону деревьев. Но как только преодолели летное поле, до ушей донеслись звуки сражения, под ногами пронеслась едва ощутимая рябь, а воздух стал значительно тяжелее.

Только не это...

Мы с Клариссой подбежали к толпе студентов, которые ошеломленно следили за происходящим, и потеряли дар речи.

Я опоздала.