ГЛАВА 19

— Катя, куда ты пропала? Мы волновались за тебя, — Карл Генрихович поднялся мне навстречу, едва я переступила порог дома.

Стол уже был накрыт к ужину и, похоже, все ждали только меня.

— Думали, если не появишься в ближайшие полчаса, пойдем тебя искать, — продолжал Карл Генрихович, я же бросила взгляд на Илью, но тут же отвела его.

— Я была у Киары, — ответила тихо и крепко сжала в ладони заветный пузырек. — Мы разговаривали…

— О чем? — Илья смотрел на меня испытующе, я же никак не могла взглянуть на него прямо.

— Обо всем, — отозвалась уклончиво, а затем, пробормотав: — Сейчас вернусь, — убежала в свою комнату.

Долго думала, куда спрятать бутылочку с настойкой, в конце концов, оставила ее под подушкой, и только потом вновь появилась на кухне.

— Надеюсь, ваш разговор с Киарой прошел мирно? — не успела я сесть за стол, спросил Карл Генрихович.

По заинтересованным взглядам не только его и Ильи, но также и Магдалены, и даже Спенсера, я поняла, что эту тему они уже успели обсудить в мое отсутствие.

— Да, вполне… — я наконец подняла глаза на Илью. — И мы даже смогли устранить все разногласия…

— Правда? — его взгляд вспыхнул радостной надеждой.

— Да, — коротко кивнула я, и тут же перевела тему, с улыбкой обратившись к Магдалене: — Что у нас вкусненького на ужин?..

Хотя сегодня и были развеяны все мои сомнения и переживания, я не могла так быстро вернуться в прежнее настроение и вести себя с Ильей как ни в чем не бывало. Стена, которой я оградилась от него несколькими днями раньше, до сих пор существовала. За ней до недавнего момента скрывалось столько боли и страданий, что снести ее одним махом оказалось просто невозможным. И требовалось время, чтобы вернуть все на старые места.

Однако Илья думал иначе. После ужина я попыталась улизнуть в свою комнату, но он настиг меня у самой двери, взял за руку и твердо сказал:

— Давай поговорим.

Я молча открыла комнату и пропустила его внутрь.

— Теперь ты снова веришь мне? — спросил он, когда я затворила за собой дверь и приткнулась к ней спиной.

— Я же сказала, что Киара мне все объяснила… Ты действительно не виноват, прости…

— И ты прости меня, — Илья с виноватой улыбкой потер затылок. — Я сегодня был слишком резок с тобой… Если подумать, не знаю, как бы я себя вел, застань тебя с другим мужчиной… Наверное, убил бы его.

Я чуть усмехнулась, а затем поинтересовалась:

— Это ты заставил Киару встретиться со мной?..

Илья отрицательно мотнул головой:

— Это сделал Карл Генрихович. Он опередил меня, сходив к Киаре… Сегодня утром. Ему удалось вынудить Киару признаться, что случилось в тот день на самом деле. После этого я сам отправился к Киаре, чтобы поговорить лично, посмотреть ей в глаза и заставить сказать всю правду тебе, но ее дома не было. Никогда бы не подумал, что эта женщина могла пойти на такую подлость… — добавил он после некоторой паузы.

— Я не хочу об этом больше говорить, — тихо сказала я. — Мне неприятно все это вспоминать…

— Хорошо, — Илья подошел ближе и притянул меня к себе.

Я не противилась этому, но и не обняла в ответ. Просто стояла и пыталась привыкнуть к его близости заново. Илья коснулся губами моего виска, потом дорожкой из поцелуев спустился к подбородку, остановившись у самого краешка моих губ.

И в этот миг память услужливо подсунула мне картинку его с Киарой объятий.

— Нет, — я тут же дернулась от Ильи в сторону. — Не могу, прости…

Потом умоляюще взглянула на него:

— Пока не могу… Мне нужно прийти в себя. Дай мне время. День, два…

Я думала, что он обидится или разозлится, но Илья послушно отпустил меня.

— Хорошо, — кивнул он. — Дай знать, когда тебе станет легче… Я подожду… — и добавил с усмешкой: — …день, два… Не больше. И даже не надейся от меня отделаться.

Я с благодарностью улыбнулась ему и позволила поцеловать себя в щеку.

— Спокойной ночи.

Илья вышел, а я опустилась на кровать и достала из-под подушки пузырек с настойкой. Задумчиво покрутила его в руках и вернула на прежнее место.

Нет, я еще не приняла окончательного решения, стоит ли мне воспользоваться подарком Киары…

— Сегодня вы покидаете нас, — с торжественной грустью проговорила Магдалена следующим утром за завтраком. — И я хочу приготовить для вас прощальный ужин…

Я встрепенулась, удивленно взглянув на Карла Генриховича. Как? Сегодня ночь открытия портала? Неужели так быстро пролетели две недели?.. Похоже, я за своими переживаниями потеряла счет дням…

— Да, Катя, — улыбнулся мне Карл Генрихович. — Пора нам двигаться дальше… Будем надеяться, Киаре удастся открыть прямой проход к друидам. Если все у нее получится, совсем скоро мы окажемся дома.

— Значит, теперь наша судьба в ее руках? — я усмехнулась, задумавшись над неоднозначностью своего положения.

С одной стороны, из-за Киары я чуть не лишилась смысла жизни, с другой — только от нее, возможно, сейчас зависело мое будущее… Получается, несмотря ни на что я должна быть ей благодарна?..

…День я провела в праздном ничегонеделании. Впервые перед ночью перехода мне не нужно было суетиться и предпринимать какие-то действия. Вещи собирать не требовалось — их у нас все равно нет. Спасться бегством тоже, слава богу, ни от кого не надо. Да и сам Стоунхендж почти под боком, так что многочасовой поход до него также отменяется.

Магдалена, как и обещала, накормила нас вкусным ужином, а после вместе с сыном вызвалась проводить до самых Камней. Вначале за нами увязался Крок, но Спенсер не взял его с собой, закрыв в доме.

Киара уже ждала нас на холме. Они с Ильей обменялись продолжительными взглядами, но в разговор вступать не стали. Затем знахарка посмотрела на меня и чуть улыбнулась. Ее глаза словно спрашивали, использовала ли я ее настойку. Я качнула головой, давая понять, что нет. «Не затягивай с этим», — снова сказали ее глаза, на что я лишь тяжело вздохнула и отвела взгляд в сторону. Тогда Киара переключила свое внимание на Карла Генриховича, и они принялись о чем-то тихо переговариваться.

Ночь выдалась прохладной, и я зябко поежилась, когда очередной порыв ветра попытался забраться мне под платье. Илья, заметив это, подошел ко мне и обнял, желая согреть своими объятиями. На этот раз я не стала капризничать, с благодарностью принимая этот жест, и даже доверительно положила голову ему на плечо.

За несколько минут до того, как проход вспыхнул привычным белесым светом, Киара достала из-за пазухи крест, почти один в один похожий на тот, что был у Карла Генриховича. Она сняла амулет с шеи и, поднеся его к самым губам, что-то тихо заговорила, будто зачитывала какое-то заклинание. Портал появился в то же мгновение, как она перестала шептать, крест при этом тоже засиял. Лучи от амулета достигли прохода, смешавшись с его светом.

— Поспешите, — повернулась к нам Киара.

Мы уже успели проститься с Магдаленой и Спенсором, и теперь лишь бросили на них последний признательный взгляд, устремляясь к порталу.

— Удачи, — проговорила Киара, когда мы с Ильей проходили мимо нее. — Не поминайте лихом…

— Прощай, — я махнула ей рукой и, поторапливаемая Ильей, ступила в портал…

…Выпав из тоннеля, я тут же угодила в объятия Ильи.

— Наконец-то мне удалось поймать тебя, — с усмешкой сказал он, прижимая меня к себе крепче.

— Спасибо, у меня еще никогда не было такого удачного приземления, — в том же шутливом тоне отозвалась я.

— Кажется, мы тут не одни, — проговорил Карл Генрихович, показывая на юношу, который, приткнувшись спиной к одному из камней, стоял с закрытыми глазами и похрапывал. Одет парниша был в какую-то длинную белую хламиду, а руки его сжимали рукоять меча с тонким клинком.

— Спит, что ли? — понизив голос, спросил Илья. — Стоя?..

Мы осторожно приблизились к юноше.

— Молодой человек, — Карл Генрихович дотронулся до его плеча.

— А? Что? — тут же очнулся парень, взмахивая мечом, его затуманенные сном глаза заметались по сторонам.

— Спокойно, — Карл Генрихович поднял руки вверх. — Мы просто хотели спросить…

Юноша сфокусировал на нас взгляд, и в нем наконец-то стало что-то проясняться.

— Иномиряне? — сурово сдвинув брови, поинтересовался он.

— Да, — ответил Карл Генрихович. На его лице появилась довольная улыбка, и он заговорил уже уверенней: — Я Хранитель, а это мои сопровождающие, нам нужно к Верховному друиду, по серьезному вопросу…

— Верховный принимает с девяти утра до семи вечера ежедневно, — быстро отрапортовал парень.

— Безусловно, никто не собирался добиваться с ним встречи в такое время суток, — продолжал вежливо улыбаться Карл Генрихович. — Просто посоветуйте нам место, где можно переночевать, пожалуйста…

— Гостиница для иномирян прямо и налево, — юноша показал куда-то рукой.

Я повернула голову в этом направлении и изумленно охнула. Увлеченная разговором со странным молодым человеком, я даже не успела осмотреться, теперь же с холма перед нашими взглядами предстал удивительный вид на город. Нет, это не был поселок, схожий с прошлым Солсбери, и он даже не походил на провинциальный городок более современного мира. Это был именно Город с широкими улицами-проспектами, освещенными фонарями, и маленькими улочками, убегающими вглубь кварталов. Двух-трехэтажные дома из светлого камня окружали аккуратные газоны и клумбы, а вдалеке, на противоположной от Стоунхенджа стороне возвышался самый настоящий замок с круглыми башенками и остроконечными крышами.

— Гостиница называется «Трилистник», — продолжал с деловым видом парень. — Там же вы получите временную регистрацию.

— Спасибо, — поблагодарили его Карл Генрихович. — Всего доброго, — и обратился уже к нам с Ильей: — Идемте…

— Так мы все-таки попали к друидам? — возбужденно зашептала я, едва мы отошли от Стоунхенджа. — И кто этот юноша?

— Да, молодые люди, поздравляю, сейчас мы находимся в конечном пункте нашего назначения. В одном из крупнейших городов друидов — Миндоге, — широко улыбнулся Карл Генрихович. — А юноша — это стражник Врат… Первую минуту я сомневался в этом, но как только тот спросил, иномиряне ли мы, понял, что не ошибся… Мы действительно в мире друидов.

— Даже не верится, — я счастливо взмахнула руками и сделала глубокий вдох. — Мне кажется, здесь даже дышится по-другому…

Воздух вокруг и вправду был каким-то особенным, кристально чистым, наполненным чудесными ароматами неизвестных цветов и трав. Он будто пьянил, даря легкость телу и свободу душе.

Гостиницу «Трилистник» мы нашли быстро: ее вывеска со светящимся листочком клевера была хорошо видна даже с далекого расстояния.

— Карл Генрихович, а вы говорили, что друиды сбежали из техногенных миров, но, как я вижу, электричеством они пользуются с удовольствием, — заметил Илья, разглядывая фонари и прочие подсвеченные вывески, которые то тут, то там попадались нам на пути.

— А кто тебе сказал, что это электричество? — весело прищурился старик.

Илья, не понимая, что тот имеет в виду, подошел ближе к одному из фонарей. Я, заинтригованная, сделала то же самое. Вместо ожидаемой электрической лампочки, внутри плафона летали тысячи пылающих пылинок.

— Что это? — потрясенная, я засмотрелась на их хаотичный танец светящихся частиц.

— Магия, — усмехнулся Карл Генрихович. — Самая обыкновенная магия… Привыкайте, здесь вы будете встречать ее на каждом шагу…

— Для меня слово «магия», по правде говоря, с трудом сочетается с прилагательным «обыкновенная», — Илья с интересом постучал пальцем по стеклу плафона, и пылинки тут же разлетелись в разные стороны, однако уже через пару секунд вернулись на прежние места. — И привыкнуть к ней будет не так уж легко…

Гостиница встретила нас просторным холлом с мягкими уютными диванчиками и молодой сонной брюнеткой за стойкой администратора.

— Доброй времени суток, — Карл Генрихович как всегда выступил вперед. — Нам сказали, что здесь мы можем переночевать…

— Вы Хранитель? — девушка сразу же подобралась и стала такой же деловой, как и стражник у Стоунхенджа.

Она щелкнула пальцами, и в ее руке прямо из воздуха появилась некая тетрадь, толстая и местами потрепанная.

— Да, а это мои друзья…

Карл Генрихович хотел еще что-то сказать, но брюнетка его перебила:

— Ваш мир?

— 28753СТ, — четко продиктовал он.

— Это что ли номер нашей параллели? — шепнула я Илье.

— Наверное, — так же тихо ответил он. — А, может, координаты какие… Кто их поймет, этих друидов?..

Действительно… Кто их поймет?.. Неожиданно в памяти всплыл Карл Генрихович из первого мира, в котором я когда-то очутилась. Он тогда представил мне свою личную систему нумерации параллельных миров, но как я понимаю, существовал еще некий порядок учета, официальный, так сказать.

Заполнив все колонки, администратор закрыл тетрадь, и та мгновенно исчезла.

— Ознакомьтесь с правилами нашей гостиницы, — девушка положила перед Карлом Генриховичем лощеную бумагу, исписанную витиеватым почерком. — Обратите внимание: для Хранителей проживание первые три дня бесплатно, если захотите задержаться — нужная сумма будет списана с вашего личного счета.

— А что с моими спутниками? — озаботился Карл Генрихович.

Брюнетка быстро глянула в нашу с Ильей сторону, после чего вновь обратилась к нему:

— Боюсь, за их проживание придется заплатить. Можем также списать с вашего счета. Да, для иномирян из группы СТ все лето действует скидка пятьдесят процентов на любые услуги нашей гостиницы. Сюда включается и трехразовое питание, и посещение купален.

— Хорошо, нас это устраивает, — кивнул Карл Генрихович. — Нам два номера — одноместный и двухместный.

Перед ним тут же появилось два ключа, а следом непонятные позолоченные жетончики на тонких ленточках.

— Это ваши регистрационные обереги, — пояснила администратор. — С ними вы можете свободно гулять по городу, не боясь никаких дроу, орков и прочих мошенников. Также они помогут защитить от проблем органами контроля. Ваши комнаты на втором этаже. Желаю хорошего отдыха…

— Спасибо, — Карл Генрихович забрал ключи и обереги и взглядом позвал нас идти за собой.

— Так у нашего мира есть свой номер? — начала расспрашивать я его, пока мы поднимались наверх.

— Совершенно верно, — чуть улыбнулся он. — Всем мирам присвоен номер, который известен только Хранителям, живущим в нем.

— А что значат буквы «СТ»?

— Что мир — «среднетехнологичный», — терпеливо отозвался Карл Генрихович.

— А есть более технологичные? — не унималась я.

— Конечно. ВТ — высокотехнологичный. СВТ — сверхвысокотехнологичный. НТ — низкотехнологичный… А вот миры, лишенные каких-либо технологий, имеют уже другую буквенную кодировку.

— Оказывается, все не так просто, — я озадаченно покачала головой.

— И это только верхушка айсберга, — ухмыльнулся Карл Генрихович и, остановившись у одной из дверей, протянул нам с Ильей ключ. — Спокойной ночи…

— Интересно, где тут включается свет? — протянул Илья, ступая в номер.

Не успел он это договорить, как в комнате загорелось несколько бра, висевших над большущей и, по всей видимости, очень мягкой, кровати. В обстановке номера также присутствовало трюмо на резных ножках с пуфиком в комплекте, маленькая софа, обитая шелковой тканью, кофейный столик и узкий шкаф, задвинутый в самый дальний угол. Цветовая гамма комнаты ограничивалась песочно-бежевым и лазурно-голубым.

— Вот и отличненько, — прокомментировал Илья чудесное появление света. — Предлагаю сразу лечь спать! — подтверждая свои слова действием, он принялся тут же стягивать с себя одежду.

Я некоторое время постояла в нерешительности у кровати, но затем тоже разделась и залезла под одно с Ильей одеяло. Комната в тот же миг погрузилась во мрак. Илья придвинулся ко мне поближе, привычным жестом закинул руку мне на талию и, невинно поцеловав в щеку, прошептал:

— Приятных снов…

— И тебе тоже, — я улыбнулась с облегчением: мое сердце постепенно оттаивало, но мне все же надо было еще чуть-чуть времени, чтобы окончательно вернуться к прежней жизни и прежним чувствам. И Илья, к счастью, это понимал.

Проснулась я поздним утром. Илья к этому времени уже успел подняться, одеться и даже заказать нам завтрак в номер.

— Карл Генрихович уже ушел к своим друидам, — сообщил он, когда мы приступили к еде.

— И когда вернется? — я в считаные минуты умяла воздушнейший омлет и перешла к чаю с горячими тостами и джемом.

— Сказал, чтобы мы его не ждали и занялись чем-нибудь. Например, прогулялись по городу…

— А я бы лучше сразу в купальню сходила, а потом можно и на прогулку.

— Давай так, — согласился со мной Илья.

Купальни оказались поделенными на два блока — для мужчин и женщин, поэтому водные процедуры мы с Ильей принимали порознь. В бассейне с горячей гейзерной водой кроме меня купалась лишь одна светловолосая девушка, с изумительно красивым лицом и изящной фигурой. Ее красота была настолько притягательна и совершенна, что я время от времени одергивала себя, заставляя отвести от нее свой взгляд. Когда же она, завершив купание, проходило мимо меня, в глаза бросились ее вытянутые и чуть заостренные уши. «Эльф», — от этой догадки у меня аж дух захватило, и я еле дождалась встречи с Ильей, чтобы поделиться с ним этим событием.

— Повезло тебе, — ответил он на это. — А мне компанию составили каких-то два огромных уродливых мужика, у которых кожа по цвету была похожа на зеленую плесень…

…Днем город показался мне еще прекрасней, чем ночью. В нем появились новые краски и ароматы, улицы наполнились жизнью и веселой суетой. Магазинчики и торговые лавочки приветливо распахнули свои двери, чуть ли не на каждом углу стояли лотошницы с корзинами свежих цветов либо коробочками, заполненными всякими милыми безделушками и сувенирами. Помимо обычных на вид людей, навстречу нам то и дело попадались личности весьма неординарной, а порой и устрашающей наружности. Некоторые выделялись ростом — либо слишком высоким, либо, наоборот, карликовым. Последних я отнесла к гномам или леприконам, а вот принадлежность остальных определить не решалась, в частности, это касалось тех, у кого был необычный цвет кожи или же какие-либо отличительные особенности, как, например, хвост или уши. На нас все эти индивиды, слава богу, внимания не обращали, но при каждой встрече с одним из них я все равно опасливо жалась к Илье. Мало ли что?..

Карл Генрихович вернулся после обеда с радостной новостью:

— Верховный друид принял меня и пообещал решить нашу проблему в кратчайшие сроки. Возможно, даже завтра. Во всяком случае, он попросил нас всех явиться к нему к полудню.

— То есть завтра мы можем оказаться дома? — выдохнула я счастливо.

— Не хочу загадывать, но, мне кажется, это вполне вероятно, — Карл Генрихович тоже едва сдерживал улыбку.

— Даже не верится, — Илья тоже ликующе разулыбался и взъерошил себе волосы.

— Ладно, ребята, с вашего позволения я пойду к себе. Чувствую, мне необходимо немного отдохнуть. Полдня отстоял в очереди на прием к Верховному, устал страшно, — сказал Карл Генрихович. — А вы можете заказать себе праздничный ужин и отметить конец наших долгих приключений. Берите, все что захотите. Ни в чем себе не отказывайте.

— Все спишется с вашего счета? — догадалась я. — Кстати, а что за он? Раньше вы никогда не упоминали о нем.

— У каждого Хранителя есть свой счет в валюте друидов, который раз в год пополняется ими же. Это можно назвать своеобразной зарплатой. Счетом можно воспользоваться либо в этом мире, либо в нашем реальном, правда, у нас иногда возникают трудности с конвертацией в рубли… Но это уже технические нюансы.

Карл Генрихович еще раз с нами попрощался и удалился.

— Представляешь, мы скоро будем дома? — я восторженно посмотрела на Илью, а потом не удержалась и бросилась к нему в объятия. — Неужели это произойдет?..

Илья крепко прижал меня к себе, приподнял над полом и, смеясь, начал кружить по номеру, пока случайно не споткнулся об угол кровати и мы с налету не рухнули на нее вместе. Я оказалась подмятой под ним, и Илья не упустил шанса поцеловать меня. Его губы вначале легко коснулись моих, будто спрашивая разрешения, и, не встретив отпора, стали ненасытными и требовательными.

Я вспомнила о настойке, когда на мне почти не осталось одежды, а разгорающееся внутри желание затуманивало разум.

— Подожди, — я уклонилась от очередного поцелуя Ильи и отыскала взглядом подушку, под которой спрятала пузырек.

Выскользнув из его горячих рук, потянулась к подушке и нащупала бутылочку. Наконец настал тот самый момент, когда можно было ею воспользоваться, но я неожиданно заколебалась. Так ли мне это нужно — идти наперекор судьбе? Стоит ли ее испытывать и к чему может привести мое своеволие?..

— Что это? — спросил Илья, глядя, как я задумчиво верчу пузырек в руке.

Я посмотрела на него, потом еще раз на настойку, и приняла решение.

— Ничего, — я соскочила с кровати, подбежала к окну и, приоткрыв его, выбросила бутылочку на улицу. Та жалобно звякнула, ударившись о землю, и разлетелась на сотни мелких осколков.

Наблюдая, как темно-коричневая жидкость растекается и впитывается в пористую почву, я вдруг испытала облегчение.

— Уже ничего, — повторила я, возвращаясь к Илье, и сама накрыла его рот поцелуем.

Пусть будет, что будет…

Верховный друид, как оказалось, жил и принимал посетителей в том самом замке, который располагался на противоположном холме от Стоунхенджа. Для того, чтобы попасть внутрь, пришлось подняться по высокой лестнице из белого мрамора. А за массивными коваными дверями нас ждала череда длинных витиеватых коридоров. Пока мы шли, я с интересом рассматривала причудливые картины, развешанные вдоль стен. Среди них встречались портреты неких почтенных старцев, пейзажи прекрасных долин и горных озер и даже целые панорамы, изображающие битвы, застолья и прочие, по-видимому, знаменательные события этого мира.

Наконец Карл Генрихович остановился у очередных дверей, которые сами собой распахнулись, приглашая войти внутрь небольшого зала с арочными окнами, украшенными цветной мозаикой. У дальней стены за широким столом из светлого дерева сидел седовласый мужчина с аккуратной бородкой. Он поднялся навстречу нам и приветливо заулыбался:

— Добро пожаловать. Я — Арлеон, Верховный друид и жрец Миндога, города в котором вам довелось очутиться после не совсем приятных событий. Но тем не менее, приветствую вас. Нечасто встретишь в наших краях обычных людей из иных миров.

— Нам также очень приятно, — первый очнулся Илья и сделал неловкую попытку поклониться.

Тогда я тоже изобразила легкий поклон, зачем-то сопроводив его коротким реверансом.

— Карл уже поведал мне о вашей проблеме, — продолжил друид. — И я готов помочь вам вернуться домой.

От этих слов сердце радостно подпрыгнуло и заплясало как безумное. Мы обменялись счастливыми взглядами с Ильей и Карлом Генриховичем, а Арлеон между тем продолжил:

— Да, Карл, проводник твой снова в полном порядке и готов к использованию.

Друид прошелся к столу, открыл стоящий на нем ларец и извлек оттуда знакомый крест.

— Благодарю, — Карл Генрихович с поклоном принял у него амулет.

— Береги его, — усмехнулся Арлеон, — он у тебя чересчур активный…

— Что есть, то есть, — тоже улыбнулся Карл Генрихович.

— Карл, — взгляд друида неожиданно посерьезнел. — Помни, что я говорил о преемнике. Тебе необходимо найти его в ближайшие годы. Жаль, что у тебя нет наследника по кровной линии… Но что ж поделаешь.

— Да, — вздохнул Карл Генрихович. — Но я обещаю найти себе достойную замену…

— Уверен, у тебя все получится, — благодушная улыбка вновь озарила лицо Верховного. — С нетерпением буду ждать того момента, как ты приведешь его сюда на посвящение.

— Ну а теперь, — Арлеон развел руками и пробежался по всем нам взглядами. — Пора возвращаться домой… Вы прошли долгий путь, — теперь он смотрел только на нас с Ильей, — но поверьте, все, что с вами произошло, тоже было не зря… Ни о чем не жалейте, особенно о потраченном времени. Ведь все всегда возвращается на круги своя… Поэтому, смелей смотрите в будущее, но не забывайте ценить то, что имеете сейчас…

После этих слов Верховный друид сделал круговой пас рукой и прямо рядом с ним вспыхнул проход, точь-в-точь такой же, как появлялся в каменных арках Стоунхенджа. Только теперь он не имел определенных границ и словно парил в воздухе.

— Ну, что ж вы медлите? — с усмешкой поторопил нас Арлеон. — Или желаете еще задержаться в нашем мире?

— Мы бы с удовольствием, — ответил за всех Карл Генрихович. — Но все же домой хочется больше. Правда?

— Правда, — кивнула я, и мы с Ильей, взявшись за руки, направились к порталу.

— Спасибо вам, — поблагодарил Илья друида, стоя уже у самого прохода.

— В добрый путь… — ответил тот кивком.

— Ну что, домой? — спросил Илья уже меня.

— Домой, — выдохнула я, и тогда он, подхватив меня на руки, сделал шаг в сияющий проем…

…Из портала мы с ним так и вывалились в обнимку: Илья на спину, а я сверху него. А через пару секунд рядом спланировал Карл Генрихович.

— Ой, мамочки! — вскрикнул где-то рядом испуганный женский голос.

— Ничего себе… — протянул уже мужской.

— Вы не ушиблись, Илья Викторович? — над нами склонилась девушка в костюме медсестры. Ее лицо мне показалось знакомым.

— Марина? — Илья сел и с удивлением воззрился на медсестру.

— Да, а кого вы ожидали увидеть? — хихикнула та. — Мы ж сегодня вместе дежурим… А чего это вы на ровном месте упали, да еще и пациентку за собой потащили? И мужчину пожилого вон, зацепили… Вам помочь? — она повернулась к Карлу Генриховичу.

— Нет-нет, — тот уже стоял на ногах и отряхивал от песка свой клетчатый пиджак.

Клетчатый пиджак? Берет? Но ведь пять минут назад он был одет совсем по-другому. Я глянула на себя: больничная пижама, которую выкинула еще в первом мире после того, как переболела чесоткой. А на Илье оказался его докторский костюм, и даже из узкого нагрудного кармана торчал уголок мобильного телефона. Ничего не понимаю…

— Да вот, споткнулся на ровном месте, — растерянно пробормотал Илья, тоже оглядывая себя и, похоже, изумляясь своему виду не меньше меня.

— Вы аккуратней, Илья Викторович, — кокетливо проговорила медсестра, косясь при этом в мою сторону. — А то пациентов распугаете… Да, и вас заведующий зачем-то хотел видеть… Подойдите к нему, как освободитесь, — она снова хихикнула и, стуча каблучками, стала удаляться в сторону больничного корпуса.

— Вы понимаете, что происходит? — я, поднявшись, вопросительно посмотрела на Карла Генриховича.

— По-моему, Арлеон вернул нас не только домой, но и в ту же временную точку, откуда мы начали наше путешествие, — Карл Генрихович с удовольствие покрутил в руках трость, с которой тоже уже давно распрощался в одном из миров.

— То есть, для всех наших родных мы никуда не исчезали? — просияла я.

— Похоже, никто даже не заметил наше отсутствие, — довольно ответил старик.

— О, и кошелек мой на месте! — Илья продемонстрировал нам свое портмоне.

Я прижала руки к пылающим щекам. Все оказалось даже лучше, чем я ожидала!

— И что мы сейчас будем делать? — спросила потом.

— Ну, вы как хотите, а я домой, — усмехнулся Карл Генрихович. — Безумно соскучился по своей квартирке и креслу-качалке…

— А мы? — я посмотрела на Илью.

Тот сделал серьезное лицо и, откашлявшись, произнес:

— Ну а я пойду готовить к выписке документы одной своей пациентки, Юрковской Екатерины Андреевны… Залежалась у нас уже барышня… Да и, слышал я, замуж она скоро выходит… Боится, что к свадьбе подготовиться не успеет…

— Надеюсь, эта пациентка пригласит меня на свадьбу? — вставил Карл Генрихович.

— Я попробую достать для вас приглашение, — с прежним невозмутимым лицом пообещал Илья.

— Договорились, — Карл Генрихович взмахнул рукой, прощаясь, и направился к воротам больницы.

— Хм, — я исподлобья посмотрела на Илью, — мне только что сделали предложение? Или все-таки показалось?

— Ну, галлюцинаций в анамнезе твоей болезни, вроде, не значатся, — он обнял меня за талию. — Поэтому… Ты согласна?..

— Полагаю, это предложение слишком заманчиво, чтобы от него отказаться, — улыбнулась я и, поднявшись на цыпочки, хотела поцеловать Илью, но он тут же перехватил мою инициативу.

Это был поцелуй, с которого для нас началась новая жизнь в нашем реальном мире…