Глава 16

Михаил Я в спешке отдавал команды: – Аппаратуру под крышу! Закрепите брезент как следует, шторм идёт! Ветер усиливался с каждой секундой, а тучи надвигались так быстро, что казалось, ещё минута – и дождь затопит всё к чертям. Времени мало, а если хоть одну колонку зальёт водой, все усилия насмарку. Музыка постепенно стихала, люди разбредались в поисках укрытия. Внезапно ко мне подошли ребята из «Альтаир», и один из них, улыбаясь, сказал: – Михаил, от вокалиста тебе личная благодарность. Он стал отцом и смог присутствовать на родах, благодаря внесённым изменениям. Мы понимаем, что изначально план был выступать ночью, так что готовы остаться на площадке. И примем всех желающих, раздадим автографы. Это минимум, что можем сделать. Замер на секунду, осмысливая услышанное. Внутри меня смешались злость и облегчение. Злость на Арину, что она устроила весь этот переполох с расписанием, и облегчение, что хотя бы музыканты готовы сгладить ситуацию. Признаться, я был удивлён, что всё сложилось именно так, ведь подобные изменения могли сорвать весь план. Поблагодарил ребят и продолжил подготовку. Последние команды отданы, аппаратура укрыта, люди разбежались кто куда – кто-то в палатки, кто-то уехал в отели. Вроде справились, но напряжение не отпускало. Штормовой ветер уже завывал, а небо готовилось разразиться ливнем. Гроза была уже близко, а я давно не видел журналистку. И в этот момент меня не отпускала одна мысль – где сейчас девчонка? Выдохнул, оглядев площадку. Она исчезла, как в воду канула. Зашёл в дом на колёсах, взял ноутбук и быстро пробежался по разделу регистрации на сайте аэропорта. Ближайшие рейсы… И никакой Арины в списках пассажиров. “Чёрт возьми, где ты?” – я ударил по клавишам, раздражённый этой ситуацией. Дождь уже начинал барабанить по крыше, но что-то внутри меня не давало сесть и успокоиться. Её нигде не было видно, а погода стремительно ухудшалась. Схватив ключи от пикапа, вышел на улицу. Вихрь ударил в лицо холодными потоками, но я быстро забрался в машину. Рванул к лагерю, где обитала группа Артура Соболева. Это было первое место, куда она могла пойти, если её не сдуло ветром к чёрту на рога. В голове пульсировала одна мысль: “Где она?” Шторм набирал силу, а эта упрямая девчонка наверняка опять что-то отчебучила. Тормознув пикап у вагончиков, выпрыгнул в дождь, и в три шага оказался у дверей Соболева. Не тратя время на вежливость, резко распахнул дверь. – Где Арина?! – мой голос гремел как раскаты грома снаружи. Артур был занят. Причём совсем не музыкой. Он расслабленно лежал на диване, а поверх него возилась блондинка, которую он явно собирался скинуть на пол или на себя, тут уж сложно было сказать. Увидев меня, он не то чтобы испугался, но нахмурился. – Ты чего врываешься? – проговорил тот, недовольно смотря на меня. – Стучать нужно, или ты манер не знаешь? – Арина! – повторил я, сдерживая злость, чтобы не сорваться. – Где она? – Не видел её с тех пор, как она улизнула. – Он приподнял брови, ухмыляясь, словно ему доставляло удовольствие наблюдать за моим состоянием. – Странный ты, Михаил. Чё ты за ней носишься, как привязанный? – Заткнись, – выплюнул, развернувшись на пятках. – Если она где-то здесь и ты мне не сказал, то пожалеешь. Хлопнул дверью с такой силой, что вагончик затрясся. Этот придурок явно ничего не знал, но что-то внутри не давало успокоиться. Я скрипнул зубами и направился обратно к машине, собираясь обыскать каждое проклятое укрытие на этой территории. Мотор загудел, и я, выруливая на дорожку, направился прочь от фестивальной площадки, по проселочным путям. Она должна быть где-то поблизости. Арина где-то рядом… и если с ней что-то случилось… Снова вышел под хлесткий дождь, который уже не просто моросил, а обрушивался на землю стеной. Каждый шаг отдавался эхом внутри, каждый удар сердца мешался с грохотом грома. “И эта несносная девчонка исчезла. Упрямая, дерзкая… но чертовски храбрая.” “Она действительно хотела помочь, и вместо того, чтобы объяснить ей, я наорал, как дурак. Теперь она где-то там, одна, под этим штормом.” Шаги по размокшей земле отдавались тяжестью на душе. Я обошел несколько отелей, спросил на ресепшене, видел ли кто журналистку. Но никто не знал, никто не видел. “Черт возьми! Куда она могла податься?” Я гнал себя дальше по полю, мокрый до нитки, не чувствуя холода, только пустоту внутри. “Как я мог так с ней обойтись? Она не хотела вреда, не собиралась ставить фестиваль под угрозу. Всё, что она сделала, было от чистого сердца – она просто хотела помочь тому парню успеть на роды. А я… я наговорил ей такого дерьма.” Дождь усилился, ветер порывами толкал в спину, словно сама природа гнала меня на поиски. Мимо тянулись ряды техники, комбайны и грузовики, которые использовались для подготовки фестиваля. На фоне грома и ливня трудно было что-то разглядеть, но вдруг, на одном из комбайнов я заметил что-то… движения? Резко затормозив, подбежал ближе и увидел её. Арина, промокшая и озябшая, сидела внутри кабины, закрыв лицо руками. Она выглядела такой хрупкой в этот момент. Сердце сжалось от острого чувства вины. “Как я мог быть таким идиотом?” – Арина! – крикнул, даже не сразу понимая, что произношу её имя с какой-то отчаянной нежностью. Она подняла голову, и наши взгляды встретились. Её глаза были полны обиды, и мне стало по-настоящему страшно, что она больше не доверяет мне.