Глава 37

Меня привозят обратно в замок. Под недовольным взглядом Калеба выбираюсь из машины и скептически выгибаю бровь.

– Ты уже жить без меня не можешь, да? – усмехаясь, направляюсь в замок. Он следует за мной по пятам.

– Мне, конечно, льстит такое внимание, но всё же начинает напрягать, – бросаю через плечо, поднимаясь по лестнице. Калеб становится ещё более раздражённым, чем пять минут назад.

Вот мне только не хватало, чтобы какой-то парень меня отчитывал. Хожу куда хочу. Страна хотя бы для передвижения ещё свободная.

Пытаюсь закрыть дверь в свою спальню, но Калеб выставляет руку и входит за мной.

– Ну что? – устало вздыхаю.

– Вы хоть понимаете, как подставили меня, леди Реджина? – цедит он.

– Я была с Германом. Неужели, он тоже стал врагом? Насколько я помню, ты хотел его короновать, – фыркаю я.

– Всё утро? Вам не кажется, что ваша пробежка сильно затянулась?

Только открываю рот, чтобы защититься, но останавливаюсь. Выходит, он не знает, когда я вышла из замка на самом деле, и это дело рук Кристин. Она, действительно, обо всём позаботилась, даже о той охране, которая стоит у ворот.

– И что? Имею право, а ты мне не мамочка. К слову, у меня, вообще, нет родителей, – быстро отвечаю, замечая, что пауза стала слишком долгой.

Калеб делает шаг ко мне и прищуривается.

– Если вы держите меня за идиота, леди Реджина, то советую ещё раз подумать. Я отвечаю за вашу безопасность головой. И раз вы не желаете сотрудничать со мной, тогда… – замолкает, отчего я закатываю глаза.

– Не работает на мне этот приём, Калеб. Дерик был первым, и с ним это тоже не работает. Точнее, работает в иную сторону. Я обязательно узнаю, что будет, если «иначе» или «тогда». Так что не рой себе могилу. Со мной всё в порядке. Герман меня завтраком накормил и напоил кофе.

– Правда? Завтраком? Интересно, когда же он его приготовил, если с восьми часов был здесь? А ровно в девять, после долгого разговора с королём, уехал в участок?

– Ладно, готовила я. Какая разница? Тебе разрешены такие допросы? Нет. Если ты в чём-то обвиняешь меня, то я буду говорить только в присутствии своего адвоката, на которого имею полное право, – уже раздражённая его расспросами, упираю руки в бока и тоже прищуриваюсь.

– Мне жаль Дерика. Вы невыносимы, леди Реджина! Я хочу помочь вам не попасть в беду, а вы всё делаете для того, чтобы именно там и оказаться! – возмущаясь, повышает голос Калеб.

– Слушай, мне не нужна сейчас помощь, но… ты знаешь, зачем приезжал сюда Герман?

– Конечно, знаю. Мы виделись. И вы тоже знаете. Не стоит меня проверять на вшивость, мадемуазель. Я предан Дерику, – резко отвечает он.

Так, дело плохо.

– Ладно, тогда каков дальнейший план? Есть какая-то информация о Дерике и о его неожиданном путешествии куда-нибудь? – интересуюсь я.

– Пока нет никакой информации, кроме того, что Герман отказался от трона официально. Это усложняет нам задачу. Дерика исключили из участия во всех светских мероприятиях. Это уже проблема.

Судорожно выдыхаю и качаю головой.

– Но Герман сказал, что Дерик будет на ярмарке. Разве нет?

– Нет. Он должен оставаться в своём доме и никуда не выходить, пока его не вызовут. Своего рода домашний арест.

– Чёрт. Дело откровенное дерьмо, Калеб. Выходит, что Дину всё удалось, – шепчу я.

– Что?

Поднимаю взгляд на Калеба и сглатываю. Да когда же мой язык будет находиться во рту, а не за его пределами?! Ужасный из меня хранитель тайн.

– Я не расскажу тебе подробностей, потому что ты меня пугаешь своими выводами, Калеб. Я тоже забочусь о тебе и о парнях, которые работают рядом с Дериком, – решительно говорю.

– Я должен знать, чтобы предотвратить грозящую Дерику опасность, леди Реджина!

– Я понимаю, Калеб. Понимаю, клянусь! Но положись на меня. Никто не тронет Дерика. И… ты… пока ничего не предпринимай. Я обещаю, что Дин не станет королём Альоры, по крайней мере, в этом году, – подхожу ближе к парню.

– Вы же помните, что я мужчина, леди Реджина? – спрашивая, обиженно искривляет губы, и я мягко улыбаюсь ему.

– Конечно, помню и никак не приуменьшаю твою мужественность. Но порой женская хитрость работает быстрее и качественнее, чем мужская сила. Дай мне время хотя бы до завтрашнего утра, и я поделюсь с тобой своими мыслями, идёт?

Калеб слишком долго рассматривает моё лицо, но всё же, соглашаясь, кивает.

– Спасибо. Так я должна быть на ярмарке?

– Да. Вы должны быть готовы к полудню. Там будет весь двор.

– Ладно… хорошо, я буду.

– Леди Реджина?

– Да?

Парень тяжело вздыхает и поджимает губы, сверля меня задумчивым взглядом.

– Не отворачивайтесь от него. Ему нужна поддержка, а нас к нему не подпускают. Только у вас есть шанс помочь ему не пасть духом. Он нуждается в вас даже больше, чем показывает. Я его знаю очень давно и впервые вижу, чтобы он был настолько увлечён девушкой.

– Ох… я…

– Можете ничего не говорить, просто примите к сведению. Он неплохой. Он для меня самый родной человек в этом мире. А если он выбрал вас, то и за вас я умру. – Калеб кивает мне и быстро выходит из спальни.

Меня передёргивает от его слов.

За последнее время, точнее, сутки, слишком часто звучит слово «смерть». Чересчур часто. Теперь «хуже» не так актуально, как «смерть». Потрясающе. С каждым разом всё веселее и веселее.

Сбрасываю с себя одежду, и что-то звякает о пол. Наклоняясь, поднимаю ключ от архива и кривлюсь. Я забыла отдать его Кристин. Её ждут серьёзные неприятности, как и Дерика, если он кому-нибудь ещё понадобится. Чёрт! Мне теперь нужно как-то передать ключ ей и сделать это незаметно.

Забираю его с собой в ванну и ложусь в тёплую воду. Всё тело ноет от усталости, безумно хочется спать, но право на эту «роскошь» я пока не заработала.

Прикрываю глаза, и перед ними сразу же появляется имя Фредерика. Я так долго отгоняла от себя эти мысли, что они дождались, когда я буду полностью ослабевшей и жалкой. Они вернулись, а я не знаю, что с ними делать.

Встретиться с Дериком… не знаю. Что ему сказать? Как сказать? Обижена ли я на него? Не понимаю своих чувств. Внутри пустота и скорбь. Каждый вновь тянет меня в свою сторону, а я пытаюсь остаться на линии огня, чтобы сдержать два противоборствующих альянса.

Мда, когда я отправлялась в свадебное путешествие, то даже предположить не могла, что со мной может случиться нечто подобное. Я была обычной, никчёмной американкой, а в итоге стала, вообще, непонятно кем. Инга и Мег, наверное, с ума сходят от волнения. Я должна с ними связаться… потом… это будет потом. Сначала понять бы, что делать с Дериком.

– Реджи?

Дёргаюсь от голоса Сабины и распахиваю глаза, скользя по ванне. Полностью окунаюсь в уже ставшую холодной воду и, не до конца придя в себя, судорожно делаю глоток и, откашливаясь, выбираюсь на поверхность. Я же не уснула, да?

– Я здесь, – выдавливаю из себя.

– Волосы помою и выйду, – добавляю, прочистив горло.

– Хорошо. Мы тебя ждём, есть разговор.

Внутренне издаю стон и включаю горячую воду. Девочек ещё только здесь не хватало. Я не могу рассказать им правду. Как бы я ни хотела, но это не то, что можно обсуждать на девичьих посиделках.

Быстро мою волосы и тело. Выбираюсь из ванны и обдумываю, куда спрятать ключ, чтобы забрать его перед выходом. Кладу между полотенец и, обматываясь другими, выхожу из спальни.

Меня ожидают Сабина и Эни, уже нарядившиеся в платья и с макияжем для ярмарки. Они расположились за столом в двух креслах. И их взгляды не сулят ничего хорошего.

– Где ты была? – резко спрашивает Эни.

– В ванне. А что? – Недоумённо прохожу в комнату, на ходу вытирая волосы.

– Я была у тебя утром, но ты, как будто и не ложилась.

Это будет сложный разговор.

– У Германа, – признаюсь, поворачиваясь к ним.

Сажусь на кровать и бросаю полотенце рядом.

– Значит, ты успела? Он не подписал отказ сегодня? – взволнованно подаёт голос Сабина.

Кривлюсь и пожимаю плечами.

– Подписал, – шепчу я.

– Чёрт! Я же говорила тебе, что надо действовать быстро! Реджина, весь наш план насмарку! И что делать теперь? – Эни подскакивает с места и возмущённо всплёскивает руками.

– Прости, подруга, но она права. Я предупреждала, что в любом плане могут быть осечки, а ты меня не послушала, – вставляет Сабина.

– Спасибо, поддержала, – зло бросаю я.

– Так, потом выясните свои интимные подробности. Я подставила себя, Реджина. Я согласилась идти против королевской семьи, и Клаудия что-то подозревает. Утром она была холодна со мной и попросила оставить её. Она никогда так не вела себя со мной, и теперь у нас отрезан доступ к источнику информации! Мало того, Дин счастлив и доволен происходящим! Сегодня утром светился весь! И что теперь? Ты обещала, что никто из нас не пострадает, – Эни обвинительно указывает на меня пальцем.

– Слушай, я знаю, что всё выглядит ужасно…

– Хреново, – подсказывает Сабина.

– А тебя смотрю это забавляет? – срываюсь на ней.

– Эй, я, вообще-то, на вашей стороне и просто пытаюсь помочь.

– Ладно. С этим у нас произошла осечка. Герман отказался от трона, и мы не можем его использовать в своём плане. Но есть план «В», – придумываю я на ходу. Не знаю, что им сказать.

– Какой? – Эни прищуривается и складывает руки на груди.

– Я догадывалась, что ты спросишь это, поэтому…

– Нет, у тебя плана «В»! Ты просто тянешь резину, Реджина! – вскрикивает она.

– Эни, хватит истерить. Напоминаешь Монику, аж бесишь. Разве Реджи виновата в том, что Германа вызвали так рано? Она не успела, такое бывает. Но мы здесь, чтобы подумать над другим ходом. Раз у нас не осталось свободных преемников, то необходимо найти то, что помешает коронации Дина. Давай, Эни, шевели мозгами. Ты у нас больше знаешь о протоколах и правилах. Что может остановить его? – заступается за меня Сабина.

На лице Эни пробегает тень паники, но она быстро берёт себя в руки.

– В день коронации состоится ещё один Совет Министров. Обычная формальность, которой мы должны были воспользоваться. – Она посылает мне злой взгляд.

– Герман вычеркнут из наших вариантов, остаётся только попытка настроить министров против Дина и королевской семьи, а это невозможно! Довольны? Мы станем врагами страны! Из-за чёртового плана Реджины, который провалился, наши жизни тоже будут…

– Счета! – выкрикиваю я и подскакиваю с кровати.

Эврика!

Придерживая полотенце на груди, смеюсь, не понимая, как я раньше об этом не додумалась.

– Скажи мне, если тот же Герман выступит на Совете Министров с очень вескими доказательствами против Дина, это может быть засчитано? – спрашиваю Эни.

– Да. Герман может присутствовать на Совете, но не факт, что он там будет. Если он подписал отказ, то уже автоматически проголосовал за Дина, а других кандидатов нет, – хмуро отвечает Эни.

– Но он имеет право прийти, так?

– Да.

– Не важно, что он оказался. Важно, что у нас есть последний шанс перенести коронацию. Я не уверена, что Герман нам поможет, потому что он… мы с ним поругались. Но… не куксись, и не ори, Эни, у меня есть «но», – произношу, выставляя палец вперёд.

– Не говори, что ты пойдёшь к Дерику. Он сейчас не в самом лучшем свете выставлен перед всеми, – мрачно замечает Сабина.

– Нет, Дерика трогать я не буду. Если найти доказательства того, что Дин использует деньги страны на свои развлечения, то это вызовет вопросы у Совета Министров, ведь так?

– Так. Они вряд ли в курсе этого, – произносит Эни.

– Значит, если найти все выписки со счёта казны и показать, куда именно Дин тратил и тратит деньги, которые ему не принадлежат, то это позволит отодвинуть коронацию на год. Министры будут голосовать против его правления…

– И против Ферсандра. Они решат, что он допустил это, потому что король. Ты подставишь не только Дина, но и Ферсандра. Его с громким скандалом выгонят и сместят, начнётся очередная война за трон. И да здравствует бойня! – язвительно продолжает Эни.

– Но, а если он не знал? Это ведь Дин брал деньги, а не он.

– С его подачи, Реджи. Вряд ли такое смогли бы утаить от короля, – вставляет Сабина.

– А если поговорить с самим Ферсем? Сказать ему, что у нас есть доказательства…

– И получить пулю в лоб. Потрясающие у тебя планы, Реджина! – Эни насмешливо хлопает в ладоши.

– У тебя есть лучше? Или ты только язвить умеешь? – Во мне поднимается буря возмущения, что они всё повесили на меня. Я и так ношусь по этому чёртовому городу и в грёбаный квест играю!

– Я выхожу из вашего альянса. Делайте что хотите, но я умываю руки…

– Эни! Ты не можешь! Идея Реджи не так плоха! – испуганно произносит Сабина и встаёт из кресла.

– Да вы не понимаете! Я не могу больше рисковать! Альора не моя страна! Я хочу домой, чтобы жить спокойно, а не участвовать в этих интригах! – Эни поворачивается к нам и ударяет ладонями по своим бёдрам.

– Но ты уже с нами, обратной дороги нет. Всё или ничего, Эни. Теперь таков принцип игры, ясно? Всё или ничего, – цежу я, удерживая её взгляд.

– Это убийство, Реджина. Я не подписывалась на откровенное истребление королевской семьи.

– Никто никого не убьёт. Мы лишь докажем некомпетентность Дина, как будущего короля. И не мы его развратили. Мы не несём ответственности за его поведение в прошлом и в будущем. Ты можешь уходить, если так боишься, но я не остановлюсь. Сдашь меня, и я стану твоим ночным кошмаром, а также те люди, которые будут страдать из-за преступной глупости Дина, – твёрдо говорю я.

Эни качает головой и пожимает плечами.

– Хорошо. Но как ты найдёшь эти документы? Они у Ферсандра в кабине, в сейфе. Только там он хранит всё важное. А это довольно существенные тайны, которые он будет прятать до последнего.

– Я добуду их к утру, – гадко усмехаюсь.

– Как, Реджи? Ты же не пойдёшь туда…

– Предоставьте это мне, девушки. У меня есть свои способы добычи информации. Я не подведу. Я сделаю это, а вы ведите себя так, как будто ничего не происходит. Встретимся на ярмарке, – киваю обеим, показывая, что разговор окончен.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Реджи, – тихо произносит Сабина.

– Точно знаю.

Обе девушки бросают на меня странные взгляды, полные печали и разочарования, и выходят из спальни. Да плевать! Теперь нам нужны кардинальные методы, и пусть я останусь одна, тоже не привыкать! Меня всегда предают. Пф-ф-ф, напугали. Но если они сдадут меня, то я с них шкуры продажные спущу.

Но вот теперь мне снова придётся изваляться в грязи и при этом нужно заручиться поддержкой Калеба. Только он может помочь с камерами наблюдения, сделав так, чтобы никто и никогда не узнал, куда я пошла и с чем оттуда вышла. Ничего, он на моей стороне, так что всё пройдёт хорошо. Надеюсь… очень на это надеюсь…

Переодеваюсь в джинсы и футболку, бросая взгляд на часы. Время у меня есть, так что буду действовать. Достаю из своего тайника ключ и прячу в задний карман джинсов. Быстро сбежав на первый этаж, иду по памяти в комнату слежения. Я нахожу её быстро и без стука ныряю в огромное помещение, полностью заставленное мониторами. Два парня шокировано поворачиваются ко мне.

– Где Калеб? – без предисловий начинаю я.

– Простите?

– Калеб. Не тяни кота за яйца, свои отвалятся, если будешь меня злить. Немедленно пришлите Калеба в сад. Жду не больше десяти минут. – Разворачиваясь, выскакиваю за дверь и только тогда выдыхаю. Я рассчитываю, что мой наглый и дерзкий тон заставит их шевелиться.

Возвращаюсь в сад и сажусь на скамью в беседке, нервно постукивая пальцами по столу. А как всё хорошо начиналось. Вяленое мясо, помидоры, милые разговоры по ночам с Дериком… ну да, очень «милые».

Хмыкаю себе под нос. Замечаю Калеба, чуть ли не бегом несущегося ко мне. Поднимаюсь и хватаю его за руку, уводя к розовым кустам.

– Отключи камеры на моём этаже. Это срочно. Объясню всё позже. Подсобишь мне? – быстро шепчу я.

– Насколько это опасно, леди Реджина? – хмурится он.

– Крайне опасно для всех нас, особенно для Дерика, если кто-то узнает, что я там была. Подозрения падут на Дерика, а мы оба не хотим этого. Но я обещаю, что этот план позволит избежать грядущей кровавой бойни. Мы её предотвратим, если ты мне поможешь.

– Хорошо. Я понял. На какое время нужно закрыть их?

– До полудня. Я не знаю, сколько мне понадобится времени, чтобы всё сделать.

– Это много. Ночью вы уже прибегли к этому фокусу, леди Реджина. Подозрения будут со стороны новеньких…

– Чёрт, они уже набрали их?

– Да. Сегодня познакомился, но я им не доверяю. Мутные они. Не наши.

– Правильно делаешь. Держи их подальше от нашего крыла. Это новый альянс, который собирает Дин против нас. Дай мне время, чтобы я нашла улики против Дина. Их будет много, и это станет бомбой для них. Его не коронуют. Клянусь, – зло шиплю я.

– Час. У вас будет час, я поставлю своих ребят. Начинайте через пятнадцать минут, не раньше.

Кивая друг другу, мы расходимся в разные стороны. Я поднимаюсь наверх, хотя, проходя мимо кухни, чувствую, что живот урчит и требует еды. Потом. Всё потом.

Поглядывая на часы, стоящие на тумбочке, расхаживаю по своей спальне, отсчитывая время. А оно так медленно тянется. Меня всю колотит от нервного напряжения. Буквально трясёт, и я обхватываю себя руками, пытаясь успокоиться.

Наконец-то!

Вылетаю из своей спальни и несусь к комнате Германа или к безликой комнате, всё равно. Распахиваю дверь и тихо закрываю её за собой. Благодаря дневному свету всё удаётся увидеть лучше. Толкаю комод изо всех сил и открываю проход.

Быстро двигаюсь по уже знакомому маршруту, но замираю, когда слышу возмущённый крик Дина.

– Ты не понимаешь, насколько он опасен, пап!

Замираю и прислушиваюсь. Это эхо. Потому что кабинет Ферся не так близко.

– Прекрати нести чушь, Фердинанд. Я знаю, что вам обоим тесно в Альоре, но Дерик член нашей семьи…

– Он убийца!

– Как я? Как твоя мать? – зло рычит Ферсь. Ладно, это вызывает немного уважения. Он хотя бы не забыл об этом.

Бесшумно двигаюсь по стене, и когда миную архив, голоса становятся громче.

– Вы боролись за благо нашей страны. А ты посмотри, что он делает. Дерик подставил меня, и ты об этом знаешь. Он больше не с нами…

– Хватит, Фердинанд. Сегодня у нас с ним состоится серьёзный разговор, и мы решим, как поступать дальше. Пока ты будешь улыбаться и убеждать наш народ в том, что достоин быть королём, я обсужу всё с Дериком, и мы придём к взаимопониманию. Теперь разговор окончен. Мне нужно подготовиться к ярмарке, и тебе тоже. Не забывай, Фердинанд, кто ещё король в этой стране.

Замираю, даже задерживаю дыхание, прислушиваясь к тому, что будет дальше.

Что-то хлопает, скорее всего, дверь.

– Как бы не так, папа. Не долго тебе осталось, как и этому ублюдку. Не убьёшь его ты, это сделаю я. Он никогда не станет королём Альоры!

От злобных слов Дина у меня кровь стынет в жилах.

Закрываю рот рукой и отшатываюсь.

Ну ты получишь, козёл. Теперь мне тебя абсолютно не жаль.