Глава 27

Не знала, что ответить. В душе всё перевернулось – Михаил, тот самый Мих Туман, о котором я искала информацию. Моя цель, моя сенсация, вдруг оказалась здесь, рядом со мной, и что-то внутри сразу сопротивлялось простоте этого решения. – Мне нужно время, чтобы всё осмыслить, – наконец подытожила, прикрыв глаза. Это было всё, что я могла произнести. Михаил кивнул. Он ничего не сказал, не пытался меня остановить. Просто наблюдал, как я встаю с кровати и направляюсь в душ. Горячая вода стекала по телу, но в голове всё крутился один и тот же вопрос: “Что мне теперь делать?” Я оказалась на перекрёстке двух дорог, и каждая из них вела к разным концам. С одной стороны – возможность раскрыть тайну, взорвать медиа-пространство новостью, о которой мечтает каждый журналист. Это был бы мой шаг в карьеру, шанс доказать, что я способна на большее. Но с другой стороны – Михаил. Он доверился мне, раскрылся, и если использую эту информацию, то предам его. Пальцы нервно скользили по мылу, пока мысли продолжали метаться. “Михаил – не просто объект моего журналистского интереса. Он стал гораздо ближе. Я чувствовала, что между нами что-то большее, чем просто случайная встреча на фестивале.” Но карьерные амбиции кричали об обратном. “Может ли одна статья быть важнее, чем то, что я чувствую к нему? Смогу ли я жить с этим, если предам его доверие? Или же я просто заблуждаюсь, и эта история – единственный шанс на успех, который упущу, если погружусь в эмоции?” Я не могла найти ответ. Стояла под горячими струями воды, пытаясь выявить хоть какую-то ясность в этом вихре. Каждая капля, стекающая по моей коже, будто смывала сомнения, но через секунду они возвращались вновь. Ещё сильнее. Даже представить не могла, что окажусь настолько близко к своей цели. “Но почему же это не приносило никакой радости?” Вышла из душа, обмотавшись полотенцем, и посмотрела на своё отражение в запотевшем зеркале. “Неужели та девушка, что так отчаянно стремилась сделать карьеру, была готова предать человека, который оказался важнее любой статьи?” От этой мысли у меня заболело в груди. Руки медленно потянулись к зеркалу, стирая влагу с его поверхности, и я увидела своё лицо – усталое, с грустными глазами, полными противоречий. "Что делать?" – этот вопрос не покидал меня ни на секунду. Глубоко вздохнула и вернулась в комнату, где Михаил всё ещё сидел на краю кровати, слегка наклонив голову, будто ждал моего решения. Его взгляд был сосредоточен, и я заметила в нём напряжённость. Он знал, что для меня этот выбор не будет лёгким, но не торопил, не требовал ответа. Присела рядом, чувствуя, как холодный воздух касается моей кожи после горячего душа. Наши взгляды встретились, и я впервые за долгое время не знала, как заговорить. – Я… не знаю, – наконец выдохнула. – Я не могу сейчас дать тебе ответ. Это слишком… всё слишком. Мужчина продолжал смотреть на меня в упор. Его лицо оставалось спокойным, но в зрачках отражалось понимание. – Я не прошу тебя сейчас решать, – сказал он тихо, твёрдым голосом. – Но что бы ты ни выбрала, я хочу, чтобы знала: я доверяю тебе. Эти слова ударили глубже, чем могла ожидать. Он не стал меня упрекать, не пытался давить, чтобы я сохранила его тайну. Он просто сказал, что верит мне. А это значило гораздо больше, чем любые оправдания. Я снова посмотрела на него, и внутри что-то изменилось. Этот человек не был просто материалом для статьи. Он был тем, кто раскрылся передо мной не как легенда сцены, а как обычный смертный. И предать это доверие… Я не могла даже представить себе, как смогу потом жить с этим. – Я… я не знаю, как поступить, – прошептала, едва удерживая слёзы. – Но я не хочу терять тебя. Михаил вздохнул и протянул руку, чтобы аккуратно накрыть мою ладонь своей. Он ничего не говорил, но его прикосновение сказало всё. Впервые за эти минуты признала, что моё решение не обязательно должно быть быстрым и категоричным. Легла в кровать рядом с ним, ощущая, как матрас слегка прогибается под нашим весом. Тишина окутала нас, словно мягкое одеяло, но внутри меня бушевала буря. Я повернулась на бок, спиной к нему, стараясь унять дрожь в теле. Не прошло и нескольких секунд, как Михаил, не говоря ни слова, притянул. Он обнял двумя руками, плотно прижимая к своей груди, и я почувствовала, как его дыхание стало медленнее, тяжелее. Он зарылся носом в мои волосы, губами нежно касаясь уха. Едва уловила его шёпот: – Моя. Этот один-единственный звук, наполненный уверенностью и теплом, заставил грудную клетку болезненно сжаться. Закрыла глаза, подмечая, как его тело расслабляется рядом со мной. Он уснул быстро, доверяя даже сейчас, когда моё сердце и разум были разорваны на части. Но ко мне сон не шёл. Я лежала в крепких объятиях, которые когда-то давали ощущение безопасности, а теперь только усиливали внутреннюю борьбу. Все думала о его словах. Он был готов позволить мне сделать выбор, который мог бы разрушить нас. И всё же, Михаил не пытался меня сдерживать, не пытался манипулировать мной ради своей выгоды. “А я? Смогу ли я предать человека, который дал мне это чувство?” “Моя карьера… Эта статья могла бы стать настоящим прорывом. Она обеспечила бы мне место среди лучших журналистов. Дала бы свободу выбора, уважение, которое я так долго хотела завоевать. Но в этот же момент понимала, что если сделаю этот шаг, потеряю Михаила. Потеряю всё, что у нас было, и что, возможно, могло бы быть в будущем.” Почувствовала, как внутри что-то надломилось. Слёзы сами собой наполнили глаза, но я не хотела разбудить его, не хотела, чтобы он видел мою слабость. Соленые капли катились по щекам, беззвучные, горячие, как поток боли и страха, что я потеряю его. Сжимала зубы, стараясь не издать ни звука, не нарушить его спокойствие. Мужские руки были такими тёплыми, такими надёжными. Он даже во сне не отпускал меня, как будто знал, что я нуждаюсь в этом. Как будто чувствовал мою борьбу и хотел показать, что рядом с ним я в безопасности. “Но была ли я в безопасности от самой себя? От своих собственных желаний и амбиций?” Прижалась ещё ближе, наслаждаясь его теплом, но холод внутри не уходил. Я понимала, что выбор, который мне предстоит сделать, изменит всё. “Но на что я была готова ради этой карьеры? Стоила ли одна статья того, чтобы потерять человека, который стал мне так дорог?” Слёзы продолжали течь, и я знала, что на этот раз они не пройдут просто так…