ГЛАВА 15

…Солнечный луч легко скользнул по щеке, заставляя чуть поморщиться. Воспоминания возвращались урывками, калейдоскопом крутились в голове, постепенно выстраиваясь в определенную картину. Побег… Илья… В него стреляли… Сердце не билось… Я судорожно вздохнула и открыла глаза.

Ожидала увидеть над собой небо, но вместо этого взгляд уткнулся в светлый деревянный потолок. В следующую секунду поняла, что лежу на чем-то мягком, а сверху накинуто тканое покрывало. Я поднялась рывком и села, изумленно оглядываясь.

Комната, небольшая, из мебели — узкая лежанка, на которой я, собственно, сейчас и находилась, рядом с ней низенький квадратный столик, украшенный букетом полевых цветов в простенькой глиняной вазе, немного дальше — массивный сундук. Стены дощатые, лишенные всякой отделки. Двустворчатое окно чуть открыто, и легкий ветерок, проникающий внутрь, парусом вздувает голубые ситцевые занавески.

Где я?..

— О, очнулась! — в дверь просунулась вихрастая голова.

— Спенсер? — мои глаза расширились от удивления.

Но мальчуган уже исчез, а его голос звучал где-то в глубине дома:

— Мама. Мама!.. Она проснулась!..

— Ох, как хорошо! — произнес кто-то очень знакомый, и послышались торопливые шаги.

Дверь снова распахнулась, и я не сдержала улыбки: Магдалена. Да, передо мной стояла именно она, полненькая, розовощекая, уютная. Правда, одета несколько по-другому: вместо привычных расклешенных юбок и оборок — длинное платье-рубаха из тонкого льна, подвязанное таким же холщевым передником, на голове — белая косынка.

Безусловно, я сразу поняла, что это двойняшка той миссис Флинн, которую я знала раньше, но видеть ее мне было не менее радостно!

— Не пугайся, милая, ты у меня в доме, — тем временем заговорила она. — Я Магдалена… А тебя зовут Кэтрин, так? Мне твой друг сказал…

— Друг? — переспросила я, в тот же миг вновь мысленно уносясь в события прошедшей ночи.

Илья. Где Илья?..

— Да, Карл… — Магдалена присела рядом со мной, сложив руки на коленях. — Мой брат, дозорный, нашел вас у Стоунхенджа… Ты была без сознания, и мы перенесли тебя ко мне в дом…

— А Илья? — я с тревогой и мольбой взглянула ей в глаза. — С нами был еще мужчина, молодой, он ранен… Что с ним?..

— У знахарки он сейчас, — Магдалена заключила мои ладони в свои. — Она пытается его спасти…

— Так он жив? — мой голос задрожал от волнения.

— Жив… Только слабенький очень… — миссис Флинн сочувственно улыбнулась. — Когда нашли, жизнь едва теплилась в нем… Но Киара хорошая знахарка, она выходит парня, не тревожься…

— Жив… — слезы облегчения застлали глаза. — Слава богу, жив…

— И кто тут плачет? — в комнату заглянул улыбающийся Карл Генрихович.

— Как всегда я, — улыбнулась в ответ и начала утирать слезы. — Кто еще в нашей компании такой плаксивый?

— Оставлю вас, — Магдалена похлопала меня по руке и поднялась. — Пойду на стол накрою… А вы пока поговорите…

— Это правда, что с Ильей все в порядке? — спросила я еще раз, когда Карл Генрихович занял место миссис Флинн подле меня.

— Я верю, что он выкарабкается… — твердо ответил он.

— Я хочу его увидеть…

— Позже, чуть позже мы обязательно его навестим… — пообещал Карл Генрихович. — Потерпи немного…

— Расскажите, что произошло, после того, как я потеряла сознание, — попросила я, когда немного успокоилась. — Мы сейчас в Солсбери?

— И да, и нет, — выражение лица у Карла Генриховича было странным: задумчивым и лукавым одновременно.

— Но Магдалена со Спенсером ведь здесь, значит, и Солсбери существует… — осторожно заметила я.

— Существует. Только немного не там, где мы привыкли его находить. На самом деле, Катенька, этот мир… Он удивительный, во всех смыслах. Даже у меня, видавшего многое, кое-что с трудом укладывается в голове…

Карл Генрихович продолжал говорить загадками, однако я сейчас не испытывала никакого желания решать его шарады. Да и завела эту тему не из особого интереса, а для того, чтобы отвлечься от мыслей об Илье. Как бы мне ни говорили, что с ним все в порядке, хотелось убедиться в этом воочию, и я сгорала от нетерпения поскорей оказаться рядом с ним.

А по поводу этого мира… Карл Генрихович считает его удивительным? Но что в нем может быть особенного? Мир как мир. Дом, во всяком случае, обычный. Магдалена со Спенсером тоже. Разве что мода иная, но к подобным переменам нам не привыкать. Вон цветы в вазе — тоже самые обычные… Ромашки, колокольчики, сурепка… Если же имеется в виду очередной нестандартный государственный строй, то меня уже трудно будет чем-то поразить… Главное, никто не угрожает, не гонится, не стреляет…

Неожиданно тишину дома нарушил резкий гортанный звук, похожий то ли на рык, то ли птичий крик. Я вздрогнула, вопросительно глянув на Карла Генриховича. Но получить от него объяснений не успела: в комнату, цокая когтистыми лапами, ворвался… Динозавр?..

Я взвизгнула и забилась в дальний угол кровати.

— Вот как раз это я и имел в виду, — деликатно кашлянул Карл Генрихович.

— О…о …он нас-с-стоящий? — я с ужасом смотрела на существо, которое остановилось неподалеку и, нагнув голову набок, с не меньшим интересом уставилось на меня своими круглыми оранжевыми глазами.

— Самый что ни на есть, — Карл Генрихович улыбнулся как-то заискивающе, будто чувствовал себя виноватым за существование этого животного. — Чем-то похож на велоцираптора, правда? Только еще мельче…

Я не знала точно, как должен выглядеть велоцираптор, и тем более не разбиралась в его размерах. Я, вообще, никогда не интересовалась древними рептилиями. Хотите верьте, хотите нет, но даже знаменитый «Парк Юрского периода» целиком не смотрела!

Этот же динозавр действительно был некрупным, ростом и длиной со среднюю собаку. Вытянутая, похожая на птичью, голова с хохолком из тонких серых перьев переходила в прямую шею, тело небольшое, длинный, поднятый кверху хвост. Задние лапы, на которых он стоял, были более развиты, чем передние.

— Что… он…здесь…делает? — сглатывая после каждого слова, спросила я.

— Познакомься, это Крок, — Карл Генрихович без всякого страха протянул руку к динозавру и погладил его по чуть выгнутой спине. — Он домашняя зверушка Спенсера…

Кроку ласка Карла Генриховича, по всей видимости, понравилась, поскольку он блаженно прищурился, заурчал, а в заключение открыл свою пасть и вновь издал клокочущий рык. Ой, мамочки, сколько же у него зубов. Домашняя зверушка, говорите?.. Да такой руку отгрызет в два счета!

— И много тут…таких зверушек? — мой мозг до сих пор отказывать верить глазам.

— Хватает. Скоро сама увидишь, — Карл Генрихович продолжал поглаживать маленького монстра, а тот с удовольствием подставлял ему шею и спину.

— Ужин готов! Прошу к столу! — донесся до нас голос Магдалены.

— Ужин? — я бросила взгляд за окно. — Разве сейчас не утро?..

— Уже шесть часов вечера, Катенька, — отозвался старик. — Просто твой обморок перешел в глубокий сон… Киара, знахарка, сказала, что это нормально после сильного нервного потрясения…

Глубокий сон? Значит, пока Илья где-то находился на грани жизни и смерти, я преспокойно спала?..

— Не хочу ужинать, отведите меня к Илье.

Я решительно скинула с себя покрывало и собралась подняться, как вдруг ощутила сильное головокружение, а перед глазами заплясали красные пятна. Одновременно с этим в пояснице начала зарождаться ноющая боль, которая постепенно перетекала на низ живота. Я охнула и поморщилась.

— Что случилось? — Карл Генрихович подхватил меня и посадил обратно на кровать.

— Ничего… — я прикрыла веки, пытаясь прийти в себя. — Просто слабость… Наверное, резко встала… И спина что-то прихватила. Возможно, потянула, когда мы несли Илью… Сейчас пройдет…

Боль действительно потихоньку уходила, а голова прояснялась.

— Все-таки ты должна поесть, — с напором произнес Карл Генрихович. — Пока не поужинаешь, мы никуда не пойдем.

— Ладно, — я нехотя согласилась. — Я и вправду со вчерашнего обеда ничего в рот не брала… И… Со мной уже все хорошо, можем идти…

Карл Генрихович помог мне подняться и, придерживая за локоть, повел за собой в кухню, где около накрытого стола кружила Магдалена, расставляя тарелки и столовые приборы. «Домашний» динозавр процокал за нами, а после принялся крутиться в ногах у хозяйки, выпрашивая кусочек чего-нибудь вкусного. В этот момент он напомнил мне Джаса, который тоже любил попрошайничать за столом. Я невольно улыбнулась и вдруг поймала себя на мысли, что больше не испытываю страха перед этой зверушкой. Не собачка, конечно, но тоже забавный…

— Спенсер! — позвала тем временем миссис Флинн сына, и когда тот появился из другой комнаты, строго сказала: — Забери своего Крока, а лучше выгони на улицу… Он мешает мне и нашим гостям.

— Идем, — мальчик с недовольным видом подошел к динозавру, взял его подмышку и понес к выходу. — Гуляй пока, — выставил он того за порог и закрыл дверь.

— Кэтрин, — всплеснула руками Магдалена, увидев меня. — Что ж ты не переоделась! Я же тебе платье оставляла. А то твое ведь все испачкано!

Я перевела взгляд на свою одежду и только сейчас заметила, что вся юбка покрыта бурыми пятнами. Ох, это же засохшая кровь Ильи. Ее вид вновь всколыхнул во мне неприятные воспоминания и обострил тревогу о любимом.

— Извините, я сейчас, — произнесла поспешно и отправилась назад в комнату.

Платье, такое же простенькое, как и у хозяйки, нашла аккуратно сложенным на краю постели. Быстро переоделась, немного пригладила волосы, заплетя их в некое подобие косы, и вернулась в кухню.

— Так-то лучше, — улыбнулась Магдалена, сразу же накладывая мне в тарелку кусок тушеного мяса с овощной подливой. — А я завтра все постираю и высушу…

— Что вы! — мне стало неудобно, что кто-то будет возиться с моим грязным платьем. — Я сама могу все выстирать. Вы просто скажите, где это можно сделать!

— Глупости! — отмахнулась от меня женщина. — Я завтра все равно стирку буду устраивать, так что с меня не убудет! А ты ешь, ешь… Остынет.

— Спасибо, — мясной аромат действительно приятно щекотал ноздри, будоража аппетит, и я все-таки приступила к кушанью.

Мясо оказалось невероятно вкусным, и моя тарелка опустела незаметно быстро. Карл Генрихович ел медленней, поэтому мне пришлось ждать, пока он закончит ужин. Мысленно я уже была рядом с Ильей, и мне не терпелось отправиться к местной знахарке, поэтому, когда старик отложил вилку, тут же вскочила:

— Идем?

— Вы к Киаре сейчас? — уточнила Магдалена.

— Да, мы постараемся не задерживаться, — пообещал ей Карл Генрихович и поднялся следом за мной.

Я первая распахнула дверь, ступая на улицу, и тут же остановилась, ошеломленно глядя на представшую передо мной картину: тот самый домашний любимец Спенсера с азартом щенка гонял по двору… Куриц? Или все-таки тоже динозавров?.. Нет, скорее, нечто среднее между рептилиями и птицами. Во всяком случае, тело их было не оголено как у Крока, а покрыто довольно обильно рябыми перьями, хвосты же внешне походили на фазаньи.

— Предполагаю, это местная домашняя птица, — медленно озвучила я свои догадки. — Может, они еще и яйца несут?..

— Возможно, что да, — пожал плечами Карл Генрихович. — Более того, мне кажется, что сейчас мы угощались блюдом из подобного птенчика…

Лучше бы он этого не говорил! Ужин, съеденный дестью минутами ранее, сразу начал проситься назад…

— Пойдемте, — я помотала головой, отгоняя от себя неприятные ощущения. — Далеко живет эта Киара?..

— На том конце поселка… — Карл Генрихович показал куда-то рукой. — Минут двадцать идти…

Выйдя за ворота, мы направились вперед по обычной деревенской улочке. Вдоль нее тянулись невысокие домики с зеленой растительностью садов и аккуратными заборчиками. Древние рептилии пока на глаза не попадались, впрочем, как другие виды животных. Несмотря на то, что почти все мои мысли сейчас занимал Илья, любопытство и интерес к окружающему миру все же пробивался наружу.

— Вы уже думали, почему в этой параллели существуют динозавры? — полюбопытствовала я Карла Генриховича.

— Скорее всего, здесь не случилось того самого события, которое бы повлияло на их полнейшее вымирание, — охотно начал рассуждать тот.

— Значит, тот самый злополучный астероид не упал на Землю сколько-то там миллионов лет назад?

— Шестьдесят пять, если быть точным, — уточнил Карл Генрихович. — Возможно и так… Впрочем, существует научная теория, что та планетарная катастрофа не явилась главным фактором для исчезновения древних рептилий… Ведь большинство их видов все же уцелело. Взять, к примеру, ящериц или змей. Они ведь не только себя прекрасно чувствуют в нашем мире и по сей день, но еще и образовали за все это время куда больше видов, чем млекопитающие. Что уж говорить о крокодилах или черепахах?.. С другой стороны, если бы катастрофы не случилось, то эволюция мира могла пойти несколько по-иному… Во всяком случае, многие виды динозавров действительно могли бы дожить до современности… Как это, возможно, произошло в здешнем мире. Впрочем… Истинную причину, почему тут все развилось так или иначе, полагаю, мы никогда не узнаем… Ее истоки теряются не то что в тысячелетиях, а целых эрах… А если учесть, что здесь цивилизация находится на уровне нашего средневековья, то, полагаю, никто этот вопрос и не исследовал… Для них динозавры, как и млекопитающие — это естественная фауна…

— То есть млекопитающие у них тоже есть? — немного удивилась я.

— Конечно. У Магдалены, например, есть кое-какой скот… Корова и коза. Правда, они немного отличаются внешне от тех, что мы привыкли видеть, но все же вполне узнаваемы, — усмехнулся Карл Генрихович. — Зато кого мне здесь не довелось увидеть, так это собак или кошек…

— Наверное, их роль выполняют всякие Кроки, — я тоже улыбнулась.

— Да, а роль самолетов — вот эти замечательные «птички», — Карл Генрихович показал куда-то вверх.

Я подняла голову и увидела парящего в небе огромного крылатого динозавра, на спине которого, если повнимательней присмотреться, сидел человек. Перед глазами мелькнула картина летающего существа на фоне лунного диска, увиденного мною в предобморочном состоянии.

— Так это действительно была не птица… — ошеломленно проговорила я, следя за плавными и выверенными движениями динозавра.

— Потомки птеродонтов, которых смогли приручить здешние люди, — в отличие меня рептилия с крыльями Карла Генриховича не так удивляла, как восхищала. — Поразительно…

— А кто у них на спине? Что он там делает?.. — спросила я, не в силах отвести глаз от этого зрелища.

— Это дозорный. Он сверху следит за порядком в поселке, — объяснил Карл Генрихович. — Что-то наподобие нашей полиции… Кстати, брат Магдалены тоже дозорный, и это именно он увидел нас ночью у Стоунхенджа и помог вначале перенести Илью, а потом и нас с тобой к знахарке…

— То есть, мы летели на этом монстре? — ужаснулась я.

— Между прочим, очень удобно и быстро, — хмыкнул старик. — Непередаваемое чувство полета… Хотя, что кривить душой, в первые минуты я тоже не на шутку испугался этого монстра…

— И долго пришлось нам лететь?.. — мне по-прежнему было нелегко принять подобное известие.

— Не больше пяти минут, — снова удивил меня Карл Генрихович.

— Эти птички передвигаются так быстро?!

— Нет, это просто Солсбери находится близко… Помнишь, я уже говорил тебе, что здесь он расположен немного не там, где обычно? Так вот, Солсбери в этом мире занимает всю равнину вокруг Стоунхенджа. Смотри, — он взял меня за плечи и повернул в другую сторону, где вдалеке, за крышами невысоких домов, отчетливо угадывались знакомые силуэты вертикальных каменных глыб. — Для жителей Солсбери это священное место, которое связывает их мир с иными… А Киара, к которой мы сейчас идем — не только целительница, но и такая же Хранительница друидов, как и я. Именно поэтому нашему появлению здесь особо не удивились и нам не пришлось выдумывать никаких историй… А еще я успел переговорить с Киарой, и она пообещала подумать, как помочь нам… Похоже, она знает намного больше меня.

— Это означает, что наши скитания могут скоро закончиться? — робко переспросила я. Слова Карла Генриховича вселяли в меня надежду, в которую я пока боялась поверить.

— Поживем — увидим, — он по-отечески обнял меня. — Но предчувствия у меня хорошие. А они редко когда подводили… Сейчас же важнее всего прочего поставить нашего Илью на ноги, ты ведь тоже так считаешь?..

— Конечно! — с жаром ответила я. — И пойдемте уже скорее к нему!..

…Дом знахарки Киары стоял на самом краю Солсбери, за ним, стоило лишь миновать неширокую полоску ржаного поля, начинался лес. Едва мы приблизились к крыльцу, дверь тотчас распахнулась сама и на пороге появилась женщина, молодая, лет тридцати, не больше. Высокая, стройная, с необычайно светлыми, мелко вьющимися волосами, небрежно перехваченными голубой лентой на затылке. Лицо красивое, с нежными, утонченными чертами. Интересно, кто она? Может, дочка или помощница знахарки?..

— Добрый вечер, Киара, — с улыбкой поприветствовал ее Карл Генрихович, вмиг отметая все мои вопросы.

И почему я решила, что знахарка будет пожилая?

— Пришли проведать своего друга? — она даже не улыбнулась в ответ. — Заходите…

Внутри дома оказалось немного душно и пахло сухими травами. Аромат был приятным, но меня от него почему-то стало мутить. Опять начало тянуть поясницу и низ живота, отчего захотелось куда-нибудь присесть…

Киара тем временем подвела нас к ширме, которая делила комнату на две части, и отодвинула ее в сторону. Я сразу же увидела Илью и, забыв обо всех своих неприятных ощущениях, бросилась к нему.

— Он до сих пор без сознания, — предупредила Киара.

Я опустилась на колени рядом с кроватью и взяла его руку в свою: теплая, даже горячая… Дышал Илья тяжело, прерывисто, лоб его покрывала испарина, а губы, наоборот, пересохли и потрескались.

— У него жар? — спросила я обеспокоенно.

— Еще есть немного, — отозвалась знахарка. — Но до обеда он весь горел, даже бредил… Сейчас лихорадка уменьшилась… Будем надеяться, что завтра утром ему станет лучше… Рана у него серьезная, но от пуль я его избавила, кровь остановила, теперь осталось подождать, пока организм переборет этот недуг и начнет восстанавливаться…

— Я могу остаться с ним на ночь?

— Нет, — ответ прозвучал резко, будто меня обдали ледяной водой. — Я не терплю посторонних у себя в доме… — потом же ее голос все-таки немного смягчился: — Придете завтра…

— А может… — мне все же не хотелось уступать, и я надеялась, что сумею уговорить Киару, но встретившись с ее каменным взглядом, поняла, что это бесполезно.

Тогда я поцеловала Илью в сухие горячие губы, прошептав:

— Буду у тебя с самого утра… — и поднялась.

Сделала шаг и вдруг почувствовала, как по ногам заструилось что-то теплое. Я чуть приподняла юбку: красная дорожка уже добежала до щиколотки. Что это? Кровь?.. Сердце замерло в страхе, а после неистово забилось, норовя выскочить из груди. Я подняла глаза на Киару, и та сразу догадалась, что мне нужна помощь.

— Подождите на улице, — попросила она Карла Генриховича, который переводил непонимающий взгляд с нее на меня.

— Что там у тебя? — знахарка уложила меня на лавку и бесцеремонно задрала платье.

— Кровь… — ответила я, дрожа всем телом. — Боюсь, что случилось что-то с ребенком…

Киара удивленно вскинула брови, потом приложила руку к моему животу, на мгновение закрыв глаза, а после спокойно проговорила:

— С чего ты решила, что беременна?..

— В смысле? — вопрос был таким неожиданным и странным, что я растерялась.

— С чего ты решила, что ждешь ребенка? — в тоне Киары послышалась насмешка. — У тебя там пусто… Нет никакого ребенка. И не было никогда.

— А откуда кровь?.. — до меня с трудом доходил смысл сказанных ею слов.

— Оттуда, откуда она к нам, женщинам, приходит каждый месяц…