ГЛАВА 18
Я с трудом заставила себя оторваться от этого зрелища. Неуклюже попятилась назад, чуть не упав со ступенек. Все вокруг расплывалось, сливаясь в одно грязное, бесцветное пятно. Исчезли звуки и запахи, лишь сердце глухо стучало где-то в ушах. Сознание отключилось, отказываясь верить в произошедшее…
А потом я побежала. Ветер хлестал лицо, легкие горели, глаза застилали слезы, но я продолжала нестись вперед, не разбирая дороги… Опомнилась, обнаружив себя у дома Магдалены. Та отворила дверь, не дожидаясь моего стука.
— Кэт, что случилось? — словно сквозь вату донесся до меня ее взволнованный голос.
— Извините, я ничего не принесла… — мои онемевшие губы едва шевелились.
Пошатываясь, вошла внутрь. Ноги тряслись и почти не слушались, но я кое-как добралась до своей комнатушки и рухнула на кровать.
В ту же секунду моя голова взорвалась от мыслей. Они навалились на меня скопом, безжалостно давили, терзали, втаптывали меня в грязь… А перед глазами плясала безобразная картина, подсмотренная в чужом окне… Обнаженная Киара в объятиях Ильи. Я зажмурилась и уткнулась лицом в подушку, желая прогнать это видение… Но тщетно. Киара продолжала соблазнительно извиваться, а Илья жадно исследовать ее тело…
— Нет, нет… Скажите, что это неправда… Что мне все приснилось… Померещилось… — отчаянно шептала я, давясь рыданиями и задыхаясь от боли, которая разрывала сердце и выжигала душу.
Предательство хуже смерти… Теперь я на собственной шкуре ощутила верность этого выражения. Меня предал тот, кому я доверяла больше, чем себе… Тот, кого я любила больше жизни… Тот, кому я вручила свою судьбу…
Судьба… Меня заставили думать, что она существует, но все оказалось очередной ложью… Ложь, ложь, кругом сплошная ложь…
В дверь тихонько постучали, но я оставила это без внимания. Тогда дверь приоткрылась без приглашения, и в комнату вошел Карл Генрихович.
— Катенька, давай поговорим… — участливо произнес он.
— Как ваша спина? — проигнорировав его предложение, поинтересовалась я отстраненно. — Извините, мне не удалось достать вам лекарство…
— Ничего страшного, у меня уже все прошло, — он осторожно присел на мою кровать, а после спросил уже более настойчиво: — Катя, что случилось? Почему ты плачешь?..
Я оторвала голову от подушки и посмотрела на него с горечью:
— А вы ведь меня обманули, Карл Генрихович…
— В чем же, Катенька? — он явно не ожидал от меня подобного выпада и растерялся.
— Во всем, — я села напротив него, обхватив подушку и прижав ее к груди. — И в первую очередь в том, что судьба существует… А ее, оказывается, нет… Либо меня она решила обойти стороной. Все оказалось зря, понимаете? Ваш амулет ошибся. Не было никакой надобности показывать мне мою истинную судьбу. Потому что ее нет. Да, возможно, у моих двойников есть заложенный судьбой путь, только у меня реальной, в моем реальном мире — нет. И любви тоже нет… Все это самообман… Я, как всегда, выдала желаемое за действительное, вот и получила наказание…
— Подожди, Катенька, но Илья…
— Илья? — перебила я Карла Генриховича с кривой усмешкой. — Илья сейчас развлекается в постели с Киарой, замечательной целительницей, которая вернула его к жизни…
Я с болезненным удовлетворением отметила, как после этих слов изменился в лице Карл Генрихович, а затем продолжила:
— И еще. Я так и не забеременела от Ильи. И, как видите, уже не забеременею… Не будет у нас с ним ребенка, как и совместного будущего… Ваша теория оказалась в корне неверна. Ну, или же просто я в нее не вписалась.
Карл Генрихович молчал, задумчиво опустив глаза в пол.
— Вам тоже нечего сказать, да? — я снова печально усмехнулась и закрыла лицо руками. — Боитесь признать, что ошиблись?..
— Я-то, может, и ошибся, Катюша, признаю, — протяжно вздохнул Карл Генрихович. — Только вот за амулет говорить не могу… Он еще ни разу не заблуждался.
— А еще он никогда не портился. А на мне вот сломался, — вместе с очередным смешком у меня из глаз опять брызнули слезы, и я стала их поспешно вытирать.
— Катя, — проникновенно произнес старик, взяв меня за руку. — Не загоняй себя в угол… А что, если ты все не так поняла? Поговори с Ильей…
— Карл Генрихович, я видела все собственными глазами. Что тут можно не так понять? И с Ильей разговаривать не собираюсь… Не хочу слышать очередную ложь.
— И все-таки дождись утра… — он ласково провел ладонью по моей щеке, смахивая слезу. — Оно, как говорят, мудренее вечера… Возможно, завтра ты взглянешь на все совсем по-иному…
— Это не тот случай, — я сокрушенно покачала головой.
— И все же… Не торопи события… — Карл Генрихович поднялся и направился к двери. — Спокойной ночи, Катенька…
— Спокойной ночи…
Я откинулась обратно на кровать. Все эти разговоры о мудром утре просто смешны и нелепы. Понятное дело, Карл Генрихович просто не знал, как меня успокоить. Хотел как-то оправдать Илью и свои заблуждения. Но разве можно оправдать измену? Измену, без всякого на то повода, просто так?.. Душу вновь скрутило болью, и я сжалась в комок, притянув коленки к груди. Все. Больше никакой любви, никакой веры, никакой надежды… Просто поскорей бы вернуться домой и забыть обо всем как о кошмаре. И в первую очередь об Илье.
Ночь я провела без сна, даже не удосужилась раздеться. Лежала до рассвета, скрючившись, и тупо смотрела в одну точку. Слезы давно кончились, но сердце продолжало кровоточить…
Когда я вышла к завтраку, узнала, что у Карла Генриховича опять скрутило поясницу. Он с несчастным видом полусидел-полулежал в кресле-качалке, вновь обмотанный платками и шарфами, и медленно потягивал чай из большой кружки.
— Кто же теперь за Ильей сходит, — снова и снова вздыхал он, поглядывая на меня.
Я, конечно, очень сочувствовала Карлу Генриховичу, но идти за Ильей, да еще в дом к этой распутной знахарке, было выше моих сил. Поэтому я молчала, делая вид, что это меня совершенно не касается.
Проницательная Магдалена уже давно оценила неоднозначность всей этой ситуации, поэтому с легкостью предложила:
— А давайте я схожу. Заодно возьму у Киары лекарство для Карла! Да и у меня к ней еще кое-какие дела есть…
— Мы будем тебе благодарны, — тепло заулыбался Карл Генрихович. — Ты очень нас выручишь…
Магдалена покрылась смущенным румянцем и с еще большим рвением принялась убирать со стола.
Интересно, удивится ли Илья, увидев, что за ним пришла не я, и даже не Карл Генрихович?.. Впрочем, нет. Мне не интересно. Пусть думает, что хочет. Меня уже не должно это волновать…
Миссис Флинн с Ильей пришли через полчаса. Я, как только заметила их у ворот дома, схватила миску и сбежала в сад, на ходу придумав себе занятие: обобрать малиновый куст. Магдалена все равно планировала это сделать вечером после ярмарки, поэтому будет не против моей помощи.
Конечно, не стоило думать, что Илья, заметив мое отсутствие, не пойдет меня искать, но когда я почувствовала его за своей спиной, непроизвольно вздрогнула.
Он подошел ко мне сзади и, как ни в чем не бывало, обнял. И это было уже слишком! Закипая от гнева и обиды, я вывернулась из его объятий и отскочила в сторону.
— Не трогай меня! — выкрикнула, воинственно глядя на него из-подо лба.
— Катя? В чем дело? — опешил он. И удивление такое искреннее, черт побери!
— А ты не догадываешься? — мои нервы натянулись как струна, и внутри все дребезжало от возмущения.
— Нет… — в его глазах плескалось замешательство. — Вчера ведь все было хорошо…
— Кому было хорошо? — с вызовом спросила я. — Тебе? Киаре? Вам вместе?..
— Катя, я не понимаю… При чем тут Киара?.. — Илья нахмурился.
— Я видела вас вчера, Илья… — хрипло проговорила я, пытаясь сглотнуть колючий ком, разбухающий в горле.
— Что ты видела? — с отчаянием воскликнул он.
Нет, ему не медицинский нужно было заканчивать, а театральный!..
— Как вы коротали вечерок в одной постели! — сказала, как выплюнула.
— Катя… Ты… Ты… — он как-то беспомощно замахал руками, не в состоянии выразить свою мысль.
Значит, все-таки попала в точку, раз так растерялся.
— Что? Не так все поняла? — усмехнулась я сквозь слезы. — Не то подумала? А, может, голая Киара таким образом лечила тебя? Своим телом?.. Может, именно в этом и заключается секрет ее удивительного дара?..
— Катя, — Илья наконец взял себя в руки и сделал шаг ко мне, — я не знаю, что ты вчера могла видеть… Но клянусь, между мной и Киарой ничего и никогда не было…
Ну зачем он снова лжет?.. Зачем клянется?.. Моя рука стремительно взмыла вверх и со звонким шлепком врезалась в его щеку.
— Больше знать тебя не хочу, — произнесла я с горечью и, не оглядываясь, пошла прочь.
Ладонь горела от спонтанной пощечины. Ну вот, дожилась… Первый раз в жизни кого-то ударила. А ведь всегда считала, что рукоприкладство не метод в решении конфликтов. И уж точно не думала, что жертвой моего гнева станет Илья.
— Кэтрин! — окликнула меня Магдалена. — Ты поедешь со мной на ярмарку? А то Карл из-за своей спины остался дома…
Она уже стояла около телеги, нагруженной мешками с выпечкой, а на облучке с недовольным видом восседал Спенсер.
— Конечно, — я заставила себя улыбнуться. — Поехали…
Хоть таким образом избавлю себя от общения с Ильей…
На два дня я полностью погрузилась в ярмарочные хлопоты. Не отходила от Магдалены почти ни на шаг, делала все, чтобы не встречаться с Ильей или хотя бы не оставаться с ним наедине. Он же, наоборот, все время порывался со мной поговорить, что-то пытался мне втолковать, юлил, оправдывался, но я не могла этого слушать. Не понимала: зачем он это делает? Как можно отрицать то, что я видела собственными глазами? Видела, как он ласкал Киару, как она ублажала его… Разве этому нужны объяснения?..
Но после выходных Илье все же удалось подловить меня, когда я как-то замешкалась на кухне, помогая Магдалене с мытьем посуды.
— Катя, — он встал передо мной, перекрывая все возможные пути к побегу. — Я действительно не понимаю, как ты могла видеть меня вместе с Киарой. В тот день я лег спать пораньше, а она, как всегда, занималась своими травами… Вот все, что я помню о том вечере…
— А как мне быть с моими воспоминаниями, Илья? — я с болью посмотрела на него. — Как мне забыть тебя, обнимающего голую Киару?.. Почему я должна верить твоим словам, а не своим глазам?..
— Потому что когда-то я тоже поверил твоим словам, Катя… Помнишь, когда поинтересовался у тебя про Саммерса? — в голосе Ильи появился надлом. — Поверил тебе безоговорочно, хотя тоже видел, как он целовал тебя…
— Хочешь сказать, Киара заставила тебя это делать силой?.. — с горечью спросила я. — Как меня Саммерс?..
— Нет, — Илья резко отпрянул. — Я хотел сказать о наших чувствах. И о вере друг в друга…
После этого он развернулся и вышел, оставив меня в полнейшем смятении. Что-то в словах, а может, взгляде Ильи заставило усомниться в своей категоричности…
Я попыталась продолжить уборку на кухне, но все начало валиться с рук. Вернувшаяся вскоре Магдалена сразу заметила мое состояние.
— Я сама все доделаю, — с этими словами она забрала тряпку, которой я вытирала стол. — А ты иди прогуляйся… Может, на свежем воздухе чувства и мысли уравновесятся…
Легко сказать — прогуляться… А где можно гулять в малознакомом тебе поселке?.. Да еще когда на душе так тяжело.
Погрузившись в свои мысли, я побрела в наугад выбранном направлении, а оказавшись у Стоунхенджа, даже не удивилась. Пожалуй, это единственное близкое мне место не только здесь, но и во многих других мирах…
Я сняла обувь и прошлась босиком по земле. От нее шла влажная прохлада, а густая трава приятно щекотала ступни, навевая воспоминания о беззаботном детстве. Насладившись давно забытыми ощущениями, я присела на мягкий зеленый ковер, вытянула ноги и запрокинула голову к небу, по которому медленно плыли пушистые и невесомые, как сахарная вата, облака… Улететь бы вместе с ними куда-нибудь далеко-далеко, прочь от всех разочарований, предательств, проблем…
— Он говорит тебе правду… — женский голос долетел до меня вместе с легким порывом ветерка.
Я узнала его сразу, но не обернулась, лишь внутренне сжалась, ожидая продолжения.
— Он действительно ничего не помнит, — Киара тоже села на траву, чуть поодаль. — Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть…
— Ты чем-то опоила его? — эта догадка пришла слишком запоздало, и я тихо, с надрывом засмеялась, закрыв лицо руками.
А ведь еще совсем недавно мы с Магдаленой говорили о привороте. Как я могла забыть об этом?..
— Да, — она ответила просто и уверенно, словно в этом поступке не было ничего крамольного.
— И ты так спокойно об этом говоришь? — я была поражена ее тоном. — Тебя не мучает совесть, что ты обманом уложила к себе в постель чужого мужчину?
— Я же сказала, мне жаль, что ты это увидела, — Киара сорвала травинку и принялась перекатывать ее между пальцами. — На самом деле, приди ты на четверть часа позже, уже бы ничего не застала…
— Вы бы к этому времени уже справились? — не удержалась я от сарказма.
Знахарка тяжело вздохнула, подняла глаза к небу и на мгновение задумалась, покусывая нижнюю губу.
— Да не получилось у нас ничего… — выдавила она наконец из себя, досадно поморщившись, а после с горечью добавила: — Он все время бормотал твое имя: «Катя… Катя…» И это было уже слишком, даже для меня… Вот же дура! — Киара со злостью разорвала травинку и отбросила ее в сторону. — Ведь это, может, был мой последний шанс!..
Сейчас все мои чувства спутались, я не знала, радоваться ли мне тому, что сказала Киара, или пока не стоит. И что она имела в виду под «последним шансом»?
— Шанс на что? — озвучила я свои мысли. — Ты надеялась, что Илья останется с тобой?
— Да нет же, — раздраженно отозвалась та. — Не нужен мне твой Илья! Вернее, я вначале рассматривала такой вариант, но потом… Нет.
— Тогда я совсем ничего не понимаю, — я запустила пальцы в волосы и сжала голову. — Наш разговор скатывается в какой-то абсурд… Не понимаю, зачем я до сих пор в нем участвую… Почему тебя слушаю…
«А главное, верю», — добавила уже про себя.
— Что тебе от нас всех надо? — этот вопрос я почти выкрикнула.
— Посмотри на меня, — Киара неожиданно подскочила с места и выпрямилась в полный рост. — Кого ты перед собой видишь?..
— Тебя, — недоуменно пожала плечами я.
— Нет, — тряхнула та головой. — Какой ты меня видишь?..
Столь странные изменения в поведении всегда равнодушной знахарки меня даже немного испугали. Я несколько минут растерянно смотрела на нее, не понимая, чего она от меня ждет.
— Ну! — поторопила Киара с напором. — Какая я для тебя?
— Ммм… — замялась я, лихорадочно соображая, что ответить. — Высокая… Стройная… Привлекательная…
Но потом одернула себя: да что я такое несу? И кому? Той, которая бессовестно залезла в постель к Илье?
— А, вообще, ты дрянь редкостная! — выпалила на одном дыхании. — Наглая, бесстыжая, подлая… Каких слов ты еще ждешь от меня?..
Киара на это громко захохотала и с размаху села на прежнее место.
— Знаешь, сколько мне лет? — спросила она вдруг, отсмеявшись. И тут же сама ответила: — Сорок два.
О… Мои брови непроизвольно взметнулись вверх. А я думала, около тридцати. Неплохо сохранилась. Может, зелья какие свои пьет?.. Но вслух, естественно, удивление не высказала: обойдется без моих комплиментов.
— А годы идут… — продолжала между тем Киара. — Тело дряхлеет… О супруге уже не мечтаю, хоть бы ребенка родить… Мне ведь дар целительства передавать надо, лучше кому-то по роду… А еще и бремя Хранителя на мне висит… Небось, думаешь, чего я раньше об этом не позаботилась? — она усмехнулась, стрельнув в меня глазами. — Да потому что дурой была… По молодости, когда еще женихи имелись, все носом крутила, выбирала… Дождалась, пока всех девки попроще не разобрали. А потом бабка, умирая, мне свой дар передала, ну и все… Стали меня все мужики сторониться, ведьмой считать. Вроде и уважают, с недугами своими приходят, а женщину во мне не видят. Вернее, боятся. Думают, я на них порчу нашлю или прокляну, или приворот какой сделаю…
«А разве это не так?» — хмыкнула я мысленно.
— Вот я одна свое бремя и тяну, — Киара снова сорвала травинку, но на этот раз принялась разрывать ее на мелкие кусочки. — А тут внезапно мне среди ночи приносят раненного… Говорят, нашли около Камней… Я сразу поняла, что он из другого мира. Потом и старик ваш это подтвердил, да еще и как я, Хранителем оказался. На тебя тогда даже внимания не обратила. Девчонка и девчонка, без сознания, но здоровая… Вас отправила восвояси, а раненного оставила… Пока возилась с ним остаток ночи и пол следующего дня, задумалась: а вдруг это мой шанс? Мужчина, молодой, привлекательный, в целом здоровый, а главное, из другого мира, ничего обо мне не знает, предвзято относиться не будет. Да и я вроде не дурна собой. Хоть и не юная девица, но понравиться и вызвать желание еще могу. Почему бы не попробовать?.. А вечером заявилась ты, и стало ясно, что к симпатичному больному прилагается еще одна претендентка на его сердце… Сперва я не собиралась отступать, но спустя время, изо дня в день наблюдая за вами, поняла, что свой бой проиграла, даже еще не начав его… Как он смотрел на тебя… Да я бы за один такой взгляд от мужчины сейчас многое отдала! — Киара печально усмехнулась и выдернула из земли стебелек, увенчанный белой цветочной головкой. — Я видела, как ты обижалась на него, когда он не принимал твоей помощи или начинал выпроваживать домой, и в глубине души злорадствовала, замечая твое расстроенное личико. Хотя и понимала, что он просто не хочет выглядеть перед тобой слабым и немощным, бережет тебя… А вот от моей помощи никогда на отказывался, ничего не стеснялся, потому что смотрел на меня только как на знахарку, врача… Или, как он иногда говорил, своего «коллегу»… Слово-то какое любопытное «коллега», чужое, незнакомое… И холодное.
Киара замолчала, погрузившись в себя.
— И ты решила пойти на крайние меры, — видя, что та не торопится продолжать свою историю, подсказала я. — Приворожить Илью?
Повествование подходило к самому волнующему для меня моменту, и я желала узнать правду всю правду до конца, как бы неприятно она ни звучала. В том же, что Киара мне сейчас не лжет, я не сомневалась. Внутреннее чутье подсказывало, что так играть невозможно, да и придумывать про себя подобные неприглядные вещи не захочет ни одна женщина.
Знахарка отрицательно мотнула головой:
— Привораживать я его не собиралась. Упаси бог жить с мужчиной, привязанному к тебе насильно. Особенно если он уже любит другую. Это все равно, что выйти замуж за сумасшедшего, да еще и лишить его души… Кому нужен мужчина-оболочка?.. Вот и мне тоже не нужен. Я всего лишь дала ему чаек из специальных травок. Ничего серьезного: непродолжительные галлюцинации, неконтролируемый прилив вожделения, а после всего — глубокий сон. И ни одного воспоминания о том, что происходило во время действия отвара. Сама я тоже выпила настойку, которая помогает забеременеть. Так долго ее готовила, еле нужные травы для нее собрала, — из груди Киары вырвался короткий смешок, — но все зря… Сама ступила на эту дорожку, сама и сошла… Когда он очередной раз назвал меня твоим именем, такая злость взяла… Обида… На себя, на него, на тебя… Особенно на тебя. Думала, увижу еще хоть раз, точно прокляну…
От этих слов я непроизвольно сжалась, но Киара ухмыльнулась:
— Да не бойся. Не прокляну… Охота уже пропала. Иначе я бы не пришла сама к тебе и не рассказывала все это… Так вот. Отпихнула я его от себя, выбежала на улицу, чтобы голову и тело остудить… Отдышалась, пришла в себя, а когда вернулась — твой ненаглядный уже спит… Ну и поделом мне! Видно, так и помру бездетная…
Рассказ Киары подошел к своему завершению, расставив все по местам, и пружина внутри меня наконец расслабилась, даже дышать стало легче: у них с Ильей действительно ничего не было, и он не обманывал меня, говоря, что не помнит события того вечера. Одновременно с этим мне не то чтобы стало жалко знахарку, но в сердце все же зародилась капля сочувствия к ее незавидной женской доле.
— А как насчет других миров? — поинтересовалась я. — Ты же можешь ходить между ними. Не пробовала найти мужчину там, хотя бы для того, чтобы забеременеть?
— Если бы все было так просто, — Киара устало провела ладонью по лицу. — Мне ведь нельзя покидать Солсбери. Я здесь единственная целительница, и даже день моего отсутствия может породить множество проблем. А поиски мужчины в другом мире тоже не минутное дело. Как-никак надо присмотреться, выбрать более здорового, с хорошей наследственностью, а потом еще и до постели довести… — она обреченно махнула рукой, а затем, подумав о чем-то, вновь поднялась с места и твердо сказала: — Идем.
— Куда? — я недоверчиво на нее покосилась, не спеша следовать приглашению.
— Ко мне, дам тебе кое-что, — еще больше озадачила меня Киара, и тут же добавила нетерпеливо: — Ну же, идем… Не бойся, тебе это пригодится.
Заинтригованная, я все-таки встала и направилась за целительницей. Она шла впереди быстрым, размашистым шагом, и я едва поспевала за ней. Всю дорогу Киара молчала, а когда вошла в дом, сразу бросилась к шкафу, сверху донизу заставленного какими-то бутылочками. Отыскав нужный пузырек, протянула мне:
— Держи. Это та самая настойка, которой мне так и не удалось воспользоваться. Выпей ее перед тем, как в следующий раз ляжешь со своим Ильей в постель. Понесешь от него в ту же ночь. И не говори мне, что этого не хочешь. Я знаю, что тебе тоже зачем-то нужно забеременеть, и именно от него. Иначе ты бы так не переживала, когда узнала, что пришли регулы.
Первым желанием было возмутиться, сказать, что совсем не нуждаюсь в подобных «подарках», и меня отнюдь не трогает проблема беременности. Вот только все это было неправдой. Я до сих пор, где-то в самой глубине души, терзалась от того, что все пошло не так, как планировалось. И какие бы утешительные отговорки ни придумывала, все равно ощущала себя на фоне своих двойняшек из иных параллелей какой-то бракованной. А ситуация с изменой Ильи лишь оголила мои самые затаенные страхи.
Поэтому я раскрыла ладонь, позволив Киаре вложить в нее пузырек…