Глава 21. Картина маслом

ЛЕРА Просыпаюсь от странного, бархатистого рокота, который с каждым мигом становится все громче. Как будто мурчит гигантский, стальной кот. Сажусь на постели и сонно оглядываюсь. Захара в спальне нет. На всякий случай, натягиваю джинсы и шерстяной свитер. Безумно хочется нацепить на себя рубашку Захара, но мы не одни в доме. Надеюсь, он выяснил все свои непонятки с Яром? Вчера я настолько устала, что сил не было выяснять, откуда взялся Яр на даче Шамана. И судя по тому, что Захар через пару минут уже обнимал меня в постели, сам он тоже решил оставить выяснение отношений на утро. Впрочем, хорошая сторона тут тоже есть. Яр – не угроза. Иначе, Захар вел бы себя совершенно по-другому. Вылетаю из спальни и босиком опрометью мчусь в сторону веранды. У входной двери меня перехватывает Захар. – Лера, побудь дома. Не выходи на веранду. Отмечаю легкую напряженность в его голосе. Я уже научилась считывать такие моменты. Волков говорит спокойно и уверенно, и вот эта уверенность как раз и диссонирует с ситуацией. Значит, точно пытается что-то скрыть от меня. То, что меня может испугать. Бесшумным шагом из кухни к нам подтягивается Яр. Перебрасываются с Захаром коротким взглядом и на губах Яра мелькает едва заметная ухмылка. Вот только огонек в глаза – недобрый. – Где мотоцикл? Ты ведь на нем приехал? Яр вальяжно пожимает плечами. – В одном из схронов. Чуял пятой точкой, надо там оставить. Ну и шуметь не хотел тут, на всякий случай. – Схронов? – тихонько переспрашиваю, пытаясь прояснить ситуацию. – Да. Это ж Шаман. Он и тут выкопал себе парочку схронов. Да туда при желании танк загнать можно, – беззаботно скалится Яр. Но меня не провести. За обманчивой легкостью я четко улавливаю настороженность. – А твоя машина. Ее ведь тоже могут заметить во дворе? – запоздало интересуюсь у Захара и жду, что мой наивный вопрос вызовет усмешки. – Сармат перегнал ее в гараж, когда мы зашли домой. Киваю. Я была настолько поглощена предстоящей операцией, что не обращала внимание ни на что другое. Да и как-то вертолетов над дачей я тоже не ждала... Прислушиваюсь к рокочущим звукам, которые то ослабевают, то снова становятся громче. – Лер, когда слышишь вертушки, к окнам не подходи, – предупреждает Захар. Сердце взрывается тахикардией. – Почему? Поясни. – Возможно, с помощью вертушек сейчас кого-то пытаются отследить. Не факт, но вполне вариант. И исключать его не стоит. Пока ничего не ясно, лучше держаться максимально незаметно. Тебя могут разглядеть и опознать, если ты будешь стоять у окна. – Султановы? Короткий и конкретный вопрос. Ответ на который, я уже знаю. – Возможно. По этой причине не выходишь в сад, если слышишь этот звук. – А спрятаться под деревьями? В кустах? – отчаянно хватаюсь за малейшую возможность выживания. – Нет, – качает головой Захар, – тебя заметят. – И мы пока не знаем кто это, – подхватывает Яр и мрачно скалится. Ведет накачанными плечами, разминая их, привычным боксерским движением. Явно хочет снова ввязаться в какую-то историю. Но сейчас я могу рассмотреть его повнимательней. И точно понимаю, что с Захаром они очень похожи. Сходство не только внешнее. Нахальная ухмылка, моментально переходящая в тяжелый взгляд. Но угрозы от Яра не чувствую. Да и вспоминается фото, сделанное в пригороде Банги. Вряд ли Захар взял бы в свой отряд ненадежного бойца, пусть даже и родственника. Интуитивно чувствую, что Яру вполне можно доверять. Он – свой. – Ладно, надо позавтракать. А там будем думать, – предлагает Яр и мы втроем идем на кухню. С перепугу стараюсь ступать по теплому, деревянному полу как можно тише. И это мгновенно подмечает Захар. Мягким захватом уверенно притягивает к себе. Утыкаюсь носом ему в грудь и медленно вдыхаю запах своего мужчины. Только в эту секунду могу почувствовать себя в безопасности. – Лер, расслабься. Тебе всего лишь нельзя светиться в саду и подходить к окнам, если слышишь звуки вертушек. Говорить шепотом и ходить на цыпочках – это уже перебор. – Угу, – хмуро киваю и облизываю губы, пересохшие от волнения. – Ну, малышка… ты чего? – пытается успокоить меня Захар, ладонью проводя по щеке и я в ответ изо всех сил стараюсь улыбнуться. Наши губы встречаются в нежном поцелуе. Захар медленно проводит языком по моим губам и легонько раздвигает их. Успокаиваюсь мгновенно и вот уже самой смешно, как я умудрилась накрутить себя. – Мне уже лучше, – едва слышно шепчу ему в губы и Захар улыбается. – Вот как знал, решил сам заморочиться с завтраком. Вам такое поручать – помереть с голоду, – добродушно ворчит Яр и кивает в сторону плиты, на которой стоит огромная сковорода. Через несколько минут я с аппетитом вгрызаюсь в сочные кусочки омлета с жареной картошкой, сыром и зеленью. Порция гигантская, но с перепугу у меня такой аппетит, что я мгновенно сметаю все с тарелки. Которая тут же наполняется добавкой. – Вкусно, – благодарно мычу с набитым ртом и Яр довольно улыбается. – Да ладно, тут что было в холодильнике, то и ушло на сковородку. Но видно, что он доволен. Наскоро наструганный салат из консервированных овощей уплетается так же влёт. Вымакиваю подливку кусочками хлеба и слишком поздно спохватываюсь, что наверное это не особо прилично. Дома бы мне точно устроили выволочку за подобные манеры за столом. Мы беззаботно болтаем о всякой ерунде, Яр весело называет меня «мелкой», вовсю травит какие-то шуточки, байки и анекдоты и беззлобно подкалывает меня и Захара. Кладу голову на плечо Захара и улыбаюсь, теряя нить разговора. Просто расслабленно присутствую. И позволяю себе пропитаться ощущением тепла и уюта. Кайфую от ощущения беззаботности и неги, когда Захар обнимает меня. Яр тактично притворяется, что ничего не замечает. Опомниться не успеваю, как мы осушаем целый чайник свежей заварки. Вроде бы, самый простой чай, черный с лимоном и сахаром, а такой вкуснятины я не пила никогда в жизни. Сразу вспоминается, что чай – это личное. Его не пьют с кем попало. За всей этой беззаботностью и легкостью я отчетливо угадываю настороженность обоих Волковых. Есть и то, что не говорится напрямую. Но оно проскальзывает у обоих во взгляде, ухмылке, легком движении брови. – Яр, можешь толком объяснить, куда успел встрять? Кстати, когда вернулся? Почему я не в курсе? – Три дня назад, – нехотя ухмыляется Яр и хмуро скользит тяжелым взглядом по обеденному столу, – вернулся три дня назад. Пытался дозвониться до Миланки, но сам понимаешь, без толку. Психанул и решил немного развлечься. – Так, и? Есть причины беспокоиться? Яр молча пожимает плечами. Встаю с диванчика и собираюсь под благовидным предлогом выйти из кухни. – Ну это как посмотреть, братишка. Может поговорим наедине? Леру вряд ли заинтересует информация о «Барсе». Захар мгновенно подается вперед и сощуривает взгляд. – Лера останется, – бросает он, не обращая внимание на ошарашенного Яра, – она уже в курсе того, что Джафар жив. И Ибрагим – тоже. Яр переводит на меня взгляд. – Так… ладно. До Миланки не дозвониться, я и решил чуть немного развеяться, пар выпустить. Ну я и поехал по клубам. Девчонку себе приглядел, хорошенькую такую. Уже раскрутил ее поехать в гостиницу… в общем, оказалось, не одному мне она приглянулась. Отошел к бару за коктейлями, возвращаюсь, девчонки нет. Выхожу на улицу покурить, смотрю ее уже в машину запихивают какие–то ушлепки. Девчонка упирается, кричит… – Понятно, – зло цедит Захар. – Ну я и разобрался. Только вот… Замолкает. – Продолжай. – Я этих раскидал, одного немного порезал. А оказалось, что это – люди из охраны Джафара были. Я вообще не сразу сообразил, когда увидел его лично. Его ж вроде ликвидировали? И этого его ублюдка Ибрагима тоже. Девочка предназначалась для кого-то из них. – Ну вот, теперь и ты в курсе, – спокойно подмечает Захар, – кстати, номера машины запомнил? – Да. Не запомнишь тут, – ворчит Яр, – да и сама машинка приметная. – Белый «Хаммер»? Яр кивает. – Он моментально скрылся. Даже не стал подбирать своих людей. Он точно меня видел и наверняка узнал. Девчонке я вызвал такси, а сам решил тут пока отсидеться. Подумать, что делать дальше. По ходу светиться дома сейчас небезопасно. Захар слушает и мрачно кивает, поигрывая массивной зажигалкой. – А что я должен был делать? – мгновенно вскидывается Яр. – Нет, все правильно. Итак, Султановы теперь в курсе, что мы все знаем об их внезапном воскрешении. И знают, что Лера у нас. При упоминании моего имени, душа моментально уходит в пятки. Тело холодеет. Уши словно прижали к подушке. Едва слышу голоса Захара и Яра, звучащие где-то вдалеке. На пару мгновений просто выпадаю из реальности и прихожу в себя уже на коленях у Захара. Он обнимает меня и гладит по спине. – Лер, все хорошо. Я – рядом. Украдкой гляжу на Яра и сталкиваюсь с его сосредоточенным взглядом, расстреливающим меня в упор. Слишком проницательным. Изучающим и сканирующим. Фирменным, волковским... – Однако… – недоверчиво качает головой, не сводя с меня глаз, – может и меня введут в курс дела? – Если коротко, то Лера провела два месяца в плену у Султановых. И была одной из тех девушек, которых удалось спасти во время ликвидации братьев. Ибрагиму нужна Лера и он все это время пытается взять след. Услышанное воспринимаю на удивление спокойно и отстраненно. Как будто, говорят вовсе и не про меня. Я настолько измучена происходящим, что уже нет сил реагировать адекватно. Словно китайский болванчик, просто молча киваю словам Захара. Яр не задает лишних вопросов. Мрачно пытается переварить услышанное. – Понял. – Вчера положили часть людей Султановых. Результат – ранение. Несерьезное, но пулю извлекать все-таки пришлось. Яр коротко и едва слышно матерится. – Так полагаю, Шаман помог? – Нет. Оперировала Лера. Теперь Волков-младший таращится на меня так, словно увидел привидение. Причем, с похмелья. – Да … брат… – многозначительно хмыкает Яр и скептически улыбается. Снова переводит недоверчивый взгляд на меня. – Ух ты. Значит, братишке досталась горячая медсестричка, – пытается отшутиться Яр, но взгляд слишком серьезен. – Вообще-то я учусь на врача. Специализация по тропическим болезням. Ну и спецкурсы по военно-полевой хирургии, плюс раневая баллистика. – Проходит стажировку у Бортникова, – дополняет Захар мою краткую презентацию. Волков-младший, переводит ироничный взгляд на Волкова-старшего. Молчат оба. Но слова и не нужны. Картина маслом.