Глава 7

Дорога обратно оказалась не в пример легче, чем путь наверх, к озеру. Основную роль в этом сыграло мое состояние. Как только мы спустились с плоской вершины, укрывшись от ветра, у меня словно прибавилось сил. Лошади, которым больше не нужно было нести двойную ношу, резво перебирали ногами.

— Какой он, дом в столице? Мы будем жить там? — после того как Винсен успокоил мои основные страхи, в голове зародилось столько вопросов, что я не могла замолкнуть ни на минуту. Если бы на лице принца отразилась досада или раздражение, может, я бы и справилась с этим, но Винсен только улыбался.

— Нет. В столице мы проведем несколько дней, пока все не решится и я не разберусь с клириками за прямое нарушение приказа. А потом мы уедем в Твердыню. Тоже на время. Недалеко от родительского дома у меня стоит свой. Я с детства люби уединение, хотя Твердыня достаточно большая, чтобы за день ни с кем не пересекаться, она все же слишком огромна, — Винсен отвечал с таким выражением умиротворенной радости, что и я невольно наполнялась этими ощущениями.

— А что клирики? Ну нарушили они приказ, так вроде бы они не тебе подчиняются. Или не так?

— Большее значение имеет то, что они поставили под угрозу исполнение моей клятвы, данной тебе. Я обещал защитить и позаботиться о вопросе. А их нападения значительно усложнили задачу. Еще день-два и я просто не успел бы доставить тебя к озеру. А неисполнение клятв…

Лицо принца потемнело, от глаз к вискам потянулись черные линии. Я видела, как по шее пошла чешуя, но она меня не пугала. Я знала, что она пусть и жесткая, но теплая на ощупь. И не угроза для меня, а наоборот, защита.

Спустились мы к деревне куда быстрее, чем даже планировали. Проведя только одну ночь на горе, под укрытием нашей небольшой палатки, к вечеру следующего дня мы въехали на улицу между деревянных домов, покрытых сланцевой крышей.

У ворот дома, в котором мы ночевали несколько дне назад, уперев руки в бока, словно точно знала, когда нас ожидать, стояла Хирим. На щеке женщины был виден свежий порез, но это ее вовсе не смущало.

— Я так и думала, — громко, недовольно, с угрозой проговорила женщина, стоило нам подъехать ближе. — Как только ее увидела, сразу поняла, что привезем в город новую Леди. Что, нельзя было просто консумировать брак в обители и не тащиться в такую даль под градом стрел?

— Вижу, у тебя были интересные каникулы, пока мы взбирались на гору, — усмехнулся принц, помогая мне спуститься с лошади. Я же от удивления не могла произнести не слова. Хирим так быстро все поняла? С одного взгляда?

— О, да. На второй день после вашего отъезда, к нам нагрянул небольшой отряд. Не лучшим образом подготовленный, но они напали и на рассвете, пока мы спали. Так что я едва не пропустила все веселье, преждевременно отправившись к праотцам.

— Но вы справились. И ты даже стоишь на своих ногах, — передавая поводья Калебу и окидывая оруженосца внимательным взглядом, хмыкнул принц.

— Естественно, мы все решили. Правда, не могу сказать, что с той стороны обошлось без потерь, — уже спокойнее проговорила женщина, осматривая Винсена. Она даже оттянула ворот его рубашки, что-то выискивая на шее. А потом возмущенно воскликнула: — Так вы же не сделали ничего!

— Ирмена слишком слаба. Она потеряла защиту рода, и сделать все по правилам было просто опасно, — откинув веселый тон, куда строже проговорил Винсен. Светлая бровь выразительно поднялась вверх, показывая, что на этом обсуждение окончено.

— Тогда нам стоит поторопиться в столицу. Думается мне, ваша матушка уже в курсе всего и ждет новую невестку. Финальную, так сказать. Для полноты комплекта.

— Ах, это. Я и забыл, — Винсен как-то виновато запустил пятерню в волосы, прежде чем вытянуть из мешочка на поясе подвеску с бледным, светящимся камнем.

— Ну и как вас можно отправить куда-то без меня, — все с тем же недовольством, но теперь мне оно казалось больше напускным, вопросила Хирим, наблюдая, как Винсен надевает подвеску мне на шею.

— Естественно, я бы без тебя не справился, — усмехнулся принц, и легонько коснулся моих губ в поцелуе. Камень на шее засверкал ярче, отдавая тепло моему телу.

— Не забывайте об этом, — как строгая учительница, подвела итог Хирим.

— Ты мне непременно напомнишь, если я допущу подобную оплошность.

— Спать будете раздельно! Не хватало мне еще, чтобы леди не добралась до столицы или вы разнесли несчастный поселок, что не видел такой активной жизни за последние лет триста.

Хирим развернулась и гордой походкой двинулась в сторону дома.

— Ты уверен, что она служит тебе, а не наоборот, — почти привыкнув к поведению женщины, с интересом спросила у принца.

— Иногда я тоже так думаю, — меня обняли и потянули в тепло. Я устала, но не так сильно, как думала. Спокойствие и уверенность в будущем куда лучше помогали держаться, чем вид костра, на котором меня планировали сжечь.

* * *

— Младшая сестра! — я так увлеклась разглядыванием крыш столицы, с таким восхищением смотрела на чистые улицы и убранство дворца, что почти и не заметила, как мы подъехали к парадной лестнице.

Едва успела спуститься с лошади, как меня сгребли в объятия. Голубое облако из фатина и кружев сжало ребра с такой силой, что из легких вышел весь воздух.

— Наконец мы все в сборе, — отступив на шаг, произнесла принцесса Арианна. Молодая, полная сил женщина с яркими глазами смотрела на меня, как на величайшую радость в ее жизни.

— Ва-аше высочество, — запнувшись, оглянувшись за поддержкой на Винсена, я попыталась быть вежливой, но лицо принцессы исказилось от досады.

— «Арианна». Просто Арианна. Идем. Ты устала с дороги. Тебя нужно искупать и переодеть. И накормить. И девочки ждут. Все очень хотят познакомиться. В столице пока только королева и Мораг, с остальными ты познакомишься позже.

— Ари, — Винсен улыбался, пытаясь как-то осадить деятельность старшей сестры, но она только махнула рукой.

— Тебя ждет Филипп. И Роан с ним. Что-то там у вас клириками пошло не по плану. У кузена просто глаза сияют и руки чешутся от нетерпения. Говорит, что теперь их можно прижать. Так что не мешай нам. Мне нужно пообщаться с новой сестрой.

Меня подхватили под руку и потащили вверх по ступеням дворца.

Большие купальни под дворцом меня поразили. А еще очень удивило то, что и королева, и Мораг, завернутые в простыни, сидели со мной рядом, словно простые прачки, греясь в теплой комнате.

— Вот и Винсен пристроен, — с улыбкой проговорила Мораг, поправляя ткань на груди. — Скоро нас ждет еще одна свадьба. Давно у нас не было таких праздников.

— Свадьба? — я вздрогнула, словно это не было логичным развитием событий.

— Не бойся, — улыбнулась Лита. — Я все организую так, чтобы тебе понравилось. Не стоит переживать.

— Я не готова к такой жизни, — смущенная таким радушным, душевным приемом, произнесла свистящим шепотом. Кажется, в этой жизни ко мне никогда так не относились, ничего не требуя, принимая целиком и полностью, без каких-либо условностей.

— Винсен не живет в столице, так что не бойся. Ничего сверх сложного с тобой не происходит. Ты просто выходишь замуж за моего брата. А он хороший человек.

— Это я уже поняла.

— Значит, все будет хорошо. Но надо обновить защиту на ваших покоях, — задумчиво протянула Арианна, покосившись на бледно светящийся кулон на моей шее. Примерно такие же украшения сверкали на шее в Мораг и Литы. Только их сияние было куда ярче.

— Точно. Когда они останутся наедине, нам может снести половину корпуса, — хихикнула королева, мечтательно прикрыв глаза. — Мы с Роаном едва не устроили подобный бардак много лет назад.

— Винс что-то говорил про лекаря, — нахмурилась Арианна, осматривая меня куда внимательнее, а затем повернулась к Мораг. — Ты же останешься во дворце сегодня? На всякий случай. Если нашу Ирмену слишком сильно накроет силой рода.

— Я буду рядом все время. Филипп занят делами с клириками, так что я заночую здесь.

— Может случиться что-то плохое?

Пока женщины обсуждали мою ситуацию, в груди что-то сжалось от нехорошего предчувствия.

— Не должно,– на плечо легла рука Арианны. — Винс умный, а мы все время будем рядом. Брат поступил правильно, привезя тебя сюда.

Покои, в которые меня определили, были просто огромны. Если меня впечатлила та комната, в которой я принимала ванну в обители, то здесь у меня просто перехватило дыхание. Тут было сразу три комнаты: небольшая гостиная в темных, спокойных тонах, с мебелью из черного дерева и бордовым и шторами, от чего сразу возникало ощущение, что я попала в мужской кабинет. Из первой комнаты дверь вела в совсем другую, светлую, бледно-розовую, всю словно бы сотканную из воздуха и кружев. Мягкие кресла, большие пушистые подушки и ковер, в котором утопали ноги. Как сказала Лита, это была моя приемная, что бы это ни значило. Туда допускались только члены семьи и доверенные лица, и принимать их можно было в домашнем платье. Так королева обозвала плотный халат, весь усыпанный вышивкой, куда более дорогой, чем любой из моих нарядов из прошлой жизни.

А дальше была спальня, к которой примыкала уборная. Туда я даже не заглянула, пораженная непривычным сочетанием бледно-зеленого и насыщенного малинового. Светлое покрывало — и на нем яркие подушки. Темный ковер, и почти белые, с легким отливом бирюзы, занавески на окнах и балдахине кровати. Я не знала, кто все это придумывал, но выглядело просто великолепно.

— Тебе нравится комната? Лита очень старалась и переживала, так как не знает, какие тебе нравятся цвета, — я слышала, как Винсен вошел в комнату, но не повернулась к мужчине, чувствуя себе немного смущенной и дезориентированной таким приемом.

— Очень красиво, — на плечи легли большие руки, и меня окутало запахом мужчины. От него пахло мылом и чистой одеждой. И чем-то еще, присущим только Винсену. И это приносило спокойствие. Как бы я не нервничала, этот человек был способен убрать все мои страхи одним своим присутствием.

— Сестра-королева будет рада, — в голосе слышалась улыбка.

Меня крепче сгребли в объятия, обнимая, казалось, сразу всю, целиком.

— Женщины говорили, что вы с Филиппом заняты делами, — мне было спокойно и от того говорить можно было о чем угодно. Не было ни запретных, ни неудобных тем. — Я думала, ты придешь позже.

— Я тоже так думал, но кузен оказался подготовлен к моему возвращению. У него не то что план, а с десяток вариантов уже имелось на подобный случай. Он просто ждал момента. И я ему его предоставил. Точнее, клирики сами себя подставили.

— И что же будет?

— Они создали прецедент. Прямая угроза моей жизни, угроза моей клятве… теперь Филипп сможет запустить туда свои руки. Правда, мне придется тоже поработать, немного в другом амплуа, но по плану кузена через год мы возьмем клириков под полный контроль. Это будет не просто, среди них довольно много представителей старых семей, которые не пожелают так легко расстаться со своим доходом и властью. Но мы справимся.

— И как вы это сделаете?

— Придется мне стать верховным. Я этого не хотел, но как говорят в моей семье, лучше всего управляет тот, кто не желает власти.

— Это опасно?

— Не больше, чем любая другая работа, — отмахнулся Винсен, словно речь шла о покупке лошади.

— Но почему ты мне все это рассказываешь? Не думаешь, что такие вещи стоит держать в тайне?

— Ты — моя леди. А в семье нет секретов от наших женщин. Наоборот, мы стараемся делиться с вами всем, особенно важными вещами. Иногда слово, сказанное вовремя, может изменить все. Лита, Мораг, любая из них, пусть даже не разбирается в делах, о которых с ними говорят мужья, частенько дают дельные советы. Просто потому, что вы видите мир немного иначе, у вас другие ценности.

Винсен отступил и повернул меня к себе лицом. Принц был спокоен, будто все его тревоги остались за воротами дворца. Он продолжал с улыбкой:

— Мама в детстве говорила: женщины не рожают бессмертных. Сомневаешься в решении — спроси умную женщину. Я долго не мог понять смысла этой фразы, пока не вырос. А теперь знаю, о чем она. Вы видите не саму проблему, задачу, которую нужно решить, а сразу целый спектр вещей, что она затрагивает. На что может повлиять, даже если это не ясно сначала. У вас все связано со всем. И я не настолько глуп, чтобы лишать себя советов умной жены.

— Но я мало в чем разбираюсь, — от такого всестороннего, без тени сомнения, доверия, мне стало не по себе. А что если я скажу не верно? Вдруг, я ошибусь в чем-то важном.

— Тебе и не нужно, — Винсен наклонился и легко, как маленькую, поцеловал меня в нос. — Не нужно сутками думать над моими словами. Я просто делюсь тем, чем занят, о чем думаю. Но если тебе будет что сказать, по любому поводу — не молчи. Говори мне сразу и прямо. Даже если в твоей голове это звучит глупо. Обещаешь?

— Обещаю, — от того тепла, каким светились глаза Винсена, я оттаивала изнутри. Все, что произошло за последние недели, словно подернулось дымкой. Нет, оно не пропало, но теперь я смотрела на события словно через тонкую занавеску и все ужасы произошли будто не со мной.

— Вот и хорошо. А теперь… я намерен выполнить обещание, данное тебе у озера.

— Прямо сейчас? — словно мы не обсуждали этого в купальнях с женщинами семьи, я стушевалась, засмущалась.

— Конечно, — светлая бровь принца поползла вверх. В глазах плясали смешинки, губы подрагивали, но Винсен старался выглядеть серьезным изо всех сил. — Я же Рыцарь Веры. Мне нужно держать слово. Иначе могут быть неотвратимые последствия.

— Угрожаете, господин рыцарь? — в голосе неожиданно появились игривые нотки.

— Что вы, моя госпожа, — в том же тоне откликнулся Винсен. — Предупреждаю. Не более того. И раз мы с вами не хотим подобных проблем… я настоятельно рекомендую заняться подвешенным вопросом. Можно сказать, он встал между нами уже почти в полный рост. И это только от одного вашего вида.

Я опустила глаза на штаны принца, и хихикнула, прикрыв ладонью рот. Винсен не врал, тема и правда была уже поднята.

— Тогда у нас нет вариантов, — вздохнув с притворной обреченностью, я шагнула к своему великолепному паладину. Рыцарь Веры, принц правящей династии, Трианонский лорд, и просто великолепный образчик мужчины. Все это в одном флаконе, и если я правильно поняла своих новых сестер, все только для меня. Для меня одной.

— Никаких вариантов, моя принцесса, — обнимая меня, кивнул Винсен и поцеловал. Только теперь я поняла, насколько он сдерживался тогда у озера. И насколько он был прав.

Искры огня расходились по телу откуда-то из низа живота, и в то же время, волнами пробегали по коже там, где ее касался Винсен. Мужские руки скользили по телу, словно им требовалось коснуться каждой частички меня, узнать каждую родинку и каждый шрам, оставленный на коже. Нежно, с таким непередаваемым терпением и трепетом, будто у нас было все время этого мира.

Куда-то подевалась одежда, но я не заметила прохлады, упоенно наслаждаясь касаниями мужчины. Его губы были везде. Запечатлели поцелуй на лодыжке, где был небольшой шрам из детства, скользнули по ноге верх, остановившись обжигающей точкой на колене. Пальцы мягко ласкали чувствительную кожу на задней поверхности ноги, не давая забрать несчастную, безвольную конечность.

— Не зажимайся. Мы тут одни и можно все, — бормотал принц куда-то мне в живот, когда его ладони скользнули к груди. — Можно расслабиться, довериться. Можно наслаждаться. И даже стонать.

Я замерла, а затем тихо, низко рассмеялась. Я и не заметила, что изо всех сил кусаю губы, сдерживая себя.

— Вот-вот, — не став делать вид, что не заметил этого, произнес принц. Он поднял голову и на меня посмотрели большие, цвет расплавленного золота, глаза. — Я очень надеюсь, что сегодня услышу твой голос во всей красе. Не нужно сдерживаться.

Меня подтянули ниже, и поцеловали в губы. Долго, с обещанием и такой нежностью, от которой в горле появился комок. Но всего на мгновение. Винсен не давал мне времени на сомнения. И не давал повода.

* * *

Я лежала, и слушала свое тело. Оперевшись на локоть, с тревожно сведенными бровями, на меня смотрел Винсен.

— Ну что?

— Только тепло. По всему телу, как нити, которые прячутся под кожей. Никакой боли или тревоги, — я медленно провела рукой по своем плечу, проверяя, не отзовется ли оно чем-то новым, болезненным, только все было в порядке. Даже более чем. Я чувствовала себя так, будто могу обежать столицу по кругу. В теле было столько силы, столько мощи, что ни одна задача больше не казалась невыполнимой. Да я могла выпить море!

— Вот и отлично. Ты приняла мою силу куда лучше, чем я опасался. Приняла и разумом и телом. Это просто замечательно. — Винсен сгреб меня в объятия вместе с тонким покрывалом. Его подбородок уперся в макушку, руки обвили, словно лианы, при этом не давя. Поверх одеяла, прижимая мои бедра к кровати, легла большая нога. — Но если что-то изменится — сразу скажешь. Позовем Мораг.

— Все будет хорошо. Разве что, — я чуть пошевелилась, не привыкшая к такому положению, — ты меня придушишь во сне.

Объятия немного разжались, но принц и не подумал отстраняться.

— Прости. Но это все, что я могу тебе сегодня дать. Немного места для дыхания, но не более. Мне просто не уснуть, если ты будешь далеко. Даже если это другая сторона моей постели.

— Кажется, я собралась замуж за тирана, — чувствуя себя в самом безопасном месте на земле, уткнувшись носом в предплечье принца, пробормотала сквозь дрему. Мне было хорошо. Может, так хорошо, как никогда.

— И деспота. Придется тебе с этим смириться, — уловить смысл удавалось с трудом, но я все же нашла в себе силы ответить.

— Какой ужас, — поймав ладонь принца, я потянула ее ниже, делая объятия еще более крепкими. Так, как хотелось мне. Так, как мне было нужно.

Я была любима и ценима. Я была под защитой. Отныне и навсегда.

Конец