Глава 20

Парень был тощим и сухим, как скелет.

Запавшие щеки выглядели, словно у жертвы голодовки. Вроде молодой, но кожа старческая — тонкая, как пергамент. И бледный настолько, словно он никогда не видел солнца. Больше всего парень напоминал бледную поганку, которая выросла в темном подполе — вытянулась, пошла в рост, но не получила ни капли красок.

Ко всему прочему он еще и сутулился.

Живыми на его лице оказались только смышленые темные глаза. При виде нас в них запрыгали веселые огоньки. Такие глаза бывают у людей, которые, несмотря на внешность, становятся всеобщими любимцами из-за жизнерадостного характера.

— Яр! — обрадовался он. — Здравствуй, приятель!

— Я тебе не приятель, — отрезал Ярцев без улыбки.

Парень рассмеялся и посторонился, пропуская. Когда он повернулся, я заметила, что черные волосы собраны в жидкий и неухоженный, но длинный хвост.

Мы вошли в темную квартиру, которая больше напоминала мрачный лаз из-за длинного коридора. Хозяин щелкнул выключателем, захламленную прихожую залил свет. Судя по горам мусора и полу, к которому прилипли подошвы сандалий, парень жил один.

Мы шли через всю квартиру. По дороге он включал свет, без остановки болтая — все о том, как он рад видеть Ярцева, что тот не заходил давно, и о том, как идут дела.

— А подружка кто? — не смущаясь меня, громко спросил он. Я двигалась последней: моего недовольного выражения лица никто не заметил.

— Рита, — представил меня Ярцев.

— Красавица! — похвалил странный хозяин квартиры. Учитывая его внешность, ему и мумия красавица.

Путь через загаженное жилище закончился в дальней комнате.

Окна были затянуты черной пленкой — сквозь них не проникал даже лучик. Парень ударил по выключателю и под потолком шумно вспыхнули лампы дневного света.

То, что я в этой комнате увидела, мне совсем не понравилось.

Мусора здесь почти не было. Расчищенное от мебели помещение было просторным, вдоль дальней стены тянулся длинный стол, заставленный странным оборудованием — очень похоже на подпольную лабораторию. Не наркоту ли тут варят потихоньку? Но вытяжка для этого нужна хорошая, а мощной вентиляции тут не было.

Ободранные серые стены напоминали о старых городских больницах. Пол тоже не первой свежести, как и во всей квартире. Неудивительно, что хозяин не просил нас разуться.

На расшатанном столе в углу, по виду — еще советском, стоял вполне современный компьютер. В углу набросаны замызганные одеяла поверх старого полосатого матраса.

Почему-то я похолодела, представив, как это странное одинокое существо коротает здесь дни и ночи, разрываясь между компьютером и лабораторией.

Парень занял место перед компом, и задвигал мышкой, хмуро глядя в экран. Ярцев подошел со спины, заглянул через плечо, и я последовала его примеру.

Хозяин быстро закрыл несколько порно-вкладок, и открыл мессенджер с перепиской.

— Хорошо, что ты зашел, — хихикнул он. — У меня как раз лекарства закончились. Не забежишь на обратном пути? — он с надеждой уставился на Ярцева, но тот покачал головой.

— В другой раз.

— Ну, ты же раньше ходил, — заканючил он. — Мои таблетки на дом не закажешь…

— Если поможешь, посмотрим, — Ярцев поставил перед ним мой пузырек. — Паша, нужно знать, где брали компоненты.

Флакончик Паша схватил с предвкушением ювелира, увидевшего бриллиант редчайшей чистоты. Взглянул на свет через темное стекло и откупорил пробку.

— А что это?

— Катализатор, — мрачно пояснил Ярцев.

Он отступил и с бесстрастным лицом расхаживал по комнате. Парень обомлел, словно Ярцев осчастливил его новостью о конце света.

— Шутка?

— Не до шуток, — усмехнулся Ярцев. — Я его глотнул.

— Твою мать! — испугался парень и чуть не выронил флакон. — Давно?

— Шесть часов назад. Девочка моя ошиблась и добавила в коктейль.

Паша смерил меня таким взглядом, будто я подорвала в центре города ядерный заряд, полагая, что это хлопушка. Стало стыдно, что я хотела отравить человека.

— Нужно разобраться, где покупали компоненты и когда…

— Срок я тебе не скажу, — парень покачал головой. Откинулся в кресле, рассматривая Ярцева с профессиональным выражением на лице, словно он и вправду консультант-химик.

— Но по остаткам можно что-то сказать? — Ярцев кивнул на пузырек в длинных гибких пальцах.

— Да, конечно, — Паша мелко закивал, шмыгнул носом и задумался. Он производил впечатление больного нервного человека. — Попробую.

Лицо у него было не очень уверенным, но видно, что Ярцеву он искренне хочет помочь. Я так и не поняла, друзья они или нет.

— Яр, если ты выпил катализатор… — пальцы задрожали, он отчетливо сглотнул. Когда Паша вновь поднял глаза, в них были недоверие и страх. — Как ты себя остановил?

— С трудом, Паша, — с вызовом бросил Ярцев, руки он сунул в карманы брюк, в целом в позе читалось раздражение.

Думаю, этими чувствами он обязан мне.

— Ладно… Посмотрим, — широким жестом он откинул хвост за плечо и поднялся.

Я наблюдала, как он мажет палочкой по стенкам флакона, пытаясь собрать капли, водит ею же по приборному стеклу, а затем устраивается перед микроскопом. Действия выглядели профессиональными, словно он часто делал подобное.

Черные волосы, связанные в хвост, постоянно падали вперед, когда он наклонялся. На них налипли крошки и мелкий мусор.

Паша что-то пробурчал и пододвинул какой-то прибор. По его поведению было ясно — что-то у него не клеится. Ярцев преспокойно ходил из угла в угол, словно все идет по плану.

В свете дневных ламп я заметила, что лоб снова блестит, а кожа на скулах покраснела. Ярцев обтер пот и шумно вздохнул, словно у него отдышка. Что с ним?

— Можешь сказать, когда это изготовили? — спросил он.

— Сложно, сложно, Яр… Где ты его взял?

— Будем считать, подбросили.

Паша снова что-то нечленораздельно промычал.

— Компоненты местные, на счет одного не уверен, но скорее делали у нас… — он примолк, словно это плохо, и прижал кулак к губам. — Чтобы качественно очистить отвары, нужна мощная лаборатория, Яр.

— У кого мне ее искать?

— Понятия не имею, — усмехнулся Паша. — Это кто-то из наших. Кто имеет доступ к подпольной лабе. Хорошо разбирается в химии, фармацевтике, травах. Быстро такое не сделать. Живёт, скорее всего, один.

— Прямо как ты, Паш, — Ярцев улыбнулся, но взгляд стал тяжелым.

У меня даже мурашки по спине пробежали. Яр сменил тон — он стал подозрительным и темным. Паша это тоже почувствовал и разволновался.

— Да ты что, Яр! Меня подозреваешь?

— Шутка, Паша, — Ярцев улыбнулся шире. По позе и линии напряженных челюстей я поняла, что это шутка только отчасти. — Есть предположения, кто это?

— Навскидку нет… Если бы такие люди были, о них бы слышали, — он что-то болтал под нос, жестикулируя самому себе. Руки у Паши еще дрожали. — У Амина лаба была, а чья теперь, кто разберет. Съезди к Лике, она всех знает.

— Ничья, — ответил Ярцев. — Нет больше лабы Амина. У кого можно купить очищенные ингредиенты?

— А что, идея! — оживился Паша. — Я напишу…

Он взял ручку. Тонкие длинные пальцы, похожие на пальцы скрипача, быстро сновали по бумаге. Почерк оказался забористым, «врачебным» — и оттого абсолютно нечитаемым.

— У Лики точно можно! — он передал записку и с надеждой спросил. — Ну что, сбегаешь в аптеку?

По лицу Ярцева пробежала тень, а ладонь непроизвольно коснулась бока.

— В другой раз, Паша.

В машине мы какое-то время сидели без движения.

Ярцев отдыхал, задумчиво рассматривая черный горизонт. Я молчала и теребила подол платья. Чем-то нужно было занять руки: я отковыривала стразы с гламурного рисунка.

Он понаблюдал за моими действиями и тяжело вздохнул. Кажется, ему опять нехорошо.

— Мы надолго вместе, — тихо сказал он. — Давай знакомиться. Меня зовут Ярослав Ярцев. Я журналист.

— Вранье, — жестко парировала я.

— Почему? — усмехнулся он.

Он совсем принимает меня за дуру?

— Потому что у вас оружие в сумке, — сухо ответила я.

— Ну, это ничего не меняет. Оружие для дела, — он завел машину. — А журналист я по профессии. Вижу, на контакт ты не идешь, ладно… Съездим в одно место. У моей знакомой сегодня праздник, нужно его испортить.