Глава 20 Алекса

Разум боролся с правдивой сущностью энге. Я не сумела утаить от пристального взгляда демона правду о брате. Моя магия противилась лжи и заставляла отвечать на вопросы. Я видела, какая ярость поселилась в оранжевых глазах мужчины, когда он узнал, что Ларг скрывается под маской волка. «Не верь демонам, Алекса», — не переставала поучать матушка. Я всегда помнила ее слова, но не исполнила наставление. Поверила Элизарду. Доверилась магии, которая всегда знала, как поступить. Она защищала меня, оберегала и ни за что бы ни навредила. Демон дал слово, что не тронет Ларга, но меня напугало его желание увидеть брата так скоро. О чем он хотел с ним поговорить? О чем вообще демону разговаривать с магом, который обвел его вокруг пальца?

Мы шли по городу верхом на коне, и я спиной чувствовала жар тела Элизарда. Одной рукой он прижимал меня к себе, а другой направлял Шарха на нужный путь. Демон молчал, и я тоже не обронила ни слова. Постоянно думала о Ларге и молила магию помочь, подсказать, как поступить. Стоит ли делать призыв, если все равно в конце пути, у сизой границы Хара-Шели мы его встретим? Под завесой хмеля мой разум не мог распознать, о чем говорит магия энге. Я смотрела на безлюдную потрескавшуюся от палящего солнца дорогу и умирала от жары сегодняшнего дня. Капли пота стекали со лба и попадали в глаза. Я смахивала их и мечтала снять мантию, но демон запретил открывать лицо. Приходилось терпеть. Лишь горячий ветерок проникал под капюшон, но опалял кожу не меньше солнца, бросал в глаза грозди пыли и кружил пепел, поднимая его с крыш домов, и крохотными смерчами опускал на землю. Мертвая природа этих мест не вызывала во мне того трепета, что был в лесу. Я горела вместе с искореженным черным деревом, что мы встретили у границы города. Обугленные и изломанные ветви свисали кряжистыми лапами так угрожающе, будто хотели сомкнуться на горле случайного путника. Я даже отшатнулась, когда мы проехали мимо дерева слишком близко, а потом я поняла, что оно просто умерло, оставив после себя жуткую оболочку для обозрения тех, кто выходит из Ревилла. Мы ступили на землю, пропитанную смертью, вошли в пустошь, которая не терпит живых в своих пламенных чертогах. И тогда Элизард остановил Шарха. Я обернулась и увидела в глазах демона тоску, но настолько мимолетную, что подумала, мне показалось.

Я знала, зачем мы остановились, но все равно задала глупый вопрос:

— Почему мы не едем дальше? — было ощущение, что когда я говорю с ним, тревога уходит, напряжение гаснет и все вокруг становится понятным. — Это привал?

Он молча помог мне спуститься на землю. Руки так и оставил на талии, словно собирался вскоре подбросить и опять усадить на коня.

— Это не привал, Алекса, — он посмотрел мне прямо в глаза, и я замерла в ожидании его слов. — Зови мальчишку, — я вжалась в плечи от страха, но магия благосклонно сняла дрожь.

— Ты дал мне слово, Элизард, — шепнула, наблюдая за мимикой его лица.

— Я помню, — тихо ответил он. — Не волнуйся.

Он был спокоен. И тогда я зажмурилась, и начала мысленно звать брата. Говорила, что опасности нет, и искренне в это верила. Но, как и в прошлый раз, не ощутила отклика. Открыла глаза и замотала головой.

— Он не слышит меня.

— Сделай магический призыв, — настаивал демон.

— Я не знаю как, — развела руками.

— Магия подскажет. Проси ее. Проси до тех пор, пока не почувствуешь, что он услышал.

Я глубоко вздохнула, коснулась его рук и аккуратно убрала их с талии. Отошла от мужчины на пару шагов назад, закрыла глаза и раскрыла ладони. Ощутила легкое покалывание, которое медленно поднималось от рук к груди и превратилось в сгусток теплой энергии. Я не понимала, что делаю, но магия знала, как сотворить настоящий призыв. Я почувствовала, как сгусток силы оторвался от груди и взмыл ввысь. Распахнула глаза и увидела едва уловимый огонек, который быстро отдалялся от нас, а потом и вовсе пропал где-то в небе.

Элизард одобрительно кивнул и усадил меня на коня.

— Вот теперь услышит. Будем идти медленно.

Я нервно сглотнула, щурясь от солнца. Медленно идти по пустоши? Великая мука и пытка! Я уже изнывала от жары, не успевая стирать пот с лица. Платье уже насквозь промокло, и совсем скоро такая участь ожидала и мантию. А вот Элизард, казалось, не чувствовал неудобств. Окунулся в свою стихию и не жаловался на изнеможение. Сел позади меня и Шарх понес нас вперед по еле заметной запорошенной пылью и песком дороге. Шел томительно медленно, но уверенно, без усталости. А я хватала ртом спертый воздух и не могла надышаться. Мне не хватало свежести леса. Вокруг сплошная пустыня и ни островка зелени, ни журчания ручья. Мы оказались в огненной пучине, в раскаленном докрасна котле, и я боялась даже представить, что будет со мной в землях Владыки.

— О чем ты будешь говорить с Ларгом? — не удержалась я от вопроса, утопая в трясине молчания.

— Зачем тебе знать? — проговорил он мне на ухо.

— Хочу знать, зачем призвала его.

— Ты любишь его? — вдруг задал он обескураживающий вопрос. Я на миг застыла, а потом ответила:

— Да. Мы росли вместе. И всегда были дружны. Он никогда не причинял мне боль. Стал для меня родным.

Я говорила правду. Ларг заменил мне брата, а матушка покойную мать. Сколько себя помню, они всегда были моей семьей. Смерть ведуньи оставила не заживающую рану на моем сердце, и я не хотела, чтобы образовался новый рубец. Мне дорога жизнь Ларга.

— Я не об этой любви спросил. Ты желаешь его, как мужчину?

Я даже покраснела от откровенного вопроса. В мыслях промелькнул образ Ларга, но кроме теплых чувств ничего не вызвал. Отныне понятие страсти и желания близости во мне вызывал совсем другой образ. Тот, что был высечен из камня талантливым скульптором. Адская красота и демоническая мощь. Живой, но бездушный мужчина занял свое место в моем сердце. Много места! И там, за гранью бытия, даже после смерти я буду помнить этот мертвый путь и своего жестокого спутника. Обязательно вспомню звериную страсть и неожиданную нежность. Запомню каждую черту его лица и оранжевые глаза. По року судьбы он стал моим первым мужчиной и сейчас я об этом не жалела.

— Нет, — рассмеялась я. — Я люблю и желаю другого. Но нам не суждено построить дом, вырастить сад во дворе и состариться вместе, наблюдая за тем, как растут наши дети и внуки. Нам с ним не суждено возродить расу энге и этим исполнить мечту покойной матушки Авреи, − я поджала губы, чтобы не заплакать. Сдерживала себя, ведь слезы не смоют тьму, что нависла над нами. Утешало лишь то, что моя смерть освободит его от мук и подарит свободу. Тогда у него будет все то, о чем я мечтаю.

В ответ мне вторила тишина и тяжелое дыхание демона. Я не решилась обернуться и посмотреть ему в лицо. Щеки продолжали пылать, усиливая и без того невыносимый жар во всем теле. Но я была рада, что созналась в том, чего раньше не понимала. Осознание истинных чувств пришло резко, не в том месте, не на том пути.

— Ты полюбила чудовище и не стоит жалеть, что судьба уготовила вам расставание, — прошептал он с надрывом в голосе. Я не удержалась и обернулась. Он тут же опустил взгляд и прижал меня к себе еще крепче.

— Нет. Не чудовище. Жизнь поступила с ним жестоко, и он ответил ей тем же. На самом деле он хороший. Я это точно знаю, — проговорила ему в губы и едва коснулась их невесомым поцелуем. Его дыхание было горячее воздуха, но я не могла оторваться. Растворялась в его атмосфере, забывая о палящем солнце. Он закрыл глаза и с трепетом ответил на поцелуй, будто он был первым за время нашей встречи. Отпрянул и вновь приблизился. Несколько раз провел губами по моим полуоткрытым устам, лишь слегка дотрагиваясь. Осторожно обхватил мои губы, соскальзывая и тут же прижимаясь снова, уже напористо и страстно. Кончиком языка я ловила его язык и когда они сплелись, на меня нахлынули новые ощущения, которые тут же залили горячей волной лицо и наполнили негой каждую клеточку тела. Он неторопливо водил руками по моей талии, нежно и осторожно забираясь ладонями под мантию. Я же развернулась к нему еще сильнее и окутала его шею рукой, попутно стаскивая с его головы капюшон. С меня же капюшон упал сам, оголяя спутанные и влажные волосы. На миг стало легче дышать, но палящие лучи тут же припекли макушку.

В тот миг, когда Элизард перекинул мою ногу через седло и лихо развернул меня к себе, я забыла о духоте. Смотрела на него с замиранием сердца и не двигалась. Разглядывала глаза, которые больше не горели демоническим пламенем. Они стали янтарно-карими. Такие я однажды уже видела, но не наяву. Тот самый норд из прошлого сейчас сидел передо мной и смотрел так, как не смотрят жестокие демоны. Ласково и цепко, будто пытался навсегда запомнить мое лицо. Даже каменная кожа, что раньше во время яростных вспышек испещрялась красными бороздами, стала естественной, живой. Губы заалели и изогнулись в легкой улыбке. Он приоткрыл рот, словно хотел что-то сказать, а потом резко поджал губы и рванул меня на себя. Я обняла его талию ногами и нагло залезла руками под мантию, судорожно развязывая тесемки его рубашки и брюк. Все это время он трепетно целовал сначала мочку уха, затем спустился к шее, пощипывая кожу мягкостью губ. По телу проплыла волна будоражащих мурашек, и я содрогнулась от приятного чувства покалывания внизу живота. Руки Элизарда скользнули под материю платья и коснулись того места, что трепетало в предвкушении ласк. Я добралась до его торса и погладила мышцы, плавно спускаясь к оголенной твердой плоти. Сжала ее в ладонях, ощупывая рельеф, и демон едва коснулся горячего бугорка моей плоти. В агонии страсти, изнывая от желания, я впилась в его ключицу губами, расцеловывая каждый участок его бархатной кожи, стараясь не упустить ни миллиметра. А Шарх продолжал медленно ступать по выжженной земле пустоши так аккуратно и ровно, будто боялся нарушить наше равновесие.

Мы с нежностью ласкали друг друга, и от этих ласк у меня закипала кровь, а перед глазами плясали темные и светлые огоньки. Я словно провалилась в другой мир, где кроме нас никого нет. Перестала видеть пустыню вокруг, ощущая себя парящей в небесах. Чувствовала каждое его прикосновение, каждый вздох и стон. Они слились в одну необычайно прекрасную композицию и заставляли душу петь. Я прижалась к мужчине всем телом, прикасаясь к разгоряченной и влажной коже. Он немного приподнял меня за ягодицы и усадил прямо на свою плоть, с легкостью проскользнул в мое нутро до упора и выбил из меня протяжный стон. Приподнял вновь и резко опустил, впиваясь в спину пальцами. Я ухватилась за его волосы и уперлась лбом в его плечо. Двигалась на нем неистово, извивалась, стараясь прижаться еще сильнее, слиться с ним так, чтобы потерять себя. Взмокла так, будто мы шли под дождем, задыхалась от жара, хватала ртом горячий воздух. Моя магия расцветала внутри белой лилией и вырывалась наружу. Я больше не могла ее контролировать. Она окутала нас мерцающей оболочкой, которая принесла прохладу и осушила наши тела. Я даже не подозревала, что она на такое способна! Встретилась с Элизардом взглядом, и он остановился, посмотрел на светлый кокон, и огонь блеснул в его зрачках. Но я больше не боялась его тьмы и пламенной ярости. Заключила его лицо в ладони и припала к губам. Начала двигаться на нем томно по кругу, усиливая собственное удовольствие, окунаясь в томительную негу наслаждения. Безумный, но нежный танец двух не похожих существ. Свет и тьма смешивались, сплетались, пожирали друг друга, и мы танцевали вместе с ними. О! Как же мне нравилось то, что происходит между нами! Как же я буду существовать там, за гранью, без него?

Эти мысли наполнили разум горечью, но я улыбнулась, продолжая срывать поцелуи с его губ. Он почувствовал мою улыбку и улыбнулся в ответ. Вздохнул и ухватил меня за талию. Полностью забрал себе контроль над близостью и насаживал меня на себя так неистово, что все мысли остались позади. Я горела в приятной прохладе магии и кричала от удовольствия. Мышцы между ног сжимались и разжимались, нутро пульсировало от накатившей агонии. Я содрогалась от эйфории, что подарил мне демон, в тот же миг бурно изливаясь в меня горячим семенем, увеличивая наслаждение короткими толчками. Я упала на его грудь, прильнув головой к его плечу, сотрясаясь в его сильных руках. Магия тут же развеяла оболочку, окуная нас в изнурительную жару пустыни, и Шарх свернул так резко, что я покачнулась и едва удержала равновесие.