Глава 25

Вацлав [УзМ1] хмуро просматривал стопки бумаг. Это были скучные, безликие отчёты о состоянии людей. Повелителя интересовало, как люди восстанавливаются после передачи энергии, сколько драгоценного времени на это уходит.

Отчёты, увы, не радовали и ничего хорошего не предвещали. После наполнения накопителя людей без сил отпускали домой, но у них едва хватало сил даже добраться до места назначения. Зачастую, совсем обессилев, они оставались прямо под стенами замка и какое-то время лежали на холодной земле, приходя в себя. Поначалу стражники пытались силой разгонять обессилевших людей, но потом перестали это делать, видя, что те просто не могут сдвинуться с места. Земля не давала им жизненной силы. Она была мертва, пуста.

Когда Вацлав узнал о таком ужасающем положении дел, он первым делом распорядился, чтобы людей отвозили на повозках домой в надежде, что родная земля поможет им быстрее восстановиться, но и здесь его ждала полная неудача, потому что земля рядом с их собственными домами тоже была абсолютно пуста. Он лично убедился в этом, посетив несколько домов.

Его страна, к великому сожалению, погружалась в пучину нищеты. Простые люди не жили, а отчаянно выживали, с каждым днём всё больше напоминая жалких призраков. Ещё немного, и в его могущественной стране останутся лишь маги да доживающие свой век люди, больше похожие на жалкие тени.

И самое ужасное, что он совершенно не знал, как предотвратить, остановить это безумие.

Единственный возможный выход из сложившейся катастрофической ситуации, как ему казалось, — это срочно начать переговоры о долгожданном перемирии с заклятым врагом. Только это могло спасти его обессилевших людей от верной гибели, увы. Об этом он хотел сначала поговорить с Радеем, а потом и с Советом, чтобы заручиться их поддержкой.

– У повелителя Северных земель выросла настоящая красавица-дочь, – не отрываясь от бумаг, вдруг произнес Радей, словно читая чужие мысли. – О ее дивной красоте слагают настоящие легенды.

– Мне ни к чему красавица с Северных земель, – поморщился Вацлав, не понимая, как Радея вообще могут волновать подобные глупости, в то время как его страна погружается в нищету.

– Мы могли бы заключить крайне выгодный союз, – продолжал Радей, не поднимая головы, словно не замечая его резкого тона.

Вацлав насторожился, почувствовав неладное.

– Почему тебя вдруг так заинтересовали Северные земли? Какая тебе от них выгода?

– Их люди полны жизненной силы, Вацлав, – Радей наконец отложил отчёты и поднял тяжёлый взгляд на племянника.

– Нет, мы ни в коем случае не будем использовать их силу, никогда! – категорично отрезал Вацлав, не веря своим ушам.

– Я уже отправил официальное приглашение повелителю осмотреть наши знаменитые Дорфские пещеры, – тихо продолжил Радей. – Я слышал, он давно интересуется скрытыми в них пещерными озёрами. Целебными озёрами, а Северный повелитель, по слухам, давно не здоров.

– Здоровье пусть подлечит, –согласился Вацлав. – О женитьбе не может быть и речи.

– Ты просто упускаешь невероятную возможность…

– Нет, – перебил его Вацлав, – я думаю о своих людях, об их благополучии, а не о личной выгоде.

– Люди – всего лишь рабы! – вдруг вскочил на ноги Радей, не в силах сдержаться.

– И ты хочешь увеличить количество рабов за счёт этого брака? Северные люди – свободный народ! Они никогда и ни за что не согласятся подчиняться и бездумно отдавать свою силу! – возмущённо воскликнул Вацлав, не веря своим ушам.

– После того, как ты станешь законным супругом принцессы… И…

– Алвис ни за что не даст своего согласия на этот брак, прекрасно понимая, что…

– Ты просто глупец! – буквально выплюнул Радей, потеряв терпение.

– Я разумен, в отличие от тебя! – твёрдо возразил Вацлав, не собираясь уступать. – Я ни за что не заключу брачный союз с Северным повелителем!

– Тогда стоит попросить у них помощи, – холодно произнес Радей, уже спокойный и рассудительный.

– О чем ты конкретно сейчас говоришь? О какой помощи?

– Маги Северных земель очень сильны и могущественны, ты знаешь, – пояснил дядя.

– Нам просто нечего им предложить взамен, – тут же парировал Вацлав, не видя никакой выгоды в их союзе.

– Ошибаешься, мой дорогой племянник, – тут же прищурился Радей. – Алвиса давно интересовали рудники, которые находятся на самой границе, возле их земель.

– Нет! – резко оборвал его Вацлав. – Я не стану раздавать земли своих предков в обмен на военную помощь.

– Я и не предлагаю тебе отдать эти рудники. Только то, что можно в них добыть, не более того.

– Даже если Алвис согласится на это, мы просто не сможем ничего там добыть, это невозможно. Шахты давно закрыты, там некому работать.

– Нам и не нужно там работать самим. Алвис даст нам своих людей сам, – настойчиво повторил Радей.

Вацлав смотрел на Радея, не понимая, когда тот успел так сильно измениться. Когда этот человек, готовый на всё ради выгоды, стал таким, что готов раздавать бесценные сокровища Индары в обмен на военную помощь вместо того, чтобы просто раз и навсегда закончить эту бессмысленную кровопролитную войну, сохранить жизни, спасти страну.

Древо Жизни расцвело именно в тот момент, когда Вацлав впервые задумался о необходимости скорейшего перемирия. Им нужен был мир, а не новые союзники в этой безумной войне. Вот о чём сейчас стоит подумать, и именно этим сейчас нужно заниматься, а не тратить драгоценное время на пустые разговоры.

– Я не готов продолжать эту войну, – озвучил Вацлав свои настоящие, искренние мысли вслух. – Мы будем искать способы, чтобы её прекратить.

– Ты предаёшь свой клан!

– Нет, я спасаю его от неминуемой гибели, – твёрдо ответил Вацлав.

Вацлав резко вышел из душного кабинета и, не оглядываясь, направился прочь, куда глаза глядят. Как можно дальше от этого места. Вглубь огромного замка.

Внезапная мысль пришла ему в голову, и он тут же остановился как вкопанный. Странная, необычная, она заставила его резко развернуться и направиться в западное крыло замка, туда, где раньше находились покои его дедушки и прекрасной Велимиры. Он не был здесь с тех пор, как не стало королевы, а дедушку отправили в унизительное изгнание.

Древо Жизни перестало цвести с тех пор, как началась эта бессмысленная война. Война никогда не была постоянной, скорее, она переходила в стадию шаткого перемирия, а затем с ужасающей жестокостью разгоралась вновь, унося с собой всё новые и новые жизни.

Впервые за долгие годы Древо чудесным образом расцвело именно в тот момент, когда на Индре появилась Велимира. Ее тоже выбросило из портала, как и Миру в свое время, только королева не лишилась памяти. Она прекрасно помнила все: кто она и откуда прибыла, в отличие от Миры.

О том, что Велимира была родом из совершенно другого мира, Вацлав узнал сравнительно недавно. Дед под страшной клятвой сохранить услышанное в строжайшей тайне поведал ему, кто его бабушка и откуда она. В надежде найти хоть что-то ценное Вацлав отправился в покои покойной королевы.

Если бы дед сейчас не исчез, он, несомненно, смог бы пролить хоть немного света на происходящее и, возможно, помочь ему вернуть силу простым людям и, наконец, поднять из руин могущественный клан. Но деда, увы, сейчас нигде не было. Ни его, ни отца, ни матери, умершей при родах.

Вацлав был совершенно один и, по большому счёту, никому не мог полностью доверять.

Вацлав оказался в покоях Велимиры всего во второй раз в своей жизни.

Впервые он переступил порог этих печальных комнат, когда деда отправили в изгнание, и просидел здесь всю ночь напролёт, не в силах сдержать нахлынувшие эмоции.

Первое, на что обратил внимание Вацлав, был большой портрет покойной бабушки. Прекрасная молодая женщина счастливо улыбалась ему с портрета, словно всё было хорошо. На соседнем портрете был изображён дедушка в те времена, когда он был молод, красив и полон сил.

После её трагической смерти дед быстро состарился. Он постарел на десятки лет за считаные дни.

Когда Вацлав впервые заикнулся о том, что хотел бы пойти на примирение с врагом, Радей сразу же напомнил ему, что именно они жестоко убили его отца, забрав у него всё.

– О чём ты сейчас так задумался? – дядя хмуро посмотрел на него, словно пытаясь понять, что происходит у него в голове.

– Я считаю, что пора наконец-то покончить со всем этим, – задумчиво произнёс Вацлав, сжимая кулаки от отчаяния.

– Что именно, мой дорогой племянник, ты предлагаешь прекратить, что тебя так беспокоит?

– Я говорю об этой нескончаемой, безумной вражде, об этой бесконечной, кровопролитной войне, – начал рассуждать мужчина, никак не находя покоя в своём сердце. – Погибло уже невероятно много невинных людей. Ради чего, дядя? Ради чего всё это?

– Ради правды, мой дорогой племянник, ради справедливости! Или ты так быстро забыл, кто именно убил твоего отца? А как же кровная месть, о которой ты постоянно твердил?

– Уже пролито более чем достаточно крови, – мрачно произнёс Вацлав. – Наши воины гибнут совершенно напрасно, бессмысленно. Люди истощаются, у них больше нет сил ни на что. Скоро мы вообще не сможем поддерживать даже этот защитный купол над нашим родным городом, и тогда нас ждёт неминуемая гибель. Наш проигрыш – это лишь вопрос времени, не более того.

– Что за вздор ты несешь? – вдруг взорвался дядя. – Мы сильны как никогда прежде!

– Это совсем не так, – покачал головой Вацлав, сомневаясь в его адекватности. – Неужели ты не видишь, что всё рушится на глазах, неужели ты не понимаешь очевидного?

– Кажется, я ошибался, когда говорил, что ты достойный сын своего отца, – презрительно произнёс дядя, поднимаясь на ноги и угрожающе перегибаясь через массивный стол. – Ты просто недостоин своего клана. Ты слабый, никчёмный правитель, если способен хотя бы в мыслях допустить, что готов проиграть в этой войне.

– Я готов пойти на мирные переговоры и даже отступить, – возразил Вацлав, стараясь сохранять спокойствие, – только ради спасения сотен невинных жизней, чтобы избежать дальнейшего кровопролития. Клан соперника предлагает нам это, ты ведь знаешь.

– Вот как? – Радей сделал удивлённое лицо, словно впервые услышал об этом. – Я впервые слышу об этом твоём коварном предложении, мой дорогой племянник.

– Я поднимал этот вопрос на совете, и ты должен был об этом знать, – холодно заметил Вацлав, глядя ему прямо в глаза.

– Я совсем тебя не узнаю, племянник. Ты готов простить тех, кто так жестоко убил твоего отца? Именно в тот момент, когда он сам шёл навстречу врагу, чтобы мирно договориться о долгожданном примирении?

Вацлав нахмурился, словно от боли.

– Они подло вонзили нож прямо в спину твоему отцу, когда тот доверчиво шёл к ним, будучи полностью уверенным, что они тоже готовы к мирным переговорам. Точно так же, как и ты сейчас. И кто же тогда займёт место главы клана, если тебя постигнет та же печальная участь? Наследников у тебя, увы, пока нет, – укоризненно покачал головой дядя.

Вацлав ничего не ответил на это, прекрасно понимая его правоту.

– Хорошенько подумай над моими словами, дорогой племянник. А ещё обязательно подумай о законном наследнике! Если наш могущественный клан останется без кровного правителя, мы все обречены на неминуемую гибель. Этот проклятый замок принимает только кровных потомков, ты прекрасно это знаешь, – напомнил ему Радей.

– Ты тоже прямой потомок, – устало бросил Вацлав, не желая продолжать этот бессмысленный разговор.

Дядя вдруг резко обернулся и посмотрел на него с плохо скрываемым осуждением.

– Но, к сожалению, этот старый замок не принял меня и, увы, никогда не примет моих законных потомков, как бы я этого ни желал.

Вацлав знал, что клану как воздух необходим законный наследник. К сожалению, он был единственным сыном и продолжателем рода, больше никого не было. А коварный враг тем временем успел расплодиться и окрепнуть. Его мать умерла очень рано, успев родить только единственного сына, больше ей не суждено было родить. Отец был настолько убит горем из-за этой невосполнимой утраты, что и думать не мог о другой женщине, а потом и вовсе последовал за своей любимой.

Его бесчестно убили, когда он доверчиво поднял белый флаг, призывая к миру.

Вацлав имел полное право на кровную месть и, по закону, должен был уничтожить убийц отца, стереть их с лица земли. Но это, к огромному сожалению, означало лишь новое бессмысленное кровопролитие, которое он всей душой мечтал прекратить. Отец должен быть непременно отомщён, так гласит вековой закон! Но как же быть с тем, что он, как глава клана, хочет прекратить эту бесконечную, страшную войну, которая никому не приносит счастья, лишь боль и страдания.

Он не желал жениться на предложенной Советом кандидатке. Ни одна из девушек, представляющих достойные магические рода, больше не интересовала его после…

После встречи с Мирой.

И если раньше он, возможно, и рассмотрел бы в качестве достойной спутницы жизни и матери для будущих наследников любую из предложенных ему девушек, пусть и принцессу Северных Земель, то теперь всей душой желал лишь одну, единственную, неповторимую — Миру. Только её.

Его неудержимо тянуло к этой незнакомой, загадочной девушке. Она, словно живительный источник, наполняла его светом и дарила долгожданное чувство покоя. Ни одна из прекрасных девушек клана никогда не вызывала у него таких сильных, неподдельных эмоций, и другой он просто не желал ни за что на свете.