Глава 39

Яр губами ткнулся за ухо, пытаясь отыскать чувствительные точки.

Я приподняла плечо, прячась. Нет, было приятно. Очень. Оказывается, я соскучилась по ласке: даже не помню, когда в последний раз… Сильно устаю, и времени вечно нет.

Все отговорки, конечно.

Дело не во времени. У меня не было того, кого я хотела. Не было мужчины.

— Рита, — Яр сглотнул.

Он остановился, когда понял, что я закрываюсь, но жаркое дыхание осталось на коже. Он не отстранился, наоборот, плотнее притянул к себе и рот в томлении завис над шеей.

Я знала, что мы займемся любовью. Знала, когда вернулась за ним в тот лесной домик, когда пришла к нему домой. Но я думала, это случится ночью, перед сном — он бы пришел и я бы разрешила остаться, другого варианта даже нет… А может быть, сама бы к нему пришла, понимая неизбежность совместной ночи.

Мысли об этом больше не пугали. Наоборот — волновали, словно меня ждало что-то важное.

Но это должно было случиться ночью.

Яр хотел сейчас… А я пока не настроилась.

— Ты ранен.

Глупая отговорка. Рубец его не беспокоил. Как и то, что еще накануне я ковырялась в нем пальцами и зашивала простой иглой бок, когда он то ли сдерживал своего зверя, то ли звал наружу, и его корежило от боли превращения.

— Пустяки, — губы задели кожу, так близко он был.

Живой мужик, который вполне может мне помочь. Защитить от всех, заслонить собой.

Яр умел ждать, как хищник умеет быть в засаде. Он не напирал, но и не отпускал. Дожидался, пока я сама себя уговорю. И когда под его напряженными от нетерпения пальцами мое тело стало мягким, он впился мне в шею.

Я так и не поняла, что он хотел сделать — поцеловать или укусить. Широко открытый горячий рот, из которого вырывалось судорожное дыхание, приник к шее. Я застыла, позволяя поступать, как угодно ему.

Он обещал, что не удивит меня. Хотя сейчас я хотела удивиться. Почувствовать то, чего еще никогда не было… С ним, с Яром.

Но движение губ закончилось поцелуем. Горячим, страстным поцелуем. Он меня не укусил.

Я выгнула шею, позволяя целовать. Прислушивалась к ощущениям. Щекотно, нежно до мурашек. Хорошо, как может быть хорошо после долгого одиночества, когда каждый взгляд желанный и каждое прикосновение ощущается, словно у тебя нет кожи.

После брака с таким мужем, как мой — ничего странного.

Рука Яра неожиданно скользнула под футболку. С шеей он уже наигрался.

Он резко сжал ладонью грудь — сильно, уверенно. Сосок в пальцах мгновенно превратился в набухшую горошину, чувствительную до жгучей боли. Яр накрыл мои губы своими, язык проник в рот нежно и медленно, словно он меня пробовал.

Меня как будто затопило цунами.

Чего там только не было: страсть, порыв, мне хотелось рвать на нем одежду и на себе тоже. Я ведь не такая… Я сама испугалась своей реакции.

— Перестань, — зачем-то попросила я, отворачиваясь.

Я хотела одного: чтобы он продолжил. Но эмоции были такими сильными, такими зашкаливающими, что я испугалась. Испугалась саму себя.

Я опустила взгляд, но лучше не стало: уставилась прямо на бугор, выпирающий из ширинки джинсов.

Перед глазами встала картинка, которая в другой момент заставила бы покраснеть от стыда. Хотя я такое уже делала — с мужем. Без особого интереса, если совсем откровенно. И мне никогда прежде не хотелось начинать с этого предварительные ласки. Тем более мы почти незнакомы… Но пальцы сами потянулись к ширинке. Жадные и развратные.

Я боялась собственной похоти.

Яр меня не отпустил.

Он ловко поймал мой подбородок пальцами, целуя откровенно и глубоко. Я чуть не легла под напором, который он сдерживал все это время. Где-то за спиной на пол посыпались флаконы и прочая ерунда со столика. А я забросила руки Яру на шею, чтобы они без разрешения не влезли ему в штаны.

Его поцелуи топили последние сомнения. Неожиданно он меня выпустил. Я уже попыталась пристроиться на низком неудобном столе и терлась об его бедро коленом, приглашая ближе, как он привстал.

— Примем душ вместе, — предложил Яр.

Вместо того чтобы убрать руку из-под моей футболки, он стянул ее с меня через голову.

Я осталась голой по пояс. По инерции прикрылась, а затем опустила руки. Может, мою грудь он не видел, зато всю измял — стесняться нечего. После его умелых пальцев соски пульсировали.

На меня так давно не смотрел другой мужчина, кроме мужа… Да и муж особо не баловал.

Ярцев поднялся — пока неловко из-за рубца.

Я осталась на столике и задумчиво, исподлобья смотрела, как он, расстегивая джинсы, идет к душевой кабине, включает воду и трогает ладонью.

Я снова заметила его необычное сложение. Пока возилась с ранами, не обращала внимания, но теперь я смотрела на него заново — как на мужчину, с которым сейчас займусь любовью.

Спина у него была очень мускулистой, но сухой.

То ли мышцы специально так накачаны, то ли врожденное. Растрепанные волосы делали его проще: он казался уютным, домашним — не тем Ярцевым-адвокатом, что я обслуживала в кафе, и не тем Ярцевым-убийцей, который меня похитил.

Он выглядел моим парнем, пусть куда старше меня, но желанным. Моя страсть к мужу угасла быстро — быт напрочь убивает чувства… А может, их и не было.

С Яром по-другому.

Стенки душевой заволокло паром.

Под звук шипящей воды Яр обернулся, и я смело встала навстречу. Он обнял меня, голая грудь мазнула по его напряженным мышцам. Это было так приятно, что я прильнула плотнее, обвив его руками.

Ладони крепко сжали мои ягодицы поверх шорт, а затем скользнули под них. Медленно, дразня, обхватили, играя с плотью, и я видела в глазах Яра темное и немного порочное желание. Он наслаждался моей реакцией и тем, кто податливо под его пальцами я выгнулась, отставив зад и животом прижавшись к нему, низом ощущая, что член тверже камня.

Я думала, после всего увиденного не захочу его. Но я захотела.

И еще как.

— Не могу больше, — выдохнула я. — Яр…

— Так пойдем скорее, — улыбнулся он.

Через приоткрытые губы я увидела зубы — человеческие, хоть знаю, что так было не всегда.

Это и отрезвляло, и щекотало нервы.

Яр видел, что я замешкалась, видел, каким взглядом смотрю на него. Но его это только подначивало. Он снова потянулся к шее, легко смял сопротивление, и я запрокинула голову под его напором.

Он рывком расстегнул мои шорты, опустился на колени, сдирая их вместе с бельем. Рот алчно впился чуть выше пупка. Наслаждение, которое меня захлестнуло, было такой силы, что я застонала. Он тронул языком, провел наверх, оставляя влажную дорожку, и губы обхватили сосок. Ненадолго, мимоходом — Яр поднялся в полный рост, нависая надо мной.

— Тебя бы привязать, Рита, — жарко сказал он. — Чтобы не убежала опять…

Я не успела ничего ответить: мы столкнулись ртами, как ураган.

Силу поцелуй набирал точно так же — постепенно, неотвратимо. Я не могла остановиться.

Нырнула в прошлое и целовалась с тем Ярцевым, на которого облизывалась несколько недель подряд. Не знаю, насколько я ему нравлюсь, но он мне — да.

Сердце таяло от его натиска, натиска его языка и хриплого дыхания, нежным покрывалом ложившимся на губы. Пальцы начали дрожать от нетерпения. Я водила ими по его груди — непривычной даже наощупь. Слишком сухая, слишком мускулистая. Мышцы были плотнее, чем у мужчин, с которыми я была раньше.

Это немного пугало и интриговало. Я боялась того, что у него там. Прежде чем впустить в себя мужчину, нужно проверить, что у него в штанах.

Я отвернулась, прерывая поцелуй, и рот Яр вновь оказался на моей шее. Я положила ладони на грудь, словно хотела его оттолкнуть.

— Постой…

Губы настойчиво изучали чувствительное место за ухом.

— Постой, — попросила я. — Яр, подожди…

Он оторвался и уставился мне в глаза, тяжело дыша.

Чтобы ответить на его взгляд, мне пришлось поднять голову. Я гладила его мускулистое тело и не решалась спросить. Мне казалось, если гладить его там, где эти мышцы странно выглядят, он сам догадается и расскажет.

— В чем дело? — он усмехнулся. — Ты не готова?

Я смущенно опустила глаза и вздрогнула от неожиданности. Он коснулся меня в самом сокровенном месте, пальцем проникая внутрь.

— Готова, — заключил он. — Почему ты меня остановила?

Палец внутри не давал сосредоточиться. Я не могла издать ни звука — только выдох. Пальцы проникали все глубже, пока он с интересом рассматривал мое лицо.

— Пойдем, — сказал он. — Я хочу в душ. Не останавливай меня, хорошо?

Я кивнула, не в силах ответить членораздельно. Он убрал пальцы.

Какая разница, что у него не так… спрошу об этом позже. Утром. Что бы он ни ответил, мы уже не остановимся.

Я нащупала пояс джинсов Яра и резко расстегнула молнию. Запустила ладони туда, в его лоно и обхватила член, изучая пальцами. Каменно-твердый, с бархатистой кожей, абсолютно не пугающий…

Как Яр и обещал, он удивил меня не так сильно, как я боялась.

Ему понравилось то, что я делаю рукой.

Он сразу же втолкнул меня в душевую кабину. Вода ударила сверху, разметала волосы по плечам, это было неожиданно, но весело — я улыбнулась, сквозь завесу воды наблюдая, как он приближается.

Он стащил джинсы и бросил на черно-белый кафель.

— Скорей, — позвала я.

Хотелось веселиться и ласкать его. Я обняла скользкое тело, как только он вошел под душ. Водила ладонями по груди, шее и лицу, смывая с него грязь. Вода распрямила намокшие волосы.

Ярцев вернулся к поцелую, прижал меня к стене душевой, а я шире открыла рот и позволяла целовать себя так глубоко, как ему хотелось.

Стенки запотели и скрипели от движений наших рук. Я опиралась на нее спиной, а когда поцелуи становились слишком жаркими, то и затылком.

Капли текли по лицу, повисали на ресницах, щекоча кожу.

Я задыхалась от воды, желания и языка Ярцева. Сгорала, но понятия не имела, как мы будем трахаться в душе, когда у него незаживший рубец на боку.

Яр просунул ладонь между моими ногами, вынуждая забросить одну ему на бедро. Я потеряла устойчивость и полностью оказалась в его власти. Очень сладкой — мне не хотелось лишаться этого плена. Понимая, что сейчас произойдет, я крепче обняла его, прильнула щекой к плечу и зажмурилась от удовольствия, когда он проник в меня.

О, Яр… Сладость заполняла тело при каждом движении бедер, пока не осталось ничего, кроме этого ощущения. Я впилась в него ногтями, пытаясь совладать с эмоциями и не кричать — они меня переполняли. И я чувствовала, как его мышцы перекатываются под кожей.

Конечно, эмоции все украшают. Все делают ярче.

Мне хотелось умолять «еще и еще», шептать нежные слова, поделиться тем огромным массивом света, что рос внутри. А я могла только еле слышно стонать, прижимаясь щекой к его груди, ощущая, как его пальцы все сильнее впиваются в ягодицы, пока эта сладость не стала больше меня.

Оргазм, долгий и светлый, совсем лишил меня сил. Я пережила его, обвиснув в объятиях Яра, чувствуя, как содрогаясь, он сам кончает.

Я откинулась назад, привалившись к стене и смотрела поверх его плеча. Ноги меня не держали, я даже немного съехала по ней с тихим скрипом. Закончилось все быстро, я больше боялась и изводила себя тем, чем не нужно было. кожа под поими руками осталась неизмененной — Яр не попытался перекинуться. И торс был скользким только из-за воды.

Он плотно прижимался ко мне, уткнувшись лбом в стену. Затем перевел дух и отстранился, пытаясь поймать мой взгляд — я ведь так боялась этой близости…

Я улыбалась, пока не заметила, что с моего живота стекает кровавая вода.

— Яр, — испугалась я, растирая сгустки, и наклонилась к его боку, когда поняла, откуда кровь.

Рубец не разошелся, но слегка кровил. Секс нам противопоказан.

— Ничего, — он шагнул обратно под душ, запрокинул голову, проводя пальцами по волосам. — Заживет.

— Как ты?

— Нормально, — усмехнулся он. — А ты?

Я только улыбнулась, выдавила полную ладонь геля для душа, сладко пахнущего дыней и арбузом и двумя ладонями начала его оттирать: отмокшую слизь, пот, грязь, все, что мы собрали за последние дни.

Яр делал то же самое. Можно справиться самим, но мыть друг друга намного приятнее. Впервые за последние дни у меня пропало чувство одиночества и страха, которые стали моими верными спутниками с момента покушения.

К тому же, я и впрямь отлично себя чувствовала.

Ничего страшного не произошло, мне было хорошо с ним.

Нужно было сразу сказать «да» и ничего не бояться.