72

Меня швырнули в башню и захлопнули дверь, щелкнув металлическим засовом.

– Нет! – закричала я и тут же бросилась обратно. – Выпустите меня! Выпустите!

Я колотила по холодному железу двери кулаками, пока кожа не покрылась ссадинами. Но снаружи так никто и не откликнулся, оставив меня одну – в тишине и безысходности.

Меня не выпустят до казни...

Я снова ударила по двери, потом еще раз и еще. Истошный, рваный всхлип сорвался с губ, и я обреченно сползла на каменный пол, чувствуя, как от отчаянья сковывает горло, а по щекам текут слезы.

Золотые наручники на запястьях тускло мерцали в полумраке. Высота круглой башни пугала, уходя на невообразимую высоту, где сквозь узкое окно под самой крышей просачивались солнечные лучи. Вокруг не было никакой лестницы, только каменные стены и ржавые цепи – словно это место было создано специально для заточения.

Не сбежать!

Я поджала к себе ноги и уткнулась лицом в колени, стараясь дышать.

Сердце колотилось так громко, что заглушало отдаленные звуки битвы, доносившиеся до меня сквозь толстые стены башни – глухие удары, грохот, рев. Земля дрожала, камни осыпались с крыши, а свет из окна периодически мерк, словно сама тьма накрывала небеса.

Грей...

Ему не выстоять против повелителя драконов, который помимо стихии использует магию рун. Скорость, с которой он перемещался, была сопоставима со скоростью молнии. И не стоит забывать о десятке стражников и Рэймане Варго.

Ему нужна помощь!

Каждая секунда бездействия разрывала меня изнутри.

Если он падет... Если они убьют его из-за меня...

Нет. Я этого не позволю.

Вытянув запястья, я закрыла глаза и сосредоточилась. Спустя несколько длительных секунд внутри меня что-то колыхнулось – слабый, едва ощутимый отклик магии, похожий на крохотный огонек.

Дыхание перехватило, и я широко распахнула глаза.

– Это оно! – прошептала я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

Я опустилась на колени и вновь сосредоточилась, пытаясь усилить пламя внутри, что сначала колыхалось робко и слабо, но вскоре стало разгораться, набирая силу.

У меня получится...

Звуки боя снаружи становились все громче, а лучи солнца прорывались сквозь окно все чаще – и это внушало ужас.

Время ускользало.

Я должна была освободиться. Должна была помочь ему.

Пламя вспыхнуло в руках, и металл на запястьях начал раскаляться. Боль пронзала кожу, но я не собиралась останавливаться.

– Еще немного… еще чуть-чуть... – шептала я сквозь стиснутые зубы.

Запах жженой плоти ударил в нос, и я вскрикнула, когда металл наконец треснул, и оковы с глухим звоном упали на камень, оставив на коже алые следы ожогов.

Я больше не могла медлить.

В следующее мгновение я болезненно крутанула запястьем, и передо мной материализовалась Фэнира, осыпая пол алыми искрами.

Величественная, огненная и опасная – она выглядела великолепно. Ее чешуя переливалась оттенками заката, размашистые крылья касались стен, а глаза пылали чистым гневом.

– Фэнира... – восторженно прошептала я.

Сейчас я была так рада ее видеть, что на глаза навернулись слезы.

Она свирепо глянула на меня, опасно качнув шипастым хвостом в воздухе, а затем издала яростный рев, обрушив на меня всю мощь своего пламени. Но я даже не двинулась с места – знала, что она не причинит мне вреда.

Пламя иссякло, и в следующую секунду в моей голове раздался ее пронзительный голос:

«Самозванка!» – воскликнула она, и я изумленно замерла. – «Ты не Фрида!»

Только сейчас я осознала, что сижу в центре пентаграммы, линии которой горят алым пламенем прямо на каменном полу.

Она говорит со мной через эту руну?

Удивительно!

Я неотрывно смотрела на Фэниру, стоя перед ней на коленях в круге огня, а в ее взгляде отражались неистовая ярость, ненависть и злость.

– Знаю… – наконец ответила я, и она издала угрожающий рык. Ее когти, словно острые лезвия, полоснули пол, оставляя глубокие царапины на камне. – Знаю, что я не Фрида. Позволь объясниться.

«Нет!» – раздался ее голос, полный боли и отчаянья. – «Ты не она! Ты не вправе призывать меня и пользоваться моим пламенем!»

Боги, если я не смогу объясниться с Фэнирой, и она снова отвергнет меня...

Это будет конец.