36

— Народ, смотреть можно? — Закрыв лицо руками, Кристина остановилась в дверном проеме. — Ничего не увижу? А то я очень переживаю за свою детскую психику.

— Что тебе нужно? — недовольно спрашивает у нее Никита, даже не скрывая раздражения в голосе.

— Да что ты можешь мне дать? — фыркает подруга, направляясь ко мне. — Кстати, не надейся, что получится свалить раньше завтрашнего утра. Мама сказала, что никого не выпустит, пока завтраком не накормит.

Спрашивается, и чего она мне так подмигивает, будто это было моей идеей остаться.

— Мира, тебя это тоже касается. С этой минуту мы в плену.

Похлопав меня по плечу, она хватает мою руку и буквально вытягивает из кресла.

— Куда мы?

— Хочу тебе кое-что показать, подруга. А ты… — указательным пальцем тыкает в брата, — Останешься один и подумаешь над своим поведением. Чуть позже буду ждать отчет. Ясно?

Прыскаю, пытаясь не засмеяться.

— Ты договоришься.

Никита качает головой, мол, все происходящее детский сад, а он давно покинул ясельную группу.

— Мира, если она будет тебя доставать — кричи.

Его слова поддержки приводят меня в такой ступор, что я только киваю, не зная, что ответить. А чего он ждал? Благодарностей? За то, что вспомнил свою секретаршу, когда я захотела поговорить о достижениях Кристины? Зачем? Чего добивается человек? Или думает, что я упаду на колени и со слезами на глазах буду просить прощения за то, что не поверила его словам?

— Без тебя разберемся.

Хитро улыбаясь, Кристина тащит меня на второй этаж, в противоположную от наших комнат сторону.

— Он что-нибудь сказал тебе?

— Нет. Не успел.

У меня не было цели скрывать то, что крутилось в голове, но кажется, я поумнела. Сейчас мне не хотелось вываливать на кого-то свои проблемы.

— Отлично. А скоро у него, вообще, дар речи пропадет.

— Ты о чем?

— Сейчас узнаешь.

— Что-то плохое?

Зная подругу и ее любовь доставать брата, в первую очередь начинаешь думать о плохом. Не скажу, что я сейчас была бы против ее дурачеств по отношению к Никите, наоборот, с удовольствием посмотрела бы, как он меняется в лице, но… У Регины Борисовны и так сегодня не самый лучший день. Пусть хоть вечер закончится так, как она любит. Для нее огромная радость, когда вся семья собирается за одним столом. Отдельное счастье, когда члены семьи едят молча и не бросаются друг в друга угрозами.

— За кого ты меня принимаешь? — наигранно возмущается она, открывая дверь в кладовку.

— За человека, который любит всех доставать.

— Обидно. Серьезно. Я обиделась. Помогать другим — неблагодарное дело, оказывается. — Бурчит себе под нос, раздвигая чехлы на вешалках. — Где же оно? Может, мама что-то перепутала?

— Крис, что ты ищешь?

— Нашла!

Обернувшись, Крис подмигивает мне.

— Хорошо, что наша Регина Борисовна любитель ничего не выбрасывать, а оставлять на долгую память. — приговаривает подруга, расстегивая молнию. — Блин, надо телефон зарядить. Хочу на камеру снять реакцию Никитоса.

На пару секунд я зависаю, не понимая, о чем болтает Чернова. Напрягаюсь, внимательно следя за ее руками, и когда чехол отлетает в сторону, дыхание перехватывает.

— Мое свадебное платье? — Вернее, мое второе свадебное платье, которое на мне было уже после торжественной части. От нахлынувшего шока я делаю шаг назад. — И зачем ты его достала?

— Я же говорила, что тебе надо переодеться. Вот! Переодевайся. Если стесняешься, я могу выйти.

— Ты шутишь, наверно.

— Не-а. Оно красивое, и я помню, какой счастливой ты была в нем. Ну же, Мир. Представь, как Никита офигеет, когда увидит тебя. Готова поспорить, что его челюсть приземлится на пол.

Ее ждет разочарование, ведь сегодня вместо ее брата нам подсунули угрюмого и злого клона. Или он навсегда таким останется? Больше не будет пытаться найти повод поговорить со мной? Не назовет родной?

Одна часть моего мозга заставляла меня сорваться с места, бежать вниз, схватить Никиту за руку и просить выслушать меня. Зато другая, заставила руку вытянуться вперед и забрать у подруги платье, которое мы с ней с таким трудом искали целую неделю, совершая набеги на все магазины города.

К черту.

Я устала за всеми бегать. Устала пытаться заслужить одобрение, прощение и любовь. Будь, что будет. Не посмотрит больше в мою сторону, значит, так и должно быть.

Я серьезно так подумала?

Заткнув невидимой тряпкой дыру в голове, благодаря которой туда залетали все плохие мысли, я решительно стягивала с себя одежду, под одобрительный взгляд подруги.

Неужели я и правда выйду из этой комнаты в платье, в котором разрезала свадебный торт и целовалась с Черновым под крики горько? День не перестает меня удивлять.

— Ну, красотка. — протягивает Крис, разглядывая меня со всех сторон. — А вот это надо сжечь.

Схватив мои вещи, она прижала их к себе, будто боясь, что я начну отбирать.

— Если взамен дашь что-то другое.

— Ой, да здесь полно твоих вещей. — Отмахивается она. — Мама ничего не трогала. Где оставила, там и лежат, ждут хозяйку.

— Зачем тогда подсунула мне это платье?

Смотрясь в зеркало, было необычно видеть себя в таком наряде. Красиво, конечно, но все равно необычно.

— Есть шанс, что это напомнит вам о том, почему вы поженились. И хватит уже трястись. Выглядишь так, будто я собираюсь отдать тебя в жертву злому духу.

— Почти так и есть. — Отвечаю ей.

— Ой, нашла нечистую силу. Поверь, как только ты выйдешь, он щеночком приползет к твоей руке, и будет скулить, выпрашиваю, почесать ему за ушком. А ты не чеши. Обойдется.

Настроение Кристины, конечно же, мне нравилось. Мы забыли все обиды, начали заново общаться, но она все равно никогда не поймет меня. Все сложнее, чем она может себе представить. И обид много, и еще больше недосказанности. Свадебное платье не вернет нас в тот период прошлого, где мы свернули не в ту сторону, что в конечном разрушило наш брак. Оно хоть и красивое, но не волшебное.

Спускаясь по лестнице, я думала лишь об одном, как бы мне не свалиться. Тело стало деревянным. Ноги не слушались. Легкости совсем не было. Осталось только напряжение и нервное покалывание в груди. Я будто не на ужин спускалась, а шла на прием к Королеве, на котором меня должны были казнить.

— Отмени все встречи. — Никита стоит ко мне спиной, разговаривая с кем-то по телефону. — Завтра меня тоже не будет.

Словно почувствовав мой взгляд, он разворачивается и замолкает, смотря прямо мне в глаза.

Ох, черт.

Как же я ошибалась.