Глава 43

МАРАТ

Смеюсь. Сижу на больничной койке в убогой ВИП палате, и смеюсь. Искренне, блядь! Реально, искренне.

Снова читаю записку эту гребаную. И еще, и еще. Всего пара строк:

«Пожалуйста, не ищи меня. Наверное, я вернусь, когда рожу ребенка. Я очень устала от этого кошмара, в который превратилась моя жизнь. Считаю, что и я и ребенок заслужили лучшего»

Сукааа!

Не ищи… наверное вернусь… устала…

А поговорить? Вот просто взять и поговорить со мной слабо?

Чувствую себя пацаненком. Лошком-флажком. Сижу, тихо смеюсь как конченый, и мысленно задаю Алике вопросы: почему и за что? Почему, мать твою, и за что? Что я сделал не так в этот раз? Да, подвёл, и спасти смог поздно. Многое не учёл, нанял не тех людей, не проверил их как следует. Косяков много, и я в жизни не забуду избитую Алику на коленях перед Игнатовыми.

Из-за этого ушла? Ушла, зная про грозящую опасность? Зная, что Дмитрий Игнатов жив-здоров? Или уснувшая обида за своего папашу проснулась?

Что у тебя в голове, Алика? Кисель?

— Её водили по кабинетам. Кровь, еще один рентген. Мы следом, как полагается. Следили. В кабинеты с ней не заходили, само собой, но глаз не спускали. Но из одного кабинета Алика Владимировна не вышла.

Слушаю объяснения, киваю. Меня прокляли? Вроде эти парни проверенные, бойцы отменные, но идиоты ведь! Или нет? Ну вроде складно: не могли они в кабинеты с Алей заходить, и вместе с ней в врачами беседовать. Но и не уследить за одной беременной женщиной — это профнепригодность.

Да я и сам хорош. Уехал. Вроде и не собирался у Алики на поводу. Не захотела, чтобы чужак в её нижнем белье рылся? Я купить новое собирался: зубную щетку, гель, шампунь, комплект одежды и нижнее белье. В любом магазине этого добра навалом. Купил бы, и за пятнадцать минут обратно к ней в палату пришел.

Но уехал. Решил Алике в очередной раз время дать. Видел — непросто ей, волком смотрела. Одна хотела побыть. Стресс, шок, всё понятно. Да я и сам до кондиции дошел, когда Алику вытащил — вроде и выдохнул с облегчением, но… отходняк, наверное, накрыл. Трясти начало, и мысли мерзкие в голову лезли: а что было бы, если бы я приехал чуть позже? Убили бы? Изнасиловали? В живот пнули, чтобы ребенка скинула? А если бы я раньше приехал? Может, не было бы на теле Алики отметин? Может, не напугали бы её так сильно, если бы я успел? А если бы я вообще не уезжал тем вечером, как Аля и просила? Тогда бы…

Если бы да кабы, как говорил мой дед.

Проехаться решил до дома Али, и всё же собрать её вещи — привычные, чтобы они добавили ей спокойствия и ощущение дома, безопасности. Очередное, мать его, ошибочное решение! Которое по счету? Вроде неглупым был, или мне так казалось, а на самом деле я идиот?

— Вот запись с камеры. Из лаборатории два выхода, Алика Владимировна вышла через второй, ведущий в коридор. На ней был белый медицинский халат и маска, вышла через парковку, и села на маршрутку. Мы достанем записи с камер всех остановок этого маршрута…

Снова слушаю, и снова киваю, комкая записку Алики в ладони.

Моя особенность — дерьмовые решения. Особенность Алики — сбегать от охраны в медицинских учреждениях. Вот только я все равно не пойму — зачем? Куда собралась-то? Найду ведь! Денег у неё нет, документов тоже, как и одежды. Всех знакомых её я знаю, проследить легко. Да, блин, банально: есть женская консультация, где Алика не может не появляться!

Так я успокаивал себя, пока разговаривал с её подругой Кристиной. Вежливо спрашивал её про Алю, затем невежливо. Потом банально допрашивал — не видела, не знает, не в курсе. Сама тревожится, но в глазах этой девчонки мелькало что-то странное. Довольство, будто. Нужно присмотреться к ней.

— Не видел я её. Не звонила, не писала. Вот телефон — проверьте, если хотите, — протянул мне в руку свой смартфон недоделанный поклонник Алики, и один из бывших моих сотрудников — Денис Шагуров.

— Телефон пробьем. Звонки и сообщения ты стереть мог. Насчет Алики…

— Да понял я, понял, — встревоженно перебил меня Шагуров. — Не стану я покрывать беременную беглянку. Придумала, блин, сбегать!

В квартире не появляется. В соцсетях тишина. Сим-карты на имя Алики не регистрировались, по всем фронтам тишина. За всеми её немногочисленными приятелями следят. Хотя охране моей веры нет. Кажется, что все вокруг придурки, и я среди них главный. Толпа мужиков одну девчонку упустила. Дожился!

А Дмитрий Игнатов, тем временем, пропал. И это тревожит с каждым днем все сильнее. Алика сбежала, он пропал, и… да нет, не у него она! Если бы поймал Алю, если бы сделал ей что-то, то нашел бы время сообщить мне, уколоть! Жива! Прячется где-то… и зачем-то… понять бы еще эту её загадочную логику!

Алики нет второй день. Камерами, оказывается, оснащен не весь город. Маршрут её не отследить.

Четвертый день — нашли нескольких людей, ехавших с Аликой в маршрутке. Запомнили её, избитую, но не сказали, где вышла. Квартиру снимает посуточно? Комнату?

Седьмой день — нанял еще охрану, самостоятельно начал перепроверять их. Ищем. По всему, мать его, городу ищем. И ничего!

Десятый день — камеры с жд и автовокзала просмотрены до дыр, на поезд она не садилась, но… черт, было много людей в капюшонах! Запросто могла приплатить проводнику, спрятаться от камер в капюшоне, и умотать куда-то. Надеюсь, мозг Али вернется на место, как и она сама. Домой!

Пытаюсь работать, пытаюсь искать Алику… пытаюсь. Только и делаю что пытаюсь.

Четырнадцатый день. Звонок от Руслана:

— Ну всё, можно выдыхать, Егор полностью отошел от искусственной комы. Скоро прием у травматолога. По всем признакам, на ноги он встанет, пусть и с помощью реабилитации. Нужно будет учиться ходить, долгая реабилитация. Операции и кома ослабили организм, и теперь здоровье у старшенького как у семидесятилетнего, но это тот случай, когда здоровье можно купить!

Голос у Руслана радостный, да и я сам впервые за долгое время смог искренне улыбнуться.

— Давай подробнее! А лучше переключись на видеосвязь, с Егором хочу поговорить.

— Он с врачами. Со мной говори, а лучше просто порадуйся, брат! И скажи, что я крут! Справился с ролью сиделки, да?

— Да, — хохотнул я. — Бросай свои погоны, сиделка из тебя — высший класс! Домой когда?

— Реабилитацию начнем здесь, а потом посмотрим. Черт, набухаюсь сегодня, имею право! — Рус, я слышу это по голосу, довольно улыбается. — Замотался с Егором. Лежал как спящая красавица. То стабилен был, то новость — с почками беда, с сосудами, с давлением, с щитовидкой. Пока в коме был, весь организм похерили. Лечиться долго будет, да и выглядит сейчас брат на сорокет, если не больше. Зато операция была успешной, и ходить он точно сможет, а остальное вылечим.

— Вылечим, конечно.

— Наташа счастлива. Без обид, но ей я первой сообщил, она-то умеет радоваться открыто. Визжала так, что у меня до сих пор в ушах звенит. Кстати, — голос Руса стал серьезным, — на Алику твою я ориентировки выслал куда только смог, как ты и просил. Даже на Дальний Восток. Если будет информация — я сразу тебе сообщу. У неё, кстати, двоюродная тётка живет в Новосибе, но они не знакомы. Однако, проверить стоит. Больше никого из родни у не нет.

Проверил. Эта тетка сама про наличие у неё двоюродной племянницы не знала.

Три недели — тишина. Я продолжаю жить в квартире Алики, следить за её псом, которого она кинула, сталкерить за Кристиной, Шагуровым, её одноклассниками, искать Игнатова. И понимаю — это слишком много. Не вывожу. Либо ищу только Алику, и делаю это хорошо, либо слежу за всеми, и получаю привычный за эти недели результат — ноль.

Но перестать не могу. Кажется, ослаблю контроль… да над той же Кристиной или её парнем, и Алика даст им знать о себе. А я об этом не узнаю.

Четыре недели прошло. Гребаный месяц! За этот месяц с Аликой без денег, связей, документов, с моим ребенком под сердцем, могло случиться всё что угодно! Как ей удается прятаться? Как?

— Занимаемся только Аликой. Нанимайте еще детективов, покупайте ментов, делайте запросы во все женские консультации более-менее крупных городов. Её контакты больше не трогаем, хватит распыляться, — сдался я в итоге.

Не могу больше оставаться в этом городе. Хоть на пару дней, но уехать я должен. Есть возможность приобрести керамический завод по неплохой цене. Желающих много, придется драться. Уезжать страшно, тем более в Сибирь. Вдруг Алика найдется, но… надо! И работать надо, и отвлечься, иначе окончательно двинусь.

За пару дней, проведенных мной в Сибири, ничего не должно случиться.

Надеюсь.