Глава 11. Срывает тормоза

ЗАХАР Укрываю одеялом спящую Леру и осторожно высвобождаюсь так, чтоб ее не разбудить. С пару минут сижу и рассматриваю эту девочку. Красивая, очень. Взглядом задерживаюсь на ее губках, припухших от поцелуев. Она тихонько сопит и погружается в глубокий сон. Не включаю ночник, попадающего с улицы света вполне достаточно для полумрака в спальне. Натягиваю джинсы и набрасываю рубашку. Надо перекурить. Будить сейчас Леру и кормить ее ужином – не лучшая затея. Ей явно надо отдохнуть после такого опыта. Пусть спит. Мясо на углях точно переносится на завтра. Как и многое другое. Тихонько выхожу из комнаты, прикрывая за собой дверь. Надо подумать о многих вещах. Делать это лучше всего в тишине. И в одиночестве. Выхожу на крыльцо и присаживаюсь на пороге. Вдыхаю сырой и ветреный воздух ноябрьской ночи. Квартира в центре почти постоянно пустует. Появляюсь в ней от силы несколько раз в год. Слишком многое напоминало в ней о прошлом. Поначалу было очень трудно привыкать к мысли о том, что Надя больше никогда не появится в нашей квартире. Острая боль сменилась глухой тоской. А потом и вовсе онемела та часть сознания, где хранились файлы-воспоминания. Небольшой дом на окраине Сочи, который по сути был чем-то вроде дачи, стал моим пристанищем в редкие моменты между длительными командировками. Да и зачем подолгу находиться там, где больше никто не ждет? Закуриваю. Вслушиваюсь в ночную тишину. Где-то недалеко ухает сова. Летают бесшумно, а вот пообщаться иногда между собой они любят. Ветер почти утих. Как-то все моментально закрутилось. Называется, съездили с Сарматом и Шаманом в клуб, развеялись… И вот, за стенкой сонно сопит нежная девочка с серо-голубыми, доверчивыми глазами. В этот дом я не приводил женщин. Предпочитал проводить с ними время на нейтральной территории. Так проблем меньше. Было железное правило – не оставаться на ночь. Пару раз нарушал собственный же принцип и жалел об этом. Уже наутро женщины начинали строить планы на дальнейшие отношения. Которые совершенно не входили в мои ближайшие задачи. Да и в отдаленные, впрочем, тоже. Вытаскиваю из кармана джинсов телефон и жму на иконку браузера. Интересно, насколько глубоко Лера успела вляпаться в беспокойную специализацию по тропической медицине. Узнать нетрудно. Захожу на сайт медицинского университета и в поиске вбиваю фамилию Бортникова. Дальше, как в дурном сне и по накатанной. Список научных работ за последние пару лет. Да, все точно. В нескольких научных статьях мелькает и фамилия Леры в качестве соавтора. Лера Лунина явно по уши увлечена той темой, над которой упорно работает последние два года. Угораздило. Её. Меня. Нас обоих. Утром надо обязательно заехать к Матвеичу. Непростой будет разговор с Бортниковым, но откладывать его нельзя. Всех и от всего не уберечь. И запретами тут не поможешь. Один раз уже такое было и закончилось бедой. Для всех. С Лерой такое не пройдет. Лучше уж разрешить, а там ориентироваться по ситуации. Одно понимаю четко. За этим бедовым зайчонком точно надо приглядывать в оба. Неожиданно на экране мелькает сообщение от Сармата. «Назавтра все отменяется?» Задумываюсь. Планировали собраться втроем на шашлыки. Наша давняя традиция, если получается так, что никто из нас троих не оказывается в срочной командировке. Обычно к нам еще присоединяется мой братишка, но по ходу, он сейчас глубоко увяз в очередной африканской передряге. Без Ярого точно какое-то время поживем спокойно. Значит, завтра только будут Сармат и Шаман. Думаю, Лера точно не будет против получше познакомиться с моими друзьями. «Все в силе. Бери с собой Полину» От Сармата приходит ответ практически мгновенно. «Понял. Будем». Экран гаснет. Ну вот и хорошо. Еще б с Шаманом разобраться, но Лика там по ходу решила на этот раз основательно вынести Саньку мозг. Не сомневаюсь, что в очередной раз заслужил. Либо по делу, либо в качестве профилактики. Завтра еще с Лерой разговор предстоит. Обстоятельный. Насыщенный день ожидается. Надо идти спать. Понимаю, что уснуть спокойно рядом с Лерой получится с трудом. Стоит только подумать о ней, как член тут же «оживает». Слышу позади себя легкий шорох. Лера проснулась и наверняка старается бесшумно отыскать меня в доме. Мысленно ухмыляюсь. Пока еще никому не удавалось подкрасться ко мне настолько тихо, чтоб я не заметил. – Я тебя искала, – осипшим голосом говорит Лера и нерешительно останавливается на крыльце. Мне нравится ее едва заметная хрипотца, которой раньше не было. Очень приятно осознавать, что было причиной того, что Лера слегка подсадила голос. Кивком показываю ей на плетеный пуф на террасе. Лера одета в мою рубашку и закутана в плед, который явно нашла по пути через гостиную. Выглядит мило и уютно. – Не хотел будить. Но раз проснулась, пойдем в дом. Накормлю тебя ужином. Ты к жареной картошке нормально относишься? – Это вкусно, – мечтательно улыбается Лера, а я моментально залипаю на ямочках на щеках. Низко, почти над воротами бесшумно пролетает филин. Видимо, тот самый, который только что ворчливо ухал в кроне орешника. – Ой, давай зайдем в дом? – Лера зябко ведет плечиками, но я понимаю, что причина не в ноябрьской сырости. Девочка достаточно тепло замотана в плед. Дело в привычном страхе. – Тут тебе бояться нечего. – Ну да, – лукаво выдыхает Лера, – а как же тридцать секунд на то, чтоб добраться до меня? Усмехаюсь. – Не тридцать, а всего три секунды. Максимум, пять. Забыла про электрошокер? – Тем более. Давай лучше в дом перебираться. Опасливо поглядывая в сторону ворот, Лера подбирает края пледа и встает с пуфа. Подхватываю ее и мигом усаживаю к себе на колени. Ее полураскрытые, влажные губки в заманчивой близости от меня. – Я смогу остановить любого, кто решит явиться за тобой. Лера взволнованно моргает и под пушистыми ресницам-бабочками мелькают искорки паники. Ничего, однажды все пройдет. – Даже сейчас, когда ты безоружен? Беру Леру за руку и кладу ее ладонь на кобуру. Она нащупывает рукоять «Беретты» и удивленно распахивает глаза. Кайфую. – Я и не заметила даже… Ты всегда носишь при себе оружие? – Привычка. – Он заряжен? – В боевой готовности. Лера вздрагивает и теснее прижимается ко мне. Теперь в полной боевой готовности уже не один ствол. Её хочется обнимать, трогать, прижимать к себе, прикасаться к ней… Распутать этот кокон из пледа, рубашки и страхов вперемежку с сомнениями. Раздеть эту девочку и присвоить ее снова. Тормози, Волк. Опять тебя заносит. – Знаешь, а может оставим жареную картошку на завтрак? – лукаво предлагает малышка и облизывает пересохшие губки. Леру ведет плечиками так, что с них сползает плед. Призывно смотрит на меня чуть поплывшим, расфокусированным взглядом. – Мне холодно, – соблазнительно выдыхает мне в губы и медленно расстегивает пуговицы на рубашке. Провокация – ее второе имя. Надо иметь ввиду. Вношу ее на руках в дом, ногой захлопывая входную дверь. Ласкаю языком ее губки и она неумело откликается на мои поцелуи. Опыта у Леры нет совершенно. Никогда бы не подумал, что меня настолько будет будоражить этот факт. – Хочу тебя, – шепотом выстанывает Лера. Укладываю ее на постель и она тихонько ойкает, словно от боли. – Что случилось? Все в порядке? – Да… нет, – смущенно выдавливает Лера, – низ живота болит… все саднит и тянет. Сам виноват. Потерял контроль полностью, обезумев от этой тесной и горячей малышки. – Лер, сегодня точно ничего не будет. – М-м-м-мм… – провокационно мурлычет Лера и одной рукой расстегивает молнию на моих джинсах, – значит, точно совсем ничего-ничего? Свободной рукой расстегивает пуговицы и стягивает с себя рубашку, чуть выгибаясь и высвобождаясь из рукавов. Обалдело гляжу на ее сочную «троечку» с призывно торчащими сосками. – Лер, наутро все будет болеть… Пытаюсь достучаться до благоразумия. Её или своего? Но контроль уже потерян. Раскладываю ее так, что она лежит подо мной. Доверчивая, голенькая и возбужденная. Осторожно прикасаюсь пальцами к ее лону, но девочка вся течет. И вздрагивает сладкими судорогами от каждого прикосновения. Отзывчивая моя... Дышит часто-часто, не отводит от меня любопытного и откровенно-плутоватого взгляда. Кайфую от наших «гляделок», хочу смотреть ей в глаза, когда она будет кончать. Неопытная девочка, пока даже не подозревает насколько она горяча. Раздвигаю ее губки, нахожу клитор и поддеваю чувствительный бугорок. С одержимой жадностью ловлю поцелуями ее хриплые стоны. – Кончи для меня, малышка… Взгляд туманится и плывет. Мне нравится играть с ее губками и клитором, дразнить ее пальцами. Лера на грани. Глаза в глаза. Мой особый кайф с этой девочкой. В нее сейчас нельзя никак. Остается только трахать ее пальцами и пытаться самому не свихнуться до завтра. – Еще… не останавливайся, Захар. Лера извивается в сладких судорогах, в затуманенном взгляде смесь шального кайфа и удивления… В паху все мучительно сводит от этой нереальной картинки. Шикарная, голенькая девочка, почти на грани оргазма. Сердце колотится так, что еще немного и – навылет. Лера издает хриплый, едва слышный стон и бьется в сладких конвульсиях. Тону в ее возбужденном взгляде. И не пытаюсь убрать ее руку, когда она дотрагивается до моего члена. – Хочу тебя... еще раз. Влажный взгляд почти умоляет. Тормозная накрылась. Разом. Вталкиваюсь в пульсирующее лоно Леры и медленно беру разгон до нужного темпа. Лера больше не контролирует себя и бурно кончает, сжимая мой ствол горячими, пульсирующими стеночками. Едва успеваю выйти из нее и выстреливаю ей на самый низ живота. Перед глазами все плывет от острого, полностью поглощающего кайфа. Прижимаю Леру к себе. Оба пытаемся отдышаться. Девочке после такого первого раза точно завтра до вечера положен постельный режим. И не поддаваться ни на какие её провокации. Даже если нагишом будет разгуливать по дому. М-м... кстати, отличная мысль. Лера устраивается у меня на груди и какое-то время мы лежим молча. В голове блаженная пустота. Мыслей – ноль. И от этого особый кайф. Лера чуть приподнимается на локте и серьезным взглядом смотрит на меня. – Захар, мне надо тебе кое-что сказать. Это важно. – Говори. – Кажется, я … в тебя влюбилась… Женщины много раз признавались мне в любви. Но Лера – это сплошной, оголенный нерв искренних эмоций. И теперь тормоза срывает окончательно.